Цитаты из аудиокниги «Государь», страница 43

Заблуждается тот, кто думает, что новые благодеяния могут заставить великих мира сего позабыть о старых обидах.

nolens se fortunae committere adversus hostem, quem tempus deteriorem in dies, et locus alienus, faceret

Там всегда отыщется повод для мятежа во имя свободы и старых порядков, которых не заставят забыть ни время, ни благодеяния новой власти. Что ни делай, как ни старайся, но если не разъединить и не рассеять жителей города, они никогда не забудут ни прежней свободы, ни прежних порядков и при первом удобном случае попытаются их возродить, как сделала Пиза через сто лет после того, как подпала под владычество флорентийцев.

По большей части они бывают не в силах и не умеют поддерживаться на высоте выпавшего на их долю значения. Не в силах, – потому что у них не достает ни значительных войск, ни верных союзников, не умеют, – потому что для человека с обыкновенными способностями, жившего частною жизнью, весьма трудно приобрести те многоразличные качества, к которым обязывает Правителя верховная власть

себе Государей, обыкновенно выражают это поднесением

Вообще должно заметить, что при управлении людьми их необходимо или ласкать, или угнетать; мстят люди обыкновенно только за легкие обиды и оскорбления, сильный же гнет лишает их возможности мести: поэтому, если уже приходится подданных угнетать, то делать это следует таким образом, чтобы отнимать от них всякую возможность отмщения.

КОГДА завоеванные страны до своего покорения управлялись собственными законами, пользовались свободными учреждениями, то завоеватель может удержать их за собою тремя спосо

. По каковому поводу уместно заметить, что людей следует либо ласкать, либо изничтожать, ибо за малое зло человек может отомстить, а за большое – не может; из чего следует, что наносимую человеку обиду надо рассчитать так, чтобы не бояться мести

Чтобы основательнее разобраться в этом деле, надо начать с того, самодостаточны ли такие преобразователи,

порок человека он видел не в его социальной, «политической природе», а в свойственном человеку антиобщественном инстинкте собственности. Именно этот «противоестественный» инстинкт делает, согласно мнению Макиавелли, невозможной нормальную общественную жизнь (VIII, 58–60). Макиавелли намечает в «Золотом осле» ту критику буржуазной цивилизации и прогресса, с которой на рубеже XVII столетия и эпохи Просвещения выступит Свифт и которую в сере