Читать книгу: «Сквозь сон…»

© Иван Владимирович Олейник, 2026

© Эльза Анатольевна Олейник, 2026

ISBN 978-5-0069-1553-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Уважаемые читатели, многие из вас не понаслышке знают об имеющейся «холодной войне» между поколениями. Как этой войны можно избежать и насколько она «кровопролитна» безусловно, решает каждый по-своему, тут не может быть единого мнения и шаблонов. Однако каждый человек знает, что человечество ежедневно активно в чем-то прогрессирует, а в чем-то регрессирует, и каждый такой скачок знаний и событий впитывается в неокрепшие умы подрастающего поколения, но уже практически не воспринимаются их родителями, бабушками и дедушками, полностью поглощенными бытовыми, повседневными проблемами. Результатом этого может являться недопонимание между поколениями и слепое принятие взрослыми людьми действующих молодежных стандартов за норму, как с этической, так и с моральной точки зрения, хотя они могут и не являться таковыми. При этом главенствующими на сегодняшний день так называемыми нормами современного общества выступает телерадиовещание, которое жонглируя вседозволенностью и свободой слова зачастую пренебрегает этическими нормами. К сожалению, подростковый мозг все это может воспринимать как должное, как правильное и как призыв к действиям. Ведь если в молодежном окружении все о чем-то говорят, это существует и доступно всем и каждому, то верно так и должно быть? Может быть это и есть та самая модель поведения, которую нужно пропустить через свое сознание и подражать ей? А то, что это запрещено законом на государственном уровне и порицается в нормальном обществе, так это не слишком весомый аргумент для подросткового бунтарства. Логика в этом разумеется детская и наивная, прямо отрицаемая взрослыми людьми, но все же «король-то голый» и формирующееся детское восприятие действительности все же зависит от сильных мира сего – их родителей! Именно поэтому необходимо регулярно общаться со своими детьми, интересоваться чем они и их друзья сейчас увлекаются, какие у них общие интересы и прочее. Необходимо выявлять то, что не входит в нормы нормального морально и этически здорового государства и общества, формируя при этом верный вектор направления мышления ребенка, разъясняя его ошибки, не скупясь на возможное развитие событий и предполагаемые последствия.

Книга, которую вы держите в своих руках, не посвящена детской психологии, либо взаимоотношению родителей со своими детьми, как это могло бы показаться с моих первых строк. Да, но отчасти. Она посвящена необходимости уважения старшего поколения подростками. В наше время уступить место в транспорте пожилому человеку уже считается не хорошим поступком, а не знанием своих прав, равно как и помочь немощному донести тяжелые сумки до квартиры считается неуважением к самому себе, потому что свое время ценится дороже чужого. Все внимание направлено на прославление и процветание самих себя, что является пагубным для единого общества из-за отсутствия коллективизма и внимания друг к другу. То, за что раньше давали звездочки на классных часах, отдавали «салют» при всей школе на линейках, награждали городскими и всесоюзными грамотами и благодарностями в нынешнее время не в почете и в большинстве случаев считается преступлением дворо́вых законов. Кто-то скажет, что это какая-то пропаганда свергнутого в 1991 году коммунистического строя, но он ошибется. Речь не про необходимость жить по Советским законам, формировать при школах пионерские ряды и вступать в них, роптать при рассказе политических анекдотов, и прочему, а про практически утраченное нынешней молодежью чувство уважения к старшему поколению, используемое лишь изредка, да и то не без угоды самим себе.

В какой-то момент дворо́вые законы стали для большинства молодежи сильнее семейных. Общество диктует свои правила поведения, но скрывая свои планируемые действия от самых близких людей – семьи, вероятно уже имевших разнообразный опыт во многих направлениях жизнедеятельности и отношениях, молодежь обрекает себя наступить на грабли, о которые уже спотыкались их родные. Страх не принятия их стремлений родственниками сильнее страха совершить ошибку, возможно порой стоящей им жизни и здоровья, или до конца жизни запятнанной репутации. При этом молодежь не всегда понимает, что ей, что-то запретить крайне сложно и наверное бессмысленно. Практически всегда беседы «о жизни» заканчивается разъяснениями и рассуждениями, после которых собеседники сами принимают решения о своих дельнейших действиях. Молодежи необходимо самостоятельно принимать все свои решения, при этом осознавая все сценарии развития события, чтобы самим выбирать в каком жанре они будут снимать свою киноленту жизни. В противном случае это может быть короткометражное кино снятое «на бегу», не удостоенное никакого признания общественности, за абсурдный сценарий и похороненное в подпольных архивах без доступа к просмотру потомками. Но увы! Дворо́вые законы прозорливы и предупредительны к беседам с взрослыми, указывая на зазорность этого поступка, как на неспособность принятия собственных решений, и это при недостаточной осведомленности в вариации развития события, подталкивая к свершению не осмысленных действий, восполняя безграмотность восхвалением самих себя и требуя показательного тщеславия.

А разве уважение к старшим требует какого-то прославления? Разве это не то, что должно быть у нормального человека «в крови»? В какой исторический период надменность и тщеславие поглотили элементарное уважение к старшему поколению? Еще один из величайших ораторов до н. э. Марк Цицерон писал «O tempora, o mores!», что в переводе с латинского – «О времена, о нравы!». Прошло два тысячелетия с увековечивания этой крылатой фразы в веках, но актуальности она не потеряла, вероятно, не потеряет и впредь.

