Единственный глаз васюкинского шахматиста раскрылся до пределов, дозволенных природой

руку на самое дно сундучка и вытащил старый, обтерханный женин капор. Зажмурившись

чепце интенсивно абрикосового цвета,

– Куда ж твой барин уехал? – А кто его знает! Люди говорили, в Париж уехал. – А!.. Белой акации, цветы эмиграции… Он, значит, эмигрант? – Сам ты эмигрант… В Париж, люди говорят, уехал. А дом под старух забрали… Их хоть каждый день поздравляй – гривенника не получишь!.. Эх! Барин был!..

Парикмахер «Пьер и Константин», охотно отзывавшийся, впрочем, на имя «Андрей Иванович», и тут не упустил случая выказать свои познания в медицинской области, почерпнутые им из московского журнала «Огонек».

Если бы Остап узнал, что играет такие мудреные партии и сталкивается с такой испытанной защитой, он крайне бы удивился.