Цитаты из книги «Одноэтажная Америка», страница 5
семидесяти лет назад. Осенью 1935-го Ильф и Петров были командированы в Соединенные Штаты как корреспонденты газеты «Правда». Трудно сказать, чем именно руководствовалось высшее начальство, посылая сатириков в самую гущу капитализма. Скорее всего, от них ждали злобной, уничтожающей сатиры на «страну кока-колы», но получилась умная, справедливая, доброжелательная книга. Она вызвала живой интерес у советских читателей, до той поры не имевших даже приблизительного представления
заметки об ураганах во Флориде и фотографии выдернутых с корнем гигантских деревьев и сброшенных с рельсов поездов. В общем, как и у Жюль-Верна, все кончилось благополучно. Мы переночевали в городе Талахасси
ногтями лицо; тянуть за уши; душить за глотку – все можно делать. Эта борьба называется «реслинг» и вызывает у зрителя неподдельный интерес. Борцы валяются на ринге, прищемив друг друга, лежат так по десять минут
Американцы прекрасные работники! – Американцы ханжи! – Американцы – великая нация! – Американцы скупы! – Американцы бессмысленно щедры! – Американцы радикальны! – Американцы тупы, консервативны, безнадежны! – В Америке никогда не будет революции! – Революция в Америке будет через несколько дней!
всех одинаково усталые. большой
наши мысли. Мистер Адамс нечаянно приоткрыл дверцу
Мы сняли со специального столика по легкому коричневому подносу, положили на них вилки, ложки, ножи и бумажные салфетки и, чувствуя себя крайне неловко в толстых пальто и шляпах, подошли к правому краю застекленного прилавка. Вдоль прилавка во всю его длину шли три ряда никелированных трубок, на которые было удобно класть поднос, а затем, по мере того как он заполняется блюдами, толкать его дальше. Прилавок, собственно, представлял собой огромную скрытую электрическую плиту. Тут грелись супы, куски жаркого, различной толщины и длины сосиски, окорока, рулеты, картофельное пюре, картофель жареный и вареный и сделанный в виде каких-то шариков, маленькие клубочки брюссельской капусты, шпинат, морковь и еще множество различных гарниров.
далекие горы, синеющие и лиловеющие на горизонте, опять спустился сумрак, настала ночь, засверкали фары. Было уже поздно, когда мы прибыли в Эль-Сентро. Дрянной городишко Эль-Сентро лежит в «Импириэл-валли» – «Имперской долине». Вся долина – размером тридцать на тридцать миль. Лимоны здесь снимают три раза в году, апельсины – два раза. В декабре и январе здесь выращиваются овощи, которые в это время нигде в Соединенных Штатах не произрастают. Сейчас начиналась уборка салата, затем пойдут дыни. И в этой райской долине, где зреют большие и бледные грейпфруты, в долине, насквозь пропитанной одуряющим запахом лимонов и апельсинов, в этой долине жестоко, как, может быть, нигде в мире, идет эксплоатация мексиканцев и филиппинцев. И еще больше, чем салатом и апельсинами, известна эта долина
но это несомненно умно – собрать и сохранить для потомства техническую старину. В музейную «деревню» целиком перенесена из Менлопарка
Называется оно «фулпруф» – защита от дурака. Высокая техника боится человека и не верит в его сообразительность. Там
