Во власти Грейхарта

– Но рано или поздно захочешь рассказать. – Он поймал рукой мою ногу и, сняв туфельку, нежно провёл пальцами по стопе. По телу побежали мурашки. Почувствовав, как загорелись щёки, я задёргалась, пытаясь освободиться.

После той злополучной ночи, где меня чуть не грохнули, я с какой-то невероятной одержимостью продолжал следить за девчонкой: Оливией Старглейд. Одно её слово могло похоронить меня, как политика, да и как свободного человека. Я достаточно запугал её, чтобы она не проболталась

– Что вы?.. – почти взвизгнула она, но я закрыл ей рот рукой, второй запер нас. Теперь мы некоторое время стояли молча и рассматривали друг друга. Оливия – с ужасом, а я – с интересом.

красивые снимки, как она подносит платок к глазам. Но я, маленький мальчик, отчаянно нуждающийся в правильных словах – был просто отодвинут на задний план. Родительская дрессировка заключалась в том, чтобы не терять лицо. И когда я стал подростком, то начал бунтовать. Записался в армию и провёл там год, там и научился стрелять. После обколол

Мы стояли достаточно близко, чтобы я почувствовал аромат кокоса от её волос. – Отмени помолвку! – начал я с ходу. Она быстро мотнула головой. – Н-е-е-ет? Хочешь со мной поиграть?