Читать книгу: «Избранный. Интервью с легендарными современниками»

Каждый человек добр и прекрасен душой, но зачастую внутренний свет заглушён дурными мыслями, вредными привычками, социальным давлением. Чтобы помочь зрителю увидеть себя с лучшей стороны и стать более счастливым и успешным, была создана телепередача «Избранный». Гостями студии становились выдающиеся учёные, звёзды кино и театра, общественные деятели. Они делились опытом преодоления препятствий, раскрытия таланта вопреки всему, сохранения человечности и успешности по сей день.

Спустя три года успеха телепередачи родилась идея создать книгу. И вот перед вами, дорогой читатель, собрание лучших интервью телепроекта с интереснейшими современниками. Кто-то из них вам известен, а с кем-то предстоит увлекательное знакомство! Но, наверное, постигая мир другого человека, мы начинаем лучше понимать, прежде всего, самих себя.

Олжас Сулейменов
поэт, общественный деятель

Карина Сарсенова

– Добрый вечер, дорогие друзья! Редчайшие люди, благодаря которым состоялась наша великолепная страна, благодаря которым родилось, выросло и воспиталось не одно прекрасное поколение казахстанцев, уникальные личности, внёсшие огромный вклад в развитие всего евразийского материка, конечно же, на вес золота.

Сегодня в эфире передачи «Избранный» мы рады приветствовать человека, всеми безусловно любимого, – блистательного поэта, не менее выдающегося общественного деятеля Олжаса Омаровича Сулейменова.

Очень долго я ждала Вашего визита к нам. Давно являюсь поклонницей Вашего творчества, но вместе с тем я поклонница Вашей личности – Личности с большой буквы. Вы для меня – авторитет не только в науке, поэзии, писательском деле и искусстве, но и в образе жизни, в отношении к людям, к своей судьбе. Вы вдохновляете меня на всё хорошее, что было, есть и, надеюсь, будет в моей жизни! Огромное Вам за это спасибо!

Давайте изменим традицию общения на нашей телепередаче и начнём с пожеланий. Пусть Всевышний подарит всей стране долголетнее общение с Вами, обогатит её Вашим творчеством; желаю, чтобы все проекты, за которые Вы берётесь, удавались, а окружающие Вас люди неизменно поддерживали во всех начинаниях!

Алихан Мусатаев

– Добавлю ещё, чтобы все Ваши работы наша молодёжь принимала, умела понять и, главное, училась на них. Спасибо огромное, что Вы пришли к нам сегодня.

Карина Сарсенова

– Олжас Омарович, представьте такую ситуацию. На Земле существует человек, существует масштабная сообщность личностей, общество. Если всех нас изъять с планеты, то останутся определённые виды животных, растений, микроорганизмов и так далее. И всё это нечеловеческое бытие прекрасно будет существовать и без человечества, может быть, даже ещё лучше: выровняется экология, прекратятся варварские охоты, опустеют скотобойни. Вы философ и учёный с большой буквы, ответьте, пожалуйста, на вопрос: зачем на Земле живёт гомо сапиенс?

Олжас Сулейменов

– Бог или эволюция перепробовали всех и продолжают ставить эксперименты над различными видами жизни в надежде, что в итоге что-то получится, хоть один достойный из миллиардов видов. Пока, на его взгляд, это гомо сапиенс. Хотя и до этого было много «гомо»: гомо эректус и другие. Но много миллионов лет назад в Африке, Восточной Африке, Кении – это уже официально доказано – появился гомо сапиенс. Конечно, это был некий мутант, в прошлом гомо эректус, поднявшийся с четверенек. Мы потомки того самого первого мутанта. Со временем что-то изменилось в генах, может, в мозгах одна извилина прибавилась, и начался род человеческий, человек мыслящий. Вот мы не раз спорили: сапиенс – это мыслящий или разумный? Я думаю – лучше мыслящий.

Карина Сарсенова

– А в чём отличие этих двух понятий?

Олжас Сулейменов

– Разумный – это конечная остановка, он уже достиг определённой цели, а мыслящий находится в процессе. Постоянном, бесконечном процессе, который включает и разумные существа, и просто думающие. Если собрать большинство людей и определить, сколько разумных, а сколько просто мыслящих или приближающихся к этому рубежу, то ситуация будет выглядеть неоднозначно.

Карина Сарсенова

– На Ваш взгляд, каков приблизительно процент мыслящих людей?

Олжас Сулейменов

– Процент мыслящих не самый большой. Мыслящие люди – это интеллигенция, творческие люди, причём творческие во всех профессиях, во всех специальностях. Человек может быть и физиком, и инженером, но в то же время человеком мыслящим. Именно такие и сохраняют цивилизацию, удерживают её, потому что человек мыслящий всегда готов пойти на компромисс. А разумный – в его понимании – окончательно устоялся в какой-то точке зрения, и переубедить его невозможно. Если, например, говорить о политике, то она представляет собой искусство компромисса. Когда люди способны уступить другой точке зрения, согласовать её со своей и в итоге найти общий для двоих результат, принять правильное решение. Таких политиков, к сожалению, в мире не так много, в основном всё однополярное и как бы окончательное. Объёмное тело – двухполярное всегда. Сегодня решение принимает по согласованию с Южным полюсом Северный полюс, завтра – наоборот. И в итоге нужный объём сохраняется, а однополярный мир – это всего лишь плоскость.

Карина Сарсенова

– Как Вы считаете, может ли слово помочь в развитии мыслящего человека? Ведь слово где-то закостеневает в своём смысле. И люди зачастую вместо живого, текучего, отражающего современность смысла видят некое окаменевшее понятие, которое закономерно формируется в стереотип, шаблон, и тогда вместо мышления человек начинает играть, жонглировать этими шаблонами. Как же через слово развить в себе способность к мышлению?

Олжас Сулейменов

– Когда слово будет заключаться в любых жанрах – поэтическом, например, а не только в указах, тогда можно развивать человека мыслящего дальше. А если слово звучит только в официальном тоне, какой же это человек мыслящий?! Тогда будет только человек исполняющий.

Карина Сарсенова

– Так нужна цензура слову, например, поэтическому или не нужна? Как Вы относитесь к демократии?

Олжас Сулейменов

– Цензура должна быть обязательно – в виде общей культуры. Когда общество знает, что это слово или идею не нужно пропагандировать, то внутренняя цензура должна присутствовать в расчёте на понимающего читателя или зрителя. Такая цензура существует в обществе образованных и интеллигентных людей. Мне приходилось жить в разных государствах, в разных обществах, встречаться с разными людьми. Я невольно сравнивал уровень восприятия слова, жеста, поступка в тех обществах с нашим. И наше общество многосложное. Даже в одном этносе бывает несколько полюсов, флангов. И ко всему этому надо подходить определённо, выражая тот уровень, которого ты сам достиг, чтобы и общество вокруг было столь же оснащено той внутренней культурой, которую мы называем цензурой.

Карина Сарсенова

– Вы, как человек творческий, считаете ли, что нужно поддаваться потребностям, вкусам общества, его запросам? К примеру, человек рассматриваемой социальной группы хочет развлекаться. Хорошо, мы ему предложим развлекательные фильмы. Или всё-таки нужно воспитывать читателя, подтягивать его до своего уровня?

Олжас Сулейменов

– Конечно, воспитывать надо, но при этом – развлекая. Если общество настроено на развлечение, то самые серьёзные вещи можно изложить в таком жанре, который и развлекает, и увлекает мыслью, теми идеями, которые ты излагаешь и хочешь донести. Поэтому и политика – это искусство компромисса, политика – это всё то, чем мы так или иначе занимаемся. Не бывает такого, что вот это политолог – он разбирается в вопросе, а все остальные в политике ничего не понимают. Все люди, живущие в обществе, не могут быть от него свободны, поэтому мы должны обязательно учитывать потребности, но при этом привносить то, что напитает нашего читателя или потребителя, приблизит его к тебе. Потому что ты сложнее, ты больше прожил, может, больше узнал. Поэтому искусство общения со средой, с сообществом нарабатывается, конечно, всю жизнь, но, прежде всего, наполняется опытом и предыдущих поколений, и твоих учителей. Вот такое общество действительно живёт.

Карина Сарсенова

– Как же сейчас, в условиях тотальной глобализации, когда почти все занавесы подняты, когда этносы смешиваются в какой-то особый генетический бульон, когда происходит процесс постоянного перенятия друг у друга культурного багажа, сохранить этническую идентичность, и нужно ли это делать, или уже время этнической идентичности ушло, надо смириться и в потоке событий следовать за судьбой?

Олжас Сулейменов

– Мне кажется, да. Если идентичность помогает или существует только для того, чтобы общество выживало в сложном сочетании других этносов, тогда – да, здесь надо отстаивать эту самую идентичность, свою обособленность, законсервированость. А в условиях глобализации, которая сейчас, в XXI веке, вполне ощущаемо и осознанно существует, мы должны, безусловно, внушать и нашей молодёжи, и всему обществу, что независимость как таковая – явление или лозунг прошедших времён, когда мы были в той или иной степени от кого-то зависимы в буквальном смысле – политическом, экономическом и прочих.

Если мы обрели самостоятельность, это не значит, что мы оградились от всех. Нет, мы продолжаем быть зависимыми, но это особый вид зависимости, я бы сказал – взаимозависимость, и глобализацию я понимаю только как результат или повод начать осознавать всеобщую взаимозависимость людей на Земле. Мы взаимозависимы с соседями по региону и с дальними соседями по планете. И если это осознание сделать осознанием нашего общества и любого другого, тогда легче будет выживать, а потом и полноценно жить на планете. Когда мы понимаем, что вид, который мы собой представляем, в любой момент может прекратить своё существование, что мы уже дошли до предела, а тот самый человек мыслящий насочинял себе столько всего, что в любой момент глобальный эксперимент может закончиться, и тогда начнётся другой. Уже другой мутант появится через какое-то время, когда остатки нашего вида выживут или уйдут окончательно, и спасти ситуацию сможет именно философия взаимозависимости, осознанная философия, которую воспримут элиты нынешних государств, особенно мощных государств, влияющих на судьбу человечества и природы. Если они осознают, если интеллигенция станет элитой, тогда люди будут легче понимать друг друга.

Карина Сарсенова

– Олжас Омарович, есть ли резон бороться с коррупцией? Можно ли её искоренить? Или это такая особо хитрая игра?

Олжас Сулейменов

– С коррупцией, конечно, очень трудно бороться. Это не я первый сказал, у нас каждый это твердит. Я сравниваю Францию, где работал 12 лет, Италию, где я работал 6 лет. Была ли там коррупция? В какой-то степени, конечно, была. Но сравнить её размеры с нашей – невозможно.

Карина Сарсенова

– Почему? Государства там более взрослые, устоявшиеся?

Олжас Сулейменов

– Нет, народ уже воспитан, можно сказать, в условиях борьбы с коррупцией. Заработал – получай, не заработал – брать нельзя, а так как чиновники регулярно меняются, приходят на свои места из народа, то в элиту попадают уже воспитанные, с усвоенным правилом: воровать у государства нельзя. Поэтому в этих странах случаи коррупции очень редки.

Алихан Мусатаев

– Сколько времени, как думаете, должно пройти, чтобы воспитать наше общество?

Олжас Сулейменов

– В будущем и наше общество таким будет, безусловно. Потому что другого выхода просто нет.

Карина Сарсенова

– Это сто, двести лет должно пройти?

Олжас Сулейменов

– Нет, я думаю, всё пойдёт очень ускоренно.

Карина Сарсенова

– Демократия – такой стиль правления, до которого нужно дозреть народу, правильно? Или она для некоторых этносов в принципе невозможна, не нужна и даже вредна?

Олжас Сулейменов

– Нет, равенство необходимо. Люди должны быть равны социально, национально и расово. Я надеюсь, что эта идея распространится именно там, где идёт борьба с диктатурами, станет лозунгом вчера ещё закабалённых народов, особенно в Азии, Африке. Я неоднократно бывал в Африке, когда она боролась за свою независимость, был знаком со многими руководителями национально-освободительных движений, являлся заместителем председателя советского комитета по связям со странами Азии и Африки – как раз наш комитет помогал этим странам. Я видел, как руководители народных движений, становясь президентами, добивались деколонизации своей страны и цветущую колониальную страну, к примеру, Зимбабве, все её ухоженные плантации через год-другой превращали в абсолютно нищую землю.

Карина Сарсенова

– Как и Гаити – самая первая республика с чёрным населением, добившаяся независимости, сейчас на втором месте по уровню бедности в мире. С ней случилось то, что Вы описали: во главе с президентом из местного населения страна скатилась в нищету.

Олжас Сулейменов

– То есть с диктаторами можно бороться, но при этом необходимо, чтобы элита, чтобы народ выбирали грамотных людей, способных управлять, организовывать, добывать хлеб, постигать экономику и так далее. Но такого не было. Поэтому период деколонизации для Африки стал настоящей бедой. Потом мы приезжали в эти страны, где сидят президенты лет под 90, но страна разрушена, бушуют межплеменные, гражданские войны. Приходят даже такие мысли, что людям было лучше при колониях. И всё же этот процесс правильный, через него, к сожалению, человечеству надо пройти, через все страдания, через невежество вождей.

Карина Сарсенова

– Болезни роста, да?

Олжас Сулейменов

– Да. Я, например, уважаю и ислам, и христианство, и буддизм, всё это понимаю, но вижу ограниченность каждого из этих потоков сознания в отдельности. У одних средневековое сознание осталось, у других сохранилось очень древнее, ещё из периода ранней истории. Я сейчас чем занимаюсь? Шумером. Шумер – это страна четвёртого тысячелетия до нашей эры, от которой осталось несколько иероглифов и много документов, уже написанных строчно.

Карина Сарсенова

– Шумеры считаются основоположниками письменности?

Олжас Сулейменов

– Наука так считает. Письменность существовала и раньше, но мы только в середине XIX века раскопали Вавилон, нашли глиняные таблицы и оттуда, от Шумера, начинаем историю. Поскольку письменность якобы возникла там. Археология ещё своё слово не сказала. XIX век считается золотым веком археологии, но потом начались мировые войны и раскопки приостановили. На сегодняшний момент шумер – первый человек, который начал писать. Так вот, у шумера, кроме строчного слогового письма, осталось ещё несколько иероглифов.

Карина Сарсенова

– Клинопись – не их изобретение?

Олжас Сулейменов

– Да, сначала клинопись, потом и буквенная письменность появились в конце второго тысячелетия. Но до этого были шумеры, и жили они аж 4000 лет до нашей эры и всего 6 тысячелетий истории, а гомо сапиенс существовал до этого ещё 100000 лет, поэтому письменность появилась не сразу. Люди писали на материалах, которые не сохраняются и до нас не дошли. А шумеры писали на глиняных таблицах, потом обжигали их, превращая в непромокаемую керамику. Шумерские иероглифические знаки показали, как выглядели знаки, названия которых потом стали именами богов. Германский Гот, положим, или Один скандинавский – это всё из Шумера. И Иуда оттуда же, из Шумера. Об этом я сейчас пишу. Христос, святой крест… откуда возник крест, почему? Именно это мы объясняем. И кто вообще подсказал идею креста святого? Майя, которые в те времена были в древнем Средиземноморье, которое стало промежуточной прародиной человечества.

Карина Сарсенова

– Олжас Омарович, мне очень интересно узнать Ваше мнение. Получается, пришёл один человек, например, Иисус Христос, и создал религию, которая длится тысячелетия, а за ним пришёл пророк Магомет и тоже создал мощное учение. Если сейчас я захочу какую-то идею пронести в люди и попробую для начала убедить в этом хоть одного человека, к примеру, Алихана, мне вряд ли это удастся. У Алихана найдётся куча аргументов как «за», так и «против», и мы останемся каждый при своём мнении. Что способствовало укоренению идеи одним человеком, всепланетному распространению, сохранению её в умах миллиардов людей, тысяч поколений, развитию во множествах ответвлений? Это исторические условия? Откуда бралось столь грандиозное, завораживающее по масштабам влияние этих личностей?

Олжас Сулейменов

– Влияние личности. Личность подхватывала идею, распространённую в толпе уже до этого. Она формулировала эту идею.

Карина Сарсенова

– Становилась своего рода эпицентром?

Олжас Сулейменов

– Моё мнение, человек сформулировал идею, и общество подхватывало её как свою. Но, скажем, в Шумере это было иначе. Тогда правили жрецы, а первой интеллигенцией в каждом обществе являлись как раз жрецы, маги, шаманы, которые толковали непонятные знаки, доносили их значение до своих слушателей. Толкуя эти непонятные знаки, они делали их понятными, объясняя их сокровенный смысл. Вот это, допустим, крест, сначала он был красной точкой. Потом лучистость образовалась в этой красной точке, и первые христиане даже помнили, что это звезда. Изображение этой звезды, уже в виде креста, и стало символом веры, символом того, что все мы дети вот этого маленького солнышка, которое во чреве Луны. Значит, Луна – матерь солнышка. И если мы нарисуем этот круг, египетское солнце – круг с красной точкой в центре (потом она стала чёрной) – на земле и будем жить внутри этого круга, нам наше солнышко, наш Бог будет покровительствовать, спасать нас от бедствий. Потом они этот круг превращали в стену вокруг поселения, в центре ставили или столб, или оборудовали площадь. И первые города именно такие и были – их обносили стеной или рвом.

Сама идея была подсказана этим знаком. Так появился крест, лучистость – ведь солнышко с лучами, подчёркивалось, что это – солнышко во чреве Луны, и первые города в египетском письме – уже круг с крестом внутри – целые кварталы. Так развивалась культура. И всё это нужно объяснять, ведь человечество не знает свою настоящую историю. И начинать надо с этого, чтобы потом дойти и до религии.

Алихан Мусатаев

– Поделитесь, пожалуйста, опытом: как выбрать профессию? Как понять, кем ты хочешь быть? Сейчас на детей влияют родители, твердят: «Ты будешь юристом. Ты будешь экономистом. Ты будешь финансистом». Как же найти своё призвание в этом мире и уберечься от ошибок?

Олжас Сулейменов

– Как я, например, выбрал себе профессию? Я писал ещё со школьных парт и собирался поступать на журфак, а мой отец, мой второй отец – Абдуали Карагулов (первый отец – Омар Сулейменов, военный, погибший в сталинскую эпоху) – окончил первый институт журналистики. Отличный журналист, потом работал редактором газет в Казахстане. А когда я получил аттестат зрелости и сказал, что тоже пойду в журналистику, отец предостерёг: не надо. Он говорил: «И без тебя плохих журналистов хватает, поэтому получи профессию, какую-нибудь мужскую, чтобы прокормить семью». И я пошёл на геофак. Стал геологом. Но желание писать всё победило, и я после окончания геофака поехал в Москву, поступил в литературный институт.

