Амелия Борн

– Мама, пойдем домой. – Что случилось? – встревожилась я. – У тебя что-то болит? Или тебя кто-то обидел? – Дома поговорим, – произнесла дочь так серьезно, что захотелось улыбнуться, но губы не слушались. Я почувствовала, что произошло что-то действительно пугающее. – Лисонька, в чем дело? – спросила, присаживаясь перед ней на колени, когда мы оказались в надежном укрытии нашего дома. Во всяком случае, тогда мне казалось, что там надежно. – Лиза говорит…. Опять эта Лиза! Чем еще ее неугомонная

закончил, – донеслось мне в спину. – Я снова тебя добьюсь, любимая. Но я сделала вид, что этого

себя побитым псом. У него ведь взаправду ничего не было со Светой. Кроме лжи, на которую был вынужден пойти, чтобы видеться с тем человеком

сродни восторгу от того, что Вадик так ошарашен. И легкая степень удивления, ведь Глеб теперь взирал на

друг от друга подальше. Произнесенные слова породили в душе чувство острого сожаления. Ну почему я не заслужила хотя бы шанса на то, чтобы жить нормальной жизнью? Общаться, с кем захочу. Строить хорошую карьеру. Растить ребенка и

– Солгал. Она молчала несколько секунд,

глаза. При этом на лице его появилась холодная усмешка.  – Подумай ночку – а может, больше – о своих дальнейших действиях.