Цитаты из книги «Калигула», страница 30

Разве вы никогда не испытывали внезапную потребность в сочувствии, в помощи, в дружбе. Да, несомненно. Но я уже привык довольствоваться сочувствием. Его найти легче, и оно ни к чему не обязывает.

Для иных людей важнейшая задача — укрыться от нападок, а для других — поладить с нападающими.

Как же не назвать раем бездумное существование, дорогой мой?

Мне хотелось попытаться объяснить ему искренне, почти что дружески, что я никогда ни в чем не раскаивался по-настоящему. Меня всегда поглощало лишь то, что должно было случиться сегодня или завтра.

Мне хотелось удержать его, объяснить, что я рад был бы внушить ему симпатию к себе – не для того, чтобы он лучше защищал меня на суде, но, если можно так сказать, из естественного человеческого чувства.

В богадельне она первое время часто плакала. Привыкла к дому. А через несколько месяцев стала бы плакать, если б ее взяли из богадельни. Все дело в привычке.

Перед самой смертью мама, должно быть, почувствовала себя

освобожденной, готовой все пережить заново. Никто, никто не имел

права ее оплакивать. Вот и я - я тоже готов все пережить заново.

Как будто неистовый порыв гнева очистил меня от боли, избавил от

надежды, и перед этой ночью, полной загадочных знаков и звезд, я

boepb{e раскрываюсь навстречу тихому равнодушию мира. Он так на

меня похож, он мне как брат, и от этого я чувствую - я был

счастлив, я счастлив и сейчас. Чтобы все завершилось, чтобы не

было мне так одиноко, остается только пожелать, чтобы в день моей

казни собралось побольше зрителей - и пусть они встретят меня

криками ненависти.

И тут я увидел вереницу лиц напротив. Все они