Карина Сарсенова

– Всё-таки призвание взяло верх!

Олжас Сулейменов

– Сейчас иногда смотрю, как бегут студенты на занятия… У нас ведь много открылось университетов. Раньше один был – КазГУ а потом в Караганде построили второй. Это в восьмидесятых годах. Я как депутат помогал строить этот Карагандинский, у меня в наказе значилось: помочь достроить Карагандинский университет. Всего два высших учебных заведения! А какие классные специалисты были, замечательные по всем техническим специальностям, уже не говорю о гуманитарных! Сейчас сотни университетов. Я вижу этих студентов, которые бегут на занятия, поглядывая на часы, и думаю: вот окончишь ты свой факультет и куда ты пойдёшь работать? Раньше нас распределяли. Не было ни одного выпускника, который остался бы без работы. А сейчас, к сожалению, все они начнут искать работу – но не по специальности, которую получили. Это очень зыбкая перспектива для развития нации. Нам нужно продумать систему советскую – там было много хорошего. Не стоит всё свергать и отрицать, но система распределения была продуктивна…

Недавно съезд писателей показал, до чего дошла наша литература. Всё. Она фактически остановилась в своём развитии. Мы говорим: модернизация общественного сознания. А как можно без литературы модернизировать общественное сознание? Сложно. Кому-нибудь это удаётся, может быть, но без литературы, искусства, гуманитарных дисциплин, филологии, психологии, языкознания и многого другого всё остановилось. К примеру, я занимаюсь этимологией, происхождением слов, но не знаю, где напечатать результаты исследований. Нет у нас журналов. Раньше были «Вопросы языкознания» в Москве, «Советская тюркология» и так далее. Я пятьдесят лет занимаюсь этимологией и не знаю, как это донести до народа, до людей… Поэтому эти просчёты мы должны учитывать сейчас, чтобы в будущем восстановить и систему книгопечатания, и распространения книги. В советское время как было? Я писал, издатель сам распространял книгу по всей республике с названиями поданных заявок: вот это – об этом, это – о том, такой-то автор пишет на такую тему, потом собирал эти заявки и по их количеству делал тираж. И все книги расходились! Одна моя последняя книга вышла в 90-м году. Тираж двести с лишним тысяч экземпляров. И гонорар большой. Было за что работать. А сейчас, если я издам книгу, то что получу как автор?..

Алихан Мусатаев

– Вы бы заплатили немалые деньги, чтобы её издать.

Олжас Сулейменов

– Поэтому всё это надо для политики «Рухани Жантыру», обязательно нужно восстановить литературу, для чего требуется не забывать уже наработанные традиции, советские традиции, потому что в то время наша страна называлась страной великого читателя.

Карина Сарсенова

– Дай Бог, чтобы Ваши слова реализовались и мы вернулись к статусу страны великого читателя. Вас от души благодарю, Олжас Омарович, за то, что Вы сегодня пришли на нашу передачу «Избранный». Мы с Алиханом получили колоссальное интеллектуальное, духовное удовольствие, общаясь с Вами. Я бы разговаривала ещё несколько часов, но боюсь Вас утомить. Вы действительно являетесь источником неиссякаемого Знания, Мудрости, Человечности с большой буквы. Я благодарю, Олжас Омарович, Вас за Вас! Желаю крепчайшего здоровья, прекрасного настроения, пусть все Ваши пожелания – высказанные и невысказанные, даже пожелания в виде каких-то сетований, обрисованных проблем – реализуются в самом лучшем виде, пусть Вы всё это лицезреете лично. Спасибо Вам!

Олжас Сулейменов

– Спасибо, Кариша, спасибо!

Алихан Мусатаев

– Олжас Омарович, спасибо Вам большое! Я благодарен судьбе за такой подарок, за возможность сегодня быть здесь, рядом с Вами – с человеком-легендой, такой глыбой. Я безумно рад, что пообщался с Вами, узнал много нового. Надеюсь, что наши и телезрители, и читатели будут наслаждаться Вашими речами. Потому что Вы – это больше, чем энциклопедия. Вы – герой нашей страны!

Карина Сарсенова

– Друзья! Все мы хотим жить в хорошей, счастливой, прекрасной, развитой стране. Мы желаем счастья нашим детям, нашим близким, нашим согражданам, всему миру и, конечно же, самим себе. И в этом мире, к огромному счастью для нас с вами, живут действительно великие личности. Они являются олицетворением человечности, мудрости, доброты, знания. Они настоящие пассионарии, делающие этот мир лучше! Учитесь у них, пока есть возможность. Слушайте их, обращайтесь к ним за советом, хотя бы виртуально, и тогда ваша жизнь станет более счастливой. Оставайтесь с нами! Спасибо.

Айжан Нурмагамбетова
заслуженная артистка Казахстана

Карина Сарсенова

– Добрый вечер, дорогие друзья! Всем нам хорошо известно, что творческие люди – нестандартные, особенные, но в то же время зачастую опасаются выходить за границы устоявшихся представлений, отживших правил и шаблонов. Удивительно, что многие из творчески одарённых землян боятся показаться во всей своей неординарной красоте, боятся творить по-настоящему. Как же стать подлинным творцом в этом мире и, главное, как рискнуть и остаться истинно творческим человеком, сегодня нам расскажет прекрасная гостья передачи «Избранный», заслуженная артистка Республики Казахстан Айжан Нурмагамбетова. Добрый вечер, Айжан!

Айжан Нурмагамбетова

– Добрый вечер!

Антон Митнёв

– Добрый вечер!

Карина Сарсенова

– Огромное спасибо Вам, что посетили нашу передачу. Давно Вас ждали и, словно дети, радуемся Вашему визиту! Айжан, у Вас богатый жизненный опыт, столько талантов и дарований, столько Вы уже успели сотворить чудесного! Для миллионов поклонников Вы являетесь человеком-девизом, человеком-образцом креативности и творческой уникальности, человеком, который показывает, как надо…

Айжан Нурмагамбетова

– Как надо выходить за границы дозволенного…

Карина Сарсенова

– …выражать себя за границей уже устаревших форм дозволенного, можно и так сказать. Айжан, Вы не просто творческая личность, у нас в стране много одарённых людей. Вы пассионарий в искусстве! И это, я думаю, не только моё мнение, а мнение миллионов Ваших почитателей.

Антон Митнёв

– Добрый вечер! Поделитесь с нами, что для Вас сцена? Место, где можно эпатировать публику? Чтобы зарядить её? Что Вы хотите оставлять в сердцах Ваших зрителей навсегда?

Айжан Нурмагамбетова

– Начнём с того, что я всегда хотела нравиться всем – от мала до велика. Да, мне до сих пор кажется, что настоящая моя жизнь – на сцене. Особенно в молодости я была в этом убеждена. Сцена для меня – это и эстрадная площадка, куда я выхожу и делаю то, чем была обделена в жизни. Например, я мечтала о карьере киноактрисы, хотела сыграть в каком-нибудь водевиле, мюзикле… Как некоторые думают, что такое песня? Вышел на площадку, спел и ушёл. Всегда удивляюсь журналистам: когда ты делаешь шоу, они говорят, что это блеск, шикарно, великолепно. Но если хотят похвалить человека, у которого нет шоу, говорят: оно ему и не нужно. Вот артист вышел, спел – и всё. Но это хитрость журналистов. А мне всегда хотелось праздника, настоящей сказки!

Помню, в 2010 году я сделала концерт на сцене Дворца Республики. Думаю, он не особенно пришёлся по душе моим зрителям. Возможно, потому что был слишком серьёзным, а эстрадного артиста ждут для развлечения. У меня было три песни, посвящённые сцене. Для меня сцена – место, где никогда нельзя говорить, что устала. Иначе она тебе отплатит тем, что ты на неё не выйдешь. Бывают ситуации, когда ты не хочешь жить, когда ты плачешь за кулисами, а выходишь на сцену – и получаешь такую энергетику! Но всегда и отдаёшь… У меня же, как Вы сказали, большой жизненный опыт. С высоты прожитых лет… скажу, что в сложные моменты всегда спасала работа, останавливала от последнего трагического шага…

Карина Сарсенова

– Айжан, Ваша яркость, Ваша творческая натура – это проявление Вашей духовной силы. Я уверена, что Вы очень сильный человек, сильная женщина!

Айжан Нурмагамбетова

– Сильная женщина… которая плачет ночью и никому не показывает своих слёз…

Карина Сарсенова

– Но что может так Вас надломить, вплоть до исчезновения желания жить?

Айжан Нурмагамбетова

– Огорчить меня может предательство. Как сказал Лаки Константинович: «Я думал, что за столько лет ты превратилась в акулу с огромными зубами». Я не могу себя назвать настоящей артисткой с акульими зубами. Считаю себя поющей журналисткой и певицей, которая иногда делится своими чувствами и старается, чтобы эти чувства в жизни не слишком расходились с теми идеалами, о которых она проповедует со сцены.

Карина Сарсенова

– То есть Вы искренни на сцене? В песнях живёте собственной жизнью? Вы не просто играете, Вы их проживаете?

Айжан Нурмагамбетова

– Конечно, даже в шуточной песне у меня всегда заложен глубокий смысл.

Антон Митнёв

– Скажите, у Вас образование журналиста, а как Ваша склонность писать проявлялась в школе? Вы писали сочинения на пять с плюсом, так?

Айжан Нурмагамбетова

– И учительница плакала над ними, над моей откровенностью и над тем, что у ребёнка есть память о первой учительнице, что девочка до сих пор помнит о той своей Родине, с которой уехала в 9 лет. И она плакала над искренностью моих чувств, над моими мыслями. Тема сочитения была – «С чего начинается Родина».

Антон Митнёв

– А сами не пробовали писать стихи к своим песням?

Айжан Нурмагамбетова

– Стихи – нет. Но могу рассказать о своей бабушке. У меня была одна-единственная бабушка, которую я видела. Бабушка со стороны папы, не знавшая ни слова на русском языке. Замуж её выдали чуть ли не в 13 лет, на фронт она проводила двух своих сыновей. В семье было три сына, точно не знаю, сколько было рождено, я слышала, что восемь, но выжили пять, из них три сына и две девочки. Мой папа самый младший, старшие его братья ушли на фронт. Так вот, бабушка, несмотря на неграмотность, была сказительницей. Она не записывала, она сочиняла стихи на казахском языке, пела песни в ожидании своих сыновей с войны.

Я хотела упомянуть и о том даре, который мне не передался, но проявился у одного из моих братьев – у меня два младших брата – и, самое удивительное, у моего сына. Они пишут стихи, а брат сочиняет на русском языке. Вот это дар! А я… У меня в восьмом классе вроде как первая любовь была… мы выпускали стенгазету с мальчиком, и я, откликнувшись на печальную ситуацию, – кто-то дерево срубил, а это была прекрасная берёза, – написала стихи… После этого я больше не писала. Но если я вам прочитаю то стихотворение, вы будете смеяться. Помню только такие строчки: «Кому ты мешала – не знаю, но утром, выйдя во двор, на месте прекрасной берёзы увидел я пень и топор». Вот такие детские стихи. «Разве за это ты мёрзла зиму, разве за это ты сохла летом, но чьи-то подлые руки сделали дело это». Дальше не помню. Тогда я сказала себе: «Да, Айжан, тебе никогда не стать поэтом». Вот так.

Карина Сарсенова

– Мне кажется, Ваше поэтическое настроение, или, вернее, жизненный поэтический настрой, воплотился в Вашей певческой карьере, в Вашем восприятии жизни. И всё-таки по поводу искренности, мне интересно, Айжан, как Вы считаете, с возрастом человек становится более или менее искренним с окружающими и с самим собой?

Айжан Нурмагамбетова

– Я думаю, он становится менее искренним, потому что нарабатывается какой-то опыт, особенно в том, что слишком большая откровенность и искренность не всегда приносят хорошие плоды. Если ты встречаешь не своего человека и становишься с ним слишком откровенным, то часто это может аукнуться в виде сплетен или в виде осуждения, распространяются слухи. Поэтому есть друзья, которых очень мало, но они умеют сохранять то сокровенное, чем ты с ними поделился.

Карина Сарсенова

– Как Вы реагируете на негативные, порой злобные выпады в Ваш адрес в Интернете, лично, за глаза? Может, посоветуете, как себя вести?

Айжан Нурмагамбетова

– Знаете, я, наверное, так построила свою жизнь, что услышать критику мне сложно… Критика бывает разной. Если она объективная, её можно принять, но я настолько самокритична, что сама себя больше других съем. Замечала, когда я что-то своё выставляю в Интернете сама, то больше положительных отзывов. Если вдруг кто-то со мной что-то выложил, я иногда захожу и читаю их суждения. Часто они необъективны, касаются того, о чём Вы говорили в начале беседы, – нарушения условностей и традиций. А нарушения обычно не нравятся. Люди загоняют себя в рамки, считая, что выходить за них нельзя, а я из тех людей, что выходят за привычные многим рамки. Но я никогда не делаю чего-то такого, за что могло бы быть стыдно. Я благодарна, что многие люди говорили мне: «Мы в вас искали какой-нибудь негатив, касающийся вашей личной жизни, но не нашли». И это для меня самая большая похвала.

Карина Сарсенова

– Айжан, почему Вы всегда хотите быть нестандартной?

Айжан Нурмагамбетова

– С детства я всегда видела перед собой свою маму. Несмотря на то, что с двух лет она жила у чужих людей, она привыкла всё делать своими руками, она у меня чудная мастерица. Я не умею делать то, что умеет моя мама. Не умею вязать кружева и вязать вообще, она же из ниток могла перчатки сплести, связать что угодно. Я видела, как за ночь мама могла сшить платье и на следующий день пойти в нём куда-нибудь с папой. Потом я видела эти фотографии, замечала, как она отличается от остальных. Мало того, что мама была красавица, она могла – как Золушка – превратиться за ночь в принцессу.

Я как-то рассказывала, что с девяти лет живу в Алматы. Однажды на Первомай нас отправили в парк Горького. Прихожу я туда, а родители купили мне красивейшее платье, и вижу – в парке одна, вторая, десятая девочка в таком же платье, как и у меня. Раньше было как? Я маме говорила: «Не хочу фартук как у всех!» И она шила мне такой, какого ни у кого не было. А в шестом классе она сказала (как в том мульфильме: «Вот тебе корова, вот тебе ведро»): «Вот тебе машинка». И я начала шить сама. В шестом классе сама сшила себе платье, оно было простеньким, но единственным и только моим.

Антон Митнёв

– Сейчас над Вашим образом работает…

Карина Сарсенова

– …Сергей Шабунин.

Айжан Нурмагамбетова

– Он говорит про меня, что я деспот!

Антон Митнёв (с улыбкой)

– То есть он на Вас работает под страхом смерти?

Айжан Нурмагамбетова

– Он повторяет, что я тиран. А я смотрю за происходящим в мире моды, смотрю на себя… но я определённо не выхожу за рамки. Помню, в 2010 году говорила, что тренд сезона – это фуражка. И я её надела. Потом что? Штанишки а-ля Рафаэлла Карра! Я обожала эту певицу. Ко мне когда-то даже один итальянец подошёл и сказал: «Вы напоминаете певицу Рафаэллу». А я: «Моя любимая». Вот такие штанишки…

А асимметрия? Большие плечи? Я просто это вынесла на сцену, разделив свои песни по блокам. Первый – более национальный костюм, больше даже стилизованный, имеющий тюркские корни. В 2005 году у нас был костюм интереснее. Я подошла тогда к Серёге и сказала: «Ты понимаешь, мой обожаемый Тьерри Мюглер нестандартно подходит ко всему творчеству, начиная от манекенщиц и заканчивая своими моделями». И я предложила придумать такой костюм в стиле Мюглера, который никто до нас не делал, соединив сакский, тюркский, типа Томирис и женщину-воина. Мы поехали на барахолку, накупили волос, сплели из них корсеты и юбку из косичек. Кстати, в том же году я познакомилась с великолепным дизайнером обуви Николаем Гребенщиковым, он отшил мне серебристые ботфорты. А с дизайнером головных уборов я была знакома с 1996 года. Наталья Леонидовна Богданова. Все мои головные уборы – это её творчество, а обувь – от Николая Гребенщикова. Но остальным занимается Сергей Шабунин.

Карина Сарсенова

– Так всё-таки почему деспот, Айжан, почему?

Айжан Нурмагамбетова

– Потому что я прихожу, сравниваю и говорю: надо поменять. Чтобы не было похоже. Один костюм, как я подсмотрела, был в красном цвете. Она была в ботфортах на плоской подошве, в фуражке, и плащ красного цвета. А мы изменили образ, сделали асимметрию, придумали огромный воротник. Я тоже надела фуражку, и только обувь была похожая… Я что-то иногда подсматриваю и рассказываю Сергею свои идеи, а он их воплощает. Но и вовремя меня останавливает. Чтобы не переступить через тонкую грань…

Антон Митнёв

– Можно ли говорить о плагиате в образах?

Айжан Нурмагамбетова

– Плагиат – это если под копирку. А мы просто отталкиваемся от образа, создавая что-то своё. Интерпретируем идею.

Антон Митнёв

– Скажите, как, по-Вашему, в чём Ваша изюминка?

Айжан Нурмагамбетова

– Я не знаю. Если бы Вы сказали: назовите главную черту характера, то и здесь я бы не ответила. Иногда люди говорят, что они боялись ко мне подходить, а потом, познакомившись и разговорившись, подчёркивают, насколько я простая. Но мне не нравится это слово – «простая». Мне нравятся слова «непосредственная», «необыкновенная». Как все женщины.

Карина Сарсенова

– Айжан, а что значит быть мужем женщины – творческого человека? Понятно, что женщина-домохозяйка посвящает себя семье, бизнес-вумен выковывает в себе множество мужских качеств, потому что конкурирует с мужчинами, но – женщина-звезда, творческая звезда?..

Айжан Нурмагамбетова

– Когда мне говорят «Ой, звезда», я начинаю поёживаться. Это настолько стало каким-то таким словом, слишком…

Карина Сарсенова

– Банальным.

Айжан Нурмагамбетова

– Да, и каким-то дешёвым. Или если, к примеру, нечего сказать. Ну и говорят, чтобы сделать приятно. Я одинаковая везде, не ношу масок ни в жизни, ни на сцене, ни дома, ни в общении. Меня иногда ругают за то, что я говорю, что думаю.

Антон Митнёв

– Скажите, Вы преподаёте?

