Читать книгу: «Двенадцатое желание»

1

Оксана сидела за столом, втиснутая между мамой и толстым бородатым дядькой в несвежем свитере, и откровенно томилась. Бородач зудел над ухом: рассказывал о своей работе в научном институте. Судя по реакции мамы, работа была очень интересной. Дядька изучал «влияние ионизирующего излучения на организмы» в лаборатории биофизики. То-то мама сидит, рот разинув! Как будто что-то понимает в этих уранах и нептунах… то есть нейронах. Или нейтронах? Ой, да какая разница. Оксана широко зевнула и заерзала на жестком стуле, не зная, куда себя деть.

Из допотопного музыкального центра на подоконнике доносились обрывки эстрадных песен времен маминой молодости. «И ты ко мне-е-е не подходи-и-и», – надрывался певец. Его писклявое пение и глупые слова песни приводили Оксану в крайнюю степень раздражения. Музыку почти заглушали голоса гостей и стук вилок о тарелки. Помимо Оксаны, ее мамы и бородача-биофизика за столом обедало человек пятнадцать взрослых, в основном пожилых. Они громко разговаривали, перебивая друг друга, ели из салатников, селедочниц, вазочек и произносили бесконечные унылые тосты в честь именинницы тети Вали, пожилой женщины в цветастом платье-халате, которая сидела во главе стола.

– Минутку внимания! Позвольте поднять бокал, – внезапно вскочил бородач. – Сегодня было и еще будет сказано много прекрасных слов в честь нашей Валентины, и я хочу присоединиться к поздравлениям! Валентина, шестьдесят девять лет – не круглая дата, но все же…

Дальше Оксана не слушала. Она почувствовала, как на нее накатывает новая волна раздражения. Очередная мамина идиотская затея: потащить Оксану в гости к совершенно посторонней, незнакомой старухе! Когда мама накануне сообщила эту новость, Оксана возмутилась:

– Мы с Вероникой и другими девочками из класса собирались пойти на каток! Там будут Саша и Инга, когда еще я окажусь с ними в одной компании! Почему снова я жертвую своими планами?!

– Оксана, это приглашение на день рождения к моей крестной! Отказываться невежливо!

– Крестная твоя, а ехать должна я. Раньше мы у нее в гостях не бывали, и почему-то невежливым это не считалось! Откуда эта крестная вообще нарисовалась?!

– Оксана, – устало ответила мама, – мы ходим по кругу. Я уже объясняла тебе. Когда я училась в школе, твоя бабушка близко дружила с семьей тети Вали. Дочь тети Вали, Наташа, ходила в мою школу, в параллельный класс. Потом муж тети Вали получил работу на крайнем Севере, они уехали и тридцать лет не поддерживали с нами связь. Но на прошлой неделе тетя Валя поздравила меня с именинами. Оказывается, они с Наташей вернулись в город, купили квартиру неподалеку. Так и начали вновь общаться. Поэтому в воскресенье мы едем к ней в гости и точка.

Оксане ничего не оставалось, как согласиться, и вот она здесь: среди стариков, разглагольствующих о бестолковых подростках и современном школьном образовании. «В наше время…». Противно слушать! Она украдкой вынула из кармана смартфон с треснутым экраном. Аккумулятор показывал один процент, а ведь она заряжала телефон с утра! Оксана вошла в мессенджер, чтобы написать Веронике, но едва набрала «привет», как экран мигнул и погас. Оксана подергала маму за рукав:

– Мам, у меня сел смартфон! Дай мне зарядку!

– Я не взяла с собой, – отмахнулась мама и обратилась к бородачу: – и вы говорите, излучение изменяет их… как его, генотип, да?

Что за невезение! И как ей общаться с друзьями?! Оксана снова дернула маму за рукав:

– Мам, когда вы с папой купите мне новый телефон?

– Оксана, отвяжись, ты не видишь, я разговариваю с человеком?! Когда у нас появятся средства, тогда и купим!

– Папе недавно купили новый, с крутой камерой, – протянула Оксана, – почему я всегда жду, а вы нет?

– Знаешь, иногда наши желания исполняются не сразу, но это не значит, что они не сбудутся, – влезла в разговор тетя Валя: она только что принесла из кухни блюдо с жареной курицей и, пытаясь не задеть горячим бородача и Оксану, умещала блюдо в центре стола. – Просто нужно дождаться правильного момента.

Оксана закатила глаза: глубокомысленной стариковской мудрости ей как раз не хватало! Она затолкала телефон в карман джинсов, взялась за вилку и вздрогнула, чуть не выронив ее: за тонкой межкомнатной стеной вдруг раздался хриплый надсадный кашель. Тетя Валя оставила картошку и бросилась в соседнюю комнату. Гости притихли, а потом разом заговорили.

– Что случилось? – шепотом спросила Оксана у мамы. – Что за кашель?

– Это дед Ярослав, брат тети Вали, – мама наморщила лоб, припоминая: – Да, вроде брат, точно не знаю… Он летом перебрался сюда из деревни. Пожилой, сильно болеет, даже с кровати не встает. Ему уход нужен, потому к тете Вале и переехал. Да и с врачебной помощью в городе гораздо лучше, больница рядом, поликлиника.

Оксана скривилась: еще один дед с букетом болезней, за столом-то их не хватает! Она вилкой подцепила сероватую горошину из своей тарелки с «оливье». Гадость! Надкусила пирожок с капустой – расхваливаемая мамой стряпня тети Вали. На вкус как размоченная картонка. Оксана отложила пирожок на край тарелки и от нечего делать принялась разглядывать гостей.

Напротив нее ела «селедку под шубой» толстая женщина в бесформенной кофте-кардигане и очках в старомодной оправе. Это была дочь тети Вали, Наташа. Карман ее кардигана оттопыривала зеленая общая тетрадка. Женщина то и дело отвлекалась от еды и ощупывала карман, проверяя, на месте ли тетрадь, словно кто-то мог стащить это потрепанное «сокровище» с обломанными углами. Оксану познакомили с Наташей, едва они с мамой переступили порог тети Валиной квартиры. Ей сразу не понравилась эта неухоженная тетка лет сорока со стрижкой «под мальчика», которая весь вечер то писала в своей тетрадке, то бросала на девочку косые взгляды, от чего Оксане делалось не по себе.

– Че она на меня пялится? – спросила Оксана у мамы еще в начале праздника.

– Ты не обращай внимания, – посоветовала мама. – Мне тетя Валя рассказала по секрету: у Наташи жизнь не сложилась. Муж от нее ушел, детей нет… Несчастная женщина.

Оксана исподтишка посмотрела на Наташу: та меланхолично жевала салат и в общей беседе не участвовала.

– Доченька, – на плечо Наташе легла рука тети Вали. – Ярослав проснулся, просит, чтобы ты ему чай согрела и принесла.

– Ярик? – Наташа словно очнулась. Она подняла голову от тарелки с салатом, встретилась глазами с Оксаной и неожиданно добавила, обращаясь к девочке: – А ты не скучай, походи по квартире, может, что интересное найдешь, – Наташа кивнула в сторону смежной с гостиной комнаты.

Обрадовавшись разрешению покинуть гостиную, Оксана вскочила и чуть не бегом отправилась в комнату подальше от назойливого взгляда Наташи и начавшего разгораться среди гостей спора по поводу ЕГЭ. И почему взрослых так волнует тема экзаменов? Можно подумать они сами их сдают! Оксана вошла в комнату и прикрыла за собой дверь. Шум из гостиной сделался глуше. Так-то лучше!

Комната была заставлена картонными коробками и мебелью, по большей части покрытой пожелтевшей тканью. Левый угол занимала двуспальная кровать. На тумбочке возле кровати лежали тетради, учебник по немецкому языку и коробочка с берушами. Скорее всего, здесь спит Наташа – Оксана припомнила, что та преподает немецкий язык: мама почему-то страшно восторгалась этим фактом Наташиной биографии.

Напротив кровати стояло трюмо с занавешенным зеркалом. На его низком столике валялись наполовину использованные тюбики с кремами и флаконы с духами. Массивный письменный стол рядом с трюмо был завален бумагами, пакетами и безделушками. Лампочки потолочной люстры давали тусклый свет, с трудом просвечивая сквозь красный абажур с золотыми кистями. Комната выглядела заброшенной, как чердак деревенского дома.

Лавируя среди коробок, Оксана пробралась к окну. Герани с вырожденными длинными стеблями и алоэ в консервных банках, заменяющих горшки, тянулись к заляпанному оконному стеклу. Оксана вгляделась в стекло, пытаясь рассмотреть улицу, но уже стемнело, и она видела лишь свое отражение: худенькая девочка с длинными ресницами, густой челкой до бровей и черными волосами, постриженными в каре. Она намеренно выбрала такую стрижку, стесняясь оттопыренных ушей. Оксана прищурилась. Уши торчали, и делали ее похожей на мультяшную мартышку. Оксана пальцами начесала на уши темные пряди, надула пухлые губы и показала отражению язык.

Нельзя сказать, что в комнате веселее, чем в гостиной. Оксана стала перебирать вещи, валявшиеся на столе. Фарфоровая собачка с отбитым носом. Складной веер со сломанной пластиной. Блокнот, исписанный формулами. Треснутая деревянная линейка. Кому нужно это барахло? Оксана швырнула линейку и нечаянно задела отрез ткани, который прикрывал нечто высокое, стоявшее вплотную к столу, – то ли этажерку, то ли башню из коробок. Ткань с шорохом соскользнула на пол, взметнув вверх облачко пыли, и обнажила вовсе не этажерку или коробки, а напольные часы.

Корпус часов был деревянный, темно-коричневого цвета, в сколах и царапинах. За прозрачной передней дверцей неподвижно висели латунный маятник и цилиндрические гирьки на цепочках. Над дверцей было искусно вырезано лицо мужчины с крупным носом, хитро прищуренными глазами и волнистой бородой. Его плотно сжатые губы улыбались, а длинные волосы разбегались в стороны. Над этим причудливым портретом Оксана разглядела надпись на незнакомом ей языке: «Vollstrecker der Wünsche». Наверное, фирма-изготовитель… Оксана посмотрела на циферблат. Маленькая стрелка застыла на трех часах, большая – на двенадцати. Цифры были не одинаковыми по цвету: один, два и три часа – черные, в то время как остальные – ярко-золотистые. Небось, от старости краска слезла! Но почему только на первых трех цифрах? Оксана наклонилась ближе: часы не тикали. Ну да, а она хотела, чтобы в этом доме престарелых хранили работающие вещи?

Из гостиной грянул взрыв смеха. Оксану, потерявшую к часам и комнате всякий интерес, прямо зло взяло. Что за привычка у мамы таскать ее по всем мыслимым и немыслимым гостям, где нет детей не то, что ее возраста, а вообще никаких детей! Сама болтает, развлекается… Оксана сжала кулаки. Если бы можно было натянуть пуховик, добежать до автобусной остановки и уехать домой! Раздался тихий щелчок. Маленькая стрелка часов неловко дернулась, будто по чьей-то команде, и сдвинулась на четыре часа. Четверка поменяла цвет с ярко-золотистого на черный. В ту же секунду из гостиной послышался звонок мобильника, в котором Оксана признала мамин.

Оксана выглянула из комнаты. Гости ели горячее: тетя Валя раскладывала по тарелкам куски жареной утки. Мама Оксаны стояла поодаль от стола, прижав к уху телефон, и быстро говорила. Увидев дочь, она отвлеклась от разговора:

– Собирайся, мы уходим! У меня сантехник на трубке, говорит, мы соседей заливаем! Ума не приложу, как разобраться без отца! Говорила ему, не замуровывай трубы под кафель! Да, я слушаю! – выкрикнула мама, обращаясь к невидимому телефонному собеседнику. – Не орите на меня! Я не нахожусь в квартире, мне час по пробкам ехать…

С ума сойти! Ее желание сбылось! Какая удача! Оксана была готова прыгать до потолка. В звонке сантехника, конечно, мало хорошего. Соседи снизу придут ругаться; папа в командировке до завтрашнего дня, поэтому вечером воды не будет; мама, пока не ляжет спать, достанет своими причитаниями о дорогой плитке в ванной, которую надо разбивать. А, переживу, воткну наушники и включу видосы, рассудила Оксана, главное, мы едем домой!

Она хотела выйти из комнаты, но чуть не упала, споткнувшись о комок ткани. Ах да, часы! Оксана подобрала полотно, намереваясь завесить часы, пока никто из хозяев не увидел, но ее внимание вновь привлек циферблат с изменившей цвет цифрой «четыре». Оксана замерла с тканью в руках. Она пожелала уехать из гостей, стрелка переместилась, и – пожалуйста! – они с мамой уезжают. Совпадение?.. Не может быть…

– Оксана! – рявкнула мама, всовывая голову в дверной проем. – Ты еще здесь?! Хочешь, чтобы мы побольше соседям заплатили? Вода-то от нас течет!

– Иду я, – огрызнулась Оксана, набросила полотно на часы и поспешила в прихожую одеваться.

2

Оксана с кислым видом сидела за первой партой. Шла перемена, и вокруг гудели одноклассники. Королев с вихрастым Андреем Кравчуком запускали по кабинету бумажные самолетики. Один из самолетиков приземлился точно на учительский стол, что вызвало у Королева гогочущий смех. Оксана на секунду прикрыла глаза. С какими детсадовцами ей приходится учиться! У доски черноволосая Карина Воронцова перешептывалась с подругами: они ставили пьесу на новогоднем «огоньке». Оксана фыркнула. Огонек! Пьеса! Уж ее-то на аркане не затащишь участвовать в общественных мероприятиях. Между рядами парт бродила толстая девочка в джинсовом сарафане, Полина Левченко, и жевала бутерброд. Первая сплетница класса, небось вынюхивает, о чем еще всем растрезвонить!

– Ксю, ты меня слушаешь?

От толчка в бок Оксана вздрогнула и повернулась. Рядом, скрестив руки на груди, сидела Вероника. Оксана жарко закивала.

– На чем я остановилась? А… Я говорю Сашке, пойдем за пирожками. Она такая, пойдем, и – раз! – растянулась посередине катка, прям под елкой! Все ржут, а мы с Ингой ее поднять пытаемся. Ну ты понимаешь, Сашка-то у нас здоровая!.. – хихикала Вероника. – Саш, про тебя рассказываю! – Вероника помахала высокой девочке в шипастом чокере: она стояла, прислонившись к закрытым дверям кабинета, и болтала с рыжеволосой Ингой.

