Цитаты из книги «Сделка», страница 15

несправедливо. И я, конечно, злюсь.

мазохист, потому что отвечаю: – Нет.

самый период, от которого меня трясет. Победа или проигрыш, отец все равно будет ждать на парковке недалеко от нашего автобуса. Я выхожу из спорткомплекса. На плече болтается спортивная сумка с формой, волосы еще влажные. Кто бы сомневался: старик на месте, стоит у припаркованных машин. Его пуховик застегнут до самого верха, козырек закрывает глаза. Логан и Берди идут по обе стороны от меня и обсуждают нашу победу. Берди резко тормозит, когда замечает

Только через пятнадцать минут, проходя в свою комнату, я обнаруживаю, что мои подозрения были не беспочвенны. У меня от ярости аж сводит скулы, когда я получаю сообщение от Гаррета. Он: Признание: когда ты была в WC, я стер с твоего iPod весь 1 Direction. Не стоит благодарности. Я: ЧТО??? Я тебя люблю! Он: Сильно? Тут я соображаю, что произошло, и холодею от ужаса. Я: Я убью тебя! Я имела в виду УБЬЮ! Чертова автозамена. Он: Нуууууда, теперь будем винить автозамену. Я: Чтоб ее. Он: Кажется, кто-то меня так любит, что хочет поцеловать… Я: Спокойной

– Хочешь поздороваться? – тихо спрашивает он. Я слышу надежду в его голосе. Мои товарищи не понимают, почему я не кричу на каждом углу о том, что мой отец – тот самый Фил Грэхем. Они считают его богом, а то, что я был зачат им, автоматически превращает меня, как мне кажется, в полубога. Когда я поступил в Брайар, они донимали меня, требуя, чтобы я взял у него автограф, но я наплел им всякую чушь, типа, что мой отец свирепо оберегает свою частную жизнь, и, к счастью, приятели отстали от меня.

нее правду – у нее наверняка возникнут вопросы, когда выяснится, что я иду на вечеринку с Гарретом. Но к этому времени я успею придумать хороший предлог. Есть вещи, в которых стыдно признаваться даже ближайшей подруге. – Сколько он тебе платит? – с любопытством спрашивает она. Я, как дура, называю первую попавшуюся сумму. – Э, шестьдесят. – Шестьдесят долларов в час?! Мать честная. Безумие какое-то. Тебе стоит пригласить меня в ресторан и угостить хорошим стейком, когда вы закончите. Угостить стейком? Черт. Да такой стейк стоит моего заработка за три смены! Вот доказательство того, что врать плохо. Вранье всегда возвращается, чтобы укусить вас

На следующий вечер Элли звонит в тот момент, когда я вылетаю из музыкального корпуса после очередной катастрофической репетиции с Кэссом. – Ого, – говорит она, когда слышит мой тон. – Что это с тобой? – Кэссиди Донован, – сердито отвечаю я. – Репетиция была кошмарной. – Он опять пытается украсть у тебя все хорошие ноты? – Хуже. – Я слишком взбешена, чтобы пересказывать случившееся, я и не пересказываю. – Эл, мне дико хочется подкрасться к нему, когда он будет спать, и придушить подушкой. Нет, мне хочется прикончить его, когда он будет

судорогах. От этого мой оргазм еще острее, я даже

его зовут?.. – Кэсс. – Может, Кэсс и прав, а ты просто слишком упряма, чтобы увидеть это. – Поверь мне, он ошибается. – Замечательно, только позволь судить мне. Спой оба варианта – тот, который сейчас, и тот, на котором настаивает Кэсс, – и я выскажу тебе свое мнение. Ты же играешь, да? Я непонимающе хмурюсь. – Что играю? Гаррет закатывает глаза. – На инструментах. – А, да, играю. На пианино и гитаре. А что? – Сейчас приду. Он выбегает из комнаты. Я слышу его шаги в коридоре, потом скрипит какая-то дверь. Он возвращается с акустической гитарой в руке. – Такера, – поясняет он. – Он не обидится, если ты поиграешь на ней.

? Бежит прочь, словно я попросил ее убить кошку, чтобы принести жертву сатане.