Цитаты из книги «Я – легенда (сборник)», страница 2

угодно способен привыкнуть – если не оставить ему другого выхода. Доделав чесночные «бусы», Невилл вышел во двор. Снял с заколоченных окон старые, потерявшие свой чудодейственный запах связки, укрепил на их месте новые. Эту операцию приходилось проделывать дважды в неделю. Чесночные «бусы»  – его первая линия обороны и пребудут ею до тех пор, пока он не подыщет средство получше. «Ах, линия обороны? – частенько всплывал в голове вопрос. – От чего обороняемся?» Сегодня с полудня до самого вечера Невилл занимался изготовлением кольев. Он делал их на токарном станке из толстых деревянных палок, предварительно распиленных на девятидюймовые заготовки; прижимал к бешено вертящемуся точильному кругу кончик каждого кола, пока тот не становился острее кинжала.

ящика комода пистолет. Кортман едва успел растоптать лоток, когда в его левое плечо ударила пуля. Он с ревом отшатнулся назад и грохнулся на тротуар, болтая в воздухе ногами. Невилл выстрелил еще раз – пуля прожужжала по цементу в нескольких дюймах от извивающегося тела Кортмана. Кортман с воплем привстал. Третья пуля угодила ему прямо в грудь. Невилл стоял и смотрел, вдыхая едкий пистолетный дым. Но все поле обзора загородила женщина, которая выступила вперед и начала срывать с себя платье. Невилл попятился и захлопнул крошечный люк глазка. Он не мог позволить себе такое зрелище. В первую же секунду

«Ах ты сучка, – подумал он почти любовно, глядя, как трепещет на стеклышке крохотный комок протоплазмы. – Подлая маленькая сучка».

Может быть, любовь к жизни – не пустые слова, а реальная, управляющая сознанием сила? Может быть, в его лице природа оберегает свой последний огонек от посягательства собственных же созданий?

Собака меньше и может спрятаться в таких местах, куда вампиры не способны добраться. Собака наверняка

была акромикрия. Тогда, по крайней мере, его оставило бы мужское желание, которое росло с каждым днем и уже сейчас мучило его сильнее, чем до болезни. Иначе и не могло быть, потому что уже слишком давно не было освобождения от семени. Он больше не мог находиться рядом

стонал он. – Нет! Тут боль, переполнив грудь, хлынула в мозг. По голове словно ударили дубинкой с шипами. Все вокруг стал затягивать темный водоворот

жажды видит призрачные озера. А разве человек, смертельно жаждущий общения

верна. Ему больше не нужны колья. Наконецто он нашел приемлемый

маленькие шарики желатина. Он с трудом втянул