Читать книгу: «Господин Часы»
Господин Часы надел красные штаны. На уровне талии подвязал желтой лентой от штор. Перед зеркалом поправил воротник и к рубашке прикрепил "бабочку". Он сделал её из бумажной салфетки.
Господ Часы контролировал дом. Чтобы обеспечить безопасность жильцов, приступил к ежедневному обходу.
Дом дремал. Сонно ворочались занавески. Им снились морозные сны. В пространстве белой зимы занавески становились живыми. Юные девушки в одинаковых белоснежных нарядах, ощущая себя невестами, тонкими голосами зазывали женихов.
От невозможности погрузиться в глубокий сон, недовольно кряхтел диван. Мелькающие образы, разгоняли фазу быстро сна. Диван не любил абстракций.
Дивану нравились сказки. Когда-то Николас читал их Марго. По комнате, словно птицы, порхали волшебные картинки.
Ночью просыпались покрытия и предметы.
Поскрипывал пол. У него были крепкие отношения с людьми и слабые нервы. Подкашливала раковина. Её внутренний мир был забит всяким сором. Семь долгих лет раковина вожделела о пространстве с роскошными садами, где аромат, истончаемый абрикосами, вскружил бы ей голову. И она бы танцевала. Кружилась. Влюблялась. Мечтам не суждено было сбыться.
Полночь. Надо было торопиться. После трех часов ночи интересная жизнь закончится. С трех до четырех наступит ведьмовской час. В это время лучше быть на своём месте. Иначе, темная сущность, проникшая в дом через щель плинтуса, может без усилий заставить остановиться. И все забудут о времени.
Господин Часы открыл дверь хозяйской спальни.
Муж и жена, отвернувшись друг от друга, спали.
Господин Часы на цыпочках подкрался к люльке. Чудесный младенец, широко открыв глаза, разглядывал потолок. Огибая люстру, по потолку скакали лошадки. Правдоподобные тени тянулись через весь потолок.
"Крошка Джейн. Почему не спишь?" Господин Часы покачал люльку. Господин Часы любил детей. Относился к ним, как к гусеницам. У гусениц большой потенциал. Гусеница, если её не поранят смертельно и не сожрёт паразит, со временем превратится в бабочку.
При хороших обстоятельствах, ребенок может стать настоящим человеком. Господин Часы верил в род людской.
В углу комнаты скучала Труба.
«Вот вырядился». Проскрипела Труба. Новый хозяин её не прочищал. Труба больше не издавала ясный и пронзительный звук. У старухи испортился характер. "Коротышка". Сказала она в сторону.
У господина Часы была большая голова, длинные руки и короткие ноги. Но никто не смел говорить господину Часы "коротышка"! Старой Трубе лучше было бы прочистить горло, прежде чем производить на свет, что вздумается.
- Научитесь любить, госпожа Труба.
- Что ты знаешь о любви, Часы?
Старуха страдала бессонницей. Ночь – это Вечность. Лучше болтать, чем слушать завывание ветра.
А раньше… Труба глубоко спала. Ей снился трубач и розы… Она чувствовала себя совершенно счастливой.
В хозяйскую спальню заскочили две девушки. Ожили поварешки. Эти девушки были настолько хороши, что многих на кухне свели с ума. Нож совершенно отупел от чувств.
- Госпожа Труба, еще позавчера вы были красоткой. – Накинулись девицы на старуху. - Обновите свой гардероб. Обувь - залог успеха.
- Эх, - вздохнула Труба. - Прошли времена, когда девицы не показывали всему миру лодыжки. Безусловно, то были лучшие дни. Сейчас молодежь носит, что нравится. Двигаются только вперёд. Попирают авторитеты. Не прислушиваются к советам старших. Полное отсутствие дисциплины.
- Всё сидите в своем углу, госпожа Труба. – Девушки, нарушив дистанцию, подхватили старуху. - Тоскуете. Пылью покрылись. На вас грустно смотреть. Всё так ужасно!
Труба горделиво поправила шерстяную юбку, на ткани не было ни одной большой дыры. Недавно юбке исполнилось сто лет. Всем домом шумно справляли юбилей.
