Сергей Карпов

«Поскольку логистически невозможно предугадать все, – спокойно сообщила она, – мы научим вас не предугадывать в принципе. Тогда вы будете готовы ко всему».

Это как бы фрилансер-исследователь. Фанат . Коллекционер. – Коллекционер чего? – спросил Билли. – Религий. Культов. – Как, блин, можно коллекционировать культы? – Вступая.

Я сволок с постели свой агонизирующий полутруп и похромал в ванную. Двадцать минут под горячим душем, три кружки черного кофе – и вот я уже почти человек.

Когда принципиальный человек сражается с мерзавцем, поначалу всегда ведет мерзавец. Потому что есть вещи, на которые принципиальный человек пойти не готов. Тогда как мерзавец добивается своего любой ценой. Но это пока принципиального человека не доведут до точки кипения и до предела его характера. На этом стоит почти вся греческая трагедия, половина английского театра и три четверти американского кинематографа.

Все войны – священные, то есть обычные и кровавые, только их кто-то решил назвать священными, потому что так уж ему выгодно, – какой-нибудь король, какой-нибудь папа римский, какой-нибудь Кромвель, который верил, будто знает, что-де нужно Небесам. На взгляд Джона, если ты участвуешь в убийстве людей, значит, велика вероятность, что ты все-таки не святой.

Вот тебе первый тип мужика, такой беляш с пивом на диване, примитивная свинья. Такой мужик и свою-то жизнь не замечает, а когда дело доходит до занятия любовью – о, он чистейший эгоист. Он хочет все, что дают, и пока дают – больше его ничего не волнует. Это такой тип, который залезает на нее и начинает, а как кончает, слезает и давай храпеть.

дочь Эсме не разговаривает со мной годами: ее мать отравила наши ранее близкие отношения. Ее имя я выбрал вовсе не в качестве оммажа рассказу Сэлинджера. Он