Айжан Нурмагамбетова

– Кстати, к вопросу о преподавании. Я после университета окончила эстрадную студию, класс народного артиста Лаки Константиновича Кесоглу. Тогда он сказал: «Ну что, давай!» Сначала со мной три-четыре месяца занималась Надия Абдрахманова, она почему-то хотела из меня сделать меццо-сопрано. Потом по неизвестным причинам она ушла из эстрадной студии, долго решая, кому меня передать. И я пошла к Лаки. А меня уже тогда по телевизору показывали. Начиная со школы, выступала в ансамбле «Как много девушек хороших». Правда, своих песен не было – впервые такую на первом курсе мне написал Сейдолла Байтереков, называлась она «Биле, жастык». Фонограммы не было, я пела живьём с ансамблем университета. Однажды мой педагог Лаки Константинович сказал: «Вечно собралась прыгать и плясать?» Я: «А что надо делать?» В ответ: «Учиться дальше, а потом преподавать. Нужна магистратура, поступай, заканчивай, не вечно же прыгать и бегать». Я подумала, собрала документы и в 2010 году поступила, а в 2012-м окончила магистратуру в Академии искусств им. Т.К. Жургенова, искусство эстрады, имею право преподавать, но пока этого не делаю. Если уходить в эту область, то нужно погружаться с головой. Значит, не сможешь гастролировать, можешь сорвать планы, а зарплаты, как вы понимаете, не очень большие.

Карина Сарсенова

– Айжан, я не могу не задать Вам следующий вопрос. Вы очень сильный духом человек. Сейчас множество молодых девушек и юношей, да и не очень молодых, самых разных, хотят прорваться в шоу-бизнес, сделать головокружительную карьеру, стать банальной звездой или небанальным творческим человеком. Вы можете рассказать, какие их поджидают сложности? Почему в этой профессии ценен сильный характер?

Айжан Нурмагамбетова

– Я думаю, сильный характер нужен больше для того, чтобы не скатиться к банальности и пошлости. Потому что можно быстро найти какую-то лёгкую песенку, исполнить её… Некоторые говорят, что благодаря одному хиту можно квартиру купить… Я всё это ни в коей мере не осуждаю. Но всё же есть музыканты, перед которыми я благоговею. Можно сделать простецкую песню, по-быстрому заработать денег. Но как же я в глаза, скажем, вот этому музыканту или тому посмотрю?! Он скажет: «Всё с тобой ясно, ради денег…» Ну, кушать-то всем хочется, это да. И есть другая сторона – сидеть и считать: я не такая. Ну и сиди, как говорится.

На самом деле даже не знаю, что им посоветовать, потому что я и сама не знаю, что делать. Никогда не предскажешь, как выстрелит песня… В 99-м году появился композитор, которого никто не знал, и он всех певцов и певиц сам обзвонил, сказал: послушайте мои песни, послушайте. Наверное, в последнюю очередь мне позвонил, а у меня интуиция сработала: «Вот оно!» Я всегда боюсь: а вдруг это мне Боженька посылает, а я скажу нет. Он мне дал три китайских кассеты с записями. Я нашла хрипящий магнитофон, прослушала и нашла себе семь песен, и первой песней, которую я исполнила, стала песня на великие стихи Мукагали Макатаева «Бахыт деген».

Антон Митнёв

– А последующие авторы – как они находятся?

Айжан Нурмагамбетова

– Есть, знаете, песня «Мен деп ойла», и это тоже великий Мукагали Макатаев. Толеген Мухамеджанов, великолепный композитор… в то время два композитора – Толеген Мухамеджанов и Кенес Дуйсекеев – записывали пластинки. Мы тогда были молодыми, нам что дали спеть, то мы и пели… Единственное, что я сказала: «Опять лирическое, мне бы что-нибудь заводное!» Там двенадцать песен, пели все певцы. Я сказала себе: «Айжан, пошла, вздохнула и спела». Тогда не было минусов, как сейчас, я спела эту песню как девочка. Это был 86-й или 87-й год. Сколько этой песне лет? Больше тридцати. И я об этой песне столько историй знаю! Когда мои друзья сказали, что они отправляют в Лондон на учёбу своих мальчиков, которым по 18 лет, а они, не зная казахского языка, закрывались в своей комнате, включали записи, в том числе и эту песню, «Мен деп ойла», и плакали, скучая по Родине.

Антон Митнёв

– Кстати, с клипами Вы как работаете?

Айжан Нурмагамбетова

– У меня всего два клипа. Сняли за семь дней, из которых три дня провели в дороге, и за четыре дня – шесть песен. Я на шпильках бегаю по красным скалам. Водопад Барскуон, это в Пржевальске, сейчас называется Каракол. Там есть музей. Для меня принесли 50 килограммов серебряных украшений на лошадь. Я тогда впервые села на лошадь! Она меня понесла… Как меня там ловили!.. Когда я приехала, этот фильм-концерт показали по телевидению. Тогда ещё не было слова «ротация». И после этого у нас в Казахстане начали снимать фильмы-концерты, клипы и прочее.

Почему я не снимаю клипы? Когда мне задают этот вопрос, я сразу вспоминаю историю про Эйнштейна. Когда он ходил в старом пальто, ему говорили: «Почему не купишь новое?» А он отвечал: «Зачем? Меня всё равно никто не знает». Потом его узнал весь мир. И снова тот же вопрос: «Почему ты ходишь в старом пальто, почему не купишь новое?» Эйнштейн говорил: «Зачем? Меня и так все знают». Я уже говорила о слове «ротация», а познакомилась я с ним в 2000 году, как встала на ноги. Саша Шевченко тогда написал мне песню «Две любви» и говорит: «Сними, Айжанка, клип». Кстати, с Сашей меня познакомил певец и композитор Бек Оралбеков. И с тех пор многие песни сделаны нами совместно…

Антон Митнёв

– Саша вообще молодец!

Айжан Нурмагамбетова

– Да, Саша – да! А Бек Оралбеков своему земляку Бейбуту Коргану написал на «Жас канат» песню «Ким ол», потом «Маган арман». И вот тогда, возвращаюсь к рассказу, Саша написал песню и сказал: «Сними клип». Я спросила: «Зачем?» В то время прошёл слух. Я попала в аварию, и многие получили противоречащую информацию. Одни считали, что авария лёгкая, поэтому и беспокоиться обо мне не стоит. А были такие, до которых дошли сведения, что я никогда больше не встану. Моя мама ещё тогда удивлялась, почему меня не навещают близкие друзья. Зато приходили шапочные знакомые, интересовались моим здоровьем. Конечно, это было приятно.

Карина Сарсенова

– Айжан, за что Вас могут так ненавидеть?

Айжан Нурмагамбетова

– Первый вопрос, который я себе задала, когда попала в аварию: за что? Я же дорогу никому не переходила! Никого не отбивала, никогда в жизни ничего не крала, никого не убила и даже ни о ком сплетен не распускала. Белое чёрным не называла. И потом, даже если Боженька меня за что-то может наказать, то как же семья? У меня «сборная» семья. Так сложилось, что, расставшись с первым мужем, я встретила человека, с которым живу уже больше 30 лет. И на руках у него был восьмилетний сын. Затем пришёл ещё один мальчик, которому было 11 лет. Я спросила у мужа: «Почему он тебя называет папой?» Он ответил: «А это сын моей жены от первого мужа». Вот так и получилось, что я и для него стала мамой. Все мои сыновья с разными отчествами и разными фамилиями. Они не мои, кроме одного, конечно. И в то же время они мои. Вот я кудаги – я чуть ли не в 30 лет стала кудаги, потому что старший мальчик женился в 17 лет, разрешение брали. Да, я сидела там как кудаги. Когда выходила на сцену – а весила-то 46 кг, – мой, получается, кричал: «Сейчас моя кудаги выйдет». Ему: «Эй, это ж девчонка!» А он: «Ничего не знаю, моя кудаги». Когда у них родились дети, мне стали говорить – бабушка! Я возражала: «Я не бабушка, я жена дедушки». Теперь и мой сын женат, я уже дважды бабушка.

Многие подружки мне в то время говорили: вот, будешь детей его поднимать, потом внуков и так далее. Но чужих детей не бывает. Однажды ко мне пришла за советом певица, которая рассталась с мужем и встретила другую любовь. У него был ребёнок, и она не могла решить, стоит ли связывать с ним свою судьбу. Я сказала: если сможешь быть ему матерью – выходи, а если нет, тогда не надо.

Одна из главных наград, которые у меня есть, это алтын журек. Чаще всего меня приглашают на благотворительные концеты, могут позвонить и посреди ночи. Просто потому, что многие не соглашаются. Но ведь это – то, чем должен заниматься артист.

Когда я размышляла по поводу аварии, ко мне пришла одна из моих подруг – говорили, что она эсктрасенс, и ответила на мой вопрос «За что?» так: «Ни за что. Это ещё одно испытание, которое тебе послал Всевышний. Как ты из ситуации выберешься, он на это посмотрит. Сколько людей, которые переживают за тебя, сколько врагов, которые радуются. Хочешь доставить им радость?» Я сказала: «Не дождётесь!» Ну и всё, мне сказали – будешь жить. А до этого был такой пессимизм, жить не хотелось. А всё из-за чего? Кричала, хвалилась – у меня 20 лет творческой деятельности, концерт за концертом! Вот я теперь всем говорю: «Не надо кричать, хочешь рассмешить Бога – расскажи ему о своих планах». Боженька сказал: «Стоять. Когда я скажу, тогда и пой». И случилась авария.

Антон Митнёв

– Скажите, что поменялось в Вашей жизни, в творчестве после пережитого?

Айжан Нурмагамбетова

– До этого я считала себя очень хорошей. А после считаю себя очень хорошей. Честно. Кто-то сказал, и я с этим соглашусь, что не ум и умные мысли надо иметь, а мудрость житейскую. Я стала более мудрой.

Карина Сарсенова

– А что это значит – мудрость?

Айжан Нурмагамбетова

– Муж говорит, что в этом и заключается моя глупость. То есть я интуитивно иногда могу почувствовать, что человек лжёт или говорит неправду, пообещает и не сделает и так далее. Но я не говорю ему об этом, потому что мне будет неудобно, что ему станет неудобно. А муж считает, что в этом заключается моя глупость.

Антон Митнёв

– Давайте вернёмся к тому концерту, про который Вы сказали, что спетые серьёзные песни не очень понравились слушателям. Вот Геннадий Хазанов столкнулся с этой проблемой, когда все привыкли видеть его эдаким юмористическим парнем, и вдруг он стал на эстраде философствовать. Но не воспринял зритель такой перемены. И актёр ушёл в драму, поменял себя, переквалифицировался, потому что уже не мог оставаться тем Хазановым. Каковы были последствия того Вашего концерта? У Вас поубавилось лирических песен?

Айжан Нурмагамбетова

– Это касалось не лирических песен, а серьёзных тем и серьёзных текстов, потому что я говорила о сцене, высказывала свою благодарность. В принципе я понимаю, что серьёзные песни не востребованы.

Карина Сарсенова

– И всё-таки удивительно, Айжан, почему концертная деятельность в Казахстане не приносит прибыли артистам? В других странах мира приносит, а у нас нет. Почему? Зритель не готов ходить несколько раз в год на любимого артиста или затраты на концерт намного превышают окупаемость концерта?

Антон Митнёв

– Завышенные цены технического оборудования, аренды и так далее?

Айжан Нурмагамбетова

– Нет. Возможно, они не завышенные. Знаете, когда, к примеру, юбилейный концерт, мы пишем письма, чтобы нам пошли навстречу и снизили цену. Дело в том, что билеты не должны быть очень дорогими. А у меня есть традиция: 1000 билетов я раздаю десяти детским домам. Я так делала в 2005-м и в 2010-м. Развозила билеты сама, пока директор одного из детских домов Хафиса Сериковна не пределожила оставить билеты у неё: «Я всем позвоню, приедут». А я всегда ломала голову – доходят они до адресата или нет. И поняла, что доходят, потому что как-то выступала в одном из детских домов благотворительно, и мне сказали: «Мы до сих пор помним ваши концерты». И тех детей уже с ними нет, а воспитательницы помнят. Они тоже ходили на концерт, потому что в некоторые детские дома, как, к примеру, детский дом «АРДИ», где есть дети-инвалиды, необходимо выдавать два билета: на приглашённого и на сопровождающего. Я дружу с обществом «Ширак», с Ляззат Калтаевой. Помню, я позвонила ей и пригласила девочек на концерт. Она сказала, что 25 человек хочет прийти. И я горжусь, что 25 девушек захотели прийти на мой концерт! Самые дорогие билеты – в середине зала, впереди в партере – мы их раздаём поэтам, композиторам, артистам, коллегам. Мы их раздаём бесплатно, а потом выслушиваем: почему я в этом ряду не сижу, а не в другом, и т. д. А уже оставшиеся полторы тысячи билетов мы стараемся как-то реализовать.

Антон Митнёв

– Как сейчас планируются концерты?

Айжан Нурмагамбетова

– Сейчас идёт процесс сбор материала. Вроде я собрала новые песни. Кроме, естественно, тех, что уже есть. Я, конечно, включу в свой концерт «Кудай каласа», «Иншаллах», а также все те песни, которые так нравятся публике, без которых она меня не отпустит, в том числе «Бахыт деген», «Мен деп ойла». Многие до сих пор, когда куда-то приезжаю, просят спеть «Не спеши ссориться». Мой сын ненавидит эту песню, потому что она когда-то в 95-96-х звучала на всех базарах, доносилась из всех машин. Это песни-долгожители.

Антон Митнёв

– Как Вы считаете, есть достойная смена среди молодёжи?

Айжан Нурмагамбетова

– Смена певцов? Мне?

Антон Митнёв

– Вы индивидуальная!

Айжан Нурмагамбетова

– Сейчас много появилось хороших певиц, интересных костюмов, но они всё равно боятся делать то, что делаю я. Недавно меня спросили: «Где ты нашла такие очки?» А увидели в фильме в титрах. Начало фильма сделали таким, чтобы там промелькнули звёздные артисты. Для привлечения внимания. И как раз там я надела необычные очки. А где я всё это нахожу? Как-то рассказывала в одном из интервью, что раньше, в пору дефицита, некоторые привозили из-за границы уникальные вещи. Я ещё по-казахски говорила, это была казахская программа. И я сказала: «Еси дурыс адам киялмаса, онда Айжан Нурмагамбетовага звон-даныз. Если нормальный человек это не сможет надеть, звоните Айжан Нурмагамбетовой». Я еле уговорила подружку, чтобы она привезла мне очки – в камнях и 50 на 50. Думаю, кроме меня, никто бы не осмелился их надеть.

Антон Митнёв

– Вы снимались?

Айжан Нурмагамбетова

– В титрах мы и проскочили. Я мечтала о кино – и эта мечта сбылась. Есть полнометражный фильм «Он и Она», кстати, прекрасная лирическая или романтическая комедия. Я играла маму главного героя, хорошо, что не бабушку. После выхода фильма посадила свою маму смотреть. Там было не так много кадров: в одном месте я яичницу делаю, в другом – с тряпкой суечусь. Но один кадр очень понравился маме, она так хотела, чтобы его задержали чуть подольше. По фильму мой сын – сценарист, он поссорился с девушкой и убил её. И вот – мы оказываемся в XVI веке в юрте, сын лежит, а мы с его отцом сидим, разговариваем. Кстати, забавно – мне пришлось прятать ногти, потому что я забыла их снять. И я сижу в одежде, которую нашли в Казахфильме. Она из домотканого сукна, я без макияжа. И настолько этот образ понравился моей маме, она сказала, что я очень похожа на свою бабушку. Единственное, что мне от неё не досталось, это голубые глаза.

Карина Сарсенова

– Это была самая яркая и харизматичная мама главного героя за всю историю казахстанского кино!

Айжан Нурмагамбетова

– Мама сетовала: «Почему тебя показали так мало? Вот задержали бы кадр, чтобы все люди увидели». Я ей: «Да зачем это нужно?» Она хотела, чтобы меня увидели в том образе, потому что всегда ругала за белые волосы, что пою на русском языке. А я не только на русском, я и на чеченском пою. Она говорила: «Вот, ты иногда голубые линзы надеваешь, это нехорошо, тебя не будет любить твой народ». А я отвечала, что мой народ меня должен любить за то, что я, приехав из мест, где немцев было больше, чем русских, и выучившись на казахском языке, не забыла свой родной язык. Потом я стала отращивать волосы, отрастила сантиметров 20, и, когда мама увидела, сказала, что мне так не идёт, и ругать перестала. Свекровь сказала то же самое, что мне не идёт. Из 90-х, кстати, ещё один юбилей – в этом году 20 лет, как я блондинка.

Карина Сарсенова

– Вы знаете, я часто замечаю в жизни такой парадокс: мужчина видит, как выступает прекрасная красивая артистка, например, Вы, влюбляется, делает предложение, женится на ней и запирает в четырёх стенах. Всё. Заставляет ставить крест на карьере. Дама несчастна, мечется, устраивает истерики, превращается в мегеру. В общем, изнутри всё рушится, разрываются отношения, непонятно – зачем так поступает мужчина. Если ты хочешь домохозяйку, ищи женщину со складом души домохозяйки. Как Вам удалось 30 лет продержаться в счастливом браке? У Вас, наверное, муж особенный?

Айжан Нурмагамбетова

– Не знаю. Одна из причин, по которым, скажем, распался первый брак, – юношеская любовь. Мы очень рано полюбили друг друга, а меня всегда мальчики почему-то ревновали, но первый муж отличался особенной ревностью. Это была такая ревность… Скажем: если завтра утром тебя не будет – а я на гастролях, я типа повешусь. Я много такого слышала, но ни один человек не повесился, не застрелился, не утопился. Может быть, поэтому брак распался, был недолгим.

Сейчас я живу с мужем более тридцати лет. Почему-то все мальчики очень быстро звали меня замуж, хотя я никогда не была кокеткой. Я ощущаю себя женщиной на сцене. Я выхожу на сцену и начинаю заигрывать, кокетничать, а в жизни – нет. А в жизни я – это я, да – да, нет – нет. Мужской характер и имя у меня мужское. Я не Айжан, а Айтжан. Айжан – моя младшая сестра. Всегда, приходя в новую компанию, где были красивые мужчины, я наблюдала, как девочки крутятся вокруг них, вешаются на шею. А я выбирала человека, к которому никто не подходит. Я не люблю стоять в очереди, я просто подходила. Но человек иногда понимал мои действия неправильно, начинал разговаривать со мной, понимая, что я не только симпатичная и красивая, но ещё и не глупа, хорошо воспитана. Да, не кокетка. И на второй-третий день предлагал мне замужество. Но я тогда не имела такой цели, хотела стать звездой, киноактрисой.

Мой будущий муж полгода пытался узнать, как меня зовут. Познакомил нас его друг детства, он был на свадьбе дружкой. Это сын народного артиста Суата Абусеитова, Мурат, он рано ушёл из жизни. Когда мой будущий просил познакомить со мной, Мурат отговаривал: «Не надо, она шиза, она ни на кого не смотрит, только петь хочет». В итоге получилось – познакомились. Мне девочки сказали: красивый, неплохой. И на второй день он позвал меня замуж.