- Научитесь подбирать одежду, госпожа Труба. Вещи не должны подчеркивать ваш возраст. Не жертвуйте собой. Обновитесь. Бездействие ведет к смерти.
Девушки распрыгались.
- Вы такие молодые и изящные! – Звонко продудела Труба. Непонятно, откуда взялся чистый звук. - Беспечные и вольные. Меняете кавалеров, словно перчатки. Скажу вам, юные особы. Время проходит быстро. Сейчас вы в фаворе, а через три года на вас никто не посмотрит. Дождетесь, что хозяйка унесёт вас в летнюю пристройку. А там… Шансов познакомиться с новым ухажером сводится к нулю. Пыльный буфет без ноги и тот не взглянет в вашу сторону.
- Через три года может произойти всё, что угодно. - Сказал господин Часы. - Счастье или несчастье постучит в дверь? Я не могу спрогнозировать ситуацию на ближайшие пять минут. «Тик-так». Есть только короткий миг.
Господин Часы лихо запрыгнул на деревянную лошадку. Игрушка стояла в стороне. Лошадка терпеливо ждала, когда подрастет крошка Джейн.
- Вы - самодур. - Проскрипела Труба.
- Отчего же, госпожа Труба? Иго-го! - Господи Часы отчаянно качнулся взад и вперед. - Веселитесь, госпожа Труба, пока на вас не рухнул потолок.
- Меня забыли в углу, но я верю в стабильное существование.
В комнату вошел Альбом.
- Будущее может оказаться весьма неблагополучным.
Лицо старика было испещрено глубокими морщинами. Горечь пролетевшей жизни сложилась у губ глубокой складкой.
- Господин Альбом! Вы тоже не спите? - Спросил господин Часы у господина Альбом.
В комнату вплыла тетушка Супница.
– Не желаете ли чаю, господа?
Прекрасная толстушка носила крепдешиновое платье, с некоторых пор крепдешин снова стал популярен. На голове тетушки Супницы была крошечная соломенная шляпка, она очень подходила к её рыжим волосам. В руках тетушка Супница держала изящный заварочный чайник.
Хозяин дома привез его из Китая.
У чайника был побит "носик", в молодости чайник числился задирой, но другие части чайника совершенно не пострадали, у чайника уцелела душа. В антикварной лавке чайник страдал от одиночества. Судьба изменилась к лучшему, когда в лавку зашёл Николас.
- Вы так добры, Супница. – Проскрипела Труба.
- Не время чаёвничать. - Возразил господин Альбом. – Послушайте. То, что я скажу, очень важно.
Господин Часы вытянул шею. В меру любопытный джентльмен всегда был готов рассмотреть новые ценности.
- Марго и Николас больше не любят друг друга.
Супница принялась через ноздри издавать такие шумы, что у некоторых заложило уши. Супница всего-то хотела привести в спокойствие нервную систему. В ее теле осталось мало энергии. Супница израсходовала её на печаль.
- Тише вы. – Шикнул на неё господин Альбом. - Разбудите крошку Джейн.
Господин Альбом густо покраснел. В доме было жарко, а господин Альбом надел теплый халат, но лучше было бы ему облачиться в легкую тунику.
Через несколько секунд девушки вспомнили последовательность событий последних дней.
- Хозяйка купила дешевые платья. – Сказала Луиза.
- Марго достала из шкафа старые туфли без каблуков. – Сказала Маркиза.
Толстушка Супница погладила упитанные бока.
- Я тоже кое-что знаю. Марго поднимает настроение сладким. Муж больше не радует её.
Госпожа Труба покосилась в сторону кровати.
- Из моего угла мало что видно. Николас охладел к ней?
Николас не был настоящим музыкантом. Новый хозяин никогда не нравился Трубе.
- Николас и Марго больше не спорят. – Сказал Альбом. – Первый признак, что чувства угасли.
- У Николаса интрижка на стороне?
Труба прожила очень долгую жизнь. Не все события были радостные. Труба помнила мрачный день. В то время она жила в другой семье. Вначале муж и жена были искренне счастливы друг с другом. Но потом… Мужчина и женщина пожалели о совместно прожитых годах.
Некая особа, весьма уверенная в себе, нарушила границы брака. У хозяйки появилась соперница. Хозяйка растерялась и не смогла вытеснить чужеродный объект из совместного пространства.