Оксана помрачнела. Она мечтала подружиться с Сашей и Ингой, с которыми общалась Вероника, но Вероникины подруги не горели желанием приглашать Оксану в свою компанию. А вчера, когда такой случай представился, Оксана торчала на скучном торжестве, в то время как девочки прекрасно проводили время. А, не очень-то и хотелось! Оксана одарила презрительным взглядом Сашу (длинная, как жердь!) и Ингу (вырядилась в полосатые колготы как на маскарад!) и поджала губы.

– Мы после уроков собираемся разведать каток в Центральном парке, – сообщила Вероника, как будто специально не замечая Оксаниного настроения, – говорят, там бесплатный залили. Дорожки в той части парка, где лес, представляешь? Пойдешь с нами?

– Нет. Я после уроков планировала телек посмотреть, да не выйдет! – буркнула Оксана. – Мне к тете Вале теперь ездить два раза в неделю, подтягивать алгебру! Мама с ней, видите ли, договорилась!

– Откуда теть Оля знает о проблемах с алгеброй? – удивилась Вероника. – Твои до сих пор дневник проверяют?

– Ей Марковна позвонила на той неделе и все выложила! «Успеваемость вашей дочери падает, примите меры», – очень похоже передразнила Оксана математичку Валериану Марковну. – Мама на меня наорала и каждому встречному жаловаться начала: «Все так подорожало, где мы найдем денег на репетитора». И в гостях у тети Вали тоже пожаловалась, а тетя Валя возьми и предложи заниматься со мной бесплатно, «как-никак близкие люди». У них под окнами какая-то крутая гимназия 1603, где она математику преподает, и она поможет туда поступить. Мама завелась, начала выспрашивать. Только меня забыли спросить, где я видела эту гимназию!

Вероника сочувственно кивала, а Оксана распалялась все больше:

– Мама достала водить меня по гостям! На новый год мы поедем к папиному престарелому двоюродному дяде. В деревню Новые Ватутинки, представляешь?! Без электричества, с колодцем и печкой! У тети Вали одни старики собрались! За стеной дед Ярослав кряхтит и кашляет! Я уже молчу как в квартире воняет! Ужасно быть старым: плохо пахнуть, постоянно болеть. А эти страшные морщины!

Оксана содрогнулась, представив деда Ярослава. Одинокий старик, вся жизнь которого состоит из крошечной комнатки и склянок с лекарствами! Вот на чьем месте она точно не хотела бы оказаться!

– По-моему, ты преувеличиваешь насчет старости, – пожала плечами Вероника.

Оксана уловила в голосе подруги нотки раздражения, но перечить ей не решилась: еще поссорятся!

– Моя бабушка, например, хоть и старая, но крутая! – продолжала Вероника с явной гордостью за родственницу. – Одевается модно, красится. Итальянский изучает: говорит, никогда не поздно начинать новое! Смартфон себе купила, зарегилась в ВК, лайкает меня, фоточки в чат шлет.

– Ты ее видишь только в летние каникулы, вот она и крутая! А мне к тете Вале таскаться два раза в неделю по темноте и холоду на другой конец города! – брюзжала Оксана.

– Куда-куда таскаться? – послышался веселый голос.

К парте подошел круглолицый мальчик с забранными в конский хвост волосами. Щеки у Оксаны покраснели, сердце бешено застучало. Она вытерла вспотевшие ладони о джинсы, начесала волосы на уши и выдавила:

– Дима, привет!

Не отвечая на приветствие, мальчик бухнул сумку на парту перед носом Вероники:

– Давай, Метельская, освобождай мое место!

– Царев, можно и повежливее! – проворчала Вероника, но встала.

Дима рухнул на освободившийся стул, подвинул к себе сумку и вытащил оттуда ручку и тетрадь. Оксана украдкой смотрела на одноклассника, любуясь его длинными ресницами и сросшимися на переносице черными бровями. Дима повесил кожаную сумку на спинку стула и повернулся к Оксане:

– Ты чего на меня уставилась?

– Я? – смешалась Оксана. – Я хотела спросить… Где учебник по алгебре?

– Я не взял, – ответил Дима, покачиваясь на стуле.

– Я же написала тебе вчера: возьми учебник! Почему книги ношу одна я?

Дима откинулся на стуле, и тот встал на задние ножки. В глазах мальчика заплясали насмешливые искорки:

– Я забыл, – хихикнул он, и Оксана мгновенно оттаяла.

– В семействе Царевых-Мартыновых проблемы? – поддразнила ребят Вероника.

– Помолчи! – вспыхнула Оксана: не хватало, чтобы Дима догадался, как она к нему относится!

Дима реплику Вероники не услышал. Он направился к ряду у окна, где читал учебник Андрей Кравчук, но на полпути притормозил: Карина Воронцова поманила Диму к себе. Оксана ревниво наблюдала, как Воронцова сует ему исписанные листочки и что-то объясняет, тыча в них пальцем. Оксана вытянула шею, пытаясь разобрать, о чем идет разговор, но из-за шума в кабинете это было невозможно.

Воронцова тем временем взяла Диму за плечо. Сердце Оксаны замерло. Что, если Воронцова имеет на Диму какие-то виды? Они ходят на один и тот же стадион заниматься спортом: она дзюдо, он хоккеем. Как ни неприятно это признавать, но одноклассница привлекательная: смуглая кожа, густые темные волосы, и Дима запросто может обратить на нее внимание. Оксана непроизвольно сжала кулаки так, что ногти впились в ладони.

– Что Воронцовой надо от Димы? – спросила она у Вероники, которая снова заняла Димино место и вертела в пальцах его ручку.

– Не знаю, на свидание зовет? – съехидничала Вероника. – Шутка! – поспешно добавила она, увидев насупившееся лицо Оксаны. – Ой, хватит дуться, Ксю! Царев к Воронцовой с началки безразличен, не то, что к некоторым…

– Считаешь, он в меня влюблен? – встрепенулась Оксана.

– Ты сто раз меня спрашивала! – неожиданно резко ответила Вероника. – Он в тебя влюблен по уши! С кем он завтракает в столовке, ведет переписки по вечерам? С тобой! Непонятно, правда, что ты в Цареве нашла? Ведет себя как третьеклассник!

У Оксаны потеплело в груди. Значит, Дима к ней точно неравнодушен! Оксана перевела взгляд на одноклассника. Дима уже отошел от Воронцовой и, хохоча, перекидывался с Кравчуком бумажным самолетиком. Он легко ловил сильными руками самолетик, обаятельно улыбался и казался Оксане самым умным и красивым из всех, кого она знала.

3

Последний урок отменили: англичанка укатила с одиннадцатым классом на городскую олимпиаду, и Оксана задержалась в столовой с Димой, Андреем Кравчуком и Вероникой.

– Мы с Сашкой и Ингой собираемся на каток в Центральный парк. Царев, пойдешь с нами? – спросила Вероника, придвигая к себе тарелку с пиццей.

– Мы с Андрюхой в деле, – кивнул Дима.

– Нет, я пас, буду готовиться к контрольной по алгебре, – сказал Кравчук. – Как считаете, Марковна сделает ее сложной, как грозилась на уроке?

– Андрюх, расслабься, до контроши две недели… – махнул рукой Дима и спросил: – Оксан, ты с нами в парк?

В груди у Оксаны затрепетало. Дима зовет ее на каток!

– Ксю не сможет, у нее теть Валя! – быстро сказала Вероника, бросив мимолетный взгляд на Диму. – Да, Ксю? Тебе не пора собираться?

Что за косые взгляды в сторону Димы? Или показалось… Или нет? Но раздумывать некогда: судя по времени на часах Оксана действительно опаздывала к тете Вале. Она вскочила, чуть не опрокинув стакан с чаем:

– Спасибо, что напомнила! Я через час должна быть на занятии! Пока! – Оксана побежала в раздевалку за пуховиком.

Вот раззява! Замечталась о катке с Димой, и забыла о тетьВалином занятии! Оксана шарахнула дверью и, чуть не падая на обледенелом школьном крыльце, помчалась на автобусную остановку.

Автобус долго не приезжал. Оксана беспокойно топталась на месте, вглядываясь в занавешенную метелью проезжую часть. Только бы не опоздать, иначе от мамы влетит обязательно! Она представила себе поджатые мамины губы и разозлилась: если б не занятия, не было бы лишнего повода ругаться с мамой, этих поводов и так навалом!

Наконец во мгле показались желтые фары, и к остановке подкатила битком набитая маршрутка. Выбора не было, и Оксана с трудом втиснулась в переполненный микроавтобус. Бабки вокруг ворчали, что она тычет им в лицо заснеженным рюкзаком и загораживает выход. Оксана молчала, стискивая поручень. Сидели бы дома в такую погоду, нечего таскаться на общественном транспорте со своими тележками посреди рабочего дня!

Через десяток остановок в белом, запечатанном морозными узорами окне, показалось здание из красного кирпича, окруженное девятиэтажками. Это же гимназия 1603, что находится около дома тети Вали! Маршрутка притормозила на обочине. Оксана пробилась между бабками, которые до сих пор кудахтали, нарочно отдавила одной из них ногу, с трудом отодвинула тяжелую дверь и вывалилась из маршрутки на запорошенный снегом тротуар.

Она долго плутала во дворах и совсем замерзла, добравшись до нужного ей дома. Окоченевшими пальцами Оксана нажала кнопку домофона, дождалась пиликающего звука и вошла в теплый подъезд, пропитанный кислым духом мусоропровода. Лифт, ужасно грохоча, довез девочку до нужного этажа. Тетя Валя в шлепанцах и полосатом, чем-то заляпанном халате, встречала Оксану в дверях квартиры.

– Оксаночка! Я волнуюсь, тебя нет и нет. Собралась уж твоей маме звонить, а тут лифт приехал. Он у нас громкий, аж в комнате слышно. Ты не стой, проходи!

– Извините за опоздание, – буркнула Оксана, стаскивая в прихожей мокрые от подтаявшего снега кроссовки и морща нос: в квартире неприятно пахло лекарствами и больницей.

– Не страшно, – добродушно ответила тетя Валя. – Ты проголодалась? Я согрею чай.

Оксана плотно пообедала столовской пиццей, но хозяйка не спрашивала, хочет ли ее гостья чай, а утверждала. Оксана неопределенно угукнула себе под нос и пошла в знакомую ей гостиную. Комната со дня рождения практически не изменилась, разве что стол накрыли некрасивой бархатной скатертью бордового цвета и отодвинули в угол гостиной, к полированной «стенке». Затоптанный ковер давно не пылесосили. Из соседней комнаты слышался надрывный кашель. Они вообще квартиру проветривают? Такая духота стоит!

Оксана приблизилась к застекленной секции «стенки» и провела пальцем по дверце. На стекле осталась чистая дорожка. Пыли целый вагон! Может, дед Ярослав за стеной оттого и кашляет, что дышать нечем? Она прижалась носом к стеклу серванта, пытаясь разглядеть его содержимое. Потускневшие фужеры, вазочки, блюдечки… Фотографии в рамках. На одной, черно-белой, изображена молодая женщина на фоне леса. Это ж тетя Валя лет дцать назад. На другой она же, но с мужчиной и блондинистой девочкой: ага, это муж тети Вали и Наташа. А там кто? Одна из рамок стояла, прислоненная к боковой стенке серванта, за фужерами. Оксана открыла дверцу и вынула рамку. С фотографии улыбались пожилая тетя Валя и Наташа. Они обнимали белобрысого парня с сердитым лицом лет тринадцати-четырнадцати на вид. Чей-то сын? Но тетя Валя ему в бабушки годилась, а у Наташи, по словам мамы, нет детей. Племянник, что ли? Маму послушать, у них родственники в каждом городе живут. С другой стороны, зачем фотку племянника в рамку ставить, словно он им суперблизкий человек? А, какое ей дело до этой тети Вали и ее семьи!

Оксана поставила фоторамку на место и закрыла сервант. В гостиную вошла тетя Валя, нагруженная черным подносом с чашками, сахарницей и тарелкой пирогов. Оксана отскочила от серванта и села за стол, в надежде, что тетя Валя не видела, как она без спроса роется в их вещах.

Тетя Валя опустила поднос на стол и заняла место возле Оксаны. Оксана из вежливости взяла липкую сдобу, но откусить не решалась, припоминая хозяйские пирожки на дне рождения. Тетя Валя весело бренчала ложечкой в чашке с чаем, настолько крепком, что он был почти черного цвета, и молчала. Неловкость за столом нарастала. Оксана, не зная, куда девать взгляд, уставилась на огненно-красные маки, которыми была расписана чашка.

– Нравятся? – тетя Валя проследила за Оксаниным взглядом и истолковала его по-своему. – Муж, царствие ему небесное, подарил на первую годовщину свадьбы. Дефицит, коробок спичек не сыщешь, а он достал где-то! Фарфор! Прочный, пятьдесят лет уж использую – и ни одной трещинки! Теперь таких не делают, последняя память о муже, – вздохнула она и посмотрела на часы, висящие на стене: – Затянули мы, Оксаночка, с тобой чаепитие. Пора и честь знать! – погрозила тетя Валя Оксане пальцем. – Учиться пора!

Будто это я ее чаи гонять заставила, раздраженно подумала Оксана, наблюдая, как тетя Валя выкладывает на стол рассыпающиеся учебники по алгебре и письменные принадлежности. Время ползло как маршрутка, попавшая в пробку на проспекте. Тетя Валя объясняла тему про функции и их графики также скучно и непонятно, как и Марковна. Оксана с трудом подавляла зевки и механически копировала графики из пожелтевшей тетрадки тети Вали в свою тетрадь.

– Запиши уравнение линейной функции, – вещала тетя Валя. – Записала? Ты все поняла?

– Да, – соврала Оксана.

– Тогда перейдем к практике.

Тетя Валя ногтем отчеркнула номер задачи в ветхой книжице. Оксана снова и снова перечитывала условие, но не понимала ни слова. К тому же за стеной непрерывно кашлял дед Ярослав и мешал сосредоточиться. Тетя Валя, устав от беспомощных попыток Оксаны применить неверную формулу, взялась помогать. Задача поддалась. Тетя Валя грузно откинулась на спинку стула и постучала ногтем по тексту новой задачи:

– Для решения двенадцатого номера потребуется инженерный калькулятор. У тебя есть с собой?

Оксана открыла рюкзак. Калькулятор как сквозь землю провалился. Точно, его Дима попросил на уроке алгебры и не вернул. Он все время занимал у Оксаны то транспортир, то линейку, то ручку, и забывал отдать. Оксана вдруг вспомнила:

– У меня есть калькулятор в смартфоне!

– Нет-нет, Оксаночка. Я к этим вашим новомодным смартфонам негативно отношусь. В них одна чепуха, и учиться они мешают. Я предпочитаю проверенные временем счетные машинки. Лучше тех, что мы пользовались пятьдесят лет назад в институте, еще никто не придумал.