Я отнекивалась, говорила, что ничего не умею делать, не брошу петь и не стану менять фамилию. Он сказал: «Пой, сколько хочешь, я всё умею делать сам». И, кстати, он меня не обманул. Он действительно умеет делать всё. А самое главное – очень вкусно и красиво готовить. Великолепно. Но я сказала неправду – я всё умею делать. Я даже корову доить умею. И меня всегда удивляло, зачем купаться в духах и сверкать бриллиантами на кухне. Я знаю немало примеров, когда женщины, соглашаясь на такую жизнь, потом очень сильно жалели. Да, может быть, мы делали всё сами, мы не самые шикарные и не в особняках, но самое главное – человеческие качества. А также – не мешать друг другу в профессии.

Антон Митнёв

– Какие правильные слова!

Айжан Нурмагамбетова

– Конечно, и он мне в чём-то соврал. Не было ни одной поездки, ни одной деревни или аула, где проходил мой концерт, куда бы он не дозвонился. И не дай Бог мне не оказаться около телефона! Надо мной смеялись. А мы разговаривали. Он: «Что ты делаешь?» Я: «Утреннюю почту смотрю». Он: «Да, смотри. А сейчас «Ералаш» будет». Я: «Да-да, а теперь можно я пойду с девочкам чай пить?» Он: «Конечно, иди, 40 минут тебе хватит?»

Я так живу, никуда не хожу и не езжу одна. Особенно после аварии, потому что мне нельзя носить тяжести, мне вообще ничего нельзя. В поездках меня всегда сопровождает муж. Он не продюсер, а технический директор, и иногда говорит: «Я прокладка между рулём и сиденьем, а также водитель и телохранитель. Что-то ещё забыл… а, ещё муж». Все твердили, что он мне не доверяет, а сами потом укоряли своих мужей, что не звонят.

Когда он впервые меня в аэропорту встретил, спросил: «Что ты, – говорит, – ищешь?» Я оглянулась, ответила: «Цветы ищу». После этого не было ни одной поездки – неважно, зимой или летом, из которой он не встречал бы меня с цветами. Мужья некоторых артисток стояли с букетами, купленными в аэропорту, а он приезжал с цветами, купленными в городе.

Карина Сарсенова

– Айжан, огромное Вам спасибо за потрясающе душевную, яркую, искромётную беседу, очень искреннюю. Я от души Вас благодарю за то, что Вы посетили нашу передачу «Избранный». Вы действительно избранный творческий человек и недаром работаете в одной связке с Серёжей Шабуниным, который гениален в своей области, Вы – в своей. И я желаю, чтобы каждый Ваш день был наполнен творческой радостью, просто радостью бытия, огромного Вам здоровья, и, конечно же, радуйте нас песнями, выступлениями, концертами. Пусть их будет, Айжан, побольше!

Антон Митнёв

– Айжан, спасибо, что пришли и развеяли этот миф – звёздность вокруг Вас. Такая простая-непростая, непосредственная. Айжан, спасибо, что были с нами!

Карина Сарсенова

– Стоит ли бояться быть собой? Не стоит. Следуйте на поводу у своих самых неординарных, конечно же, создающих только блага мотивов, желаний, побуждений. Не стоит выходить за рамки настоящей нравственности, но не стоит бояться совершать нечто новое, быть ярче, чем вы привыкли быть, быть смелее, быть созидательнее, быть лучше, быть человечнее. Становитесь собой всё больше и больше, с каждой секундой вашей жизни. Именно тогда ваша жизнь станет более полноценной и счастливой. Оставайтесь с нами! Спасибо.

Александр Хакимов
философ, художник

Карина Сарсенова

– Добрый вечер, дорогие друзья! Для чего живёт человек? В чём смысл и суть существования всего мироздания? Конечно, не в накоплении и не в приумножении, не в размножении материальных ценностей, материальных объектов. А в духовном развитии личности в отдельности и всего человечества в целом. Но осуществить наш эволюционной путь мы не сможем без людей, которые априори являются избранными для любого человека, для любого этапа существования человечества. Это духовные проводники, это проповедники, это гуру, учителя. И сегодня нам с вами необычайно повезло. Гость нашей передачи «Избранный» – настоящий учитель, человек необычайных талантов, обширной эрудиции и впечатляющих знаний – Александр Геннадьевич Хакимов. Добрый вечер, Александр Геннадьевич!

Александр Хакимов

– Добрый вечер!

Карина Сарсенова

– Огромная честь и удача для нас, я считаю, благословение для нашей передачи – Ваш визит к нам. Вы недавно приехали в Алматы?

Александр Хакимов

– Я родился недалеко от Алматы, мы часто с родителями приезжали навещать родину. Теперь я здесь частый гость, даже получил вид на жительство.

Карина Сарсенова

– Не хотите переехать сюда на постоянной основе?

Александр Хакимов

– Пока просто путешествую, такой у меня образ жизни.

Антон Митнёв

– Вы постоянно путешествуете? С какой целью?

Александр Хакимов

– Да, постоянно. Путешествую с целью общения, проповеди, распространения ведических знаний. Такова моя цель.

Антон Митнёв

– И везде собираете большие аудитории?

Александр Хакимов

– По-разному бывает. И очень большие аудитории собираю, и камерные.

Карина Сарсенова

– Но интерес есть везде?

Александр Хакимов

– Интерес постоянно растёт.

Антон Митнёв

– Скажите, в каких странах Вас больше всего любят?

Александр Хакимов

– В России. Сейчас в Казахстане направление развивается интенсивнее всего, в Индии – как лесной пожар. Индия, Россия выделяются во всём мире. Европа тоже, очень активна русскоязычная аудитория. Северная Европа, Финляндия, Швеция, Прибалтика.

Антон Митнёв

– Но Вы обычно ненадолго приезжаете?

Александр Хакимов

– Где-то месяц-полтора могу пробыть на одном месте, и снова в дорогу.

Карина Сарсенова

– То есть Вы сюда приезжаете отдыхать, восстанавливать ресурсы?

Александр Хакимов

– Да, чтобы не двигаться. Отдых для меня – когда нет перемещений, но общение и лекции продолжаются.

Карина Сарсенова

– Александр Геннадьевич, очень интересно задать масштабный вопрос. Мир – это, конечно, структура, система образования необычайно интересная, необычайно сложная, прекрасная. Но мне кажется, может быть, я ошибаюсь, мир может спокойно существовать без человека. Если убрать человека, то природа ничего не потеряет, всё будет развиваться и дальше. Со стороны ведического знания – зачем человек нужен этому миру?

Александр Хакимов

– Человек – это часть природы, её продукт. Хотя человек так не считает. В основном он думает, что независим от природы и его роль – господствовать над природой, подчинить её, изучить и использовать по своему желанию. Тогда он вступает в конфликт с природой, то есть человек – это единственное существо, которое может обманывать, потому что есть свобода выбора. И нам нужно просто осознать, для чего нужна эта свобода выбора. С какой целью нас наделила природа этим избыточным разумом, который спрашивает: кто я, откуда и зачем. Избыточный разум – свободный разум. У животных его нет. Они такие же, как и мы, просто у них нет свободного разума. Их разум поглощён едой, сном, совокуплением и обороной. Выше этого он не может ничего осмыслить, не дано. А у человека постоянно возникают вопросы. Это самое удивительное в нашей человеческой природе: мы не знаем ответов, а вопросы задавать можем.

Карина Сарсенова

– А способен ли человек эти ответы получить?

Александр Хакимов

– Скорее, тут правильнее говорить «принять». Есть люди, которые могут их принять, а есть те, кто не может, но ответы в любом случае есть. Потому что ответы эти не понимаются теоретически, их нужно понять на практике. Например, я могу сказать, что вот этот напиток кислый. И мы можем спорить по этому поводу сколько угодно, пока не попробуем. Так же и знания духовные, они передаются на пробу, не на спор, не на обсуждение, а на уже пройденный этап для кого-то, и он, прошедший, просто говорит, что нужно сделать, чтобы достичь определённого результата, и мы просто принимаем эти знания. То есть здесь вопрос принятия авторитета. Если авторитет чист, то люди принимают знания с удовольствием, если авторитет не чист, то люди сомневаются и в конце концов вообще их забывают.

Карина Сарсенова

– Но современные люди, которых я вижу вокруг себя, в большинстве своём стремятся очернить любой авторитет и даже заявляют, что для них авторитетов не существует. Возможно, это экстремальная форма гордыни или невежества. И почему, как Вы говорите, есть люди, которые не могут принять знания?

Александр Хакимов

– Вы правы, гордыня, невежество – это синонимы, собственно, это одно и то же. Гордыня есть проявление невежества. Невежество – это моя определённая позиция. Как она проявляется? В том, что я считаю, будто я выше всех, у меня нет авторитетов. Я сам себе авторитет. Это скептицизм, просто другой путь развития. Он, конечно, наполнен проблемами большими, и лучше было бы пойти по-другому, но он идёт путём проб и ошибок, экспериментов с массами людей и так далее, и в этом его недостаток. Бывает, к моменту духовного прозрения таких людей цивилизация может разрушиться. Это не очень плодотворный путь – путь сомневающихся людей, которые хотят всё понять экспериментально, эмпирическим путём.

Карина Сарсенова

– То есть можно осознанно и добровольно, самостоятельно сойти с пути сомневающегося человека?

Александр Хакимов

– Конечно!

Карина Сарсенова

– Это вопрос кармы? Судьбы?

Александр Хакимов

– Самый эзотерический момент Вы сейчас затронули, потому что, как говорится, если ученик готов, учитель приходит сам. Почему? Мироустройство – тонкая система. Она сейчас не изучена. До какой-то степени мы изучили таблицу Менделеева, физические законы, а тонкое устройство человека и мира неизвестны, потому что именно они управляют человеком. Тонкое устройство невозможно подчинить в умонастроении материалиста: я хочу завладеть властью над миром. Я слишком мизерный, чтобы делать какие-то выводы, планы строить. Вообще мир живёт не по моим законам.

Антон Митнёв

– Как познать эти законы?

Александр Хакимов

– В поисках на этот вопрос мы прибегаем к Ведам. Почему мы изучаем Веды? Веды, что это слово означает? Это превосходящее знание. Для познания Вед я должен признать себя несовершенным, это первая ступень развития человека. Мы должны признать, что наши чувства не совершенны, ум не совершенен, наши характеры не совершенны и прочее. Наша жизнь коротка, опыт очень маленький. Мы должны признать своё несовершенство, и тогда мы будем готовы принять какое-то совершенное знание, то есть обратиться к тому, что выше нас, признать, что есть высшие силы, высшие энергии.

Антон Митнёв

– Хорошо. Вот я, допустим, принял своё несовершенство. Я понимаю, что в том или в этом я несовершенен. Мне нужно получить совершенное знание, как Вы говорите. Через что я его должен получить? Через религию? Через какую религию? Выбора у нас сейчас много. То есть если человек, абсолютно во всём невежественный, открывает Интернет, там есть все пути, и все они разные. Куда идти?

Александр Хакимов

– Я говорю: идите к Богу. То есть к своей совести. Бог в сердце. Это то, что написано в Ведах. Там не говорится о конфессиях, религия описывается как чистота милосердия, аскетизм и правдивость. Вот туда и идите, вот в эту сторону, и там, в своём сердце, найдёте всё необходимое.

Антон Митнёв

– Давайте найдём эту точку отсчёта. Когда я пойму, что со мной говорит совесть? Когда, допустим, я понял, что я несовершенен. И как мне понять, что пошла информация? Какое должно быть у меня состояние?

Александр Хакимов

– У каждого человека есть совесть. Но совесть ведёт себя относительно позиции самой личности по-разному с каждым человеком. Например, вору она говорит: не воруй у бедного, имей совесть. Воруй у богатого. Это тоже совесть, но – воруй, тем не менее. Если он вор, она – совесть – позволяет ему делать свой выбор – жизнь на свободе или в тюрьме, даёт свободу выбора. Но совесть всегда хоть какая-то остаётся, то есть абсолютно бессовестных людей не существует.

Антон Митнёв

– В одном из интервью Вы сказали: «В прошлые времена карма была чище у людей…» Давайте уточним, в какие времена, почему чище тогда, а сейчас нет? Что изменилось?

Карина Сарсенова

– Даже если мы посмотрим более глобально на всю эволюцию, очень интересно – почему необходимо развитие по спирали? То Золотой век просвещения, то упадок цивилизации в наши дни…

Александр Хакимов

– Прозвучало сразу несколько вопросов. Сначала по поводу кармы. Карма означает деятельность. Карма как деятельность имеет свои последствия: что посеешь, то и пожнёшь. Любой поступок имеет какую-то реакцию. Например, в разговоре мы чувствуем, что хотим так ответить, то есть карма работает. Через эмоции, через наши желания она связана со всем бытием, и мы взаимодействуем таким образом. И карма предназначена для жертвы, для исполнения долга, как мать исполняет долг по отношению к детям. Нравится ей это или нет, у матери есть ответственность пожизненная. И днём, и ночью она выполняет свой долг.

Это карма для долга, и это хорошая карма. Когда человек действует ради блага других, он исполняет долг по отношению к ним, это значит – карма возвышенная, чистая. Такие люди поднимаются в следующей жизни. Да, таков путь вверх. Потому что земной уровень – не последний, есть выше уровни, но и не самый низкий, есть уровни ниже, поэтому с нашего уровня, с земного, можно выбрать любой путь – и наверх, и здесь остаться, и вниз упасть. В Ведах говорится, что если человек умирает в невежестве, в гуне невежества, то в течение жизни такой человек развивал сознание животного и в следующей жизни его рождение ожидается в низшей форме жизни, в низших мирах. Если человек умирает в гуне страсти, он рождается человеком, чтобы снова бороться за свою личную правду, за свою корысть. Если умирает в гуне благости, то поднимается в другие, более высокие миры. То есть существуют три направления, три гуны определяют нашу дальнейшую судьбу. Кто я? Я великий, я реформатор или я слуга Бога. Кто? Я выбираю себя, кем я буду в этом мире. От этого зависит будущее.

Антон Митнёв

– Так вот, насчёт кармы. Почему раньше карма была чище?

Александр Хакимов

– Люди были ближе к Богу. Так называемая богобоязненность существовала. Если почитать произведения

Толстого, Достоевского или иных классиков, становится ясно, что все они сознавали Бога.

Я приведу пример из Священных Писаний, но современному человеку понять его трудно, хотя он очевиден. Тело человека рождается маленьким. Затем растёт, меняется. Учёные говорят, что меняется при помощи обмена веществ и роста. Понятно, а что такое обмен веществ? Меняются клетки тела, потоки, обмен веществ, принимается пища, вода, что-то выделяется, воздух вдыхается и выдыхается, то есть обмен веществ и тело меняются, значит через 7-11 лет – это совершенно другое тело химически, у него другой состав, новые элементы. Ещё 11 лет… и так далее. И в 70 лет я уже раз семь сменил тело. То есть оно совсем другое. Но я, который помнит себя во всех этих телах, один и тот же. Вот этого люди не понимают. Это означает, что и после смерти тела я продолжаю существовать. Я когда-то был младенцем, но этого тела теперь нет. Но и конец не наступил. Я был юношей. И юношеское тело через какое-то время ушло. Но конца снова нет. Для души нет рождения и смерти. Если она независима от тела в течение жизни, вывод таков: и после смерти она остаётся независимой.

Карина Сарсенова

– Почему же сейчас этого не видят? Может быть, это как-то свыше делается, специально для развития человека?

Александр Хакимов

– И то, и другое. Вот только что упомянули эволюцию, четыре эпохи циркулируют: Золотой век, потом Серебряный век, до этого железный, сейчас информационный. Век информационный – самый короткий и самый безбожный, что ли: духовные спады, лицемерие, обман. Даже люди высокопоставленные обманывают, взятки берут. Маленького вора большие воры не замечают, это век Кали-юги: взрослые дети не могут позаботиться о престарелых родителях, ослабевает ответственность мужчины и женщины в браке, много разводов, появление нежелательных детей. Всё это признаки деградации века. Интересно, что есть одна вещь, за которую цепляются все безбожники. Это войны, это разводы. Но есть и то, что их привлекает, – любые чувственные наслаждения доступны, плати деньги – получай желаемое. Ради этого они принимают все эти неудобства и войны. Считается, что сейчас начало этого периода, появляются первые признаки болезни. Целиком его время – четыреста тридцать две тысячи лет! Эпоха космическая!

Карина Сарсенова

– Мы с вами в самом начале.

Александр Хакимов

– Мы с вами в самом начале, да. Но хороший момент и тут есть: в каждую эпоху встречаются вкрапления других эпох. И сейчас 500 лет как началось вкрапление эпохи возрождения духовности. Мы находимся в духовном развитии.

И примером служит тот факт, что мы на телевидении обсуждаем такие темы. Раньше это было невозможно. Начинается развитие духовное, проявляется духовный интерес у людей, трансформируется сознание. Мы живём в благоприятное время.

Антон Митнёв

– Как разобраться в жизни простому обывателю? Что это – подарок Бога?

Александр Хакимов

– Обыватель не разберётся в этом сам, нужно образование. К примеру, ребёнок не может сразу встать за операционный стол и кого-то прооперировать, нужно образование. А у него ничего нет, он даже имени своего не знал, когда родился, то есть в полном невежестве. Нужно духовное образование – кто я, откуда, каковы должны быть мои поступки, какова цель этих поступков. Если цель возвышенная, то и поступки должны быть возвышенными.

Карина Сарсенова

– А вдруг на низовом уровне человек может отслеживать фактор самооправдания, если включается оправдание: почему я делаю что-то, допустим, пью или курю, обманываю ближних, то это и есть самообман, это и есть действия дьявола… и если человек себя на этом ловит, то может сказать, что идёт не в сторону Бога.

Александр Хакимов

– Если он себя оправдывает, то это и есть самообман. Это ловушка дьявола, совершенно верно.

Карина Сарсенова

– Наверное, когда идёшь к Богу, не нужны оправдания.

Александр Хакимов

– Нужно признать своё несовершенство, признать: да, я совершал все эти грехи, это факт. Я сожалею об этом. И тогда – повинную голову меч не сечёт, так говорится. Бог прощает. Вот материальные грехи, увлечения карма не прощает. Что посеешь, то пожнёшь. В печь заслужил – в печь и пойдёшь.

Карина Сарсенова

– Мой духовный наставник проповедует индуизм, он говорил, что есть 60 % кармы, которую мы не можем изменить, человек с этим рождается. Все встречи, наши с вами, например, незначительные – прохожий навстречу по улице прошёл. Поэтому мы не можем изменить факторы рождения и смерти, а вот те отношения, которые можем развить между людьми, составляют 40 % кармы, это наша свобода выбора. Каково Ваше мнение?