Отношения дали трещину. Жена обвиняла мужа… Скандал за скандалом. Она не давала себе возможность остыть. Не контролировала своих действий. Вела себя опрометчиво. Оскорбляла супруга.
Муж и жена были по-настоящему несчастливы вместе. Какое-то время они сохраняли брак ради ребенка.
Примирения не наступило. Произошел разрыв.
После развода музыкант забрал свои вещи и трубу. Недолго труба и музыкант были вместе. То было лучшее время. При свете звезд музыкант играл на трубе…
Господин Альбом немедленно доложил:
- Николас много общается с деловым партнером. Я слышал женский голос.
Господин Часы взялся за голову и пробил страшное время.
Занавески прилипли к окну. Нервно моргнул старый торшер.
Луиза подбежала к люльке.
- Было так весело! Теперь страшно.
Труба проникла в люльку корявыми руками, костяшки пальцев разбухли от артрита.
– Малышка всем мешает. Прежде Марго находила время, чтобы ухаживать за собой. Подолгу сидела в тёплой ванной и смотрела, как горят свечи.
- Отойдите от люльки, Труба. - Приказал господин Часы. - Иначе!
Не желая вступать в конфликт с господином Часы, старуха поспешила исполнить то, что было ей велено. По правде говоря, Труба побаивалась господина Часы. Коротышка обладал властью. Мог всех настроить против бедной старушки, о которой и позаботиться некому.
- Мир людей стал уязвимым. - Часы тревожно прокрутил стрелку. – Скоро в разбалансированное пространство проникнет мистер Зло.
Господин Часы указал на щель между плинтусом и полом.
Стащив с ног обувь и оставшись в носках, "запечатал" башмаком щель.
- Свет из нашего мира более не поступает в другой мир. Заплутает. Не дойдет.
Господин Часы пошевелил пальцами ног. Пальцы были короткие.
- Зачем вы разулись, господин Часы? – Возмутилась Маркиза. - Ваши оранжевые носки меня раздражают. Какой ужасный цвет.
- Я ошибся! – Господин Часы вскрикнул, рухнул на пол и прижался к щели. - Мистер Зло покинул замок. Экстравагантный и импозантный, заигрывающий со смертью, движется в нашу сторону. Тссс. Приближается.
Часы привстал, споткнулся и заходил взад и вперед.
- Вы сломались. - Прохрипела Труба.
- Я сплю. - Тетушка Супница стояла посреди комнаты. Ей казалось, что всё нереально. – Ущипните меня.
- Как нам быть, господин Часы? – Спросил Альбом.
- Предлагаю склеить ту фотографию. Мир вновь станет стабильным.
- Ах, какое было тяжелое расставание. – Вспомнила Супница. - Он увез тарелки от сервиза. Ей - досталась я. - Тетушка Супница затормошила Николса. - -Эй, ты! Прекращай запираться с телефоном в туалете! Иначе, быть беде.
В комнате появился приветливый и очень бодрый господин в длинном пальто. На лбу у него было четыре глаза, а в глазницах – пусто.
- Жарко у вас. - Незнакомец расстегнул пуговицы пальто. Его лицо выражало нежную радость. – Не спите. Есть проблемы?
- Кто вы? - Спросил Альбом.
- Я - мистер Зло. – Важно представился господин. - Про вас наслышан, господин Альбом. Вы очень знамениты. Вы существуете в прошлом и в настоящем.
Мистер Зло ласково взглянул на старика. Альбом приосанился.
- Ваш запах я почувствовал издалека. – Господин Часы приблизился к мистеру Зло.
- Я пришел за Джейн. – Оскалился мистер Зло.
Господин Часы решительно встал перед люлькой.
- Вы, мистер Зло, вторглись в чужое пространство.
- И что?
- Вы - порочное пятно на теле Вселенной.
- Уйдите. – Мягко попросила Супница и расплакалась.
Мистер Зло приобнял Супницу.
- Что вы такое говорите, Супница? Лучше полейте цветы в доме.
Мистер Зло обожал провинцию. Супница была из того мира, где мечты людей сводились к покупке козы. Доведенные до нищеты, живущие в убогих домишках, незамедлительно исполняли волю мистера Зло, стоило ему только отдать приказ.