Действительно! Оксана закатила глаза, но вслух решила ничего не говорить.

– Помню, в ящике стола счетная машинка лежала, – тетя Валя указала на комнату, где Оксана накануне обнаружила часы. – Ты поищи, а я пока выйду на минутку – не стоило мне столько чая пить! – тетя Валя хихикнула.

Оксана поплелась в комнату. Пока тетя Валя чем-то гремела в ванной, Оксана по очереди открывала ящики письменного стола, набитые разными вещами, но калькулятора среди этого хлама не было. Покончив с левым рядом ящиков, она повернулась к правому. Выдвинуть их мешала ткань. Она свешивалась со стоящих рядом часов и будто нарочно закрывала ручки ящиков. Оксана отбросила край ткани, и та свалилась на пол.

Взвыв от злости, Оксана пнула лежащий ком. Зачем занавешивать мебель в доме, где живут люди! Уродская квартира! Торчать тут как минимум час. Если бы занятие закончилось прямо сейчас… Стрелка на часах щелкнула, перемещаясь на деление с цифрой «пять». Цифра почернела. Изменилось и еще кое-что: лицо мужчины, вырезанное на передней панели часов. Его улыбка сделалась шире, из-под верхней губы стали видны зубы.

– Оксаночка!

В комнату, тяжело шагая, зашла тетя Валя с тонометром в руках. Ее щеки заливал нездоровый румянец. Оксана инстинктивно шагнула к часам, загораживая их спиной, но тетя Валя, поглощенная показаниями тонометра, на свою ученицу не смотрела.

– Давление подскочило, я с утра таблетку забыла выпить… Давай закончим наше занятие, – с этими словами тетя Валя поковыляла в гостиную и тяжело опустилась на стул.

Оксана захлопала глазами. Закончим занятие? Ее желание сбылось, как и вчера, когда она захотела уехать из гостей? Оксана вгляделась в циферблат часов, и по ее спине пробежал холодок. Два раза перемещалась стрелка, два желания сбылось… Это не простое совпадение! Неужели часы и вправду исполняют желания? Стоит проверить: загадать то, что сбудется немедленно. Но что? Оксана лихорадочно перебирала в памяти мечты, но второпях ничего дельного в голову не приходило.

– Оксаночка! – позвала тетя Валя. – Я в своем задачнике пометила номера, которые ты сделаешь дома. Возьми, пожалуйста, книжку до следующего занятия.

Оксана ухмыльнулась: тетя Валя, сама того не подозревая, подкинула отличную идею. Ненавистная алгебра! Не хватало ей к школьным заданиям дополнительной домашки! Оксана прошептала: «Пусть тетя Валя не задает домашнее задание!» Щелк! Стрелка встала на шесть часов, шестерка на циферблате потемнела, а из гостиной раздался звон битого стекла.

Оксана высунулась из комнаты. Тетя Валя огорченно качала головой, держась рукой за край стола. У нее под ногами, в лужице коричнево-черного чая, валялись осколки чашки, расписанной маками. Здесь снова замешаны часы? Оксана почувствовала, как внутри все переворачивается.

– Вот тебе и раз, – всплеснула руками тетя Валя, – и не склеишь уж. Голова закружилась, я чашку и выронила… – растерянно сказала она.

На скатерти покачивалась на боку вторая чашка. Чай из нее морем разлился по бархатной поверхности. Тетя Валя приподняла задачник. С пожелтевших, пропитанных чаем страниц, на скатерть потекли мутные капли.

– …и задачник испортила! Ох, Оксаночка, отложим домашнее задание до следующего раза, ты извини, что так вышло… – тетя Валя опустилась на колени и принялась осторожно собирать осколки чашки в ладонь.

Оксана вернулась в комнату и потрясенно взглянула на часы. Работают! Часы работают! Знают ли об их волшебных свойствах хозяева квартиры? Видимо нет, иначе назагадывали бы миллион желаний… Миллион… Любопытно, сколько желаний могут выполнить часы? Всякий раз стрелка сдвигалась на одно деление, когда желание сбывалось, а делений всего двенадцать. Получается, осталось шесть. Маловато, но ничего не поделаешь! Нужно просить у часов самое сокровенное, а не чушь типа незаданной домашки! У Оксаны задрожали руки от предвкушения. Чего бы пожелать?

– Оксаночка, – крикнула тетя Валя из гостиной, – ты готова выходить? Я хотела прилечь, но должна дверь за тобой закрыть!

Как тетя Валя не вовремя, придется загадывать на следующем занятии! Зато будет время придумать что-то стоящее. Оксана накинула ткань на часы и отправилась в прихожую одеваться. На душе были смешанные чувства. С одной стороны – ощущение полного всемогущества: она может загадать часам буквально все, что угодно, и с другой – страх перед тем, какой ценой эти желания могут исполниться.

4

В столовой стоял такой шум, что у Оксаны звенело в ушах. Кажется, вся школа собралась здесь на завтрак. Оксана, стараясь никого не задеть подносом, следом за Вероникой проталкивалась мимо школьников, оккупировавших буфет. Свободные места нашлись с краю длинного стола около входа: самые неудобные, их занимали в последнюю очередь.

– Мозг распух от этой информатики, – пожаловалась Вероника, усаживаясь на стул. – Зачем домашние задачи разбирать на уроке, они ж на то и домашние, чтобы дома делать, скажи? – Вероника вынула складное зеркальце из сумки и уставилась в собственное отражение, вытягивая губы трубочкой и поворачивая лицо то так, то этак.

– Давай не будем обсуждать уроки на перемене, – поморщилась Оксана, – в школе задачи, после школы задачи…

– Кстати, о задачах, – Вероника убрала зеркальце в сумку, – как вчерашнее занятие у тети Вали?

– Как математика у Марковны: скукотища.

Оксана твердо решила никому не говорить о часах, а то будут смеяться, что она в сказки верит, или вовсе воспримут ее рассказ всерьез и начнут приставать, чтобы она загадала часам их собственные желания! Нет уж, она одна знает тайну часов и ни с кем их волшебными свойствами делиться не собирается! Оксана подцепила на вилку кусок бледно-желтого омлета, но не успела отправить его в рот, получив ощутимый тычок под ребра.

– Ай, – взвизгнула Оксана, оборачиваясь: – Дима, нельзя так пугать!

Дима хохотнул, приземлился на свободный стул и схватил пирожок с тарелки Вероники.

– Метельская, спасешь голодного одноклассника? Надо восстановить силы перед алгеброй.

– Царев, положи на место! – Вероника шлепнула Диму по руке. – Я половину перемены отстояла за ним в очереди, и тебе не мешает постоять для разнообразия!

– За меня Андрюха получает, – Дима ткнул пальцем в сторону буфета, но пирожок на тарелку вернул.

– Возьми мой, я не люблю клубничную начинку, – соврала Оксана.

– С удовольствием! – Дима взял Оксанин пирожок и потянулся к карману, откуда настойчиво сигналил смартфон.

Оксана пристально наблюдала за Димой. Он достал смартфон, повозил пальцем по экрану и широко улыбнулся. Что его обрадовало? Может, спросить? Или выйдет слишком навязчиво? Пока Оксана размышляла, Вероника, которую тонкости такта не волновали, нахально сунула нос в телефон:

– Сообщение от Машки! Что за Машка? – Вероника нажала на аватар в мессенджере, разворачивая снимок на полный экран.

Оксана покосилась на смартфон. На фотографии девочка в косухе и джинсах с разрезами, на вид немного старше самой Оксаны, сидела в парке на спинке скамейки. У девочки была короткая, почти лысая стрижка, сережки в брови и ушах, на плече – черный кожаный рюкзак в нашивках. Что за подружка у Димы нарисовалась?

– Моя подруга с рок-форума, – пояснил Дима, – предлагает с ее тусовкой идти на концерт «Анархии»… О, Андрюха пишет, просит помочь с подносами. Держите нам места! – Дима встал из-за стола и смешался с толпой учеников.

Оксана подняла глаза на Веронику:

– Машка… Как думаешь, что Дима имел ввиду, когда сказал «моя подруга»? Он с ней реально дружит или встречается?

– Откуда я знаю? Видела, как она к нему обращается? «Димасик»! И сердечки ставит после каждой строчки! С друзьями так не разговаривают! – в тоне подруги Оксана различила едва уловимые нотки зависти. – Знаешь, мне без разницы, есть у Царева девушка или нет. Надоели бесконечные разговоры о его личной жизни… – Вероника осеклась: Дима и Андрей Кравчук вернулись.

Пока Дима умещал на столе тарелки и стаканы, Кравчук порылся у себя в рюкзаке и достал плоскую квадратную коробочку. На коробочке был нарисован черный ворон, летящий к руинам средневекового замка.

– Димон, спасибо, я послушал. Третья песня, «Ворон», крутое рубилово! – Кравчук протянул коробочку Диме, но Вероника выхватила ее из рук одноклассника.

– Новый альбом «Анархии»! Где взял?

– Машкин двоюродный брат принес, у него музыкальный магазин, – похвастался Дима. – Эксклюзив!

– Я в воскресенье на концерте куплю, и диск, и бандану, мама обещала мне денег дать, – Вероника отправила в рот остаток булочки.

– На каком концерте? – недоуменно спросила Оксана.

– Я тебе не рассказала? – удивилась Вероника. – Мы с Царевым в воскресенье идем на концерт «Анархии» в Ледовый дворец!

– Мы? – переспросила Оксана, чувствуя, как сердце пропустило удар.

Почему Вероника идет на концерт с Димой? Он позвал ее с собой? У них свидание?

– Я купил билет… – начал Дима.

– А я узнала о концерте от Сашки Пряхиной, – подхватила Вероника, – мама меня не отпускала, но я ее уговорила. И знаешь что? И у меня, и у Царева места в танцевальном партере! С ума сойти, да?

Ага, Царев Веронику никуда не звал, они случайно попадут на концерт вдвоем. Конечно, потому что Диме нравлюсь я, а не Вероника, она сама вчера об этом говорила. К тому же Вероника моя подруга, она не уведет у меня парня, раздумывала Оксана. И все-таки…

– С ума сойти, – согласилась Оксана, – давайте я пойду с вами?

– С нами? – изумилась Вероника. – Ты же не любишь тяжелый рок, говоришь, он тебя утомляет.

– И считаешь, что тексты песен у «Анархии» тупые, – поддержал Веронику Дима. – Я потому и не стал тебя на концерт звать.

– Ты собирался позвать меня на концерт? – порозовела Оксана.

– В любом случае ничего не выйдет, – сказала Вероника, прежде чем Дима успел ответить.

– Билеты распроданы еще месяц назад, – пояснил Кравчук. – «Анархия» завершает свой концертный тур «Ворон из преисподней» и будет работать над новым альбомом, поэтому следующий концерт дадут не раньше будущей осени. Я, например, не успел купить билет.

– Даже если бы билеты были, где ты столько денег найдешь? – едко спросила Вероника.

Оксана дернула плечом, стараясь не показывать, как ее задел комментарий Вероники. Она не разиня-Кравчук и достанет билет. Не верится, что все распродали. Кто слушает эту «Анархию»? Не музыка, а салат из звуков, не говоря уже о кривляющихся на сцене длинноволосых дядьках. А деньги как-нибудь найдутся.

К неудовольствию ребят прозвенел звонок, и пришлось идти на алгебру. Пока Марковна вымогала решение задачи из топтавшейся у доски Левченко, Оксана достала смартфон, загрузила браузер и вбила в строку поиска: «купить билеты на концерт „Анархии“ 10 декабря». Время от времени поглядывая на Марковну, Оксана открывала новые и новые сайты продаж, но везде значилось: «билетов нет в наличии». Кравчук прав? Нет, она так просто не сдастся!

Закончился последний урок – география. Оксана облегченно свалила в рюкзак вещи, закинула его на плечо и только сделала шаг по направлению к парте Вероники, как ее позвала кудрявая, похожая своими огромными очками на стрекозу-переростка, географичка:

– Мартынова, не убегай, помоги мне снять карту с доски.

– Ага, – промямлила Оксана, с тоской наблюдая, как Вероника уходит в компании Саши Пряхиной и Инги. Могла бы и попрощаться для приличия!

Вместе с географичкой Оксана скрутила огромную карту в рулет, подхватила рюкзак с пола и огляделась. Кабинет опустел. Вероника ушла, Кравчук с Димой тоже куда-то делись. Подумаешь! Она и без них осуществит свой план по покупке билета! Оксана оделась и направилась от школы вниз по улице, к Корабельному проспекту. На проспекте, в торговом центре «Серпантин», на первом этаже стояла неприметная театральная касса. Мама Оксаны часто ею пользовалась, если искала последние билеты в театры или на концерты: в кассу спального района обращалось немного народу.

– Извините, – беззубо улыбнулась Оксане кассир, опрятная старушка в вязаном кардигане, – свободных нет. Пришли бы вы вчера – я вечером последний продала.

Оксана стиснула ремень рюкзака. Как же так! Придется потратить желание, попросив билет у часов… Но она просто обязана попасть на концерт!

На следующий день, пока тетя Валя возилась с дедом Ярославом у него в комнате, натирая старику поясницу тошнотворно пахнущими мазями, Оксана стянула с часов ткань. Хочу пойти на концерт «Анархии» в воскресенье! Щелк! Улыбка бородатого мужчины на панели стала шире и злее. Его губа оттопырилась, открывая ряд нижних зубов. Оксана скрестила пальцы. Каким образом часы дадут ей билет? Главное, чтобы не произошло ничего плохого!

5

– …у «Анархии» концерт в Ледовом дворце, и мы с Царевым туда идем! – доносился до Оксаны радостный голос Вероники.

Подруга, окруженная Сашей и Ингой, стояла в школьном коридоре в стороне от Оксаны. Она втолковывала Инге, что не пойдет с ней на дискотеку в дом культуры и одновременно хвасталась концертом «Анархии». Оксану это бесило. Мало того, что Вероника тусуется в компании девочек, которые не желают с Оксаной общаться, еще и хвастается билетом, словно сама полгорода за ним оббегала! А у нее прошел целый вечер, ночь и утро после того, как часам у тети Вали было загадано желание, но пока не произошло ровным счетом ничего, при том, что раньше загаданное исполнялось мгновенно!