Александр Хакимов

– Я с этим соглашусь, хотя процентное соотношение можно по-разному определить, это зависит от конкретного человека. Карма – как коридор, пространство, в котором мы свободны, но не больше дозволенного. У кого-то коридор уже, у кого-то очень широкий; когда хорошая карма, больше свободы, а кто-то в тюрьму попадает, у него узкий коридор. Воплощённую карму нельзя изменить. Скажем, я мужчина, таким родился. Это карма, и я не могу это изменить. Но у меня в сердце есть свобода выбора, я могу выбрать, что угодно, и 40 % превращаются в 1000000 %, если выбираю Бога. Потому что карму нельзя обойти. Но можно подняться над ней. Это вертикальный путь к Богу.

Карина Сарсенова

– Есть ли с точки зрения знания у человека ангелы-хранители, наставники, кураторы? Можно ли как-то с ними общаться или лучше не стоит? Что Вы порекомендуете?

Александр Хакимов

– Например, у меня может быть куратор – хороший человек или священник, с которым я могу общаться, раскрыть свою душу, но есть и собутыльники. Скажем, религия предоставляет храм, покаяние, священника, обряды, развивает благочестие или веру в бога поддерживает, допустим, для обычного человека это хорошо. Но я могу этим не воспользоваться. Вот я человек, я предназначен для познания абсолютной истины для себя. Но я могу не делать этого. Я могу просто найти собутыльников, друзей. Ангелы-хранители есть, но я могу не прибегать к их помощи.

Антон Митнёв

– Извините, Вы сказали – у человека либо есть духовное образование, либо его нет. Каким должно быть это образование, где его получить?

Александр Хакимов

– Самый важный период времени для обучения – с 5 до 12 лет, потом это уже не так продуктивно. В царской России дворянские дети к 12 годам знали уже пять языков – французский, итальянский, русский, английский и так далее, они могли играть на музыкальных инструментах, изысканно танцевать, говорить, каллиграфически писать, то есть они уже были сформированы как красивые гармоничные личности. В чём же суть образования? Научиться контролировать свои чувства и ум. Затем отпустить на волю – куда человек пойдёт. Например, к противоположному полу. Так поступают животные, жаждущие чувственных наслаждений. Поэтому обучение необходимо, чтобы разум не опустился на уровень животных потребностей и зафиксировался там, его возвышают путём контроля чувств и дают понятия абсолютной истины, понятия души, красоты. Особенно красоты – она пробуждает, можно ощутить красоту истины.

Антон Митнёв

– Хорошо. А что такое искусство?

Александр Хакимов

– Искусство… При образовании мы свои чувства занимаем, дисциплинируем. Надо учиться думать, понимать, логически выстраивать чувства, контролировать их. А искусство – когда я свои чувства использую для выражения любви. Наука и искусство должны существовать вместе, параллельно. В школах и детских садах, в институтах этого не хватает, это сухое обучение, поэтому мальчики и девочки начинают играть, им хочется живых отношений.

Карина Сарсенова

– Но, наверное, должно быть какое-то доброе искусство, а не нагромождение каких-то черепов и костей, что сейчас очень модно.

Александр Хакимов

– Именно для выражения духовности – конечно, да, иначе это не искусство. Я занимался живописью. Однажды педагог поставил натюрморт, помню, в Петербурге это было. Картина была серо-коричневого тона, и я стал писать такой серый колорит. Учитель говорит: «Хорошо, ты пишешь трагедию, ты такой мрачный, такой трагично-глубокий. Но ты должен знать, что искусство, если даже выражаешь трагедию, должно быть праздником, возвышать душу». Я запомнил, что это – искусство.

Антон Митнёв

– А вот катарсис – это же современное искусство, особенно

кино, артхаус…

Александр Хакимов

– Искусство есть в разных гунах, в трёх направлениях: в невежестве, страсти, добродетели. Невежды всё выдают за искусство. Например, было такое искусство, когда люди били по клавишам или били бутылки на сцене. Это невежество. Или просто кричали, выражая свои эмоции и думая, что это тоже искусство. Это тоже невежество, вне всяких законов, там нет красоты, но есть какая-то истерия. Может быть, выразили свои эмоции, выплеснули всё накопившееся, а больше их ничего не интересует. В страсти требуется возбуждение, организация, должна быть какая-то идея, сюжет, чтобы в напряжении держать возбуждение ума. А в благости… например, мы с Павлом Лунгиным, когда встретились в Москве, поговорили о его фильме «Остров». Элемент благости глубоко трогает душу, берёт за живое. Духовность пробуждает веру, и этот фильм в то время в России сделал духовную революцию. Многие люди снова обрели эту веру. Это в благости. Хотя можно показать ещё больше благости, конечно. В фильме всё связано с трагедией, а можно показать светлую сторону благости – вечную, торжественную. Но ради этого мы живём, ради этого жертвы совершаем. Это героический путь.

Антон Митнёв

– Сейчас меньше читают. Плохо ли это? Почему?

Александр Хакимов

– Есть люди, которые в принципе не умеют читать, и им не рекомендовано этим заниматься. Если человек в невежестве, лучше пусть не читает. Я в одной школе спросил директора. Он рассказал, что дети читают, поскольку мы их заставляем, но читают поверхностно, спросишь значение некоторых слов в книге – они не знают. Для людей, которые не имеют понятия о глубинных значениях слов, чтение не рекомендовано. Они должны слушать объяснение на слух. Кто-то читает текст и объясняет, рассказывает. Они только так понимают.

Карина Сарсенова

– То есть для них это пустое времяпрепровождение.

Александр Хакимов

– Да, потому что чтение – это труд самый глубокий из возможных для человека. В процесс включается ум. Вот как раз контроль ума – это самая тяжёлая задача. Ум вообще неуправляем. Если ему скомандовать – стой, он не остановится. Если сказать – не думай о слоне, так тут же слон появится в уме. Поэтому чтение – это способ подчинить ум. Когда вы читаете и осмысливаете прочитанное, начинается глубокая медитация. Нужно читать классику, где талантливые чистые вещи с выходом на абсолютную истину, и ум через чтение достигает этого осознания. Прочитав книгу, можно осознать эту реальность, если способны мыслить. Из всех людей мыслящий лучше, чем немыслящий. Такое чтение необходимо, нужно приучаться к чтению живому. Сейчас превалируют обрывки рекламы, там нужно по-быстрому получить информацию. А вот именно вчитаться, сосредоточиться человеку сейчас труднее. Если нет осмысления, мы так же в брак вступаем, а потом выясняется, что мы как-то не подходим друг другу, не знаем друг друга.

Карина Сарсенова

– Вот я слушаю Ваши лекции, Олег Геннадьевич, и очень часто повторяется такое разделение: есть ум, есть разум, да. Но они какое-то отношение имеют к душе? Какую часть сознания они берут каждый на себя? Ум даётся на отдельную жизнь, потом исчезает, или он уже априори присутствует в душе, нарабатывается как качество от воплощения к воплощению?

Александр Хакимов

– Ум, разум, чувства как органы – это экспансия души, это душа и в то же время не душа. Это как солнечный луч. Само солнце далеко, но это тоже солнце. Своего рода проявление его души. То есть душа присутствует. Я могу находиться в зрении, что-то внимательно рассматривать, тогда я плохо слышу. Когда душа погружается в размышления, я уже не вижу и не слышу. Меня нужно потрогать за плечо, чтобы я очнулся и откликнулся. Душа тоже может мигрировать: если она находится в уме, то видит одно, если в разуме – другое, видит жизни на уровне чувств – третье. Когда телевизор мы, к примеру, смотрим, то воля наша пропадает.

Антон Митнёв

– Почему?

Александр Хакимов

– Потому что не контролируем чувства, душа перестаёт быть хозяйкой, становится рабыней. Поэтому воспитание – это умение контролировать чувства души. Я себя контролирую – чувства контролирую, ум, разум – это мои инструменты.

Антон Митнёв

– Скажите, пожалуйста, брак в идеале – каков он?

Александр Хакимов

– Схема такова. Брак предназначен для контроля чувств. Самое сильное чувство наслаждения – это противоположный пол, которое ограничивается браком. Потому что мужчина сам не может себя контролировать, а жена его может: куда смотришь, смотри только на меня. Так же и женщина не может себя контролировать. Ей наобещают, там угостят, подарки подарят и так далее. Она поддаётся чувствам. А муж может контролировать её. То есть они соединяются в брак, чтобы контролировать друг друга в чистоте, в верности и целомудрии. Предназначение брака – сохранять чистоту, контролировать чувства. Мы друг друга контролируем, дети контролируют нас, и при этом жизнь становится вроде бы труднее, потому что у нас мало общения, мы замыкаемся на семье. Медовый месяц – это хорошо, но дальше начинается притирка, смена привычек, компромиссы, нам всё сложнее становится жить, мы начинаем искать разнообразия. Поэтому муж должен быть ведущим. Он служит Богу поддерживает энтузиазм, энергию и вдохновляет всю семью. Жена служит мужу дети служат родителям, и так образуется династия. Без Бога неизвестно, кто кому служит, всё разваливается. Даже если кто-то атеист, какое-то понятие о Боге должно быть. Пускай это будет верность, чистота – всё это идет от Бога. Если мы не верим в Бога, но будем верить в чистоту, природу, здоровье, счастье, любовь… Всё это будет от Бога. Любви здесь нет, в материальном мире нет любви – она приходит к нам из другого измерения.

Антон Митнёв

– А если не состыковался брак, что делать? Терпеть?

Александр Хакимов

– Сейчас немного изменились законы. Строго говоря, у женщины есть только один шанс стать счастливой. Но если брак не сложился, тогда она второй раз выйдет замуж.

Антон Митнёв

– Но это нормально?

Александр Хакимов

– Сейчас это нормально. Но нужно стараться не упусть единственный шанс, не ошибаться, не терять своего счастья.

Карина Сарсенова

– Александр Геннадьевич, вспомнила шокирующие случаи, которые чаще всего происходят в Америке. Жил человек, жил, как правило, мужчина, известная личность, до 50 лет дожил мужчиной, а потом – раз, и пол меняет. Это что – умственная неполноценность или уже пресыщенность, потеря самого остаточного разума? Почему такое происходит?

Александр Хакимов

– Люди забыли о душе. Вот это главное. О смысле жизни тоже, возможно, забыли, твердят о равенстве. Ошибка в том, что на материальном уровне мы не может быть равны, истина равенства – отсутствие зависти, и пример, который Вы сейчас привели, как раз зависть к противоположному полу. Проявляется она в отвержении, человек отказывается от своей мужской или женской природы, ненавидит её, меняет пол, бросая вызов природе.

Антон Митнёв

– Что такое человек с разными способностями? Почему невозможно равенство материальное?

Карина Сарсенова

– Или здесь опять вопрос кармы?

Александр Хакимов

– Есть разные классы людей, описываемые в Ведах. И кому-то предписано быть богатыми, кому-то нет.

Антон Митнёв

– Изначально? То есть это градация – первые, вторые номера? Способные – неспособные?..

Александр Хакимов

– Да. Разный разум.

Карина Сарсенова

– А за что люди получают богатство в текущей жизни?

Александр Хакимов

– Они получают богатство, если у них есть запас благочестия и разум в этой жизни. И они его используют и получают богатство. Или, допустим, просто красивая внешность, в Голливуд человек попадает, деньги хорошие зарабатывает. Просто такая карма, или родился в богатой семье. Но обычно, чтобы стать богатым, нужен разум соответствующий, врождённый.

Антон Митнёв

– Но Вы сказали, что каждый человек рождён для счастья, как птица для полёта. Получается, счастье у всех разное?

Александр Хакимов

– Счастье мы черпаем из своей природы, а не из чужой. К примеру, кто-то стал бизнесменом, зарабатывает миллионы. Я думаю: «Вот счастье, я должен стать таким же». Но это не моя природа, я не буду счастлив. Скорее всего, я даже испугаюсь. Дай простому человеку миллион долларов – он спрячется, испугается. Потому что у него другой разум. Но он счастлив, когда у него есть хороший хозяин, который занимает его работой, заботится о нём, и человек спокоен – не нужно никакой ответственности нести. А другой наоборот – хочет в банке проворачивать деньги, не боится этого – у него другая природа. Третий управляет государством – тоже имеет соответствующий разум. Как лев. Кто его царём назначил? Природа. Всё, не надо никаких документов. Чтобы люди были счастливы, нужен духовный коммунизм, потому что бедные – богатые – это уже конфликт. Всё равно классовые противоречия возникают. Тогда вменяется обязанность высшим классам – управляющим и бизнесменам – заботиться о других людях. Они заботятся о них как о собственных детях. У них такая карма, такой путь. Если я занимаю высокое положение, моя обязанность – заботиться о подчинённых. В этом главное: не просто богатеть до бесконечности и гордиться этим, эксплуатировать народ, а заботиться об этих людях. То есть мои деньги предназначены для всех, для Бога. Даже если я обладаю знаниями как учёный, это тоже для всех. Даже если даны большие деньги, нужно знать, как ими воспользоваться для блага других. Большая власть тоже накладывает большие обязательства – работать во благо всего общества.

Антон Митнёв

– Но сейчас наблюдается явный перекос. Богатые люди остаются богатыми, богатеют ещё больше, с другими не делятся.

Александр Хакимов

– Потому что не боятся Бога.

Карина Сарсенова

– А как Вы относитесь, Александр Геннадьевич, к квантовой физике, к квантовой генетике? Оказывается, выявили фантом ДНК, то есть они говорят о том, что ДНК – это душа человека, сознание, и определили, что после выхода души из тела, то есть после смерти физического тела, существует фантом ДНК за пределами тела, и потом он куда-то уходит-уже за пределы измерительных возможностей приборов. И профессор Горяев, известнейший, наверняка Вы знаете, квантовый генетик России и всего мира, заявляет об этом. И я с упоением слушаю лекции Ваших учеников, которые всегда о Вас отзываются с огромным уважением, они говорят, что у Вас есть большие способности к экстрасенсорике, можно их так назвать. И они – ученики – утверждают, что эти способности должны развиваться в соответствии с прогрессом духовного развития человека. И второй вопрос: к нам с Антоном на передачу приходит много ясновидящих, целителей, шаманов вкупе с врачами, духовными лидерами и так далее. И многие из них… я бы не сказала, что духовно развитые, но с мощным ясновидением или с какими-то способностями контактировать с душами ушедших людей. Зачем этим людям даются такие способности? Для выработки каких качеств?

Александр Хакимов

– Способности могут быть одни и те же. Вопрос: откуда они пришли? Вот главный вопрос. Когда Иисуса спросили: «Ты от чьего имени исцеляешь? От имени Бога или от имени другого?» Поэтому способности могут быть одинаковые. Но есть различия. Допустим, если начать с ДНК. ДНК – это своего рода анализ кармы, просто более подробный. Можно увидеть карму в ДНК как матрицу кармы, и по этой ДНК уже строятся наши здоровье, тело, образ физический. Как портной шьёт по размерам. Эта матрица сохраняется после смерти в тонком виде и потом поступает в утробу матери, где «сшивается» эта «одежда» – точно такая же, как была создана в прошлой жизни. Но ДНК формирует сам человек в течение жизни. ДНК формируется звуком, который мы слышим и который произносим, звук формирует и структурирует воду, тело состоит в среднем из 70 % жидкости. Мы произносим звуки, слышим звуки, что формирует различные ДНК-структуры. Отсюда у нас складываются склонности к болезням, к старению и другое. А сейчас, когда мы уже многое сделали в этом направлении, изменилась природа вокруг, и это – проблема. Воздух стал другим, вода другой, растения, деревья стали другими, сорняк более активный, культура – слабая. Сейчас мы своими поступками не только сформировали свою новую ДНК, но вмешались в ДНК растений, животных, клонирование и продолжаем этот искусственный процесс. Откуда эти знания пришли к нам – вот в чём вопрос. Посмотрите, в природе всё существует в здоровом виде. Неужели мы всё это улучшаем?

Карина Сарсенова

– Из низших миров?

– От Бога-то всё уже есть.

Антон Митнёв

– Из этого следует, что весь технический прогресс – это плохо?

Александр Хакимов

– Нет. Нельзя так говорить, прогресс необходим.

Антон Митнёв

– Но он не естественный…

Александр Хакимов

– Конечно нет, он искусственный. Как, например, я не могу ходить и костыль подставляю, тоже вариант.

Карина Сарсенова

– А действительно ли вся эта техника, технические знания приходят из низших миров?

Александр Хакимов

– Конечно. Допустим, я теряю память, плохо запоминаю. И создаю жёсткий диск – протез для собственного мозга. И какой следующий шаг? Я ещё больше теряю память, потому что ответственность переложил на искусственный диск.

Карина Сарсенова

– То есть не на духовное развитие человек ориентируется, а на эти всевозможные костыли?

Александр Хакимов

– Раньше люди на расстоянии общались, а сейчас нужны телефоны, то есть мы достигаем тех же возможностей, утраченных при помощи техники.

Антон Митнёв

– А как общались на расстоянии?

Александр Хакимов

– Вы же чувствуете связь с близкими людьми? Иногда глубокую – в форме любви, именно любовь эту связь обеспечивает. Вы просто любите человека, вспоминаете его образ – и начинаете общаться с ним, понимаете друг друга на расстоянии. Как говорят, на расстоянии, в разлуке любовь возрастает в сотни раз, потому что вы общаетесь на очень возвышенном уровне – внутри себя. Такой способ общения. Как раньше письма писали… Мы жили на Дальнем Востоке, сюда писали письма. Неделю письмо идёт в одну сторону, неделю обратно, неделю ждём. А его нужно написать красиво, отправить, ждать, потом думать об этом, это тоже связь такая. Потом приходит ответ, вы радуетесь – письмо пришло, все танцуют. Жизнь была немного иная, внутренняя. Сейчас болтаем на расстоянии, ценности ослабевают… техника развивается, а ценности ослабевают. Почему? Потому что каждый чувствует себя хозяином мира, кнопку нажимаешь – всё работает. Доходит до того, что я уже до пульта не могу дотянуться, прошу того, кто ближе, передать его. Так развивается инфантильность.

Карина Сарсенова

– То есть наша гордыня множит технику, а техника умножает гордыню. Замкнутый круг. И опять-таки не могу не задать вопрос: что делать и как выстраивать отношения с людьми, которые тебя не любят, ненавидят, относятся неприязненно без видимых причин? Сижу я, примус починяю, никого не трогаю, и человек с тобой никогда в жизни не разговаривал, и ты о нём и слова плохого не сказал – и вдруг у человека острая к тебе неприязнь. Это может быть зависть или или ревность? Можно ли не обращать внимания или сгладить конфликт, улучшить эти отношения?