События, разворачивающиеся в книге, никогда не происходили, но я все же не могу полностью исключить вероятность на схожесть описанного в книге с какой-нибудь действительной историей, о которой мне неизвестно. Если кто-то узнал в главных героях себя, то это не более чем обыкновенное совпадение.

Вступление

Ноябрь 1941 года. Блокадный Ленинград.

Осажденный город еще не успел познать всех уготованных ему судьбой немыслимых лишений и трагедий. Жители города еще улыбались друг другу при встрече на улице, а стоя в нескончаемых очередях за раздачей продовольствия отпускали шутки и вели неспешные беседы, строя планы на будущее, или обсуждая какого-то зарвавшегося очередной выходкой соседа-баламута, почему-то не ушедшего на фронт и оставшегося в городе. Виду наличия, во многих квартирах, кое-каких продовольственных запасов и отлаженной системы выдачи продуктов по карточкам, горожане еще не были охвачены голодом. Город жил практически полноценной жизнью, насколько это возможно в военное время.

В то воскресное утро на всех улицах города стоял густой дым от многочисленных пожаров, густо летала шрапнель и обломки зданий от нескончаемых взрывов вражеских снарядов. Велся крупномасштабный артиллерийский обстрел Ленинграда. Еще с середины ночи все жители города, по сигналу воздушной тревоги, укрылись в подземных бункерах бомбоубежищ. Однако, вопреки своим слепым убеждениям, самолеты с крестами на крыльях не сумели пролететь мимо советских зенитчиков и на подлете к городу, потеряв четыре тяжелых бомбардировщика, были вынуждены развернуться и покинуть осажденный город. Спустя полчаса на город обрушился град снарядов наземных орудий противника. В эти сутки захватчики как будто сошли с ума, обстреливая пустые улицы с особой плотностью огня, и в каждом взрыве снаряда чувствовалась фашистская ненависть к стойкости советских граждан и озлобленность за сбитые самолеты.

Ближе к вечеру звук воздушных сирен смолк, двое военных открыли тяжелые двери бомбоубежищ, и практически бескрайние подземные помещения наполнились запахом гари и пороха с улиц обстрелянного города. Выходя на улицы блокадного города и щурясь от солнечных лучей, пробивавшихся сквозь дымку пожаров, горожане увидели насколько был жесток их заклятый враг. В большинстве окон домов были разбиты стекла, взрывами вырваны оконные рамы и парадные двери. Тротуары и мостовые были покрыты сотнями воронок от упавших снарядов. Тела мирных жителей, не успевших в бомбоубежище и заставших артиллерийские снаряды в поисках других убежищ, лежали везде, куда не посмотри.

В послевоенные годы весь СССР облетали статьи от жителей блокадного Ленинграда с историями и словами благодарностей к бравым солдатам советской армии, снимались фильмы, отдавались воинские почести, и самые самоотверженные герои Млечного пути награждались небесными звездами доблести и славы. Но не ради получения наград советские солдаты помогали жителям Ленинграда. У каждого из солдат были свои идеалы, свои истории жизни, свои семьи. В то тяжелое время все были объединены двумя целями – сломить врага и спасти как можно больше жизней мирных жителей и своих товарищей. Если с первым можно было справиться, только сплотившись всем вместе, то со вторым каждый человек ежедневно мог почувствовать себя героем, хоть и не признанным в веках. Хотя, что такое век по меркам солдата? Перебежка на минном поле от воронки до воронки – день жизни! Проползти на передовой от одного окопа до второго – год жизни! Пройти от одного освобожденного города до другого – жизнь! И таких жизней у многих бойцов было прожито за годы войны немало.

Вместе с умолкшей сиреной воздушной тревоги в госпитали Ленинграда отовсюду начали свозиться раненные советские солдаты, получившие ранения при обороне города. Военных врачей и санитарных сестер при госпиталях было очень мало и не хватало на всех, но жители города не остались безучастны к всеобщему горю и старались посильно помогать в меру своих возможностей. В помощи госпиталям так же зачастую можно было увидеть и подростков, старающихся быть полезными, и потому сновавшими маленькими воробушками, между носилками и просто лежащими на земле ранеными бойцами, подносящими воду и помогая изо всех сил по первой просьбе. Самые маленькие дети, тоже не желали остаться безучастными, променяв детские забавы, игрушки, машинки и куклы на оказываемую помощь и просто сидя на табуретах возле коек раненых солдат читали, наизусть зазубренные в школе, стихотворения. Слушатели крепко обнимали и искренне благодарили детей. Благодарили за возможность, закрыв глаза, хоть на секундочку, но забыть о войне и мысленно окунуться в мирное время, переместиться к своей семье, к детям, представить, что это их дети читают им эти знакомые со школьных парт стихотворения бессмертных авторов. О, как же всем хотелось мира и спокойствия! Всем жителям советского союза хотелось бы оказаться в кругу своей семьи, быть рядом, но суровая действительность нещадно внесла свои правки в их желания, и теперь от каждого из них зависело, как скоро эти мечты могут быть исполнены.