В театральной кассе, куда Оксана заглянула после занятия, билеты не появились, ей не сделали подарок дома, и она не нашла билет в сугробе по дороге в школу. Концерт через два дня! Когда желание сбудется?! Оксана сделала глубокий вдох. Так, не нужно впадать в истерику. Может быть время исполнения зависит от сложности загаданного? Исполнить желание «уехать из гостей» или «не делать домашку» для часов не проблема, не то, что билет на популярный концерт достать…

Уроки закончились, а чуда не случилось. С пакетом, куда наспех была запихана пропитанная потом физкультурная форма, рюкзаком и мешком со сменкой Оксана медленно тащилась через школьный двор. Она придет домой, заварит себе чай, завалится на диван и включит телевизор… Пребывая в мечтах о развлекательных передачах и толстых ломтях «докторской» колбасы, Оксана не сразу услышала приглушенную пуховиком трель смартфона. Звонила мама.

– Оксана, ты почему не берешь? Ты где находишься?

– Мам, я из школы иду! Не услышала звонка из…

– В следующий раз увеличивай громкость на телефоне! Ты свободна? Сходи в магазин, у нас дома есть нечего. Я доставку с утра заказала, а она не приехала! Что за люди работают в этой конторе! Обязательно напишу жалобу!

– Схожу, – пробурчала Оксана: из-за маминой просьбы она будет вынуждена делать крюк и идти в противоположную от дома сторону в местный продуктовый «Геркулес». – А деньги? – спохватилась Оксана.

– Я оставила на тумбочке в прихожей три тысячи. Да, и туалетную бумагу купи, и… я отправлю список покупок смской. И спустись в супермаркет в «Серпантине», йогурты, которые папа любит, только там продаются!

– Мам! – возмутилась Оксана: возвращаться домой по оживленной улице с упаковкой туалетной бумаги наперевес не входило в ее планы. Вдруг она встретит знакомых? Или Диму!

– Оксана, помогать с домашними делами – твоя прямая обязанность!

– Угу, – обреченно согласилась Оксана: что-то многовато у нее обязанностей, но маму не переспоришь!

В середине дня в «Серпантине» было мало посетителей. Хоть какая-то радость: не толкаться в очередях в магазине. Оксана дошла до входа в супермаркет, но жужжание в кармане заставило ее остановиться: наверное, мама прислала список продуктов. Оксана разблокировала смартфон. Нет, не мама и не список.

«Ксю, прикинь, меня не пускают на концерт „Анархии“! – текст Вероникиного сообщения сочился гневом. – У мамы начальник заболел, отпустил ее домой пораньше, и она на радостях потащилась в парикмахерскую. В маникюрном зале по телеку новости крутили, показали репортаж о беспорядках на выступлении Анаконды12. Она увидела, и запретила идти на концерт! Я сто раз сказала: Анаконда12 рэпер и никакого отношения к „Анархии“ не имеет, она ни в какую! Короче, мы поругались, и мама пошла сдавать билет в кассу в „Серпантине“! Перед Царевым выгляжу полной дурой. Придется писать ему и извиняться, что никуда не пойду».

Странное сообщение! Вероника никогда не переживала из-за концертов, не такая уж она фанатка «Анархии», как, например, Сашка Пряхина! И с чего это Веронике вздумалось извиняться перед Димой? Вежливая какая стала, посмотрите! Разве только она не… влюбилась в него? Нет, Вероника считает Диму глупым и неразвитым, вон как отзывалась о нем, когда он самолетики с Кравчуком кидал! Что она еще пишет? «Мама пошла сдавать билет»! Одно место в танцевальном партере освободится! И это место достанется ей, Оксане!

Оксана развернулась: она находилась как раз в той галерее торгового центра, где в тупичке стояла театральная касса. От крошечного стеклянного павильона кассы отделилась стройная высокая женщина в синем приталенном пальто. Она сосредоточенно пересчитывала деньги. Мама Вероники! К театральной кассе тем временем, широко расставляя ноги, направился длинноволосый сутулый парень в косухе. На его рюкзаке Оксана разглядела нарисованную фломастером эмблему «Анархии». Если она будет стоять столбом, то Вероникин билет купит этот волосатый тип! Оксана рванула вперед по галерее, парню наперерез. Он притормозил, избегая столкновения с девочкой, и Оксана оказалась возле кассы первая. Сердце било в грудную клетку на манер молотка, в боку кололо.

– Один билет на концерт «Анархии», – выдохнула Оксана в крошечное окошко.

– Подождите, – манерно ответила кассир, ярко накрашенная девушка с огромными кольцами в ушах, отложила смартфон и принялась щелкать по клавиатуре.

Оксана вцепилась в край кассы так, что побелели костяшки пальцев, и приблизила лицо к окошку.

– Один остался, в танцевальный партер, выписываю? – спросила кассир.

– Да-да, – Оксана извлекла из кармана пуховика мятую купюру из тех, что мама дала на продукты. Ну и ладно, она возьмет в супермаркете не все из маминого списка, а то не хватит и на покупки, и на билет. Не побежит же мама проверять, была ли в магазине туалетная бумага и сколько стоят папины йогурты, в самом деле!

Оксана ткнула в окошко деньги и получила в ответ теплый, только что напечатанный картонный прямоугольник. Волосатый поклонник «Анархии», который все это время дышал Оксане в затылок, недовольно крякнул и пошел прочь от кассы. Оксана, не в силах сдержать радость, прижала билет к груди и закружилась на месте. Часы и на этот раз исполнили желание! Правда, за счет Вероники, но она и нового тура подождет. Стоит выбросить подругу из головы и подумать, как подготовиться к концерту, чтобы быть круче, чем «Машка с рок-форума»!

6

Стояла серая пасмурная погода. От хрусткого мороза снег скрипел и рассыпался под ногами. Оксана потерла перчаткой замерзший нос и, ежась от ветра, спросила идущую рядом маму:

– Ты не сходишь на рынок одна? Мне нужно собираться на концерт!

– Нет, – отрезала мама, быстрым шагом пересекая проезжую часть по «зебре», – не спи, машины сейчас поедут! – она взяла Оксану под локоть и потащила за собой. – Я сама сумки с фруктами до квартиры не донесу, ты мне поможешь и поедешь на свой концерт.

– А папа? Он все равно сидит дома!

– Он ждет рабочих! Протечку устранили, плитку надо уложить! Или ты воображаешь, что мы до нового года будем мыться в развороченной ванной?!

На рынке, несмотря на сильный мороз, толпился народ. Оксана с трудом протискивалась по узкому проходу между стеклянными павильонами и открытыми прилавками следом за мамой. За прилавками угрюмые усатые мужчины и краснощекие женщины в синих дутых куртках дышали на замерзшие пальцы, пили горячий чай из тонких пластиковых стаканов, откуда поднимался зависавший в морозном воздухе пар, и зазывали покупателей. Оксанина мама останавливалась у каждого лотка с фруктами. Она осматривала запорошенную снегом, твердую как камень рыжую хурму, красно-желтые яблоки с глянцевой кожурой и приценивалась.

Оксана с тоской огляделась. Впереди по крайней мере два фруктово-овощных ряда! Такими темпами они и до вечера не управятся! Она вытащила из смартфон. В ленте новостей скукотища… стоп, а это что? Оксана развернула фото, которое несколько минут назад выложил Дима.

На снимке человек двадцать парней и девчонок в косухах и шарфах с эмблемой «Анархии» стояло у входа на станцию метро. За мраморным зданием входа маячил купол Ледового дворца. Оксана увеличила снимок. На переднем плане она разглядела Диму в надвинутой на лоб шапке «Анархия». Одной рукой он показывал «козу», а другой приобнимал за плечо лысую девицу с сережками в бровях. Ту самую «Машку с рок-форума»! Под фотографией Дима написал: «Народ, кто мчит на концерт „Анархии“, – встречаемся через пятнадцать минут у входа на трибуну D! Будем тусоваться, потом идем в танцпартер! Вперед, Ангелы Дороги!»

Отлично! За час она успеет долететь до Ледового дворца и встретится у входа с Димой. То-то он удивится! Оксана дотронулась до маминого плеча:

– Мам, я пойду домой? Через час Дима ждет меня у Ледового дворца!

– Нет, мы не закончили с покупками! – мама рассматривала в лотке яблоки с мятыми боками. – Смотри, эти яблоки подойдут для компота, как считаешь?

Оксана проигнорировала вопрос и демонстративно уставилась в телефон. Надо Диме написать, чтобы подождал ее, тем более, он все равно в сети: пятое селфи постит! Оксана быстро набрала сообщение, но не успела отправить – смартфон выключился. Старый аккумулятор на морозе разрядился быстрее, чем обычно. Нужно срочно бежать домой и заряжать его!

– Ну мам, я опоздаю, и они уйдут без меня! – предприняла Оксана новую попытку.

– Значит, позвонишь этому своему Диме, – отозвалась мама, – и попросишь подождать. Если он прилично воспитан, то согласится, а если нет – зачем тебе такой нужен? – она повернулась к прилавку: – Завесьте три кило «антоновки», не тех, этих, мелких. И два кило хурмы, Оксана, ты будешь хурму?

– Я не могу ему позвонить, – топнула ногой Оксана. – У меня сел смартфон! Снова! Я сто раз просила вас с папой купить мне новый! Я тебе показывала рекламу по телеку.

– Придется потерпеть, – ответила мама, вручая Оксане пакет с яблоками. – Этот твой телефон стоит семьдесят тысяч, у нас нет таких денег.

– В голубом конверте на комоде лежит гораздо больше, чем семьдесят!

– Деньги мы откладываем на отдых в марте. Отец два года отпуск не брал, он хочет поехать в круиз по Золотому кольцу. Тебе тоже будет полезно увидеть памятники архитектуры! Да и в ванной ремонт незапланированно случился… Пойдем, – кивнула мама на застекленный павильон, – я здесь картошку покупаю.

– Я не успею зарядить телефон до концерта, – нудела Оксана.

– Возьмешь мой, – мама порылась в сумочке и вручила Оксане маленькую кнопочную трубку, – чтобы быть на связи на этом твоем концерте. И не делай такое лицо, скажи спасибо, что мы с отцом вообще отпустили тебя на это твое мероприятие! Давай, не отставай, – мама исчезла за стеклянной дверью, и Оксана, кипя от злости, последовала за ней.

***

Уроки закончились, но в кабинете математики царила суета: семиклассники украшали его к новому году. Мальчишки подвинули к доске парту и устанавливали на нее искусственную елку. Сломанная крестовина елки была кое-как перемотана скотчем, поэтому дерево кренилось на сторону, норовя свалиться с парты. Славка Королев с довольным видом командовал:

– Падает, падает! Ромик, держи ее! Димон, хватай за ветку! Может, скотчем к парте приклеить?..

Левченко возилась с елочными игрушками. Она рылась в картонных коробках среди спутанных серебристых нитей дождя и пушистых обрывков мишуры, выуживая из-под них пластмассовые шарики и сосульки. На последней парте девочки обсуждали новогодний «огонек».

Оксана стояла, прислонившись спиной к доске, и исподлобья смотрела на одноклассников. Марковна поймала ее у раздевалки, и приказала вернуться в кабинет помочь с новогодним оформлением. Настроения возиться с бумажными снежинками у Оксаны не было, но отказать классной она не посмела и теперь то и дело посматривала на часы, подгадывая время, когда можно будет с честным видом улизнуть, – скоро начиналось занятие у тети Вали.

– Чего такая унылая? – к Оксане подошла Вероника с ножницами и пачкой плоских бумажных кульков. – Будешь со мной снежинки резать?

– Нет, – фыркнула Оксана, – если бы не Марковна, я бы дома тусовалась, а не в этом детском саду! Я в младшей группе садика звезд и фонариков на всю жизнь нарезалась, спасибо!

– А я люблю новый год! – Вероника устроилась на парте и старательно вырезала из кулька маленькие треугольнички. – Мы квартиру украсили вчера, поставили елку, гирлянды развесили. Я тебе писала, хотела позвать в кино, раз на концерт не попала, а ты не ответила. Чем занималась?

Концерт! От одного воспоминания о провальном концерте «Анархии» в Оксане просыпалась злость. Когда она приехала к Ледовому дворцу, Дима уже ушел от входа в сектор D. Номера одноклассника в маминой кнопочной трубке, разумеется, не было, а наизусть его Оксана не помнила.

Оксана вошла внутрь, надеясь найти Диму там. В вестибюле толклись люди: нестройными голосами скандировали песни, выбирали сувениры, в огромном количестве расставленые на складных столиках и развешанные по стенам. Димы нигде не было видно. Наверное, он спустился в танцпартер. Но и в партере, забитом длинноволосыми поклонниками «Анархии», поиски не увенчались успехом. Вдобавок скоро погас свет, грянула музыка, толпа заревела и бросилась к сцене, где бряцали на гитарах седые мужчины в черных кожаных брюках и жилетках с шипами. Через полчаса бесплодных поисков у Оксаны от ненавистной «Анархии» разболелась голова и она уехала домой, так и не встретившись с Димой.

Все это Оксана, разумеется, не собиралась выкладывать до сих пор страдающей Веронике – еще обидится и перестанет разговаривать! – но Вероника выжидающе смотрела на нее, требуя ответа. Оксана нащупала в рюкзаке кнопочный телефон и помахала у подруги перед носом:

– Чем занималась? Спорила с родителями насчет смартфона! Мой окончательно сломался, и мама выдала запасной. А «оно» не умеет отвечать в мессенджерах!

– Ты поэтому не в духе, – расплылась в улыбке Вероника. – Из-за такой ерунды! Просто попроси родителей купить в подарок на новый год. Или у вас напряг с деньгами? – спохватилась она. – Ремонт в ванной, занятия у тети Вали?..

У тети Вали? И как она раньше не сообразила!

– Попрошу, – проговорила Оксана и добавила так, чтобы Вероника не услышала: – но не у родителей, – и, наскоро попрощавшись с Вероникой, поспешила к выходу из кабинета.

Она приехала к тете Вале на полчаса раньше положенного времени. Подниматься в квартиру было неловко, поэтому Оксана ходила взад и вперед по асфальтированному пятачку перед подъездом и размышляла. И почему ей раньше не приходило в голову попросить новый смартфон у часов? Тогда она бы не поссорилась с мамой, мирно договорилась с ней доехать до Ледового дворца пораньше и успела разыскать Диму у входа! Нужно придумать, как незаметно пробраться к часам… Оксана проверила время на мобильнике. Пора! Она рванула на себя тяжелую дверь подъезда и, не в силах ждать лифт, взлетела по ступенькам на этаж к тете Вале.

Занятие шло как обычно. Тетя Валя рассказывала нудную теорию, а Оксана ерзала на стуле и косилась на комнату, где стояли часы. Тетя Валя поправила очки на переносице.

– Ты какая-то возбужденная сегодня, Оксаночка, все в порядке? – озабоченно спросила она.

– Д-да, – от напряжения у Оксаны вспотели руки, – я… я опять забыла дома калькулятор. Могу взять ваш?