Александр Хакимов

– Если это завистник, нужно его избегать, потому что он как змея: если дать молока, яд только увеличится. То есть чем больше мы хорошего делаем, тем злее становится человек, не выносит даже наше покровительство. Но откуда это всё берётся? Например, в прошлой жизни человек убивает кого-то или его убивают. И этот убитый человек фиксирует образ убийцы в момент смерти. Это называется самскара. Она останется с ним в следующей жизни; он забудет этого человека, событие тоже забудет, а отношение и психотип – то, что он чувствует, матрица – останется. В следующей жизни он вас впервые видит – и уже не любит. Неизвестно, по какой причине. Может быть, не убийство, а просто обида большая. В кого-то можно влюбиться с первого взгляда – это тоже память отношений.

Карина Сарсенова

– Как благоприятнее всего уйти из тела? В старости, от болезни? Где-то слышала, что убийство – это благоприятно, потому что душа получает огромный заряд страданий, и эти страдания её утончают, и она выносится на более высокий уровень бытия. Некоторые российские индуисты, я слышала несколько лекций, утверждают, что лучше умирать не в старости, старость, по их мнению, – это зло. А именно в молодом возрасте.

Александр Хакимов

– Если говорить об обычной старости, сегодняшней старости, она неблагоприятна, граничит с маразмом, с разрушением психики. Человек умирает в невежестве, это плохой уход. Старость не должна такой быть. Если человек правильно питается, ведёт здоровый образ жизни, думает о Боге, он никогда не потеряет память в конце жизни, а приобретёт мудрость. Уходить из жизни нужно в любви к Богу – с этим настроением любовь побеждает страх смерти. Нужно развивать очень сильную любовь в течение всей жизни к Богу, тогда уход из неё обеспечен хороший.

Антон Митнёв

– Что такое смерть вообще?

– Смерти нет для души.

Карина Сарсенова

– Что мы переживаем в момент покидания душой тела? Остаёмся ли мы в сознании?

Александр Хакимов

– Для йога сменить тело – как для нас пойти на рынок. Йог не привязан к телу знает, главное – не тело, а душа. Он может управлять им как инструментом, чтобы уйти, знает, как раскрыть чакры, куда направить энергию. Его тело просто сгорит в огне. Это йога. Два вида смерти являются возвышенными. Остальные нет. Первый – когда человек погибает на поле битвы, отдаёт жизнь за правое дело. Это возвышает его сразу, без всякой йоги. Это героизм. И второй вид смерти – в ведическом трансе. Когда человек сознательно садится в позу лотоса и уходит. Это не считается самоубийством, это возвышенный уход. Остальные виды смерти – просто карма. Как бы человек ни умер, он получает новое тело снова и снова.

Антон Митнёв

– Вы несколько раз говорили про войну. Война – это хорошо? Если я умер на войне и умер героически… но война сама по себе как явление – это же плохо! Кто виноват? И что делать, если все остальные героически умирают там?

Александр Хакимов

– Войны специально никто не хочет и не создаёт, но войны будут возникать. Это как лесной пожар, когда лес никто не поджигает. Когда я был в Индии, температура в тени поднималась до +55–60 градусов. А представьте, что творилось на солнце! Видели бамбук на ветру? Он трётся и вспыхивает, вызывая пожар.

Антон Митнёв

– Как показывает статистика многих веков, грамотное население составляет 7-10 %, остальные 90 % – люди невежественные. Откуда такое распределение? Это случайность, когда все могут, но просто кому-то учение далось, а кому-то нет?

Александр Хакимов

– В природе можно говорить о следующем распределении. Существует четыре класса. Первый – рабочий класс, люди невежественные, как Вы говорите. Их примерно 90 %. Второй – класс бизнесменов, торговцев. Их приблизительно 6 %. Ведь у нас не так много очень богатых людей. Следующий – класс управляющих. Это цари, министерства, они составляют несколько процентов. И ещё пара процентов – великие учёные. Такое соотношение.

Антон Митнёв

– Творческих людей к учёным?

Александр Хакимов

– Творческих к простым людям.

Антон Митнёв

– То есть к невежественным?

Александр Хакимов

– Нет. Они невежественные по разуму, а по духу служения они выше всех. Они слуги. Это их преимущество. У остальных с этим проблемы.

Антон Митнёв

– Почему? Потому что они жертвы вот этих 10 процентов?

Александр Хакимов

– Жертвы, если их эксплуатируют.

Антон Митнёв

– Что это значит?

Александр Хакимов

– Мы говорим: почему столько невежества? Невежества никакого нет. Если мы этих людей не эксплуатируем, они полезны. К примеру, есть голова, она отвечает и за ноги. Но нельзя сказать, что мы эксплуатируем свои ноги, мы заботимся о них так же, как о голове. Поэтому голова должна быть нормальная, то есть знания должна быть у людей, но тело – одно. Мы заботимся равно обо всех – это равенство духовное, и тогда нет необходимости распределять, кто невежественен, а кто нет. Люди будут счастливы, будут взаимодействовать друг с другом, заботиться о ближних. Этот класс даёт опору обществу, он всё осуществляет руками, работает. А мы его эксплуатируем, он всё делает только за деньги. Но за деньги вы не сделаете ничего по-настоящему хорошего, поскольку настоящие вещи делаются в душевном порыве при наличии таланта.

Антон Митнёв

– Скажите, а что такое талант?

Александр Хакимов

– А талант – от Бога. Талант означает, что когда-то человек послужил Богу или обществу в прошлой или в этой жизни.

Антон Митнёв

– Согласитесь, бывает такое, что отец, дед, прадед не обладали талантами, а потом вдруг – раз, рождается сын. И все были обычными шофёрами, бухгалтерами, а он начал создавать шедевры…

Александр Хакимов

– Он может быть одарённым, потому что в прошлой жизни контактировал с Богом прямо или косвенно. Говорят, что от Бога мы получаем разум. Мы не можем его нигде получить или купить. Христос говорит: ни красивее себя не можем сделать, ни выше, ни здоровее, а разум если получаем, то только от Бога. Разум – это божественная энергия. И когда мы служим бескорыстно, что-то делаем от души или из благодарности, тогда приходит этот разум, талант и способности.

Антон Митнёв

– Талантливых людей не так мало, но не все востребованы. Почему так?

Александр Хакимов

– Это как способности. Откуда они? От Бога? Потому что если есть зависть, то талант уже не сработает. А когда получаем талант от Бога и при этом зависть у человека отсутствует полностью, тогда человек востребован. Зависть бывает чёрная и белая. Про белую зависть говорят, что она позитивна, то есть мы не создаём проблем для человека, которому завидуем, а просто берём с него пример – хотим сделать не хуже, а ещё лучше. Как здоровое соревнование, и это нормально. А чёрная зависть вырабатывает яд в крови, отчего мы плохо себя чувствуем и ненавидим человека, которого считаем в чём-то лучшим. Как, к примеру, бедные ненавидят богатых.

Антон Митнёв

– Бывали случаи, когда человек был талантлив, его все хвалили, а в какой-то момент в нём возникает зависть. И даже не скажешь, что до этого у него талант был от Бога, а потом вдруг всё изменилось…

Александр Хакимов

– Определённая степень существует. Например, человек талантливее всех. Это от Бога. Как только он встречает более талантливого, в нём пробуждается дьявол, потому что он не смог достичь высшего совершенства.

Карина Сарсенова

– Александр Геннадьевич, сейчас очень модно, конечно, в большинстве случаев из-за денег, либо открывать себе третий глаз, раскрывать способности ясновидения буквально за три дня, или, ещё лучше, вспоминать прошлые жизни. Как по-Вашему, следует ли это делать?

Александр Хакимов

– Я могу лишь предупредить о некоторых опасностях на этом пути. Всё может перейти в разряд чёрной магии. И тут есть свои опасности. Нож в руках хозяйки полезен, а в руках преступника опасен. Так же опасны эти науки в руках людей, которые не богобоязненны. Опасное искусство – читать мысли, научиться внедряться в тонкую суть человека. Это может принести много вреда. Стремление подчинять себе людей опасно. Но если человек действует от Бога и для блага человека, тогда все эти знания хороши.

Антон Митнёв

– И открывать ничего не надо… Спасибо, что пришли к нам на передачу. Вы так здорово и доступно всё объясняете, я думаю, поэтому люди к Вам тянутся. Спасибо, что Вы именно таким способом доносите глубокие и серьёзные знания до общества.

Карина Сарсенова

– А я хочу выразить огромную благодарность, Александр Геннадьевич, за Вашу уникальную, очень глубокую личность, душу, за то, что Вы посвятили себя духовной миссии. Спасибо.

Александр Хакимов

– Спасибо, Вы меня вдохновили продолжать своё дело. И я Вам благодарен за Вашу миссию, за то, что Вы заботитесь о духовном просвещении людей. Я это очень ценю.

Карина Сарсенова

– В этом мире очень много тревог и суеты, неприятных для нас моментов, таких, которые мы сами оцениваем как неприятные. Чтобы депрессия не накрыла нас с головой, чтобы жизнь не потеряла свой действительно прекрасный одухотворённый смысл, нужно этот смысл найти и сохранять в своей душе навсегда. Оставайтесь с теми людьми, которые делают вас одухотворёнными. Слушайте и ведите своё сердце за теми людьми, которые посвятили себя служению Богу. Доверяйте Богу, не только верьте в него, но, главное, верьте Ему, и тогда каждый ваш шаг будет наполнен радостью и счастьем. Оставайтесь с нами! Спасибо.

Диана Снегина
теле- и радиоведущая

Карина Сарсенова

– Добрый вечер, дорогие друзья! Сегодня всё в нашем замечательном мире развивается неудержимо стремительно. С головокружительной скоростью меняются информационные технологии, сознание теряет себя в круговерти дней и ночей. Размываются границы, исчезают в забвении кажущиеся совсем недавно незыблемыми ценности и представления. Некоторые виды творческой деятельности, виды искусства тоже теряются, растворяются в этом бушующем потоке перемен.

Интернет-один из проводников данного потока. В век Интернета телевидению крайне трудно, иногда почти невозможно удержаться на плаву, поддержать темп изменений, удержать интерес зрителей. А как дело обстоит с радио? Радио существует до сих пор, или же сам факт его существования давно перешёл в статус легенды? И, если радио всё ещё живёт, каково ему выживать в гонке за вниманием слушателя, за своей долей солнечности в нашем порой излишне сумрачном мире?

Сегодня в студии передачи «Избранный» – блестящий профессионал, красавица, неотразимо обаятельная и и просто замечательная Диана Снегина! Здравствуйте, Диана.

Диана Снегина

– Добрый вечер!

Карина Сарсенова

– Диана, Вы и телеведущая, и радиоведущая. Есть ли перехлёст между этими двумя профессиями? Мне кажется, между ними происходит настоящий батл, непримиримая борьба.

Диана Снегина

– Нет-нет, всё это как раз смежно. Мне кажется, телевидение, радио, журналистика и ныне популярное блогерство успешно сосуществуют, и такое соседство весьма удобно.

Карина Сарсенова

– Чем удобно?

Диана Снегина

– Удобно тем, что ты можешь себя проявить и в одном, и в другом месте, заработать больше денег.

Карина Сарсенова

– Актёры всё-таки делятся, как бы они ни кривили душой перед самими собой, на театральных и киноактёров, хотя зачастую стараются проявить себя и там, и там. Но быстро выявляются разные моменты подачи себя на киноплощадке или на сцене. А вот на телевидение и радио – есть ли заметная разница для ведущих? И как Вам удаётся, если она есть, совмещать эти две деятельности?

Диана Снегина

– Разница, конечно, есть. Прежде всего, она в свободе. В свободе поведения, потому что на радио тебя никто не видит, можно делать всё, что угодно, потому что самый любимый вопрос, который задают: «А что вы делаете, когда песня звучит или когда реклама идёт?» Мне кажется, что на радио больше свободы. Когда я после работы на радио пришла на телевидение, режиссёр мне сказал: «Так, всё, вставай, иди». Знаете, почему? Потому что на радио я привыкла свободно, мимикой, жестами выражать свои эмоции. Потом, конечно, пришлось научиться держать себя в руках. Кто работал на радио и потом перешёл на телевидение, у него больше плюсов и больше возможностей для самовыражения. Почему? Потому что на радио мы больше импровизируем, тексты не пишем. Лично я не пишу тексты, например. Мне так удобней. Я могу разговаривать с Вами и тут же выйти в эфир. Всё, что у меня есть в голове, я сказала в эфире и опять переключилась на Вас. На телевидении многие так не могут, потому что у них есть суфлёр, подготовленный телетекст. Да, они привыкли к этому. А я привыкла, например, импровизировать.

Карина Сарсенова

– То есть профессия радиоведущего даёт Вам возможность гибко ориентироваться в Вашем внутреннем мире? Всё время быть на подхвате с точки зрения реагирования той или другой эмоцией, позволяет развивать гибкость ума?

Диана Снегина

– Да, совершенно верно, Вы правы, Карина, работа на радио – это платформа для многого, поэтому я легко читаю тренинги. Выхожу на большую сцену и чувствую себя свободно, потому что знаю – меня слушает свыше десяти миллионов человек. Я привыкла к этому, хотя и не вижу своих слушателей.

Антон Митнёв

– Но они есть, и это радует.

Диана Снегина

– Мне нравится, когда говорят: «Ой, мы только что ехали в автобусе и вас слышали». Я сразу начинаю вспоминать, не сморозила ли чего. Уже появляется ответственность, когда ты знаешь, что конкретный человек тебя слушает.

Карина Сарсенова

– Чувство виртуальности ещё докомпьютерной эпохи радио, наверно, было первым предвестником диалога между живым человеком и виртуальным слушателем. Как Вы это ощущение преодолеваете?

Диана Снегина

– Вы знаете, когда я начинала, у нас компьютеров серьёзных не было. Тем более начинала я на Украине, там маленькая радиостанция, однако, поскольку директор был гениальным физиком, у нас был передатчик, им сконструированный, и радиоволны распространялись далеко. И многие слушатели переходили на нашу волну, поскольку для них мы были вообще недосягаемыми, а директор не разрешал никому заходить в студию и следить за процессом вещания.

Антон Митнёв

– С Аляски пришли, ваш сигнал до нас дошёл…

Диана Снегина

– Я Вам серьёзно говорю. И самое интересное, когда ты говоришь: «Ой, прислали открытку с такой красивой розой! Только хочется живую!» И у тебя через полчаса точно будут живые розы и ещё что-нибудь. Такой у нас контакт был, и мы к этому привыкли, не возникало чувства, что они где-то далеко. Мы общались со слушателями так, будто сидим в кафе за одним столиком.

Антон Митнёв

– Это на самом деле очень интересно – ты сидишь напротив микрофона и представляешь, кто там, по ту сторону.

Диана Снегина

– Да не представляю я!

Антон Митнёв

– Вообще не представляете? Ну сидят какие-то миллионы, а мне тут хорошо с микрофоном?..

Диана Снегина

– В радиошколах говорят: вы должны чувствовать свою публику. Но я, честно говоря, не чувствую, не знаю, кто меня слушает в данный момент.

Антон Митнёв

– То есть Вы не можете определить возрастную категорию слушателей?

Диана Снегина

– Есть у каждой радиостанции определённый возрастной ценз, например, от 20 или от 25 и до 55. Но бывало такое, что приходили дети, как-то раз мальчик лет 13 сказал: «Я Вас слушал!»

Антон Митнёв

– Я на Вас вырос…

Диана Снегина

– Это отдельная история, об этом не надо… Подходит дядя и говорит: «Диана, я Вас так люблю! Я на Вас вырос». Так что слушатели бывают разные. Мы всегда идём как фон, я это чётко понимаю. Я для них не картинка на экране, на которую смотрят и любуются. Я просто фон, но радует, что чаще всего благоприятный.

Карина Сарсенова

– Почему, Диана? Вы вступаете в диалог с внутренним диалогом Вашего слушателя, а что для нас важнее внутреннего мира?! Картинка пролетает, меняется впечатление. Пришёл в студию – ушёл из студии. А с внутренним миром человек остаётся наедине, происходит постоянный обмен мыслями на виртуальном уровне между Вами и слушателем. Вы внедряетесь в сознание, Вы ближе к своей аудитории, чем телевизионная картинка.

Диана Снегина

– Я никогда не думала в этом направлении. Некоторые люди вообще высказывают: ой, вы так много говорите, столько болтовни у вас на радио. А я им объясняю всё посекундно: выхожу в начале часа и здороваюсь, затем объявляю новости. Это буквально 20 секунд. Дальше я выхожу на семнадцатой минуте – мне больше 30 секунд говорить не положено, есть определённые правила. Это уже 50 секунд. На 42-й минуте я выхожу ещё раз, общаюсь 25 секунд… это уже минута 15, допустим. И в конце я выхожу в эфир на 53 минуте, ещё 25 секнуд. И всего получается минута сорок секунд! Всё!

Антон Митнёв

– Диана, дело даже не в этом. Минута сорок. Это как в анекдоте про секретаршу, которая пришла устраиваться на работу и печатала 1600 знаков в минуту. Правда, ерунда получалась… Вы просто очень много информации вкладываете. И не воспринимаешь радио как фон, честно. Фон – это мелодия, которую слышишь многократно. А когда ты действительно увлечён, твои руки и глаза заняты, сознание как раз свободно к тому, чтобы кто-то подошёл и что-то сказал без всяких вторых переводчиков.

Карина Сарсенова

– Всё равно у слушателей идёт реакция на Ваши слова: согласие, протест, пересмотр мнения…

Диана Снегина

– Конечно, я несу ответственность за то, что говорю. А также – за настроение своих слушателей. Некоторые считают, что у меня лёгкая работа. С одной стороны, это так, а с другой – они не понимают некоторых вещей. К примеру, когда умерла бабушка, мне было тяжело, но я понимала, что людям это не нужно. Может, у них радость, счастье, праздник. Поэтому я выключала микрофон и рыдала, включала, опять говорила. Это не было ложью или фальшью. У радиоведущего, который долго работает, вырабатывается своего рода тумблер. Когда включается микрофон, что бы ни было на душе, что бы ни случилось, я всегда в хорошем настроении, несу позитив, потому что знаю: человек сейчас едет за рулём и ему не нужны чужие переживания. Я не могу с ним поделиться наболевшим. Кстати, не люблю депрессивных людей и стараюсь всегда держаться от них подальше. Потому что депрессия заразна. Я стараюсь общаться с людьми, которые любят жизнь. А тех, кто постоянно плачется, стараюсь избегать.

Антон Митнёв

– «Поэтому у меня нет друзей»…

Диана Снегина

– Потому что они отравляют атмосферу. Я не хочу отравлять людскую атмосферу, поэтому всегда на позитиве и всегда весела.

Антон Митнёв

– А бывали у Вас такие эфиры, чтобы ночью позвонили и попросили совета в какой-то ситуации?

Диана Снегина

– Конечно!

Антон Митнёв

– И Вы вникаете? Или сразу покрываете позитивом: ребята, всё ерунда!