От гнева господин Часы покрылся ржавыми пятнами.
- Вы вмешиваетесь в дела людей. Безумствуете! Но вы - всего лишь паук.
- Я - Великий Паук. – С робкой нежностью мистер Зло взглянул на спящую малышку. - В его руках появились сети. - В этом доме начнутся проблемы. Ребенок может погибнуть под обломками любви. Я забираю Джейн.
Мистер Зло изрыгнул на ребенка яд. Джейн стала цветком.
Мистер Зло пропал. В комнате остался аромат розы.
- Что делать? – Хором спросили ожившие вещи.
Среди оживших вещей господин Часы был главный. Господин Часы хорошо владел техникой убеждения.
– Кому-то надо отправиться в деревню, где живет Иван Иванович. Я же проникну в тайный мир. Всё выясню и верну крошку Джейн.
- Кто же пойдёт к музыканту? – Осторожно спросила Труба.
- Конечно же, вы. - Ответил ей господин Часы. - Господин Альбом будет вас сопровождать.
-Я? – Возмутился Альбом. – Здесь без меня достаточно помощников.
- Ради достижения общей цели. – Господин Часы пожал руку старику. – Мужайтесь. При возникновении конфликта идите на компромисс.
Супница надела плащ.
- Куда вы? – спросил господин Часы.
- С вами. Прямо сейчас. Пока тот мир открыт. – Ответила Супница.
- Я уйду один.
- Господин Часы, поймите, одному нельзя. Это очень опасно. В темном мире можно заблудиться.
- Я возьму фонарь. Светом буду разгонять странных сущностей темного мира.
- А если ваш ход остановится от перегрузок? Кто вас спасет?
- Хорошо, Супница. Пойдем вместе.
- Мы не останемся в пустом доме. – Луиза и Маркиза, поддавшись общему настроению, встали со своих мест.
Ночью ожившие вещи были настроены решительно. Небольшая армия отправилась к границам темного мира. Реализуется ли их план, не известно. Темный мир непредсказуем. В темном мире жестокие правила.
***
После развода Иван Иванович поселился в деревне. Скромное поселение находилось недалеко от города. Три остановки, если сесть в автобус у дома.
Николас редко бывал у деда. Каждый его приезд заканчивался ссорой. Иван Иванович пил. Ничто не могло его остановить.
«Только я могу его спасти». Думала Труба.
Альбом и Труба продвигались вперед. Оба были старыми. Когда город остался позади, прошлое потерялось в ночи.
- Город пропал. Мы не сможем вернуться. Что будем делать, Альбом?
- Что-нибудь придумаем, Труба. Когда-то я любил тебя. Ты была молодая. Издавала приятные звуки.
- Ты меня любил?
- Я писал тебе письма. Говорил в них о своей любви. Распахивал окно. Листы бумаги разлетались. Ветер уносил их. Я верил, что любовь принесет письма в деревню. Ты жила тогда с другим. Ты любила музыканта. Вы были одним целым…
- Прошлое. Восхитительное и феерическое. Жизнь музыканта изменилась не в лучшую сторону. Иван Иванович бросил свою семью. Оставил меня. Хочешь знать, что случилось, Альбом?
- Да.
- Расскажу. В те дни я звучала громко. Иван Иванович был молод и востребован. Нас приглашали в богатые дома. Мы были счастливы. Иван Иванович снял для семьи маленькую квартирку. Уютно горела лампа. Жарко грела печь. Две чашки стояли на столе. Жена Ивана Ивановича родила девочку. Ей дали имя Аленка. Жизнь складывалась удачно, ничто не предвещало печальных перемен. Как-то раз, в одном богатом имении, Иван Иванович много выпил.
- Он пил уже тогда?
- Что ты!? В том то и дело, что не пил. А тут... Хорошая атмосфера. Ему заплатили больше, чем он ожидал. Что-то нашло на человека. Рассудок помутился. Вокруг Ивана Ивановича находились исключительно красивые люди, они говорили Ивану Ивановичу особенные слова, от них становилось хорошо на сердце. А дома... Жена Ивана Ивановича всегда выглядела уставшей. Дочь Аленка много плакала. Девочка росла хилым ребенком. Лекарства стоили дорого. Иван Иванович постоянно пребывал в стрессе.