– Ах, вот в чем дело! – тетя Валя заметно расслабилась. – Возьми, он лежит…

– Я знаю-знаю, в ящике стола… – бросила через плечо Оксана, следуя в знакомую комнату.

Убедившись, что тетя Валя занята выискиванием номеров задач в учебнике, она приподняла закрывавшее часы полотно и сказала: «Хочу новый смартфон!» Стрелка часов резко щелкнула и сместилась на цифру «восемь». Восьмерка залилась черным цветом. Оксана облегченно выдохнула и застучала ящиками, выискивая среди вещей ненужный ей калькулятор.

***

Ужин с родителями, как обычно, проходил в полной тишине, не считая звука включенного телевизора. Оксана отламывала вилкой кусочки невкусной вареной трески и воображала, как она получит смартфон. Кто-то сделает ей подарок? Она найдет телефон на улице? Или…

– Оксана, – сказал папа и откашлялся, не решаясь продолжить.

– Чего? – буркнула Оксана: любое обращение родителей к ней обычно не сулило ничего хорошего.

Папа переглянулся с мамой, комкая салфетку, и заговорил снова:

– Мы с мамой подумали… – он вручил Оксане голубой конверт. – Возьми деньги на новый телефон.

– На новый? – оторопела Оксана. – А круиз по Золотому кольцу?

– Увы, – грустно ответил папа, – мой коллега сломал ногу, и директор потребовал, чтобы я вместо этого коллеги ехал в командировку. К сожалению, командировка выпадает на отпуск, а передвинуть его не выходит – все дни расписаны, и в круиз мы не поплывем.

Оксана сияющими глазами смотрела на конверт. У нее будет новый телефон! Часы, конечно, вновь начудили: из-за ее желания родители лишаются поездки в круиз. Но никто же не пострадал! Съездят в следующем году. Или через год. Что касается папиного коллеги – заживет нога, он ведь не голову повредил! Успокоив себя таким образом, Оксана в пять минут покончила с рыбой и кинулась к домашнему компьютеру заказывать смартфон.

7

Оксана чертила на полях тетради по алгебре узоры. Монотонный бубнеж Марковны, которая стояла у доски, вгонял в сон. Оксана отложила ручку, силясь сосредоточиться на объяснениях математички. Марковна скрипела мелом, и на доске появлялись непонятные формулы и графики. Оксана вспомнила: эту задачу она решала позавчера у тети Вали. Под ее диктовку записала ответ, разумеется, получившийся верным, а решения к аналогичным домашним задачам списала из решебника в интернете.

Оксана зевнула. Как бы не заснуть на уроке! Математические записи, ярко-красный пиджак Марковны, ее кудрявые, вытравленные химией до желтизны волосы сливались в неясное пятно. Оксана начала клевать носом, но грянул спасительный звонок.

– Сели, звонок для учителя! – крикнула Марковна. – Напоминаю: через неделю итоговая контрольная! Домашнее задание – устно повторить…

Оксана обрадованно повернулась к Диме:

– Супер, устная домашка не в счет, день свободен. Какие у тебя планы? Сходишь со мной в «Серпантин» сразу после уроков? Родители дали денег на новый смартфон!

– Круто! – Дима складывал вещи в сумку. – Я бы сходил с тобой, но не смогу, пьесу репетирую. – И, увидев непонимающее выражение на лице Оксаны, пояснил: – Ты не слышала? Воронцова ставит на «огоньке» пьесу собственного сочинения, сказка о любви или вроде того… Звала на главные роли Ветрову и Новицкого, те отказались, и она предложила поучаствовать мне. Родители разрешили, раз я за месяц ни одной тройки не получил. Правда, они не в курсе о вчерашней «паре» по инглишу, но речь-то шла о тройках, – хихикнул Дима.

Оксана застыла. Дима получил главную роль в пьесе о любви! Наверняка у героев будет поцелуй в конце! Она обязана заполучить главную женскую роль, от которой отказалась Ветрова, чтобы быть с Димой в паре!

– Ух ты, пьеса! – с преувеличенным восторгом сказала Оксана. – А кого взяли вместо Ветровой?

– Пока ищут. Сама понимаешь, любителей театра в классе немного, да и с Воронцовой не всякий будет рад репетировать, – Дима закинул сумку на плечо и пошел к Кравчуку.

Дима не преувеличивал: Воронцову в классе мало кто любил. Она задиралась, отрабатывала на особенно невзрачных одноклассниках приемы дзюдо, говорила окружающим обидные вещи, а уж если невзлюбила кого – можно было смело уходить из школы, Воронцова и ее «свита» устраивали жертве «веселую» жизнь. Одна история с Мирой Боровицкой в пятом классе чего стоит! Ходил слух, что Воронцова столкнула Боровицкую с горки в аквапарке, а та ударилась головой и… Ужас, даже вспоминать не хочется! Но это было два года назад, к тому же Боровицкая будто табличку на груди носила с надписью «пни меня». Она, Оксана, не мямля, и в случае чего поставит Воронцову на место!

Оксана обнаружила Воронцову на первом этаже, в холле. Одноклассница сидела на скамейке в окружении своей свиты. Девочки держали на коленях листы с текстом пьесы, а Воронцова выделяла разноцветными маркерами реплики героев. Оксана подошла к одноклассницам, сложила руки на груди и заявила, глядя на Воронцову:

– Я хочу играть в пьесе!

Воронцова смерила Оксану пренебрежительным взглядом:

– Не выйдет, мартышка, мест нет!

– Совсем нет? – растерялась Оксана, автоматически начесывая пальцами волосы на уши. – А Дима сказал…

– Ты не слышишь своими огромными ушами? – перебила Воронцова. Ее свита захихикала. – Совсем нет! Иди к своему Диме и у него клянчи роль, а отсюда вали!

Оксана покраснела и затрусила на урок, нервно теребя пряди волос. Около кабинета русского и литературы она встретила Веронику.

– Что у вас за совместные дела с Кариной? – спросила та. – Ты отскочила от ее подружек как ужаленная.

Оксана подробно пересказала подруге диалог с Воронцовой.

– «Мест нет»! – передразнила она. – Я уверена: роль Ветровой свободна! Воронцова из вредности меня брать не хочет!

– Само собой, – покивала Вероника, – это ж Воронцова.

Но ничего, гневно думала Оксана, я вечером еду к тете Вале! Мы еще посмотрим, кто кого!

***

Два часа занятия практически истекли. Оксана, пропуская мимо ушей всю ту математическую ерунду, которой ее пичкала тетя Валя, судорожно придумывала, как проникнуть в комнату с часами. Пойти за калькулятором? Но тетя Валя предусмотрительно положила его на стол в начале занятия. Попросить чаю? Пирожков?.. Оксана сидела как на иголках, отсчитывая на новом смартфоне время, оставшееся до конца занятия. Двадцать минут, пятнадцать, десять… Как быть? Пять минут… Часы и ее желание так близко…

За стеной звякнуло, падая на пол, что-то стеклянное, а следом задохнулся в кашле дед Ярослав. Тетя Валя и Оксана одновременно вскочили. Тетя Валя побежала в комнату к деду, а Оксана, несколько секунд помедлив, – в комнату с часами. «Хочу участвовать в спектакле Воронцовой!» – прошептала она циферблату. Щелчок. В соседней комнате продолжал заходиться в кашле дед Ярослав.

8

Оксана бродила перед кабинетом русского и литературы и пыталась запомнить слова из орфографического словаря (русичка обещала диктант на уроке), когда ее грубо дернули за рукав. Оксана подняла глаза – перед ней стояла Воронцова.

– У нас вчера освободилось место в пьесе. Ты вроде хотела участвовать?

Сердце у Оксаны чуть не выпрыгнуло из груди: часы сработали как надо!

– Да! – Оксана улыбалась во весь рот: она и в пьесе с Димой будет играть, и Воронцову, которая не давала ей роль, на место поставила.

Однако Воронцова не разделяла ее радости.

– После уроков репетиция у нас в классе! И не вздумай опаздывать, ясно? – Воронцова ткнула Оксане в живот пачкой листов, свернутой в трубку, и скрылась за дверью.

Оксана потерла живот. Вот овца! Но поцелуй с Димой того стоит!

Последним уроком была физкультура. Физрук сорок минут гонял класс по спортивному залу, и в кабинет математики Оксана приплелась совершенно обессилевшая. На задних партах собрались в кружок пять или шесть девочек, в том числе и Воронцова. Оксана села за парту в стороне от одноклассниц. Странно, что нет Димы. Задержался в спортзале? Воронцова тем временем окинула взглядом девочек и важно сказала:

– Поскольку все собрались, начнем с пятой сцены.

Участницы зашуршали экземплярами пьесы.

Все? А Дима? Оксана открыла рот, чтобы задать вопрос, но Воронцова рявкнула:

– Мартынова! Не тупи в сторонке, будто происходящее к тебе не относится! – она швырнула Оксане папку с пьесой. – Читай пока, твои реплики выделены синим.

Оксана раскрыла папку. Ох, лучше бы Воронцова занималась своим дзюдо, а не лезла в дебри писательства. Кто-то потерялся в лесу, когда искал елку для новогоднего праздника, кто-то кого-то заколдовал… А помощница героя, белка с фиолетовым хвостом! Смешно! У белок не бывает фиолетового хвоста! И почему Дима сказал, что сказка о любви? Где хоть один принц или поцелуй? Сплошная ерунда. Ладно, какие слова ей нужно выучить? Оксана повнимательнее вгляделась в синие полоски и с ужасом поняла, что это реплики…

– Колдуна?! – возмутилась она. – Я не собираюсь играть Колдуна! Это мужская роль!

– Слышь, ты, мартышка ушастая, – процедила Воронцова, и Оксана невольно потянулась рукой к волосам, – не выпендривайся! Колдуна должен был играть Царев, но у него нарисовались проблемы с инглишем, предки увидели пары в дневнике и запретили ему участвовать. У нас больше никого нет на эту роль, а пьеса через полторы недели! Ты так рвалась играть! Не срывай мне постановку, а то сама знаешь, что будет… Ясно?

Яснее некуда. Вместо телека и прогулок придется учить роль, репетировать ежедневно, и ради чего? Дима в пьесе не играет, а она будет выглядеть посмешищем перед всем классом в костюме бородатого старика. Если прогулять репетиции и в понедельник загадать у тети Вали новое желание, то за несколько дней Воронцова запросто настроит против нее весь класс. Да и желаний осталось два, тратить жалко, причем тратить из-за собственной глупости, надо было четче формулировать, что хочешь! Может, играть Колдуна не очень позорно? Впрочем, как посмотреть – выступать перед одноклассниками, наряженной в бороду – то еще испытание! Но делать нечего. Оксана вздохнула и принялась за чтение пьесы.

9

Хмурым утром понедельника Оксана брела в школу. С неба безостановочно сыпал снег, забивался в складки пуховика и капюшон. Оксана смахивала налипшие на рукава снежинки, но через минуту снег снова образовывал в складках сугробы. Дурацкий снег, дурацкая зима! Хорошо до конца четверти осталась неделя! Осталось пережить завтрашнюю контрольную по алгебре. Мама пригрозила, что, «в случае неудовлетворительной оценки», она лишит Оксану подарка на новый год и заставит на каникулах заниматься алгеброй (даже для острастки помахала учебником, где отметила по десять задач на каждый день, которые будет проверять).

– Ксю! Подожди!

Оксана обернулась – ее нагнала Вероника. С раскрасневшимися от мороза щеками, в яркой лыжной куртке подруга выглядела такой бодрой и радостной, что Оксана почувствовала раздражение.

– Я кричу, а ты не слышишь, – улыбнулась Вероника. – Как дела? Жаль, тебя вчера Воронцова с репетиции не отпустила… Я одна в «Серпантин» пошла и по пути встретила знаешь кого?.. – Вероника сделала театральную паузу. – Кравчука и Царева! Они шли в «Серпантин» за подарком маме Кравчука! Мы купили подарок, поели пиццы и…

– С ума сойти, – перебила, не сдержавшись, Оксана.

Слышать, как подруга проводила время с Димой – ее, Оксаниным, Димой! – было просто невыносимо. Если Вероника не перестанет кормить деталями их совместной прогулки, то она сорвется и наговорит гадостей. Ссориться в этот и без того тоскливый день не входило в Оксанины планы, поэтому она решила сменить тему:

– Готовилась к контрольной?

– Пыталась, – Вероника моментально погрустнела. – Темы сложные, а мама в алгебре ничего не смыслит. Говорит: «Получишь в четверти трояк – не видать тебе нового ноутбука!» Так что мне позарез нужна четверка за итоговую контрольную! Тебе везет, тебя ведь тетя Валя подготовила!

– Подготовила, – согласилась Оксана, и про себя усмехнулась: – но не в том смысле, в каком ты думаешь!

***

Вечером тетя Валя встретила свою ученицу в прекрасном настроении:

– Деду Ярославу намного лучше! Кашель прошел, анализ крови в норме!

– Здорово, – равнодушно ответила Оксана, расшнуровывая кроссовки: здоровье старика ее нисколько не интересовало.

– Надеюсь Ярослав встанет на ноги уже завтра! Я по этому поводу и пирожков напекла. Сейчас поедим горяченьких! – тетя Валя подмигнула Оксане и зашаркала тапочками на кухню.

Оксана, как была в пуховике и с рюкзаком на плече, бросилась в комнату с часами. Мужчина, вырезанный над дверцей часов, не просто улыбался – он пугающе ухмылялся. Оксана с трудом отвела глаза от портрета и сосредоточилась на циферблате. Тщательно отгоняя лишние мысли, она загадала желание: «Хочу получить „четверку“ за итоговую контрольную по алгебре!» Стрелка часов со щелчком встала на «десять». Цифры потемнели. Как просто! Готовиться к контрольной незачем, она будет знать решение каждой задачи. Так и отличницей недолго сделаться. Оксана хихикнула, представив лица одноклассников и Марковны, когда она решит контрольную без единой ошибки, и юркнула обратно в прихожую снять пуховик.

***

7 «Б» столпился рядом с закрытым кабинетом математики. Кто-то уткнулся в тетрадь по алгебре, повторяя пройденное, некоторые решали задачи. Вероника у самой двери нервно перелистывала учебник:

– Нет, я сто процентов завалю! Царев, проверь меня, формулы со сто пятнадцатой страницы!

Стоявший возле Вероники Славка Королев втолковывал Кравчуку:

– Да ты пойми, все схвачено! Марковна сто процентов не засечет! Короче, я вчера видос скачал, как списать. В середине урока…

– Ой, Королев, я тоже послушаю! – Вероника поманила Оксану: – Ксю, иди сюда!