Диана Снегина

– Нет-нет, конечно, я вникаю, пытаюсь помочь. Если я вижу, что человеку это не нужно, если он на своей волне, даже когда ты протянул руку помощи, но он не хочет её принять, то как я могу помочь?.. Мне и в соцсетях многие пишут просьбы о помощи, всегда иду на контакт.

Антон Митнёв

– А бывает такое, что Вы дали какой-то обыденный совет, а через месяц, к примеру, человек звонит и говорит: а вы мне тогда очень помогли!

Диана Снегина

– Такое бывает часто. Помню такой случай, мы с девчонками пошли в ресторан – у нас девичник был, а по-соседству проходил мальчишник, и мы оказались на одной сцене, начали танцевать. Один из компании пригласил меня на танец, признавшись, что узнал. Я поблагодарила, а он рассказал, что однажды я ему спасла жизнь: «Однажды я застрял в какой-то степи, и, пока работал аккумулятор, я вас слушал, и вы меня так поддержали, вы были такая позитивная, весёлая, жизнерадостная. Вы просто меня спасли». Потом его нашли, вытащили из передряги. Мне было так приятно и неожиданно. А сегодня один человек мне сказал: «Я как-то стоял рядом с Вами и чувствовал Ваши духи. И теперь, когда Вас слушаю, всегда вспоминаю этот аромат».

Карина Сарсенова

– Всё в этом мире взаимосвязано.

Диана Снегина

– Поэтому, Антон, я же не знаю всех ситуаций… может, кому-то помогла, другому – наоборот. Не все же признаются. Надеюсь, что помощи больше.

Карина Сарсенова

– Почему люди так боятся текучести жизни, её непредсказуемости? Ведь по факту так было всегда, даже если общество кажется стабильным, отлаженным, приходит момент – всё меняется. Как Вы считаете, почему люди так упорно цепляются за свои иллюзии?

Диана Снегина

– Почему?.. Думаю, как раз из-за обманчивости иллюзий, потому что люди не умеют радоваться тому, что у них есть. Объясню на своём примере. Раньше при возникновении непростых ситуаций в жизни у нас с мужем я говорила: «Серёж, слушай, у нас с тобой трое детей. Многие люди мечтают о детях, а у нас это есть. Хотя бы ради этого мы должны быть счастливы и радостны». И люди должны ценить такие моменты, что они живы, здоровы и так далее. Представляете, сколько людей хотели бы жить! И даже те, кто хотел покончить жизнь самоубийством, наверняка понимают, что сделали. Один мудрец сказал: бойтесь своих желаний, радуйтесь неисполненным желаниям, потому что неизвестно, к чему они приведут. Когда люди печалятся и грустят от нелёгкой жизни, я всегда говорю: вы же сами строители своей жизни, что у вас в голове, так вы и живёте. Если вы живёте с надеждой, счастьем и радостью, всё будет прекрасно. Да и уже прекрасно, но будет ещё лучше! Просто мы этого не видим, не хотим увидеть.

Антон Митнёв

– Диана, у Вас уже есть опыт, известность, хороший доход. А расскажите, с чего Вы начинали? Пробовали себя в других профессиях?

Диана Снегина

– Все думают, что у человека с картинки всё хорошо. Но вот у меня, к примеру, сейчас нет машины, нет квартиры. Я снимаю квартиру с тремя детьми одна, мужа сейчас нет. Но я знаю, что у меня всё будет, понимаете? У меня сегодня нет, а завтра у меня всё будет. Просто люди этого не понимают. Я думаю, что каждый человек проходит свой путь. Как говорят, не суди о человеке, пока не пройдёшь путь в его ботинках. У меня тоже было много трудностей, и депрессии бывали, что жить не хотелось. Но я просто знала, что всё это пройдёт, нужно просто перетерпеть. Я начинала работать библиотекарем, потом воспитателем, затем на заводе электроламповом укладывала спирали в автомобильные лампы. Была контролёром ОТК… Боже, да кем я только не была!

Карина Сарсенова

– В принципе всё это неденежные работы.

Диана Снегина

– Секретарём работала. Я всегда мечтала заработать, поэтому ездила за границу работала в Югославии, Сербии, Японии… Это отличный жизненный опыт. Я вообще никогда не боюсь работы и всегда говорю: если ты взялся за эту работу, то не плачь и не ной, что тебе мало платят. Да, там тебя не уважают, но ты пошла, ты подписала контракт. Это твой выбор. Если бы знали, сколько нам платят на радио… На них можно разве что выйти раз в день и сказать «Доброе у!» То же самое было, когда я работала воспитателем. Я очень любила свою профессию, и, когда шла на смену, дети бежали навстречу, меня с ног сбивали… так они меня любили. Я им позволяла всё: не хочешь молоко – не пей, не хочешь кашу – не ешь… А на заводе я настолько умудрялась быстро накладывать эту спираль, что успевала пойти в соседнюю комнату, чаю налить и книгу почитать! За что меня женщины там не очень любили. «О, она ещё книги сидит читает, давай нам помогай».

Нужно любить то, что ты делаешь. Не бояться никакой работы. Я и продавцом работала – апельсины продавала, конфеты, что только не продавала. А когда работа надоедала, я просто бросала её и уходила на другое место. На моём пути никогда не было никаких любовников. Я была замужем, мне вообще некогда было даже думать об этом. Дом – работа, работа – дом. Я полностью понимала фразу о том, что надо быть настолько счастливой, чтобы на работу бежать с удовольствием и с работы с удовольствием. Вот это гармония! И я всегда этого придерживалась, что бы ни случилось. Хотя иногда, конечно, нервы сдавали. Тогда мой сынок говорил: «Ой, а вы не видели мою маму? А то какая-то злая тётя пришла!» Дети же – они как наше отражение. Мы как в аквариуме, когда они рождаются. Мы становимся более ответственными. Если я запрещаю сыну есть в своей комнате, то и самой нельзя так делать. У каждого свой путь, но могу сказать, что мне очень повезло с хорошими людьми.

Антон Митнёв

– А как Вы попали на радио?

Диана Снегина

– Просто сидела в эфире, я в Бишкеке работала, а директор услышал меня, я ему понравилась, он позвонил, привёз в Алматы. Показал мне город. А я когда приезжаю в новое место, всегда остановлюсь, глаза закрою и чувствую: принял меня город или нет. Меня Алматы принял с такой радостью! Причём тогда в Бишкеке не было красивых подсветок, и мне очень понравился город. Хотя я была и в Токио, в других городах мира, но всё равно понравился Алматы, и я решила здесь остаться. Это было настоящее везение. Поэтому всегда нужно быть готовым к счастью, радостным сюрпризам. Плюс ко всему – я умею дружить. Дружба для меня – понятие круглосуточное. Можно позвонить в любое время, приехать, я всегда приму, помогу, денег одолжу

Карина Сарсенова

– Диана, Вы вели передачу с участием экстрасенсов. Какое Вы придаёте значение тонкому плану бытия? Что такое человек? Первично сознание или первично тело? Мы кто – биороботы или всё-таки бессмертные души?

Диана Снегина

– Я думаю, мы бессмертные души. Даже это понятие дежавю, которое разложили по полочкам физиологически. У меня так сложилось в жизни, что многие друзья экстрасенсы неожиданно приходили ко мне на программу, и вдруг мы становились друзьями. Некоторые вещи, которые они говорят, доказывают, что существует необъяснимое. У меня есть подруга Эля, косметолог. Она очень хорошо дружила с Джуной, они долго жили вместе, та ей помогала – дочку её охраняла. И вот Эля мне много рассказывала такого, во что сразу и не поверишь. То есть можно, конечно, в это не верить – я всегда говорю: вы можете не верить в воздух, но вы им дышите, не видите кислорода, но он есть. Единственное, Карина, я не верю в проклятие. Мне кажется, бесполезно проклинать. Есть такие люди, которые бросают: «Я тебя проклинаю!» Да я тебя сама могу сотню раз проклясть… То есть люди этого боятся…

Карина Сарсенова

– А в чёрную магию Вы верите?

Диана Снегина

– Я не знаю, верить мне в неё или нет. Можно ли порчу навести? Бог его знает! Мне кажется, если человек сильно влюблён и хочет какого-то человека приворожить, наверное, он воспользуется этим. Но сами экстрасенсы говорят, что это потом оборачивается плохим. У меня подруга есть, Ирка, она у меня два года жила, когда на Украине неспокойно было. Она гадала на картах. И, клянусь вам, что расскажет, то и сбудется. К примеру, раскинет карты, говорит: «Следи внимательнее за Богданчиком, что-то у него со здоровьем». Я ещё смеялась, говорила – ой, мой Богдан здоровее всех нас вместе взятых. На следующий день он ни с того ни с сего попадает в больницу с ухом. И ведь это не внушение, потому что я в принципе не внушаемая. Или такое было: «Встретится тебе женщина и предложит работу». На следующий день всё так и происходит…

Карина Сарсенова

– А мне кажется, надо проще относиться к этому. Можно и зайца научить играть на барабане, да? Любой человек может выйти на сцену и что-то коряво или более гениально изобразить, но есть профессиональный актёр, замечательный, гениальный, как наш Антон, есть полная артистическая бездарность, как я, например. Меня на сцену не выгонишь ни охапкой роз, ни пинками, никак совершенно. Я говорю о профессии. У Антона дар актёрский, у экстасенсов дар видения. Это дар. Просто профессия.

Антон Митнёв

– А случайные проводники бывают?

Карина Сарсенова

– Нет, случайного ничего не бывает. Моя точка зрения, у людей с более развитой интуицией, чем у большинства, озарения происходят многократно, словно бисером рассыпаются по жизни. Может быть одно тотальное, например, человеку приснился какой-то террористический акт. Я знаю такого, у него за 60 лет был один такой страшный сон, но до этого – более мелкие предвидения, и этот сон сбылся. Он вообще был ошарашен, когда к нему это пришло.

Диана Снегина

– Сны – это вообще необъяснимо. Есть и другая сторона медали – множество мошенников, которые пользуются доверием людей. Человек сам обманываться рад, поэтому мошенники и аферисты будут всегда.

Антон Митнёв

– Некоторые путают бизнес с даром.

Карина Сарсенова

– Дар можно спокойно превратить в бизнес, зарабатывая на этом деньги.

Диана Снегина

– Это разные вещи. Некоторые удивляются: почему она за это деньги берёт? Но она вкладывает свою энергию, она учится, она совершенствуется, вкладывет какие-то свои силы, внутренние ресуры. Почему она должна делать это бесплатно? Ты же в магазине не берёшь продукты даром.

Антон Митнёв

– Есть же у них какой-то стандарт? К примеру: сколько дашь, столько и возьмут.

Диана Снегина

– У меня есть подруга Юлия, она, кстати, была у вас в эфире. Удивительная девочка, очень гениальная и талантливая. Она говорит: я беру, что дают. У неё такса 1000 тенге. Но это не устоявшаяся цена, а сколько дадут, столько и хорошо. Я её иногда учу… Если тебе человек даёт не 1000, а 100 долларов, почему ты отказываешься? Он же тебе от души даёт. Ты ему помогла, он хочет отблагодарить. Радоваться надо! Если человек хочет дать – возьми. Я всегда так говорю. Не надо просить, а как у Булгакова: сами придут и сами всё дадут. Может, человеку за счастье тебя отблагодарить. Я, например, обожаю дарить подарки. Это же так приятно, когда ты что-то даришь и наблюдаешь за реакцией человека, как он доволен, если подарили что-то нужное. И аура у него становится счастливая, а ты к этому причастен, это же здорово! Я согласна, многие на этом зарабатывают деньги, но нужно головой тоже думать, куда ты идёшь.

Антон Митнёв

– Однажды я заболел, обратился в больницу. Мало что понимал в то время, а есть люди, которые всегда готовы поживиться на несведущих. Слава Богу, со мной были родственники, которые сообразили, что надо обратиться в другое место, потому что я уже был готов – режьте, делайте всё что угодно. Так бывает, приходит человек, которому действительно плохо, он решил, что единственный путь – пойти к медиуму, и нарывается на шарлатанов. Кто это – шарлатан? По сути, подлец последней степени, потому что к нему обратились как к последнему мессии. А он ещё про себя наверняка глумится над такими доверчивыми людьми.

Диана Снегина

– Антон, есть люди, которые искренне верят в то, что они гениальны, понимаешь.

Антон Митнёв

– Это другая категория. Есть и актёры такие, котрым весь зал твердит: вон со сцены. А он: нет, вы меня не понимаете!

Диана Снегина

– Поэтому есть люди, которые верят, что они настоящие маги. Мне кажется, это просто больные люди.

Антон Митнёв

– Такие псевдогении есть в любой профессии…

Карина Сарсенова

– Диана, Вы такая яркая, красивая, успешная женщина…

Диана Снегина

– Почему же я замуж не могу выйти?

Карина Сарсенова

– Всё будет, это я Вам лично предсказываю. У Вас всё будет хорошо. Каковы Ваши рекомендации: как женщине быть счастливой в семейной жизни? Как оставаться счастливой, несмотря ни на что? Возможно ли вообще такое счастье, или любовь рано или поздно перерастает в дружеские, а затем просто в уважительные отношения, в привычку? Нужно ли цепляться за отношения, которые разваливаются, пытаться склеить осколки?

Диана Снегина

– Нужно, обязательно нужно. Я очень жалею, что подала на развод, что не сохранила семью и наделала много ошибок. С высоты своего опыта и некоторых знаний расскажу, как быть счастливой. Девчонки, слушайте! Для начала нужно понимать, что в семье главный – мужчина, как бы там многие ни лелеяли свой феминизм… да, мы все равны, но мужчина – главный. Он должен понимать, что его крылья – это его женщина. Если мужчина понимает, что вся забота о женщине лежит на его сильных плечах, он дарит ей счастливые моменты и подарки, то он должен знать: это ему вернётся сторицей! То есть чем больше ты даёшь, тем больше ты получаешь. Кстати, эта взаимосвязь прослеживается везде. Мужчина, который холит и лелеет свою женщину, любит её настолько, что готов всё для неё сделать, то у него всегда и в бизнесе всё хорошо. Женщина, верящая в своего мужчину, окрыляет и помогает ему. А если даже не знает, чем помочь, то просто не мешает. В этом и есть гармония! Говорят, когда мужчина заходит домой, его должны встречать домашние уютные запахи – выпечка, ваниль… И у него возникает ощущение спокойствия. И первые полчаса после прихода мужчину вообще не нужно трогать: не узнавайте, что у него произошло на работе, не засоряйте ему мозг лишней информацией. Пусть отдохнёт, накормите его, а потом он уже сам захочет рассказать, как прошёл день. Сделайте своему мужчине массаж ног – вы даже не представляете, какое это удовольствие. Он от вас никогда не уйдёт!

Мне очень нравится, как Олег Гадецкий говорил, что мужчина всегда на пьедестале, а женщина у его ног. Эта формулировка, может, немного утрирована. Но так оно и есть. Когда люди, семьи будут понимать, что главный – мужчина, а женщина рядом, она его уют, она его счастье, она его очаг – вот тогда будет гармония, тогда мужчина будет с удовольствием возвращаться домой. Ему не нужно будет куда-то ходить. Я считаю, что в этом как раз секрет счастливых отношений. И есть ещё один секрет, хотя многие женщины его недооценивают. Нужно себя любить! Вот я всегда говорю: если ты себя не любишь, почему кто-то другой должен тебя полюбить? Это смешно. Ты должна сама себя полюбить, даже если трудно себя принять. Нужно принять себя такой, какая есть. Хотя это выражение – любите меня такой, какая я есть, – глупое.

Антон Митнёв

– Ужасное выражение!

Диана Снегина

– Я говорю: ты ленивая, ты за собой не ухаживаешь! Совершенствуйся, и тогда тебя полюбят такой, какая ты есть. А ты постоянно стремишься быть лучше, ещё лучше… Когда женщина себя любит, она ухаживает за собой. Она совершенствуется, читает книги, смотрит правильные программы, чтобы мужчина мог поддержать с ней беседу. Вот когда она себя полюбит, тогда полюбят и её.

Антон Митнёв

– Знаете, я уверен, что сейчас 90 процентов дам по ту сторону экрана скажут: это всё про меня! Я смотрю интересные программы, узнаю что-то новое и увлекательное… Но тут надо конкретизировать: какие программы смотреть, какие книги читать.

Диана Снегина

– Программы, которые обогащают духовно и интеллектуально. Вот у меня муж Серёжка всегда что-то смотрел. Он, кстати, на Савельева меня подсадил, читали, смотрели, а потом ночью это обсуждали. Наверное, только мы такие сумасшедшие были, что смерть Каддафи в постели обсуждали. Нам всегда было о чём поговорить, я могла поддержать любую беседу мне всегда было интересно, что он рассказывает. Я всем советую: если вы хотите работать на радио, читайте много! Это самое главное. Недаром я в библиотеке проработала столько времени, сколько книг перечитала. У меня даже записная книжка есть, куда я выписывала интересные цитаты, афоризмы, случаи, истории – всё, что я в книгах находила. Это мне всегда пригождается, поскольку в эфир я несу умное, доброе, вечное. Мне абсолютно всё интересно в жизни. Поэтому смотрите что-то познавательное, можно не по телевизору, а найдите в Интернете по нужной тематике – география, история и прочее. Кстати, вы знаете, тот же Савельев сказал, что мужская потенция сохраняется до старости, если человек умственно и творчески работает, не когда он качается, а когда активно занимается умственной деятельностью. И неважно, насколько это глобально: придумали какой-то невероятный рецепт или склеиваете танки, любая творческая деятельность мозга ведёт к долгой жизни мужской силы. Так что будьте счастливы и любите друг друга! Главное – любить жизнь вообще!

Карина Сарсенова

– Что для Вас жизнь?

Диана Снегина

– Жизнь – это всё, что окружает. Я иногда чувствую такое счастье внутри, гармонию, что хочется всех обнять, бабушку перевести на другую сторону. Даже если ей этого не хочется (улыбается).

Карина Сарсенова

– Диана, назовите три стержневые определения жизни. Это природа? Меняющиеся впечатления? Возможность творить?

Диана Снегина

– Жизнь для меня – это прежде всего мои дети, всё, что я делаю, – это ради них, их счастья. Не понимаю, когда люди едут на отдых без детей, говорят: ой, хоть отдохнём. Господи, я отдыхаю только когда они рядом и вижу, как они плавают, радуются, смеются. Однажды со всеми тремя ездила в Эмираты одна. Это было тяжело, но в то же время это было счастье. Я даже не могла выпить вина или пива; подходила к бармену, протягивала ему стакан из-под кока-колы и просила налить в него. Я не могла при них пить. Да и времени не было просто посидеть и расслабиться. Но это так здорово! Я смотрела на них, и у меня душа радовалась. Вторая важная составляющая – это семья в целом, это самое главное. Третья – твоё любимое дело, работа, увлечения, бизнес. Четвёртая – друзья. Люди, с которыми ты путешествуешь, отдыхаешь, встречаешься. Это такая отдушина. Я люблю, когда у мальчишек есть свои друзья, всегда и мужу говорила: езжай на рыбалку, иди в баню. У мужчин должны быть какие-то мужские дела, разговоры. Когда все эти вещи присутствуют в жизни, тогда и можно называть её полной, насыщенной. Такой, которую мы любим. А она нас в ответ!

