Цитаты из книги «Калигула», страница 31
...последовательное прохождение моментов настоящего перед взором неустанно сознательной души.
...эта «тошнота», как говорит один современный автор...
Подобно мыслителю, художник вовлекается в свою работу и в ней становиться самим собой.
Он стоит на коленях перед пустотой, с руками, протянутыми к молчащим небесам, за которыми, как это ему известно, ничего нет.
Весь груз прошлого и будущего повсюду с нами. С нами те, кого мы убили. Но с нами и те, кого мы любили, кого не любили и кто любил нас, раскаяние, желания, горечь и нежность, шлюхи и вся шайка богов.
В настоящей страсти обязательно должна быть капля жестокости. А в любви - чуточку насилия.
Они говорят, чтобы не слышать себя. Если бы они себя слышали, то поняли бы, какие они ничтожества, и замолчали.
Погрузиться в столь бездонную уверенность, почувствовать себя с этого момента в достаточной мере посторонним собственной жизни, чтобы укрупнить её очертания и окинуть беглым взглядом, не страдающим близорукостью влюблённого, - тут проявляет себя принцип освобождения.
Истины нет, есть только истины. У каждой вещи своя истина, будь то вечерний ветерок или чья-то рука на моём плече. Сознание и высвечивает эту истину, направив на неё внимание. Сознание не образует предмет познание, оно лишь на чём-нибудь сосредотачивается, само есть акт внимания.
Но, как и самоубийство, Бог у каждого человека свой. Есть множество способов прыгать, важен сам прыжок.
