Цитаты из книги «Лето, прощай», страница 9

"Для меня самое главное - не переставать удивляться."

Смерть — это когда уплываешь на корабле, а вся родня остаётся на берегу?

Иные дни похожи на вдох: Земля наберёт побольше воздуха и замирает - ждёт, что будет дальше. А лето не кончается, и всё тут.

В такую пору на обочинах буйствуют цветы, да не простые: заденешь стебель, и окатит тебя ржавый осенний дождик. Тропинки, всё подряд, словно бороздил колёсами старый бродячий цирк, теряя разболтанные гайки. Рассыпалась после него ржавчина под деревьями, на речных берегах и, конечно, у железной дороги, где раньше бегали локомотивы; правда, очень давно. Нынче эти рельсы, обросшие пёстрой чешуёй, томились на границе осени.

...вначале жизнь даёт нам всё. Потом всё отнимает. Молодость, любовь, счастье, друзей. Под занавес это канет во тьму. У нас и в мыслях не было, что её - жизнь - можно завещать другим. Завещать свой облик, молодость. Передать дальше. Подарить. Жизнь даётся нам только на время. Пользуйся, пока можешь, а потом без слёз отпусти. Это диковинная эстафетная палочка - одному богу известно, где произойдёт её передача. Но ты уже пошёл на последний круг, а тебя никто не ждёт. Эстафету передать некому. Бежал, бежал - и всё напрасно. Только команду подвёл.

Часы!

Это они отравляют и губят жизнь, вытряхивают человека из теплой постели, загоняют в школу, а потом и в могилу! Не Квотермейн с кучкой старперов, не Брейлинг и его метроном, а эти часы хозяйничают в городе, будто в часовне.

Погода в тот день стояла такая, что все двери с самого утра были нараспашку, а оконные рамы подняты. Сидеть в четырех стенах стало невыносимо, вот люди и высыпали на воздух: никто не хотел помирать, все хотели жить вечно.

А один из племянников, может статься, чем-то смахивает на тебя. Вот что мне пришло в голову: коль скоро у тебя нет собственной надежды на продолжение рода, на бессмертие – называй как хочешь, – можно поискать такую надежду в доме брата.

Понимаешь, вначале жизнь дает нам все. Потом все отнимает. Молодость, любовь, счастье, друзей. Под занавес это канет во тьму. У нас и в мыслях не было, что ее – жизнь – можно завещать другим. Завещать свой облик, свою молодость. Передать дальше. Подарить. Жизнь дается нам только на время. Пользуйся, пока можешь, а потом без слез отпусти. Это диковинная эстафетная палочка – одному богу известно, где произойдет ее передача.Прежде чем научиться отпускать, научись удерживать. Жизнь нельзя брать за горло – она послушна только легкому касанию. Не переусердствуй: где-то нужно дать ей волю, а где-то пойти на поводу. Считай, что сидишь в лодке. Заводи себе мотор да сплавляйся по течению. Но как только услышишь прямо по курсу крепнущий рев водопада, выбрось за борт старый хлам, повяжи лучший галстук, надень выходную шляпу, закури сигару – и полный вперед, пока не навернешься. Вот где настоящий триумф. А спорить с водопадом – это пустое."Часы! Это они отравляют и губят жизнь, вытряхивают человека из тёплой постели, загоняют в школу, а потом и в могилу!"Победа там, где есть движение вперед.Каждый сам себе помощник.

Огромный лунный диск башенных асов - это, считай, та же мельница. Сыпь туда зёрна Времени - крупные зёрна столетий, мелкие зёрна годов, крошечные зёрнышки часов и минут - куранты всё перемелют, и Время неслышно развеется по воздуху тончайшей пыльцой, которую подхватят холодные ветры, чтобы укутать прахом город, весь целиком. Споры такой пыльцы проникнут и в твою плоть, отчего кожа пойдёт морщинами, кости начнут со страшной силой выпирать наружу, а ступни распухнут, как репы, и откажутся влезать в башмаки. И все оттого, что всесильные жернова в центре города отдают Время на откуп ненастью.

Часы!

Это они отравляют и губят жизнь, вытряхивают человека из тёплой постели, загоняют в школу, а потом и в могилу!

Город пил чай и мурлыкал: «Передай сахарницу».