Татьяна Бушуева

Отвлекшись ранее, она не заметила еще одну особенность гигантского кораллового дерева. Песок вокруг него выглядел лишенным всякой жизни. В нескольких метрах от изумрудно-зеленого гиганта не росли никакие другие кораллы. Ни одна рыба не проплыла вокруг. Ни один краб не юркнул под его ветви. Она вновь представила себе полипы, выбрасывающие щупальца.

он действительно приезжал к матери в Банбери и перед отъездом давал ей вечерние лекарства

основе всех плохих вещей, которые когда-либо случались, лежит людская слабость.

Жизнь начинается там, где заканчивается ваша зона комфорта. Это было вышито на подушке в витрине магазина.

– Перемирие, – предложил он. – Угу, – ответил я. – Мы можем продолжить убивать друг друга после того, как справимся с крокодилом. – Договорились. А теперь, может, ты отвяжешь мою руку от головы? Я чувствую себя единорогом.

Чтение – не групповой вид деятельности. Тут вам не кино и не концерт, где собираются сотни людей. Нет, на этом конце спектра царит одиночество.

Мы несколько лет стояли в Сирии, – доверительно поведал мне писарь. – Там вообще некого трахать, разве что коров. Как ты думаешь, в Дакии найдутся смазливые бабенки? – Смазливые-то найдутся, – ответил я. – Вот только