Карина Сарсенова

– Тогда я желаю, Диана, чтобы Вас и нас жизнь всё время догоняла и причиняла только счастье, несмотря на сопротивления. Отдавайте жизни с наслаждением, с удовольствием, проявляйте инициативу. Дианочка, спасибо огромное, что пришли на нашу передачу «Избранный». Наша беседа получилась очень искромётной и позитивной. Я желаю, чтобы Ваша мечта реализовалась! Вы молодая, красивая, талантливая, успешная. У Вас ещё много ресурсов – внутреннего и женского, интеллектуального и духовного. Вся страна Вас очень любит и поддерживает. Опирайтесь на всех Ваших радио- и телеслушателей и приходите к нам!

Диана Снегина

– Спасибо большое! Я Вам благодарна за беседу. Спасибо Вам, спасибо Антону! Я очень рада, что мы так замечательно пообщались. На прощание скажу то, что всегда советую своим друзьям. Не надо говорить: ничего себе! Говорите: ого себе! Потому что «ничего себе» – значит, ничего себе. А «ого себе» – это много себе! Пусть этого всего будет много!

Карина Сарсенова

– Жизнь – это, конечно, сложности и трудности, но они всегда даются нам во благо, чтобы мы стали лучше, сильнее и мудрее. Зачастую мы не можем изменить жизненные ситуации, но в силах изменить своё отношение к ним. Банальность? Да, потому что фраза слишком часто повторяется. Но попробуйте и поймёте, что это – самая лучшая из всех доступных нам привычек: привычка смотреть на все с точки зрения оптимиста, уверенного в том, что Вселенная заботится о вас в каждую секунду вашей жизни. Занимайтесь собой! Любите себя! Отдавайте себе и людям только положительные эмоции и чувства! Не стесняйтесь просить помощи у друзей в сложную минуту. И, конечно, творите, потому что творчество продлевает жизнь. Оставайтесь с нами! Спасибо.

Валерий Даниленко
профессор, доктор биологических наук

Карина Сарсенова

– Добрый вечер, дорогие друзья! Невидимый мир вокруг нас – это не только тонкие энергии, призраки, духи, сущности всех мастей, но, в первую очередь, это невидимые глазу человека микроорганизмы, микробы, возможно, истинные хозяева Земли. Микроорганизмы, как утверждают учёные, появились на нашей планете задолго до зарождения остальных видов живых существ. Микробы, целые их вселенные населяют организмы каждого из нас. Об этих удивительных вселенных, о целых мирозданиях внутри человека рассказывает интереснейший гость сегодняшней передачи «Избранный», легендарный учёный из России, профессор, доктор биологических наук Института общей генетики имени Н.И. Вавилова Российской академии наук Валерий Николаевич Даниленко. Здравствуйте, Валерий Николаевич!

Валерий Даниленко

– Добрый день!

Карина Сарсенова

– Я очень рада, что Вы выкроили время, чтобы прийти нашу передачу и поделиться с телезрителями уникальными познаниями. Валерий Николаевич, я знаю, что Вы известный в России и за её пределами генетик, учёный, занимающийся микробиотами человека. А можно ли вкратце объяснить, что такое микробиота человека, в чём суть Вашей научной деятельности?

Валерий Даниленко

– Прежде чем перейти к этой теме, хочу поблагодарить организаторов программы за приглашение. Замечу, что моё согласие участвовать в эфире в определённой степени обусловлено тем, что я давно работаю и с учёными Казахстана. Мне давно знакомы и интересны люди, которые здесь живут. И нас связывают многолетние научные традиции. Теперь перейдём к микробиоте. Микробном человека, как Вы правильно сказали, есть у всего живого – от насекомых и до млекопитающих и человека. И, как выяснилось, микробном играет ключевую роль в функционировании здоровья, поддержания гомеостаза и напрямую или косвенно связан со многими заболеваниями организма. На сегодняшний день микробиотика – направление в науке, которое является своего рода мейнстримом во всей мировой науке. Количество учёных, интересующихся этой проблемой, и не только учёных, растёт в геометрической прогрессии. Прежде чем рассказывать о том, что такое микробном, микробиота человека, я хочу представить институт, где я работаю, своих коллег. Я работаю в Институте общей генетики имени Н.И. Вавилова заведующим отделом, и обозначенным направлением в моём отделе занимается более 60 человек. Это направление популярно сейчас и в России, и во многих других институтах – не только в Соединённых Штатах или в Европе. Этим направлением занимаются сейчас и в Астане, у нас с ними налажено взаимодействие, научные контакты.

Итак, микробном, микробиота человека. Первое, что поражает, это то, что в нашем желудочно-кишечном тракте обитает от двух до трёх килограммов бактерий. И второе, что количество генов, которые они кодируют, в 100 раз превышает геном человека. Когда 10 лет назад это было установлено с используемой высочайшей технологией секвенирования, то тогда уже люди понимали, что знание несёт за собой целый ряд последующих открытий. Мы с этим жили, мы знаем Мечникова, нобелевского лауреата, который более ста лет назад говорил, как для нас важна микробиота, или микробном. Тогда это так не называлось, он говорил о бифидобактериях, молочнокислых бактериях, что они определяют здоровье человека, и даже упомянул, что это может быть связано с функционированием нервной деятельности и с собственно сознанием человека.

Карина Сарсенова

– А что такое микробиота, микробы в экологическом контексте? Наверное, микробы заселяют не только человека, если они появились раньше других видов живых существ на Земле, видимо, они заселяют и почву, и водные ресурсы, и воздушное пространство.

Валерий Даниленко

– Да, именно так оно и есть. И мои первые научные исследования были связаны с изучением экологической системы микробиоты, тогда она так не называлась, с изучением микробиоты почв. Действительно в почве, воде, в морях, океанах и в реках присутствует огромное количество разнообразных бактерий. Сегодня мы будем говорить о тех бактериях, которые приносят человеку пользу.

Карина Сарсенова

– Это так называемые компенсальные бактерии?

Валерий Даниленко

– Да, если это касается человека, то речь идёт о компенсальных бактериях, тех, которые с ним существуют и живут всё время. А в почве, в каждом грамме почвы тоже находится около миллиарда бактерий, в основном это так называемые актинобактерии, которые продуцируют практически все известные нам антибиотики. Их можно выделить из почвы, из моря. Мы все знаем стрептомицин – первый, пенициллин, тетрациклины, хлорамфениколы и многие другие, а то, что нам неизвестно сейчас – это полусинтетические производные на их основе, это, так скажем, торговое наименование, тот же самый сумамед или азитромицин, то, что сейчас очень эффективно используется для лечения различных заболеваний от грамположительных бактерий. Поэтому они, помимо антибиотиков, являются источниками многих других биологически важных и нужных веществ, которые добываются, производятся в нашей биотехнологической промышленности, в области красной биотехнологии.

Карина Сарсенова

– А что это такое?

Валерий Даниленко

– Биотехнология подразделяется на несколько направлений. Я упомянул красную биотехнологию. Это использование бактерий и процессов их выращивания, ферментации для получения лекарств. Это медицина. Зелёная биотехнология – это использование бактерий для получения различных веществ: аминокислот, витаминов и так далее – для сельского хозяйства, пищевой промышленности. Классическая биотехнология тесно связана с использованием методов генной инженерии и самых современных методов метогеномики и протеомики. Все направления вошли во все области исследования.

Карина Сарсенова

– Если мы вернёмся к компенсальным бактериям, которые живут в человеческом организме, на человеке, в человеке, что-нибудь интересное Вы можете нам рассказать об этих видах бактерий? Кто же живёт с нами и в нас?

Валерий Даниленко

– Да, конечно. То, что становится известно в последние годы, поражает не только самих учёных неожиданностью и новизной, это поражает и людей, которые этим интересуются, сталкиваются в жизни. Что такое ген, что такое генная инженерия, что такое секвенирование генома – это сейчас уже знают все. То, что у нас живут бактерии, было известно давно.

Сейчас для систематизации, более подробного исследования тело человека разделено на 18 полостей, в которых живут и существуют бактерии, принося ту или иную пользу для нашего организма. Три из 18 полостей – наиболее важные для здоровья человека. Это желудочно-кишечный тракт, где живёт значительная часть бактерий. Я упоминал, их там от двух до трёх килограммов. Это ротовая полость, которая тоже важна для жизнедеятельности человека, и вагинальная полость у женщин, где в основном обитают лактобациллы, их несколько десятков видов. Конечно же, там присутствуют и условно патогенные и патогенные бактерии. О важности этих бактерий для возникновения проблем деторождения, здоровья женщины мы поговорим позже.

Если вернуться к бактериям, которые живут в желудочно-кишечном тракте, то там их обнаруживается до 1000 видов. 1000 видов разных бактерий! Но нужно понимать, что каждый вид бактерий может быть представлен тысячами и десятками тысяч штаммов, которые отличаются друг от друга.

Карина Сарсенова

– Что такое штамм?

Валерий Даниленко

– Штамм – это вариант отличия одного вида или его вариации или подвида бактерий от другого.

Карина Сарсенова

– Подвид?

Валерий Даниленко

– Подвиды тоже есть у бактерий. У каждого человека есть примерно по 100 видов бактерий, и по соотношению все люди, живущие на Земле – в Соединённых Штатах, Европе, Японии, России, – имеют, если говорить о крупной классификации, по три-четыре основных энтеротипа. Это большие группы бактерий.

Детальные исследования показали, что на самом деле нет ни одного человека, бактерии которого были бы похожи на бактерии других людей. Мы в этом отношении, если смотреть по комбинациям генов, по штаммам, очень индивидуальны. Возможно, только близкие родственники имеют определённое сходство. Это было доказано при изучении однояйцевых близнецов и других методов исследований. Поэтому наше богатство – наш генофонд, которым мы все должны дорожить, и хранить генофонд индивидуальный, сложившийся у нас с рождения.

Карина Сарсенова

– Это код нашего здоровья.

Валерий Даниленко

– Это код нашего персонального здоровья. Мы говорим о персонализированной медицине, о том, что она приходит. Она уже пришла, используется при лечении различных заболеваний – и онкологических, и иммунных, и других. По генотипу люди, живущие на Земле, мало отличаются друг от друга. Но на уровне микробном, микробиоты, на уровне композиции генов, которых, ещё раз напоминаю, в 100 раз больше, чем наш геном, наблюдаются значительные отличия.

Карина Сарсенова

– Валерий Николаевич, в чём суть этих отличий? В питании, в социальной среде человека?

Валерий Даниленко

– Суть этих отличий изучает наука, которая сейчас находится в стадии бурного развития, и мы можем говорить о том, что знаем на сегодняшний день, предполагая, что может быть завтра. Отличия складываются по нескольким параметрам. Первое – это наш генотип. Второе – это наше питание. Третье – это наш культурный образ жизни, санитарный и так далее. И четвёртое – это социальные условия, социальные стрессы, в которых мы находимся. И ключевым, важнейшим моментом является применение антибиотиков, которое сказывается на отборе тех или иных штаммов бактерий.

Карина Сарсенова

– Это негативное влияние?

Валерий Даниленко

– Это негативное влияние, да. Но в прошлом году мы опубликовали работу в известном европейском журнале «Микробная экология», где при изучении и сравнении генов у одного из классических пробиотических бактерий переходим к пробиотикам постепенно, это bifidobacterium longum, выделенные из российского человека. Мы первоначально обнаружили более 35 генов, которые потом показали присутствие только в популяции людей, живущих в центральном регионе России. Таких генов нет ни в Европе, ни в Японии, ни в Америке, но там есть свои. И, как мы предполагаем, эти гены были сформированы благодаря этнокультурным особенностям данной популяции: питание, условия жизни и так далее. Недавно мы провели аналогичную сравнительную работу по изучению бифидобактерий lactobacillus, пробиотически выделенных из жителей Казахстана, из казахов конкретно, и сравнили их с выделенными из россиян, и тоже нашли определённые отличия, связанные с условиями питания, условиями жизни.

Карина Сарсенова

– Вы говорили, что вес бактерий, общий вес, которые живут в желудочно-кишечном тракте, может составлять от одного до трёх килограммов. Валерий Николаевич, какие туда входят бактерии? Они все полезные или есть условно-патогенные? И почему все эти бактерии желудочно-кишечного тракта называют вторым головным мозгом человека?

Валерий Даниленко

– Основным представителем является bacteroides, так называемая mikutas, их больше всего, они составляют практически 90 % всей массы. Но наиболее исследованными и наиболее полезными и признанными на сегодняшний день являются бифидобактерии и лактобациллы, которые мы знаем, которые видим по телевизору постоянно, о которых нам говорят: «Принимайте йогурт, он содержит бифидо, вот лакто, и на 70 % ваш иммунитет поддерживается этим». Это в значительной степени так. Пробиотических бактерий, бифидобактерий около сотни видов. И лактобацилл существует сотни видов. Это те основные, о которых чётко известно, что они полезны для нашего здоровья.

Карина Сарсенова

– Какую функцию они осуществляют?

Валерий Даниленко

– Они продуцируют витамины, в частности, группы В, практически все. Они продуцируют незаменимые аминокислоты, осуществляют участие в деградации, разрушении клетчатки, полисахаридов, которые мы поглощаем с овощами, с растительной пищей. Без бифидобактерий этот процесс в нашем организме был бы неосуществим, у нас нет таких ферментов, они продуцируют ферменты гидролиза белков. У популяции людей, которые живут и питаются в основном растительной пищей, обитает один вид бактерий. Те, кто питается животно-белковый пищей, имеют совершенно другой вид бактерий.

Теперь поговорим об их функциях. Неожиданных функциях, которые открылись, когда начали исследовать влияние определённых бифидобактерий и лактобацилл на поведение, на животных, в первую очередь, на грызунах, и на людях, добровольцах, выяснилось, что некоторые из штаммов в данном случае обладают способностью повышать когнитивное свойство, то есть обучаемость, могут влиять на снятие стресса. У нас в стрессовых ситуациях вырабатывается кортизол, происходит значительное повышение норадреналина и в крови, и в желудочно-кишечном тракте. Бактерии его нормализуют, и самое интересное, они способны продуцировать нейрогормоны, например, серотонин – гормон удовольствия, допамин, холины, гамма-аминомасляную кислоту. Оказалось, кроме того, что сам человек их способен синтезировать и производить для регуляции координации, взаимодействия различных органов в организме, этим обладают и бактерии. Это установлено для бифидо- и лактобактерий, пробиотиков, которые важны для здоровья человека. Их назвали психобиотики, потому что их можно использовать в качестве препаратов для снятия депрессивного состояния, состояния тревожности. Это состояние в той или иной степени сопровождает и людей, болеющих диабетом II типа, людей с синдромом раздражённого кишечника и так далее. И сейчас популярен вопрос, который Вы, Карина Рашитовна, задали вторым, о том, что бактерии кишечно-желудочного тракта – это второй мозг человека, более древний мозг, который управляет нашим поведением, способностью усваивать новые знания у детей. Помимо этого, он, этот мозг, управляет и другими взаимодействиями с различными системами человека и органами.

Карина Сарсенова

– Валерий Николаевич, получается, что дисбактериоз, нарушение баланса между бактериями, населяющими кишечник человека, – это очень опасная вещь? Я сама безумно удивилась, когда узнала, что дисбактериоз связан с аутизмом у детей. Так это или нет?

Валерий Даниленко

– Да, именно так.

Карина Сарсенова

– Каким образом?

Валерий Даниленко

– Это болезнь, механизм и причина которой не ясны до сегодняшнего дня. И некое понимание, чем это может быть обусловлено и как можно лечить больного, приносит изучение связи нашей микробиоты, микробиоты ребёнка и развития этого заболевания. Если рассматривать в более широком плане, дисбактериоз – проблема значительной части людей, и с этим связаны различные факторы. Я к этому ещё вернусь. Но чётко установлено, что при аутизме нарушается дисбаланс микробиоты, исчезают определённые бактерии, которые там жили, появляются бактерии другие, которые начинают синтезировать иные вещества. И это сказывается на психологическом и психическом поведении ребёнка, приводит к его замкнутости в соответствующих процессах.

Карина Сарсенова

– А предпринимались какие-то попытки лечить больных детей с помощью персональной медицины через подселение тех бактерий, которых не хватает у ребёнка?

Валерий Даниленко

– Идеи обсуждаются, но пока они находятся на стадии экспериментов на лабораторных животных. Необходимо выяснить, какие в данном случае не только бактерии, но и какие композиции генов исчезают, а какие новые композиции вредных генов появляются. Можно потом вводить бактерии, которые снимут эту проблему. Я упомянул о нейромодулирующих веществах, о нейромодулирующих генах, которые есть у большинства, у многих бактерий, населяющих и кишечный тракт, и другие полости человека. И изучение распределения композиции этих генов-нейромодуляторов у бактерий здоровых людей и у людей с аутизмом даёт подходы к пониманию, какие не просто виды бактерий, но бактерии, несущие какие гены, нужно внести для компенсации. Технология введения – через пробиотики. Мы уже сегодня их обсуждали. Что такое пробиотики как биологически активная добавка, мы все знаем. А теперь речь идёт о фармабиотиках. Это новый этап развития пробиотиков, когда они должны стать фармпрепаратами, способными излечивать различные заболевания. В данном случае нужно создать определённые фармабиотики композиций различных лактобифидобактерий, может быть, и других бактерий, несущих определённые комбинации генов-нейромодуляторов. А второе – это трансплантация. Сейчас то, что внедряется в медицинскую практику, требует длительных клинических исследований, пока всё это на стадии внедрения. Трансплантация – это когда у здорового человека или человека с повышенными стрессоустойчивыми показателями берутся образцы его фекалий, нужным образом подготавливаются и переносятся больному человеку. Сейчас проводятся трансплантации в Соединённых Штатах и Европе, в редких случаях – в России, когда есть инфекционное заболевание, а человек находится в тяжелейшем состоянии и его нужно спасать. Это целая технология. Мы все знаем, чтобы внедрить лекарство в производство, нужен десяток лет, миллиарды долларов и наличие всех клинических исследований. В данном случае это лекарства, которые миллионы людей ждут. А трансплантация – это один препарат, нужен другой – берёшь другой. И на это не хватит ни денег, ни времени. Это другая проблема. И проблема здравоохранения, и проблема этическая в том числе.