Оксана мотнула головой и продолжила листать ленту новостей в ВК. Происходящий вокруг ажиотаж по поводу итоговой контрольной ее не интересовал.

– Современные методики списывания не для тебя? – поддел Оксану Дима.

– Мои знания не в шпаргалках, а здесь, – надменно ответила Оксана, постучав пальцем по лбу. – Я оба варианта напишу за урок!

– Само собой, – Дима пихнул в бок Веронику и оба прыснули.

Дверь кабинета распахнулась и на пороге возникла Марковна. Ее нос покраснел и распух. Чихнув, математичка извлекла из кармана пиджака ворох бумажных салфеток и высморкалась.

– Будьте здоровы! – хором сказало несколько учеников.

– Валериана Марковна, – встрял Королев. – вам надо дома посидеть, а то вы нас перезаражаете! Как мы будем отмечать…

– Королев, закрыл рот и вошел в класс! – сипло гаркнула математичка. – Это всех касается!

Она посторонилась, пропуская нестройные ряды семиклассников внутрь.

– Успокоились! Достали ручки и двойные листочки! Мобильные телефоны выключить! – Марковна хрюкнула носом и заковыляла между рядами, раскладывая на партах распечатанные листы с заданием. – Уличу в списывании – выставлю в коридор! Начали!

Оксана потихоньку огляделась. Одноклассники читали задания, на лицах многих мелькала растерянность: контрольная реально сложная! Оксана хмыкнула. Ей пара точно не грозит! Она погрызла кончик ручки, неспеша подвинула к себе листок с задачами и прочла условие первой. Ничего себе! Она не понимает, о чем идет речь в условии, какое уж тут решение! Оксана пробежалась по остальным заданиям – третий номер более-менее понятен, задачка из первой четверти, тогда она еще не забросила алгебру. Возможно, и пятую задачу она решит сама, но остальные… Оксана почувствовала легкую тревогу.

Должно пройти немного времени, и ответы сами придут в голову… Оксана щелкала кнопкой на ручке и озиралась. Вероника с бешеной скоростью строчила на черновике. Дима решил три задачи, даже сидящий позади туповатый Кравчук начеркал несколько ответов своим кривым почерком. У одной Оксаны чистый лист, как бы Марковна не прицепилась! Прошло половина урока, где ответы?! Оксана смотрела в напечатанные строчки, пока у нее не заслезились глаза.

– Пятнадцать минут до конца! – оповестила класс Марковна.

Она должна написать хоть что-то, не сдавать же пустую работу! Оксана вздохнула и принялась за решение третьего номера. Она провозилась с контрольной всю перемену. Под укоризненным взглядом Марковны сдала работу и отправилась на поиски Вероники. Подруга торчала в кабинете географии с Димой и Кравчуком.

– Контрольная жесть! – говорил Кравчук. – Вероника, у тебя седьмой вариант? Сколько вышло в третьей задаче? Пятнадцать?

– Тринадцать! – охнула Вероника, разглаживая мятый лист своего черновика.

– А ты, Человек со Знаниями «Здесь»? – Дима ткнул себя в лоб и улыбнулся Оксане. – Оба варианта успела решить?

Оксана шутливо пихнула Диму, но тот настаивал:

– Успела? Или нет?

– Успела, – ответила Оксана, придав голосу уверенный тон: после полной хвастовства перемены она не хотела говорить ребятам, что решила только три задачи из своего варианта. Оксана старалась не терять надежды: вероятно, желание про контрольную было для часов серьезным, и они исполнят его не сегодня, а завтра, как было с получением билета на «Анархию».

10

На следующий день Марковна, беспрестанно чихая, заявилась на урок русского языка с пачкой листочков. Ребята вскочили со стульев. Выглядела Марковна просто ужасно: нос распух, глаза красные. Заразит еще своими микробами! Оксана сделала шаг назад, подальше от математички.

– Сели! – жестом усадила класс Марковна: – Мария Георгиевна, раздайте в конце урока. – она вручила пачку листочков костлявой пожилой учительнице русского повернулась к ребятам: – Я крайне расстроена результатами! Крайне!

Оксану осенило: это же итоговые контрольные! Марковна их все утро проверяла, пока ребята на уроке самостоятельно делали задачи.

– Валериана Марковна, вы бы посидели дома, полечились, – сочувственно сказала русичка, – а то с температурой, допоздна в школе, так и новый год пропустите!

– Мне некогда болеть, конец четверти, много работы, – отмахнулась Марковна, – еще итоговые оценки проставлять… – конец фразы потонул в звонке.

– Урок окончен! – объявила русичка: – Валериана Марковна, насчет нового года можно вас на два слова? Мы в пятницу в школе планируем… – обе учительницы отправились в коридор.

Едва за ними закрылась дверь, ребята гурьбой ринулись к столу. Образовалась свалка, листки полетели на пол. Вероника, успевшая протолкаться к контрольным в числе первых, вручила Оксане листок с отпечатком рифленой подошвы. Оксана раскрыла его. Тройка. Прощай подарки и каникулы!

– Что у тебя? – Вероника попыталась рассмотреть оценку в Оксаниной контрольной, но Оксана запихнула листок в рюкзак.

– Все в порядке, – ответила она, не вдаваясь в подробности.

– И у меня! – просияла Вероника. – Марковна четверку поставила! – она скомкала контрольную и кинула в мусорку. – Та-дам! Гудбай до следующего года, алгебра!

Оксана поплелась к своей парте. Ее не покидала мысль: почему часы подвели? Ведь предыдущие желания сбывались!

После уроков Оксана поднялась в кабинет математики на репетицию новогодней пьесы. Воронцова наблюдала за двумя девочками, – они разыгрывали первую сцену, где Оксана не участвовала, – и отпускала жесткие комментарии по поводу их игры. Вероника яростно терла доску сухой тряпкой – она сегодня дежурила. Тряпка противно скрипела и пылила белыми облачками меловой пыли. У стола Марковны сгрудились мальчишки. Самой учительницы не было: в середине дня завуч таки заставила ее с температурой тридцать девять уйти домой.

– Что за столпотворение? – спросила Оксана.

– Марковна комп выключить забыла! – радостно скалясь, ответил Королев. – Мы оценки итоговые смотрим. Прикинь, у меня трояк, круто, да?

– Не то слово! Дай пройти! – Оксана оттеснила Королева плечом и уставилась в мерцающий экран ноутбука.

Левченко, Максимова… Метельская Вероника, у нее трояк за контрольную и в полугодии. Не повезло! Оксана скользнула глазами по строчке выше. Мартынова Оксана. Так-так, и какая же оценка? Четверка? Четыре за контрольную? Здесь какая-то ошибка. Но нет же, вот четко написано: Мартынова, четыре, а Метельская – три. Метельская – три… Оксана внезапно поняла, что произошло. Ее и Вероникина фамилии в журнале стоят рядом. Марковна проставляла оценки за контрольные в журнал, из-за высокой температуры ничего не соображала, ошиблась и поставила Оксане оценку Вероники, а Веронике Оксанину.

– Представляешь, Ксю, – услышала она негодующий голос Вероники. – Марковна вкатила мне в электронный журнал трояк за контрольную, и в полугодии вышло «три»! Но у меня же на листочке за контрольную стояла четверка! А листок с контрольной я выкинула, и теперь ничего не докажешь! Она заставит переписывать, а я не напишу на «четыре» снова! Откуда она выдумала эту тройку! Дура набитая! Я осталась без нового ноутбука!

Оксана пожала плечами: проживет без ноутбука, нашла проблему! Ее мама с такой зарплатой в любой момент купит Веронике все, что та попросит! Оксана оглянулась на подругу. Вероника с грустным видом махала веником по линолеуму. На секунду Оксану кольнула совесть – Вероника, выходит, пострадала ни за что – но мимолетная жалость к подруге тут же сменилась радостью. Благодаря часам у нее будут и каникулы без ненавистной алгебры, и подарки!

В кабинет зашли Дима и Кравчук. Увидев сияющую Оксану, Дима тоже заулыбался.

– Миссия прошла успешно? – спросил он, кивнув на ноутбук Марковны.

– Не то слово! – Оксана едва не скакала от радости. – Ты как написал?

– На четверку натянул. Отметим это дело? Как насчет кино часов в пять?

В кино! Дима впервые позвал ее в кино! У них настоящее свидание? Но часов в пять…

– У меня не выйдет, я иду к тете Вале, – развела руками Оксана. – Может, в выходные? Как раз каникулы начнутся.

– Димон, ты идешь? – нетерпеливо крикнул Кравчук. – Опоздаем!

– Договорились, идем в выходные! – Дима одарил Оксану на прощание широкой улыбкой и вместе с Кравчуком скрылся в коридоре.

– Ты чего такая счастливая? – сварливо спросила Вероника. Она только что принесла в кабинет полное ведро воды и остановилась возле Оксаны отдышаться.

– Дима позвал меня в кино! – выпалила Оксана, рдея от удовольствия.

– Вот радость – тащиться в кино с Царевым, – Вероника демонстративно отвернулась от Оксаны.

Злится на нее из-за оценки, что ли? Так Оксана ни при чем – не она же диктовала, каким образом часам исполнить желание! Оксана хотела заявить Веронике, что не нужно на ней срывать злость, как зазвонил телефон. Мама! Наверное, хочет узнать о результатах контрольной. Но у нее есть доступ к электронному дневнику…

– Да, мам? – сняла трубку Оксана. – Ты чего звонишь?

– Оксана, ты помнишь, что мы в эти выходные уезжаем в Ватутинки?

– Как в выходные? – опешила Оксана. – Ты говорила, мы туда тридцать первого поедем, через неделю!

– Дядя Витя просил приготовить дом к каникулам. Он не справится в одиночку. Его сестра обещалась помочь, но не приедет, взяла, видите ли, горящую путевку в Египет! – бушевала мама. – Нет бы с семьей в новый год побыть…

Катастрофа! Они уедут в выходные, и никакого свидания с Димой у нее не выйдет!

– Мам, – заканючила Оксана в трубку, – у меня были планы!

– Значит, отменишь планы! Без разговоров у меня, поняла? – мама повесила трубку.

– Мартышка! – донесся до Оксаны мерзкий окрик Воронцовой. – Ты репетировать собираешься?

– Собираюсь, – Оксана с обреченным видом полезла в рюкзак за сценарием.

Настроение, поднятое четверкой, моментально испортилось. Свидание отменяется, а когда Дима ее снова позовет! Одно расстройство: и Ватутинки, и репетиция с Воронцовой, и тетя Валя… Стоп! Тетя Валя! А это идея…

***

После репетиции Оксана поехала к тете Вале. Хозяйка привычно собралась попить чаю перед занятием, и Оксана только обрадовалась предложению: чайные дела выдворят тетю Валю из гостиной, а Оксане только это и надо.

Тетя Валя заковыляла на кухню. Услышав шум воды, которая, плескаясь, наполняла чайник, Оксана побежала в комнату с часами. «Хочу никуда не ехать с родителями в выходные!» – шепнула она. Щелк! Стрелка остановилась на делении с одиннадцатью, золотая краска на цифрах померкла. Оксана скрестила пальцы. Хоть бы сработало! Она просто обязана остаться дома на выходные!

***

Лампочка в кухонной люстре светила неясно, отбрасывая тусклый желтый блин на обеденный стол. Еле слышно бормотал телевизор. Оксана вяло тыкала вилкой в сероватую треску на тарелке. Родительские тарелки с ужином стояли нетронутыми. Мама, приоткрыв кухонную занавеску, вглядывалась в чернильно-синие сумерки за окном.

– Где Сережа? Нам в магазин ехать за подарками для родственников в Ватутинках! Если он через полчаса не явится, мы не успеем все купить! Где его носит! Оксана! – рявкнула мама, словно это Оксана была виновата в том, что папа не берет трубку. – Не ковыряй в тарелке, ешь! Рыба очень полезная!

В замке заворочался ключ, и мама, отпрянув от окна, кинулась в прихожую.

– Сережа, наконец-то! – услышала Оксана. – Где ты ходишь?

– В аварию попал, – коротко ответил папа.

Оксана стиснула вилку и прислушалась к диалогу в коридоре. Что произошло? Что за авария? Спустя минуту папа, взъерошенный и раскрасневшийся, зашел в кухню. Оксана с тревогой вгляделась в его лицо – ран нет.

– В аварию? – охнула мама, следуя за папой по пятам.

– Да я не пострадал, а машина… – папа сел за стол и почесал макушку. – На повороте во двор фургон какой-то влетел, помял мне пассажирскую дверь, крыло… Напокупают прав, а… Полиция быстро приехала, машину эвакуатор забрал. И позвонить не получилось – телефон разрядился…

– Ты опять поворотник не включил, он в тебя и врезался! – завелась мама. – Я сто раз говорила: надо включать поворотник, а не витать в облаках! Теперь на ремонт кредит брать! Когда машину вернут?

– Не раньше января, – сконфуженно произнес папа и взял вилку, – поэтому наша поездка в Новые Ватутинки отменяется. Туда зимой без колес не доберешься, а на перекладных с чемоданами – сама понимаешь…

– И поездка отменяется, прекрасно! – мама сердито загремела посудой в раковине. – То ванная, то машина! Все новогоднее настроение насмарку! А я так хотела с родственниками в Ватутинках повидаться, отдохнуть, воздухом лесным подышать!

– И я, но что поделать, – развел руками папа.

До сих пор молчавшая Оксана отложила вилку. Ее захлестнули противоречивые чувства. С одной стороны, она испугалась, узнав про аварию. Часы, похоже, ни перед чем не останавливались, когда дело касалось исполнения ее желаний. А с другой… Подумаешь, машина! Папа-то в порядке, сидит жив-здоров, рыбу наворачивает. Часы всерьез не будут никого калечить, можно расслабиться и наслаждаться тем, что она не едет в Ватутинки, а идет на свидание с Димой! Не сдержавшись, Оксана улыбнулась.

– Оксана, а ты почему смеешься?! – накинулась на нее мама. – Отец чуть в аварии не погиб, а она смеется!

– Тебе показалось, – ответила Оксана, прикрывая улыбку ладонью.

11

Стоял тихий зимний день. Из-за туч выплыло солнце, и мягкие, в человеческий рост сугробы, искрились в его лучах. Небо сияло ярким голубым цветом. Снег скрипел под ногами. Но Оксана не обращала на эту красоту внимания. Она торопилась в школу, на ходу повторяя свои реплики из пьесы: творение Воронцовой шло на «огоньке» первым номером.

