Цитаты из книги «Тень», страница 4

Наверное, надо было развестись. Почему мы в мгновение ока отдергиваем от огня руку, а душу оставляем медленно чахнуть и умирать? Думая так, она порой была готова пойти на крайние меры. И тут же говорила себе: разводиться нельзя. Не принято. Но были и другие причины, повесомее этой. Она растеряла друзей, контакты с родителями и сестрами-братьями были прерваны — куда идти? А так у нее, по крайней мере, есть статус жены Акселя Рагнерфельдта.

Все было принесено в жертву приличиям.

Молодые думают, что у жизни есть цель. Он и сам так считал. Особенно крепко и слепо он верил в это, когда, несмотря на убийственное родительское разочарование, начал писать книгу. Если он станет писателем — тогда… Тогда он победит. И он написал книгу. И стал писателем. И убедился, что жизнь — это вечное путешествие. Достигнутая цель всегда превращается в отправную точку. Дойти до цели невозможно. Можно только до конца. И когда ты наконец его достиг, то понимаешь, что уже слишком поздно.

Непрошеные воспоминания порой обрушивались на нее, хоть и не так часто, как прежде. Тирания старости. Неповоротливое настоящее приводило в движение прошлое.

Выбор есть всегда, Аксель, все упирается в приоритеты.

Его поступок уникален, хотя он совершил лишь одно – он сделал то, что большинство из нас считает правильным.

Считалось, что, если проблемы не обсуждать, они решатся сами собой.

Все проходит быстро, быстро, быстро, все подчиняется сиюминутному капризу.

Богатые, бедные, добрые, злые, некрасивые, красивые, умные и глупые. Всех ждет одна и та же участь. Как ни старайся, убежать невозможно.

Вдвоем, как всегда. Присутствие одного – необходимое условие существования другого. И все зло мира им не страшно.

Ему нравилось бесцельно бродить по кладбищу. Эти прогулки действовали на него умиротворяюще, он даже темноты не страшился. Чего бояться там, где живет смерть? Здесь царит покой, по сравнению с которым все становится мелким и преодолимым. Возможно, у него вообще не было страха смерти. Иногда он даже завидовал тем, кто сделал свое дело и теперь отдыхает. Нет, он не хотел умереть, но и жить не особенно хотел. Он завидовал мертвым, потому что им больше не нужно бороться.