Цитаты из книги «Журнал 64», страница 3

Пролог Ноябрь 1985 года Она совершенно неожиданно расчувствовалась. В руке – прохладная тонкая ножка фужера с шампанским, вокруг – гул голосов, муж обнимает ее за талию. Если не считать периода влюбленности, то лишь считаные мгновения из детства могли сравниться с ощущениями, испытываемыми ею в эти секунды. Голос бабушки, внушающий чувство безопасности. Приглушенный смех, доносящийся сквозь дрему. Смех тех, кого уже давно нет на свете… Тут Нэте сжала губы, чтобы не позволить чувствам овладеть со

– Да, типа того. Я вкратце расскажу, а ты, Карл, послушай, да и тебе, Асад, не помешает. Она подняла указательный палец вверх, как школьная учительница. Вот она, Роза, в своей стихии. – Все началось в тысяча девятьсот двадцать третьем году с Кристиана Келлера, стоявшего во главе датской системы попечительства. В течение целого ряда лет он руководил учреждениями для слабоумных, в том числе и Брайнингом. Потом они стали именоваться «келлерскими учреждениями». Он принадлежал к

– Да, Германсен! – крикнул Асад в трубку. – Не помнишь? Мия Нёрвиг упомянула это имя в связи с первым делом, которое вел ее первый муж, работая на Курта Вада. У Мёрка удивленно сдвинулись брови. – Ладно, – ответил он. – Посмотрим. Прекрасная работа. А теперь отправляйтесь домой, оба. – До встречи в управлении? Скажем, в девять утра

– Роза выложила на стол перед Карлом несколько скрепленных вместе листиков бумаги. –

С тех пор как он повесил табличку «Не для рекламы, спасибо», письма ему приходили только от налоговых органов, а от них никогда не приходилось ждать ничего хорошего. Почему их так выводили из себя убогие гроши, которые он присваивал себе, залатав шину, прочистив свечи зажигания или отремонтировав карбюратор мопеда, он никогда не понимал.

Фраза "разве не всё равно" - отговорка, к ней прибегают люди, когда им совсем не "все равно".

Человеческая жизнь представляет собой постоянное балансирование над пропастью соблазнов.

начала вторая женщина. – В нашем распоряжении имеется журнал доктора Вада.

– Ради всего святого, Роза, скажи мне, что у тебя в сумке? Кирпич? – прошептал Мёрк перед въездом на участок Курта Вада на Брёндбюостервай.

– Нет. Всего лишь собрание сочинений Шекспира в кожаном переплете.

Пятеро взрослых мужиков, обсуждающих экономические взгляды правительства, что может быть бессмысленнее? Ведь эти разговоры всё равно ни к чему не приведут.