- Стресс, куда опасней, чем некоторые думают.
- Ивану Ивановичу захотелось покоя. На несколько часов. Или на одно мгновение. Он остался наедине с девушкой. Молодая барышня гостила в богатом доме, была близкой родственницей хозяйки.
- Девушка была красивая?
- Милая, улыбчивая, могущая поддержать любую беседу.
- Кто устоит?
- Иван Иванович и не думал сопротивляться. Он провел с девушкой ночь. Утром Иван Иванович решил, что с ним произошёл маленький, но приятный инцидент, который все забудут. Спешно Иван Иванович вернулся домой. Обнял жену. Поцеловал дочь. Крошечная квартирка не казалась ему унылым обиталищем, в ней пребывали люди, которых он любил. Про случайную встречу с красивой девушкой Иван Иванович и не вспоминал. Вскоре барышня дала о себе знать.
- Как?
- Позвонила жене. Сказала, что хорошо знает Ивана Ивановича и между ними глубокие и серьезные отношения.
- Какой продуманный ход!
- Вот именно. Девушка открыто заявила о себе и о своих правах на Иван Ивановича.
- Трудно пережить измену.
- Она и не пережила. Хозяйка подорвала психологическое здоровье. Вначале - скандал. Потом - депрессия. Иван Иванович любил свою жену... Давал ей обещания. Ссоры не прекратились. Музыкант устал. Они расстались.
- Переехал к любовнице?
- После развода ушел из профессии. Стал пить. Душевные силы покинули музыканта.
- Его мучали угрызения совести?
- Не знаю. - Вздохнула Труба. - Он меня бросил. Мы мало встречались. Иван Иванович избавился от инструмента, подарив меня внуку. На что он надеялся? Что внук станет музыкантом?
- Помню её.
- Кого?
- Прежнюю хозяйку. Бабушка Николаса была красавица.
- Да. - Вздохнула Труба. – Прекрасные черты лица. Короткая стрижка. После войны многие носили короткие волосы. Боялись педикулеза и тифа.
- Возможно, Иван Иванович уничтожил вторую часть фотографии.
- Не исключено. - Согласилась Труба.
- Тогда мы напрасно тратим силы.
После продолжительной прогулки, у старика началась одышка. Непосильная физическая нагрузка изменила частоту дыхания.
- Ты устал? - Спросила Труба.
- Мне много лет. - Ответил Альбом. – Уже трудно подниматься на крутой холм. Еще и ветер дует в лицо.
- Нужен отдых.
Они присели под деревом. Густая крона не пропускала звездный свет. В темноте Альбом снял пальто и накинул его на попутчицу. При свете он не посмел бы.
- Спасибо. Долгая ночь. - Труба закуталась в пальто.
Теперь ничто не мешало им говорить. Время остановилось.
- А помнишь? В молодости ты была беззаботная. Любила праздники.
Труба прижалась к Альбому.
- Если бы я знала, что ты любил меня...
- Ничто не изменилось бы, дорогуша. Ты была привязана к музыканту.
- Сейчас мне хорошо с тобой. Мы отложили своё счастье на долгие годы.
- Город исчез. Я создам для нас теплое жилище. Дом будет в земле.
- Почему в земле?
- Земли много. В доме будет очаг из сложенных камней. Умирая, города оставляют после себя камни. Груду камней. Помню войну и разрушенные постройки… В войну я был молод. В те годы мистер Зло забрал мальчика. Как же его звали?
Старуха сжалась. Её сердце сохранило образ.
Женщина в ситцевом платье стояла у окна. Ветер раскачивал скрипучие качели. Вихрастый мальчик играл у качелей. Женщина скулила.
- То была собака. – Сказал старик. – У них была собака. Пес с желтыми боками. Ночами пес скулил. Летучие мыши кружились над псом. Собаке становилось страшно. Рэд забивался в угол.
- Собаку звали Рэд?
- Ты, правда, ничего не помнишь?..
Появилось углубление. Вниз вели ступеньки, сделанные из старых досок. Старик и старуха, спустившись вниз по ступенькам, оказали в небольшой комнате. Стены комнаты были сухими. Пол был твердым. На твердом полу стоял крепкий стол. На столе находились два изящных фужера на тонких ножках. Через прозрачные стекла была видна красная жидкость.
