Цитаты из аудиокниги «Золотой теленок», страница 5

Наконец-то мой патрон Полыхаев отправляет меня на производство. Но вот что меня поражает, дорогая Тили, – в концерне „Геркулес“ это называется загнать в бутылку (sagnat w butilku!). Мой новый друг Бомзе сообщил, что на производство меня посылают в виде наказания.

что проживет и без конвенции. Зато при разделе

– Скажите, вы не сын Фомы Берлаги? – Сын, – ответил бухгалтер и, спохватившись, сейчас же завопил: – Отдайте несчастному вице-королю его верного слона! – Посмотрите на меня, – пригласил человек-дворняга. – Неужели вы меня не узнаете? – Михаил Александрович! – воскликнул прозревший бухгалтер. – Вот встреча! И вице-король сердечно расцеловался с человеком-собакой. При этом они с размаху

Когда они повернули на улицу Меринга

держа в одной руке знамя с надписью: «Перестроим быт текстильщиков» и перекинув через плечо палку, на конце которой болтаются резервные сандалии «Дядя Ваня» и жестяной чайник без крышки. Это советский пешеход-физкультурник, который вышел из Владивостока юношей и на склоне лет у самых ворот Москвы будет задавлен тяжелым автокаром, номер которого так и не успеют заметить.

– Студент, идите назад, в Арбатов, – сухо сказал Остап, – там вас с нетерпением ожидают хозяева гуся. А нам грубиянов не надо. Мы сами грубияны. Едем.

Автомобиль, товарищи, не роскошь, а средство передвижения. Железный конь идет на смену крестьянской лошадке. Наладим серийное производство советских автомашин. Ударим автопробегом по бездорожью и разгильдяйству.

Но раз вы так со мной жестокосердны, уйду я прочь и прокляну притом.

. Когда-то он был метрдотелем в Москве у известного Мартьяныча и теперь доживал свои дни заведующим нарпитовской столовой у Куриного базара

Из мировых очагов культуры  он, кроме Москвы, знал только Киев, Мелитополь и Жмеринку