Цитаты из аудиокниги «Чапаев и Пустота», страница 40

И даже умирать они уходили, провожаемые глупой клоунадой случайных людей.

У нас внутри - весь кайф в мире.

- У интеллигента, - сказал он с мрачной гримасой, - особенно у российского, который только и может жить на содержании, есть одна гнусная полудетская черта. Он никогда не боится нападать на то, что подсознательно кажется ему праведным и законным. Как ребёнок, который не очень боится сделать зло своим родителям, потому что знает - дальше угла не поставят. Чужих людей он опасается больше. То же и с этим мерзким классом.

Если я точно так же не понимаю - или, что еще хуже, думаю, что понимаю - природу управляющих моей жизнью сил, то чем я лучше пьяного пролетария, которого отправляют помирать за слово "интернационал"? Тем, что я читал Гоголя, Гегеля и еще какого-нибудь Герцена? Смешно подумать.

Как будто вы не видите сами... Вы посланы Богом или дьяволом, не

знаю кем, мне в наказание. До встречи с вами я и понятия не имел,

насколько я безобразен. Нет, не сам по себе, а в сравнении с той высшей и

недостижимой красотой, которую символизируете для меня вы... Вы словно бы

зеркало, в котором я вдруг увидел, какой непроходимой пропастью я отделен

от всего того, что я люблю в этом мире, от всего того, что мне дорого и

вообще имеет для меня какое-то значение и смысл.

Вы, конечно, понимаете, что главное в любом ритуале - не его внешнее оформление, а то, чем он наполнен изнутри.

.. Но это поэзия слов, а есть поэзия поступков.

Мы кузнецы – и дух наш Молох,

   Куем мы счастия ключи.

   Вздымайся выше, наш тяжкий молот,

   В стальную грудь сильней стучи, стучи, стучи!!

Мало ли было мест, откуда я ушел навсегда?

Может там, где люди говна меньше делают, и Бог добрее.