- Вино? – Спросила старуха.
- Кровь. – Ответили те, которые явились. Скелеты с вывернутыми костями близко подошли к старухе. - Мы будем служить вам. – Сказали они.
Чужая кровь омолодила старуху.
- Еще. – Потребовала она.
Скелеты доверху наполнили бокалы. Их вывернутые кости производили шум и неловкие действия. Кровь закапала на пол. Просочилась через землю.
У старухи стали расти волосы. Росли-росли, пока волосы-прутья, пронзив земляной пол, не уперлись в железное ядро.
- Ш-ш-ш. – Шикнула старуха. – Мать говорит. Рассказывает, что её дети рядом.
Старуха заговорила не своим голосом:
«Кровь. Кровь. Тех, кто давно ушел. Кто не прожил жизнь. Я храню их тайны. Моих детей обидели. Их создали для любви. Они напрасно потратили свои жизни. Кровь всё помнит. Я пью их кровь».
Старуха встряхнула волосами и выбросила вперед руки.
- Земля. Я слышу тебя. – Голос старухи был глухой, как у петуха, которому свернули шею. Чтобы сломать позвонок, нужна ловкость рук. Пальцы должны быть крепкими. Движения быстрыми. Если неправильно произвести операцию, реакция птицы не предсказуемая. Неумелому забойщику трудно сломать шею.
Старуха захрипела.
- Что с тобой? – Спросил старик.
- Реки крови под землей. Кто-то должен остановить войну.
Старик подхватил старуху. Вместе они закружились в танце. С юбки старухи посыпались сухие листья. Быстро листья превратились в пепел.
Пепел кружил по комнате.
- Еще не все. – Старуха прижалась к старику.
– Придет новое. Мы будем вместе. – Старик мечтал. В миг счастья старик не знал, что мечта не сбудется. Несбывшаяся мечта отяготит его жизнь.
- Мы будем жить в доме, который построишь ты.
- Я умею забивать колья.
Старик верил в чудо. Она была рядом. Тихая радость забралась за пазуху. Он хотел сделать её счастливой.
Исчез стол. Пропали скелеты. Землянка сравнялась с землей. Из-под земли пробился росток. Превратился в дерево.
У дерева, прислонившись к потертой коре, сидели старик и старуха. Оба были седые. Их руки тряслись. Их глаза слезились.
- Отдохнул? – Спросила Труба.
- Да. – Кивнул Альбом.
Помогая друг другу, они продолжили путь. Послышался гул транспорта. Шум быстро распространялся по воздуху. Неподалеку от деревни были проложены рельсы.
По железной дороге на поврежденных колесах двигался поезд. Прорываясь через огонь, стремился вырваться на свободу. Его металлическая голова была покрыта копотью. На черной железной голове сидела белая птица. Была она сделана из камня. На каменной птице были пурпурные одежды.
Неодушевленная птица громко закричала: «Безумие! Остановите безумие!»
Старикам стало страшно.
- Жив ли Иван Иванович? – Спросил Альбом. – А если умер… Лежит на лавке и не шевелится.
- Что говоришь?! Я бы почувствовала. Между нами нерушимая связь. Я слышу, как он плачет ночами.
- Смотри, Труба, дальше находится водонапорная башня. – Обрадовался Альбом. – А зданий нет.
- Ну, хоть башня сохранилась. И яблоньки стоят. Жмутся друг к другу. Держатся.
- Предполагаю, что в деревне есть электричество. А отопление, точно, что отсутствует. Если бы Иван Иванович не отправил тебя в город, жила бы в унылых условиях. Ты же привыкла к удобствам.
Труба и Альбом ходили по одной и той же линии. Взад и вперед и никак не могли выбрать правильную дорогу, которая привела бы их к дому.
- Мы кружим, Труба. Все время возвращаемся назад. Что-то нужно оставить позади.
- Что же, старик?
- Всё, что было разрушено. Тогда мы получим свободу. Будущее может быть каким угодно. Прошу… Только не оборачивайся назад. Не смотри на тех, кто остался лежать в оврагах. Их не вернуть.