В холле первого этажа было пусто, за исключением лысого охранника в форме. Он со скучающим видом пялился в покетбук с детективом. Звонок прозвенел, и старшие классы отсиживали последние уроки, а у средней и младшей школы шли новогодние «огоньки». Волоча за собой туго набитый пакет с костюмом колдуна и сучковатую палку, изображавшую посох, Оксана побрела на третий этаж.

Почти все Оксанины одноклассники собрались в кабинете математики. Марковна тоже пришла: она сидела за учительским столом в медицинской маске и пачкой платочков в руке. По всему кабинету стояли импровизированные столы из сдвинутых попарно парт. Ребята расставляли на них бутылки с газировкой и одноразовые тарелки с пирожными, печеньем и вафлями. Играла легкая танцевальная музыка. Собравшиеся болтали и смеялись, предвкушая веселый праздник.

И чего они радуются? Как будто попали на съемку новогодней передачи по телеку, а не на школьный праздник! Оксана доковыляла до ближайшего стола, запихнула под него пакет с костюмом, посох и опустилась на стул. Где Вероника? Она обещала прийти пораньше! Оксана собралась настрочить подруге гневное сообщение, но в этот момент Вероника вошла в кабинет. Девочку сопровождали Дима и Кравчук. Все трое несли упаковки с пластиковыми стаканчиками. Вероника сунула Кравчуку свои стаканы и подошла к столу, где сидела Оксана. Дима отправился в конец кабинета и скоро вернулся к девочкам с одинаковыми синими свертками.

– Девчонки, с новым годом!

Оксана, краснея, приняла подарок. Дрожащими пальцами она развязала ленточку и вынула из бумажного кулечка керамическую собаку с сердечком в лапах. Оксана терпеть не могла сувениры вроде фарфоровых фигурок и рамок для фото и выбрасывала их после того, как незадачливый даритель исчезал из поля зрения. Но собака не просто сувенир, а первый подарок от Димы! Да еще и с сердечком в лапах – знак, что Дима относится к ней по-особенному, не так, как к другим девочкам! Она обязательно поставит фигурку на тумбочку возле кровати! Вероника тем временем сорвала бумагу со своего подарка:

– Царев, – рассмеялась она, извлекая на свет такую же, как у Оксаны, собаку, – у тебя ни капли фантазии – хоть бы цвет другой выбрал! Скажи, Ксю? Кстати, Царев, суббота в силе? Сашка спрашивает: мы с ней собирались к Инге в больницу, и надо все распланировать!

Оксана, забыв, что хотела сказать Веронике колкость об одинаковых подарках, уперла руки в бока:

– Что значит «суббота в силе»? Мы с Димой вообще-то в кино собирались, да, Дим?

– Да, – кивнул тот, – Вероника с нами пойдет, мы с ней сегодня утром договорились.

У Оксаны отвисла челюсть. В смысле – «Вероника пойдет с нами»?

– Мартышка! – в дверях возникла Воронцова. – Ты к пьесе думаешь переодеваться?! Мы первые выступаем или у тебя отшибло память? Двигай в туалет, у нас там гримерка, ясно? Сейчас! – Воронцова с силой хлопнула дверью.

Ладно, с походом в кино, Димой и Вероникой она разберется позже. Оксана скорчила закрытой двери рожу и выдернула из-под стола пакет с костюмом:

– Я пойду, иначе Воронцова меня убьет!

– Заколдуй ее, – предложил Дима, вращая перед собой посох, и они с Вероникой рассмеялись.

– Не смешно, – буркнула Оксана, выдернула посох из Диминых рук и зашагала в туалет.

В туалете девочки поправляли у зеркала прически и макияж. Оксана, единственная, кто не переоделся, отошла к дальним кабинкам и принялась выгружать из пакета костюм. Бумажный колпак, который они с мамой склеили из листа ватмана и раскрасили гуашью, помялся, и на черном халате, изображающем мантию, отпечаталась желтая от звезд на колпаке краска. Оксана поставила колпак на подоконник и попыталась вытащить халат, но он зацепился за сучок на посохе и застрял. Оксана встала коленями на холодный кафель и попыталась высвободить посох из складок. В туалет заглянула Воронцова:

– Мартышка, тебя пинками отсюда выводить?

Оксана резко дернула халат на себя, он затрещал и поддался, но у самого пояса теперь зияла дыра. Мама будет в восторге – это ее любимый халат, который привезла из Китая подружка! Воронцова стояла над Оксаной, скрестив руки и притопывала ногой. Придется надеть халат с дыркой. Но если повязать пояс повыше, дыра затеряется в складках. Оксана нацепила колпак, бороду от наряда деда Мороза, резинки которой вытянулись и не удерживали бороду на подбородке, и в таком позорном облачении понеслась к кабинету, опустив голову – вдруг ее увидят ребята из параллельного или, того хуже, старшего класса.

Пьеса тянулась медленно. Первая сцена, вторая… Оксана волновалась, что одноклассники и Марковна увидят дырку на халате, а борода упадет, и оттого забывала реплики. Воронцова сердилась и закатывала глаза, чем нервировала Оксану еще больше. Самое ужасное приключилось в финальной сцене. По сценарию Оксана взмахивала посохом и оборачивалась вокруг себя, но она ни разу не репетировала в длинном халате. Оксана наступила на полу халата, споткнулась о посох, и злосчастная борода все-таки свалилась. Оксана, сгорая от стыда, выпалила последнюю реплику и под всеобщий смех выскочила в коридор.

Она долго рыдала от унижения и злости в туалетной кабинке. Когда слезы кончились, Оксана выбралась наружу. Туалет пустовал. И где Вероника? Хороша подруга, даже утешить не пришла! Оксана стянула с себя костюм Колдуна, запихала как попало в пакет и поплелась в кабинет. Приоткрыв дверь, она поняла, что начались танцы. Играла медленная музыка, басовитый голос пел на английском про «веселый новый год». Окна зашторили, и лучи зимнего солнца, сочащиеся сквозь полупрозрачные коричневые занавески, освещали кабинет рассеянным золотистым светом.

В свободном от столов центре кабинета покачивались пары и три-четыре девочки в одиночестве. Оксана глазами искала Веронику и Диму и не заметила, возле нее появилась Левченко. Пережевывая эклер, одноклассница наклонилась к Оксане и прошептала:

– Видала, как Метельская на Царева запала! Я бы ни за что не решилась пригласить парня на танец сама! Только глянь, как она на нем виснет! – Левченко надкусила эклер так, что с другого конца пирожного полез крем и приземлился на нагрудник ее сарафана, и беззастенчиво ткнула пальцем в танцующих.

Оксана пригляделась и ахнула: Вероника танцевала с Димой! Дима обвивал руками талию девочки, а она положила голову ему на плечо и прикрыла глаза!

– В лепешку разбивается, чтобы его склеить, – чавкала пирожным Левченко у Оксаны над ухом. – И у тебя его уводит.

– Бред, они просто одноклассники, – уязвленно ответила Оксана, – Вероника даже называет Диму по фамилии!

– Мало ли кто кого называет по фамилии, – со знанием дела заявила Левченко. – Сама подумай: в школе вы втроем ходите, это раз. После школы она с ним на катке зависает – мы с Веркой гуляли, и я своими глазами их видела! Это два. В пиццерии они в воскресенье вместе сидели, подарки он вам обеим подарил… – Левченко откуда-то все обо всех знала.

Оксана впилась глазами в Диму и Веронику. Вот Вероника сказала что-то Диме, и оба рассмеялись. Вот она дотронулась до его воротника, поправляя уголок. Осознание накрыло Оксану ледяной волной. Ну точно! Ни один разговор с Димой не обходится без Вероники! А концерт? Вероника туда не попала, но не зря она купила билет! А поход в кино в выходные? И подарки: одинаковые собаки с сердечками! Выходит, Вероника делала все, чтобы оказаться вместе с Димой? Не может быть… А она считала ее лучшей подругой…

– Ксю! – вклинился в Оксанины безрадостные мысли голос Вероники.

– А? – Оксана тряхнула головой, возвращаясь в реальность.

Медленный танец закончился, и ребята разбредались по кабинету кто куда. Дима и Кравчук ели вафли и болтали. Вероника стояла рядом и трясла Оксану за руку:

– Ксю, мы тебя обыскались! Куда ты пропала?

Обыскались они, как же! Так обыскались, что решили: почему бы вместе не потанцевать!

– Переодевалась, – сквозь зубы процедила Оксана.

– О, понятно! А мы с Царевым обсуждали, кто как отмечает новый год и договорились тридцать первого пойти на ночное катание на стадион, где он занимается хоккеем. Представляешь? – Оксана молчала, и Вероника, не дождавшись реакции, продолжила сыпать подробностями: – Кравчук идет, и друзья Царева с хоккея. Я видела программу: обещают кормить, живую музыку, танцы на льду и деда Мороза с подарками. Круто, да? Новый год, время исполнения желаний! – Вероника мечтательно раскинула руки и закружилась на месте. – А ты с родителями в деревню едешь? Новые Ватутинки, да?..

Снова это «мы»! «Мы с Царевым», «мы договорились», «мы идем на ночное катание»! Злость клокотала внутри, грозя выплеснуться. Оксана глубоко вдохнула – не хватало на виду у всего класса разругаться с Вероникой – и уставилась на разрисованную цветным мелом доску. Шарики, еловые ветки, снежинки, часы… часы…

– Танцевальный конкурс! – неожиданно взвизгнула Вероника. – Пойдем? – Оксана скрестила руки перед собой, и Вероника ринулась к Диме: – Царев, Кравчук, айда танцевать!

Оксана хищно улыбнулась, наблюдая, как Вероника тянет Диму на танцпол. Недолго осталось жить вашей идиллии! Всего-то до загаданного на тети Валиных часах желания! Оксана схватила рюкзак и, ни с кем не прощаясь, выскользнула из кабинета.

12

Оксана спустилась к раздевалке и села на скамейку. До последнего в этом году занятия у тети Вали осталось не меньше трех часов. Ехать слишком рано, чем заняться? Вернуться на «огонек»? Ну нет, она не собирается участвовать в нелепых конкурсах и давиться дешевым печеньем! Пойти домой, но чем заняться дома? Телек смотреть два часа подряд?

Оксана перевела взгляд на часы. Ей казалось, что она сидит у раздевалки вечность, а прошло всего пять минут! Нет, больше так продолжаться не может! Оксана вскочила и дернула на себя дверь раздевалки. Ну приедет она к тете Вале пораньше! Скажет, время перепутала. С кем не бывает? Не выставит же ее хозяйка из квартиры на мороз!

Оксана натягивала пуховик, когда завибрировал мобильник. Кто там названивает?!

– Да? – не слишком вежливо сказала она в трубку.

– Оксаночка? – раздался встревоженный голос тети Вали. – Я звоню-звоню, а никто не берет…

– Что случилось? – в груди у Оксаны заворочалось нехорошее предчувствие.

– Ты прости меня, Оксаночка, занятие отменяется. Деду Ярославу утром стало плохо. Надо же, он шел на поправку! Не знаю, как все сложится, давай пока и в январе встреч не планировать, – удрученно говорила тетя Валя. – Ты не беспокойся насчет мамы, я ей сама наберу! Ох, в дверь звонят, Наташа пришла! Я с тобой прощаюсь, Оксаночка, не болей! С праздниками с наступающими тебя!

– И вас, – механически ответила Оксана коротким гудкам.

Занятие отменяется. Отменяется. Отменяется возможность отпраздновать с Димой новый год! Возможность встречаться с ним по-настоящему! Всю ночь он проведет с Вероникой и неизвестно, во что выльется празднование! Вероника четко сказала – «новый год, время исполнения желаний». Понятно, чего хочет ее бывшая подруга – забрать себе Диму! Если Вероника во время катания увлечет его всерьез – а мало ли какие приемчики у нее в запасе! – то они с Димой станут официальной парой! Вот Левченко посмеется над тупостью Оксаны и в классе всем растрындит! Нет уж, она, Оксана, никому не намерена отдавать своего парня!

Раз тетя Валя отменила занятие, придется действовать по-другому: проникнуть в ее квартиру тайком! Как осуществить задуманное Оксана пока не знала, а ноги уже несли ее к автобусной остановке. По путь что-нибудь придумает! Нельзя терять ни минуты! Часы – ее последний шанс наладить отношения с Димой!

***

– Куда Оксанка делась? – спросил Андрей Кравчук.

Они с Димой Царевым выбыли из танцевального конкурса и, взмыленные, сели выпить газировки.

– Не знаю, минут десять назад сидела здесь, – Дима плеснул шипящую колу в стакан.

Андрей задумчиво крутил в пальцах стакан с газировкой и посматривал на Веронику: та болтала с Сашей Пряхиной за соседним столом.

– Почему ты позвал на ночное катание не Оксанку, а Веронику? – спросил он Диму.

– Ты знаешь Метельскую, – фыркнул Дима. – Она услышала, что я отмечаю новый год на стадионе и напросилась, как обычно. Я и позвал, а то не отстанет, и отказывать неудобно. Тем более Оксанка ни коньки не любит, ни танцы, – Дима отхлебнул колу.

– Димон, ну ты лопух, – усмехнулся Андрей. – Оксанка в тебя по уши влюблена. Она и на дополнительную математику пойдет, и в картинную галерею, лишь бы с тобой вместе. И тебе она нравится.

– Нравится, – не стал отпираться Дима. – Так ты считаешь, она в меня влюблена? И не откажется пойти на ночное катание?

– Конечно! Напиши ей и пригласи! Она тебя сто процентов к Веронике приревновала, обиделась и ушла.

– Девчонки, что с них взять! Надеюсь, она не сильно надулась… – и Дима полез в сумку за телефоном.

– Царев! – к мальчикам подбежала Вероника и обняла Диму за плечи. – Пойдем танцевать!

– Погоди, я напишу Оксанке…

– После «огонька» напишешь, – прервала его Вероника. – Пойдем, а то песня закончится, а она – моя любимая!

– Пара часов ничего не решат, – виновато сказал Дима с укоризной смотрящему на него Андрею и позволил Веронике увлечь себя на танцпол.

***

От остановки готовился отъезжать нужный автобус. Оксана замахала водителю, и закрывшиеся двери с шипением разъехались назад. Правильно ли она поступает? Вламываться в квартиру без приглашения, в квартиру, где лежит больной пожилой человек…

– Девочка, ты едешь или нет? – крикнул водитель.

Оксана растерянно посмотрела на раскрытые двери автобуса, помедлила… Ой, хватит! Больной, пожилой… Она же не вещи собралась воровать! Она вообще ничего плохого не делает: загадает желание и уйдет! Оксана забралась на подножку. Автобус бухнул дверями и тронулся. Оксана выбрала незанятое двойное место у дверей. Она скользила взглядом по плывущим за окном домам и деревьям и нетерпеливо стучала ногой по перегородке, отделяющей сиденья от площадки перед дверями. Живее, почему этот автобус так тащится?!

