Цитаты из книги «Сделка», страница 20

Он: Ты точно не хочешь вернуться сюда? Потренировать наши языки? Я: Фи. Ни за что. Он: Угу. ЗЫ – проверь почту. Я отправил тебе зазипованную музыку. Настоящую музыку. Я: И она прямиком отправится в корзину. Я улыбаюсь, отправляя это сообщение, и в этот момент в комнату входит Элли – как у нее получается так подгадывать? – Кому пишешь? – Она пьет свой любимый сок, эту мерзость, и соломинка выпадает из ее рта, когда она ахает: – Вот это да! Джастину? – Не-а, всего лишь Грэхему. Он опять достал меня до самого не могу. – А что, вы теперь друзья? – поддразнивает меня Элли. Я ошарашенно замираю. У меня на языке вертится категорическое «нет», но я чувствую, что это неправильный ответ, вспоминая, как мы провели последние два часа, как я разоткровенничалась

– О боже, это уже не смешно! Гаррет выглядит испуганно. – А в чем дело? – Ты принимаешь гормон роста? – Я быстро вытаскиваю руку и тут же начинаю нервничать. – Такое огромное чудище просто не поместится во мне! Гаррет вдруг утыкается головой в согнутый локоть, и по его телу проходит дрожь. Сначала я решаю, что он взбешен. Или, возможно, плачет. Проходит несколько секунд, прежде чем я соображаю: он смеется. Нет, неправильно – он бьется в истерическом хохоте. От этого хохота вибрирует даже кровать

подмывает врезать по чему-нибудь. Суть в том, что я всю жизнь работал над собой, стараясь контролировать свой характер. Пока я взрослел, моей постоянной эмоцией был гнев, но, к счастью, я нашел для него здоровый выход – хоккей, спорт, позволяющий мне набрасы

Боюсь? – рычу я. – Я ничего не боюсь, придурок. Я просто не хочу.

бодрствовать, чтобы он успел увидеть радость на моем лице. Ее смех щекочет мое ухо. – Черт. А он здорово достал тебя, да? Хочешь поговорить об этом за ужином? – Не смогу. Я сегодня встречаюсь с Грэхемом. – Еще одна договоренность, которую у меня нет желания выполнять. Моя мечта – принять душ и улечься перед телевизором, но я знаю Гаррета, он станет преследовать меня и орать, если я осмелюсь отменить нашу встречу. – До сих пор не могу поверить, что ты согласилась на эти занятия, – тянет Элли. – Наверное, он умеет убеждать. – Типа того, – соглашаюсь я. Я не рассказывала Элли о нашей сделке с Гарретом главным образом потому, что хочу оттянуть тот момент, когда она узнает о моей одержимости Джастином и начнет меня поддразнивать. Знаю, я не смогу вечно скрывать от

завершению. Я прибегаю к чрезвычайным мерам

Действительно, она – не другие. Потому что с другими мне не так интересно, как с ней. Кстати, вдруг спрашиваю я себя, а как я раньше шел по жизни без саркастических подколок Ханны Уэллс и ее недовольного ворчания?

Не думай, будто ты не оправдала его ожиданий, – его ожидания просто невозможно оправдать

Его глаза остаются зарытыми до последнего аккорда, и я решаю, что он заснул. Я откладываю гитару. Глаза Гаррета распахиваются прежде, чем я успеваю встать с кровати. – Ой, ты не спишь, – вздрагиваю я. – Я думала, ты заснул. Он садится, и в его голосе слышится неподдельный восторг: – Где ты научилась так петь? Я в замешательстве пожимаю плечами. В отличие от Кэсса, я не умею петь себе дифирамбы. – Не знаю. Это то, что я умела всегда. – Ты училась? – Я мотаю головой. – То есть ты однажды открыла рот и запела вот так? Я смеюсь. – Ты говоришь, как мои родители. Папа и мама часто шутили, что в роддоме произошла путаница и им выдали чужого ребенка. У меня

испачкать машину Трейси и платить за химчистку. Из-за нервотрепки я плохо помню, как прошли пять часов моей смены. И один час репетиции с Кэссом. И как я перебралась из одного места в другое. С самого утра, с того момента, когда я покинула спальню Гаррета, я двигалась на автопилоте, и все мои мысли были сосредоточены на том, что будет вечером. Я уже говорила, что нервничаю?