- Скелеты, оставшиеся с прошедшей войны.
- Где же дом Иван Ивановича?
- У дома находится старый колодец. Прежде в колодце было много воды. Мы сидели у колодца и были счастливы. Мы танцевали жизнь.
- Хочешь остаться с ним, Труба?
- Заберем фотографию. Уйдем вместе. Я чувствую твою любовь, Альбом.
- Я долго был один. Я научился ценить миг. Теперь я обрел то, что искал.
- Здесь нужно свернуть направо. Что ты говорил, Альбом?
- Как жаль, что с неба ушла Луна.
- Поддержи меня, Альбом. Я нуждаюсь в тепле.
- У тебя ранимая душа, Труба. Пройдём по мосту. Сделаем крюк мимо кладбища. Не доверяю я покойникам. У них одно на уме. Напугать стариков. Видишь скелет с пустой флягой?
- Солдат…
- Погиб от жажды. Облокотился на крест. Кресты охраняют опасные места материального мира.
- Тсс. Молчи, старик. С кладбища доносятся звуки. Мы разбудили ворон.
Стая птиц, расправив мокрые крылья, закружилась над путниками.
- Ужасные вороны! – Старуха прижалась к старику. – Что они замышляют? Выклюют наши глаза? Ты слышишь, старик! Слышишь? Каркают! «Завтра! Завтра! Смерть с моря». Что-то случится завтра…
- Мы разбудили птиц. Они спали на могилах. Взлетели. Решили посмотреть, кто шагает. Ничего страшного не произойдет.
Ворона ударила старуху по голове.
- Когда-то мы были белыми. – Сказала ворона. – От горя мы почернели. Там, где все спят, мы обнимаем солдат. Им сомкнули уста. Умерев, они помнят. Солдатам снятся страшные сны. Мы видим их сны. Большие железные птицы падают с неба на землю. Вспыхивают огнем.
- Я не понимаю… – Шепнула старуха.
- Ворона рассказывает о войне. – Ответил старик. - В пик уходили самолеты. Умирали мальчики. Прибавь шаг, Труба. – Посоветовал Альбом. - Вороны отстанут от нас. Вороны питаются мертвечиной, а мы – живые.
Старик и старуха, держась за руки, ускорили свой ход. Вороны вернулись на кладбище. Легли на могилы. Обняли солдат. Их черные крылья быстро стали мокрыми от материнских слез.
«Остановите бойню». Просили матери умерших солдат. Их сиплые голоса разносились над кладбищем. Кто их слышал? Ветер…
Нескоро показался нужный дом.
- Там его дом. – Сказала Труба. - Темно внутри. В доме стоит побеленная печь. Интересно, спит ли он на печи? Смотри, не споткнись, Альбом. Ведро у порога. В нем бутылки. Он много пьет. Бедный Иван Иванович.
- Отчего же он бедный, Труба? Слабый человек, это так. Уехал в деревню. Нанялся на работу в сельский клуб. Жизнь пропустил мимо. Ах, какой пропал музыкант.
- Он руководил хором.
- И пил.
- Конечно, пил. Его разлюбила женщина. Во время трезвого периода, он звонил ей. Она бросала трубку.
- Не хотела строить отношения с зависимым человеком?
- Она не простила его.
- Вот за ту маленькую измену?
- Измена не бывает маленькой или большой. Измена – это предательство. Иван Иванович за грош продал своё счастье.
- Почему она запретила ему общаться с дочкой?
- В алкогольном опьянении Иван Иванович устраивал скандалы.
- Что-то не хочется видеть его. Иван Иванович может нанести нам травму. Чего ждать от человека, который утратил ценности? Давай пролезем через окно. Тайно заберем фотографию.
- Стучи в дверь. Не стой, как олух. Иначе, я решу, что ты боишься.
- И постучу.
"Бум-бум".
- Может музыкант умер, Труба?
- Не дождетесь. – За дверью послышалось шарканье. - Моя Труба! - Обрадовался Иван Иванович. - И ты тут, старый Альбом! Зачем заявились?
В доме жарко грела печь. На столе стоял граненый стакан. Он был пуст. Стены избы были в старых газетных вырезках.