Зашипели двери на очередной остановке. В салон вошла грузная женщина средних лет, за собой она тащила тележку с клетчатой сумкой. Озираясь по сторонам, женщина заковыляла по проходу и бухнулась на сиденье рядом с Оксаной. Вид у тетки оставлял желать лучшего. Вытертое на манжетах пальто песочного цвета, вязаная шапка, из-под которой выбивались соломенного цвета волосы. Толстые короткие пальцы с облупленным на ногтях лаком были унизаны безвкусными кольцами в виде кошачьих морд. Вдобавок, от нее нестерпимо воняло.

И что этим бабкам дома не сидится? Вечно толкаются в общественном транспорте со своими тележками! А эта еще и подсела к ней, хотя свободных мест – полный автобус! Оксана брезгливо подтянула край пуховика и отодвинулась. Женщина покашляла и сказала, обращаясь в пространство:

– Погода неважная, того и гляди метель начнется!

Оксана взглянула в окно. Какая метель, на улице солнце светит. На небе ни одного облака. И тут девочку осенило: тетка сумасшедшая! С такими лучше дела не иметь! Хорошо, что пора выходить: в окне замаячило красное здание гимназии 1603. Оксана протиснулась мимо женщины и встала у дверей. Тетка перегнулась через перегородку, обдав Оксану несвежим дыханием, и шепнула ей в самое ухо:

– Ты, сердешная, время не торопи. Пусть своим чередом идёт. А то накличешь беду.

Солнце вынырнуло из-за облака, и его луч осветил теткины кольца. Камни, изображающие глаза кошек, сверкнули. Оксана испуганно покосилась на женщину, выпрыгнула в разъехавшиеся двери автобуса на тротуар и пустилась бежать, опасаясь, что та будет ее преследовать. Но чудная собеседница осталась в автобусе.

Небо медленно затягивала темная туча: надвигалась метель. Все-таки тетка из автобуса была права. Откуда она только знала? Темнело, и в лицо Оксане полетели первые колючие снежинки. Задыхаясь от бега, Оксана повернула за угол. Вот и двор тети Вали! Напротив подъезда стояла машина скорой помощи. На ее борту было выведено: «Частная медицинская клиника „Доктор рядом“»: профильные врачи, анализы, выезд на дом». За рулем машины дремал водитель. Не к деду ли Ярославу они приехали? Дверь подъезда была распахнута и подперта куском кирпича. Одной проблемой меньше – не нужно соображать, как миновать домофон, чтобы не попасться.

Оксана зашла в подъезд. На шумном лифте ехать рискованно. Она поднимется по лестнице, и если услышит, что кто-то стоит на лестничной клетке – незамеченной спустится обратно. Оксана преодолела первый лестничный пролет, но была вынуждена остановиться возле почтовых ящиком: в кармане завибрировал телефон. Мама писала: «Оксана, где ты? Мне звонила тетя Валя, занятие отменяется!» О нет, мама будет названивать и написывать, и выдаст ее, если звонок услышат в квартире тети Вали! Оксана поставила мобильник на беззвучный режим и сунула в рюкзак. Позже ответит!

Экран телефона мягко засветился. «Куда ты свалила с „огонька“? Не успел пригласить тебя на ночное катание тридцать первого декабря, – писал Дима. – Пойдешь?» Но Оксана не увидела Диминого сообщения – перешагивая через две ступеньки она неслась на нужный этаж. Дверь тети Валиной квартиры была приоткрыта, за ней слышались голоса: врач и впрямь у деда Ярослава. Отлично, они засядут у старика в комнате и не будут ходить по квартире. Оксана подождала немного. Внутри квартиры хлопнула дверь, и все стихло.

Оксана приникла к щели между входной дверью и косяком. Никого не видно! Она осторожно вошла в прихожую, споткнулась о сброшенные кем-то впопыхах уродливые ботильоны на каблуке и ойкнула. Зажав рот рукой, Оксана в страхе прислушалась. Голоса доносились из комнаты деда Ярослава, но, кажется, ее никто не услышал. Оксана выдохнула и на цыпочках прокралась в гостиную. В спертом воздухе комнаты стоял больничный запах. На столе лежал тонометр. Диван завален блистерами и коробочками с таблетками. Снег за незашторенным окном валил сплошной стеной, в рассохшихся рамах сипел ветер. Из-за начавшейся метели в гостиной было сумрачно. Оксане сделалось неуютно.

Она тихо пробралась в комнату с часами. Жуткий кашель заставил девочку подпрыгнуть от страха. Снова кашель. Чтоб этот дед Ярослав… Оксана дернула полотно на часах. Пыльная ткань повалилась на пол. Оксана сжала кулаки. Надо сосредоточиться и загадать желание четко, чтобы потом не было проблем! Пусть… Пусть Дима Царев из 7 «Б» 79 школы влюбится в меня навсегда и пригласит на ночное катание тридцать первого декабря! Стрелка часов привычно щелкнула и встала на делении «двенадцать». Последнее желание, двенадцатое. Больше загадывать она не сможет. Бородатый мужчина, вырезанный на панели, не улыбался. Он зловеще скалился.

Из прихожей донесся шум, и Оксана вздрогнула.

– Грузите его на носилки! – крикнул незнакомый мужской голос. – Вы собрали сумку в больницу?

– Я принесу! – а это уже тетя Валя. Зашаркали тапочки – она явно шла в гостиную.

Опасаясь, что ее увидят, Оксана влезла в узкую щель между окном и трюмо и присела на корточки. Шаги послышались в гостиной. Оксана сжалась. Через несколько мучительных минут шаги начали удаляться в сторону комнаты деда Ярослава. Грохнула входная дверь – кажется, деда Ярослава спускают вниз, в скорую. Фух, пронесло! Пожалуй, стоит выбираться из квартиры, пока никто не вернулся!

Оксана неловко встала, и ее нога толкнула нечто плоское, валявшееся под трюмо. От толчка предмет выскользнул наружу. Это была изрядно потрепанная тетрадь. На помятой зеленой обложке значилось: «Дневник Наты». Та самая тетрадь, в которую Наташа вносила записи на юбилее тети Вали. Что она в нем черкала, посматривая на Оксану? Оксанина рука сама собой потянулась к тетради. Нет, нельзя читать чужие дневники. Оксана отдернула руку, но любопытство было нестерпимым. Она пролистнет пару страниц и закинет тетрадь обратно под трюмо, никто и не узнает. Вряд ли хозяева придут с улицы так скоро.

Оксана подняла тетрадь и открыла. Ее не раз перечитывали, вон какие листы потертые, в жирных пятнах, следах от чая. Первая запись в дневнике датировалась летом текущего года. Почерк у Наташи был каллиграфический – как в прописи.

23 июня 2017

Папа умер месяц назад. Мама до сих пор бродит по дому как привидение, плохо ест. Боюсь, как бы не слегла.

27 июня 2017

Мама перестала давать уроки, сидит у окна, смотрит на дорогу. Приходила Нина, соседка. Обсудили вчерашнюю серию «Дикой вишни»: я думаю Элина не останется с Антоном, но Нина считает по-другому, мы поссорились. В школе дела плохи – директор хочет с нового учебного года отдать мои часы немецкого молодой…

Какая скука! Оксана пролистнула несколько страниц вперед и уже собиралась закрыть дневник, но увидела другую запись:

15 июля 2017

Еле уговорила маму переехать в город, где прошла ее молодость. После смерти папы нас здесь ничего не держит. Ярику не помешает поступить в нормальный университет. Как мама не понимает: Ярик ничего не достигнет, оставшись жить в крохотном северном поселке?

Ярику? Деду Ярославу, что ли? Зачем ему учиться в таком возрасте и, главное, чему? Или это какой-то другой Ярослав? О ком ведет речь Наташа? Оксане страшно захотелось разгадать тайну, и она перевернула страницу.

19 июля 2017

Папа ни копейки нам не оставил! Денег в обрез будет, включая продажу дома и мамины накопления. Дешевых предложений квартир в большом городе мало. Нашла объявление за три миллиона, позвонила. Продают молодая женщина и старик. Вроде бы, он ее отец. Сделка прозрачная, юрист одобрил. Хозяйка квартиру хвалит, сняла видеообзор. Нужен косметический ремонт, но зато оставляют всю мебель и бытовую технику. Квартира отличная, распашная трешка. Во дворе сильная гимназия, прямой путь в Университет. Ярик гимназию одобрил, стало быть, квартиру берем.

Оксана почувствовала, что ноги затекли, и спина побаливает. Странно, она скрюченной за трюмо просидела две минуты! Может, из-за рюкзака? Оксана скинула рюкзак с плеча на пол, но спина все равно ныла. Она присела на краешек кровати.

13 августа 2017

Забрали ключи от квартиры и отправились в гимназию. Маме дали место учителя математики. Ярика зачислили в седьмой класс без экзаменов – я постаралась! Еще бы, моего сына – и не зачислить! Немецкий на уровне B1, призер региональной олимпиады по математике два года подряд. Горжусь своим сыном. Мама повеселела, изучает планы уроков…

В седьмой класс? В гимназию? Нет, Ярослав глубокий старик. Он лежит в соседней комнате и даже чаю себе налить не в состоянии без посторонней помощи! Кажется, на фоне смерти отца Наташа немного свихнулась: воображает, что брат тети Вали – ее сын-семиклассник. Внезапно Оксану пронзило воспоминание: белобрысый парень, Оксанин ровесник, фото которого она видела у тети Вали в серванте…

– …вернулись из гимназии, – читала Оксана, глотая слова, – Ярик изучает квартиру, осматривает мебель. Нашел антикварные часы. Красивые, отделаны дубом. Углядел на них надпись «Vollstrecker der Wünsche» – «Исполнитель желаний». Говорит, дай желание загадаю. Я смеюсь – тринадцатилетний парень, а в сказки верит!

Часы! Сердце у Оксаны заходило ходуном. Буквы на странице расплывались. Оксана протерла глаза – нет, это не слезы, а что же? Наверное, из-за темноты в комнате… Ветер за окном усилился, завыл, снежинки кружились и налипали на темное стекло. Оксана приблизила тетрадь к лицу, буквы сделались четче.

18 августа 2017

…желание сбылось! Я считаю это простым совпадением, но Ярик говорит, что трех совпадений подряд не бывает… Пусть так, но меня пугает, какой ценой достаются нам хотелки Ярика… Не понимаю, зачем ему нужны эти вещи, он должен заниматься, а не тратить время впустую, гоняя на скейте!

Почерк Наташи становился кривым, никак не похожим на те каллиграфически выведенные в июльских записях буквы. Строчки напрыгивали друг на друга. Оксана почти не разбирала, что написано на вытертых клеточках.

23 августа 2017

…никогда не думала, что у Ярика могут быть подобные желания. Я считала его самым счастливым ребенком на свете. Я столько вложила в его учебу, в его будущее: курсы, репетиторы. Он всегда говорил, что его мечта – поступить в Университет. А теперь собирается загадать часам двенадцатое желание: не хочет учиться в гимназии! Я запретила желать такое, и мы поругались. Заперся у себя в комнате, не открывает.

24 августа 2017

…я отказываюсь верить в происходящее. Мы с мамой отказываемся верить. Наш дорогой Ярик, мой единственный сын! Он втайне от меня и мамы загадал часам двенадцатое желание про гимназию и превратился в больного старика. Жутко кашляет, на ногах не стоит, волосы поседели. Я отказываюсь верить…

Руки у Оксаны затряслись, и она едва не выронила тетрадь. Ее глаза прыгали со строчки на строчку, сердце бешено колотилось.

…я в третий раз загадываю проклятым часам желание, чтобы Ярик помолодел! Стрелка пошла на новый круг, а желание не исполняется. Мама настаивает на звонке Артему: он управляет собственной медицинской клиникой. Говорит, Артем до сих пор в меня влюблен, звал замуж: он не проболтается.

…я в отчаянии. Артем не знает как помочь, но согласился осматривать Ярика и заниматься поиском лекарства. Клянется, что никому не расскажет. …месяц с того рокового дня. Мама пришла от очередной «колдуньи». Я сказала: «Деньги на ветер выбрасываешь…

…разыскала номер прежних хозяев квартиры. Теперь я поняла, кем приходился хозяйке тот старик. Родным сыном, сраженным проклятием часов! Понятно, почему они оставили мебель! Эта коза рыдала и отпиралась, но я выбила из нее признание: чтобы снять проклятье часов, нужно перевесить его на человека того же возраста, что и проклятый. На того, кто рискнет загадывать часам желания…

…мама подняла прежние контакты: ни у кого дети не подходят по возрасту. Мама вспомнила про крестницу, ее дочери тринадцать лет. Пригласит крестницу с дочерью на свой юбилей. Она считает, мы делаем зло, но я убеждаю: Ярика по-другому не спасти…

…девчонка наглая и тщеславная, то, что надо. Зовут Оксана. Подговорила маму: она будет давать девчонке бесплатные занятия по алгебре. Мать девчонки нетрудно уговорить: она помешана на успеваемости дочери. Если все устроится как мы с мамой задумали…

– Кто здесь?

Клакнул выключатель, и свет от люстры на мгновение ослепил Оксану. Перед глазами заплясали пятна. Когда они рассеялись, Оксана увидела в дверном проеме комнаты Наташу. Та, поджав губы, смотрела на девочку, ожидая объяснений. У Оксаны внутри все похолодело – ее застали на месте преступления и отпираться, что ее в комнате нет, было бесполезно. Она захлопнула дневник, спрятала за спину и попыталась вскочить с кровати, но мышцы одеревенели и не слушались.

– Я… Я забыла задачник на прошлом занятии, – принялась сочинять Оксана осипшим от страха голосом, – а он мне нужен на каникулах.

– Не трудись врать, я знаю, зачем ты пришла, – Наташа кивнула на часы, задержав взгляд на циферблате, где чернело деление «12».

– Значит, это правда? – Оксана сглотнула ком в горле. – Про часы?..

Наташа коварно улыбнулась. На ее лице не было ни намека на жалость. Оксана застыла, не в силах пошевелиться. Толстовка под пуховиком пропиталась липким потом. Оксана чувствовала жар, в ушах шумело. Вены на тыльных сторонах ладоней посинели и вздулись, кожа потемнела и начала покрываться уродливыми морщинами. Невозможно… То, что с ней происходит – неправильно и невозможно, она этого не заслужила…

– Оксана! – услышала Оксана сквозь гудение в ушах злорадный Наташин голос. – Я вижу, ты загадала двенадцатое желание.