- Мы много выступали. - Сказал Иван Иванович и с горечью посмотрел на Трубу.
- Где плакаты? - Спросила Труба.
На плакатах были изображены музыкант и труба. Плакаты были яркие. Перед выступлением их развешивали по всему городу. Перебравшись в деревню, Иван Иванович гвоздями приколотил плакаты к стенам дома.
- Старые плакаты я сжег вместе с мусором. Они уже ничего не стоили. - Вздохнул Иван Иванович. - Я любил тебя, моя труба.
- Нам нужен снимок. – Потребовал Альбом и гордо выпрямился.
Альбом недолюбливал Ивана Ивановича. Музыкант был соперник. Между двумя был давний конфликт. Альбом не хотел уступить противнику любимую. Уговаривал её остаться. Убеждал Трубу, что с Иван Ивановичем её ждет поражение. Труба отвечала, что Иван Иванович играет для неё большую роль. Труба учитывала интересы музыканта. Ей было все равно: выиграет она, или проиграет…
- Какой еще снимок? – Удивился Иван Иванович.
- Я видел, как вы подобрали фотографию с пола, чтобы унести с собой.
- Это было давно… На смену счастью пришла водка.
Старик расплакался. По грязной бороде потекли слезы.
- Я мог водить Аленку в кино. В спортивную секцию. Моя бывшая жена не дала насладиться этими моментами. – Причитал Иван Иванович. - Я очень несчастен, Труба. Я скоро умру, Труба...
- Послушайте, Иван Иванович. Мистер Зло украл Джейн.
- Где Джейн?
- Мы не знаем.
- Как же грустно. Ах, бедный я старик.
- Не время думать о вашем личном несчастье, Иван Иванович. – Альбом разгорячился. - Ваши дни сочтены. На финише вас ждут прекрасные феи.
Альбом надсмехался. Альбом по-хозяйски расхаживал по домику. Надеясь найти часть снимка, заглядывал туда, где было много пыли и мусора.
Повсюду валялись объедки пищи. На столе. На кровати. Под кроватью. Чтобы удовлетворить нужду, в комнатке стоял грязный горшок.
– Музыкант, где фотография? – Требовал подсказку Альбом. Временами Альбом сурово смотрел на Иван Ивановича.
Иван Иванович вызывал у него чувство брезгливости.
- Фотография?.. Какая фотография?
У Иван Ивановича совсем было плохо с умом. От пьянки пострадали умственные способности. Он все чаще забывал события последних дней. Последних минут.
Но прекрасно помнил свою молодость. И разрыв с женщиной. Чтобы уйти от боли, много пил и долго спал. Сны путал с реальностью.
Иван Иванович сделал шаг навстречу и пошатнулся.
- Что с вами, Иван Иванович? Не можете сохранить равновесие?
В словах господина Альбом присутствовал соленый сарказм.
В воздухе повисло напряжение. Со стороны старухи Трубы в сторону господина Альбом посыпались искры гнева.
Труба погладила Иван Ивановича по спине. Тот всхлипнул.
- У меня был плохой отец. Знаете, что за ужас, получать тумаки!? По-мужски отец выколачивал из меня дух. Настойчиво гнул свою линию правильного мужского воспитания.
- Папа не водил тебе на футбол? – Ласково спросила Труба.
- У отца было холодное сердце. Не играл с мной. Не брал меня на руки. Не заботился обо мне. К счастью, он ушел из семьи. Иначе, я бы не раскрыл свой талант. Не стал музыкантом.
- Ну и семейка. -- Вздохнул Альбом. - Важно найти старый снимок. От тебя, музыкант, никакой помощи.
- Я много пью. Всё кончено. Я сдался. – Музыкант улыбнулся. На мгновение ему стало лучше. – Ко мне заявилась старая подружка – моя Труба.
- Пришла. Ты не побежденный. Тебя невозможно победить. Ты – мой герой.
Труба прижалась к ноге Ивана Ивановича.
- Почему ты утешаешь его? - Возмутился Альбом. - Он же законченный эгоист! Он не способен на здоровые отношения. Иван Иванович бросил тебя. Оставил семью. Даже сейчас волнуется только о себе. Иван Иванович не слышит нас! Этот гнусный старик говорит только про себя.
