Комментарии, 149 отзывов

Книга-медитация. Но не в том смысле, что такую книгу, как эта, будешь листать для отдыха после тяжелого рабочего или учебного дня. Нет, ей нужно внимание, полное сосредоточение. Знаете ли вы, что медитация - это не умное название дневного сна, как многие могли подумать. Напротив, нужно находиться в полном бодровствании, и если во время нее не чувствуешь чего-то неприятного, негативного (это выход накопившихся плохих эмоций), значит медитация не удалась. Я не говорю, что это я медитировала читая, а значит испытывала негатив по отношению к роману. Нет, это герои романа по очереди медитируют. Не мысли, не размышления, а какие-то их образы, оставшиеся от них обрывки, осколки и отражения, но по очереди, от каждого. Жизнь течет, проходит, пролетает сквозь человека, как какие-то волшебные лучи, как свет того маяка, оставляя лишь небольшой осадок на находящихся в перманентной нирване людях. Мне очень понравился этот стиль, прием, когда не действия двигают сюжет, а мысли. От этого в общем-то простые житейские истины, о которых пишет Вульф, становятся как-то глубже, сложнее и даже трагичнее. А какой язык, какой язык! Он не просто красив: читая его, то летишь-плывешь, промахивая страницу за страницей, то скачешь как по кочкам, с трудом пробираясь вперед. И от этого он еще лучше. А еще кажется просто невероятным то, что писательнице удалось создать ни одного не то что просто отрицательного, хотя бы просто неприятного персонажа, такого нет. На каждую не самую хорошую черту у любого героя найдется обязательно какая-нибудь привлекательная.

Удивительная, воздушная книга, никогда не читала ничего подобного.

Конечно, доподлинного удовольствия от этого коротенького в общем романа получить сложно. Если хотите забыться, отдохнуть от тревоги и печали, то уж лучше почитайте что-то из современного или погрузитесь в "шедевры" популярной культуры. Благо, современная литература на Вулф совсем не похожа. Всё предельно просто, никакого вам потока сознания, что умер вместе с Вулф. Это поистине новаторский стиль, вызывающий восхищение. С помощью него можно раскрыть такие глубины человеческой натуры , какие вообще никак по-другому не раскрываются. На "аклиматизацию" требуется пара-тройка страниц, а уж когда полностью попадаешь в ритм книги, то даже можно получить удовольствие, страницы листаются на удивление быстро. Но главное то, что слог потрясающе красивый и обволакивающий. Местами отрывистый и непонятный, что не делает книгу менее психологически точной и потрясающей. Но " На маяк" , конечно, очень грустный роман. Я бы даже сказала, томительно-мечтательно-безнадежный, что-то в этом роде. Рисует он нам не очень счастливую картину : жизнь, полную трагических случайностей, бессмысленную совершенно. После этой книги трудно вообще понять, зачем жизнь, в чём её смысл. Правда, я записываю это в достоинства романа. Миссис Рэмзи жила, любила, отдавала себя полностью, но вот нет её, и всё без нее развалилось, стало бессмысленным и сиротливо-законченным. Даже путешествие на маяк совсем не такое, как надо.

Самый грустный - и, может быть, самый совершенный - роман Вулф. Я когда-то писала: читая Вулф, трудно поверить, что эта женщина скоро набьет карманы пальто булыжниками и бросится в реку - столько в ее книгах скромной и в то же время ликующей красоты, какая, кажется, открывается только познавшим гармонию людям. И в "Миссис Деллоуэй" над несчастным Септимусом и стареющей Клариссой - головокружительный весенний день, ласточки в синем небе, пение веселой нищенки; и в "Волнах" - хотя сердце за всех них сжимается, особенно за Роду - у них есть хотя бы память о волшебстве детства, когда даже и первые любовные мучения прекрасны и сливаются с золотом рассвета, с ослепительностью свежевыбеленной стены, с лепестками роз, с тем, что проще и выше; и в "Комнате Джейкоба" трагический финал не перечеркивает этой красоты.

"На маяк" говорит о другом: о том, как эта красота хрупка; и о том, что ее недостаточно для спасения, вопреки расхожей (и криво понятой) цитате из Достоевского. Мир полон красоты, но она не способна победить несчастья и несправедливости, перед которыми опускаются руки даже у миссис Рэмзи, мастерицы все улаживать; и она никого - включая ту же миссис Рэмзи - не защитит от смерти. У Иссы, кажется, есть хайку: весь наш мир - любование весенними цветами над адской бездной. Я о Вулф всегда как-то невольно мыслю в терминах японской эстетики, и вот именно здесь особо ощутима та самая моно-но аварэ, пронзительная прелесть вещей, которая потому и вызывает в нас такой отклик, что мы понимаем: она преходяща. Я знаю, что на момент написания этого романа Вирджинии оставалось жить еще почти пятнадцать лет, и что непосредственно за ним последовал живой, игривый и радостный "Орландо" - но не знала бы, подумала бы: это предсмертная вещь. Столько здесь этой тихой печали и какой-то жизненной умудренности: даже "положительный", вроде бы, финал - не гремучее торжество, не триумф, а медленный и осторожный приход к взаимопониманию, завершение долгого пути, после которого можно наконец выдохнуть. (Это еще и одно из самых психологически тонких ее произведений). А красота? Красота - утешение, и опора для памяти; красота, возможно, как-то непосредственно связана с памятью; и неслучайно Лили заканчивает свою картину лишь десять лет спустя, и неслучайно только после этого история заканчивается, узел развязывается.

А потерянную брошку Минты так и не нашли.

Уж сколько времени Аннушка собирается сделать подборку, куда войдут книги с красивыми, притягательными названиями))) Притягательными именно для Аннушки, ведь притяжение - это почти любовь, оно сугубо индивидуально и трудно объяснимо на уровне логики. На маяк... Это призыв? Команда? Мечта? Размышление? Всё это вместе и ничего из этого. И книга попала в хотелки исключительно благодаря своему названию. И осталась в хотелках даже после не очень удачного знакомства с Миссис Дэллоуэй (история нашей встречи описана вот тут). На маяк... Зовущее нечто.

Рассуждать о названии Аннушке легче, чем о самом романе. Но интересно. А знаете, почему? Потому что с момента знакомства с автором миссис Вульф не изменилась, а Аннушка - сильно. Настолько ли миссис Рэмзи из этого романа Аннушке ближе, чем миссис Дэллоуэй из одноимённого? Не уверена, не знаю... Но 2,5 года назад Аннушке хотелось больше действия в книгах - и в жизни. Сейчас постоянные действия и события уже не являются обязательным условием благополучия, счастья. Сейчас можно позволить себе просто углубиться в поток мыслей героини и плыть в этом потоке - без ожидания, что вот-вот случится что-то, без спешки, без противопоставления себя ей... Это совершенно другое чтение. Кажется, только с этой историей ко мне пришло понимание того, что читать можно не только ради результата, но и ради процесса. Кажется, это и есть - наслаждаться каждым моментом жизни. Вот такое открытие.

Вот так всегда - много об Аннушке и мало о романе. Роман, безусловно, необычен и понравится не всем. В нём мало физического действия и много движения обнажённых душ, много мыслей. Каждый из нас, в конце концов, что бы не писал, рассказывает о себе. Миссис Вульф - тоже.

Совместное прочтение с Викой ablvictoriya и компанией.

Потрясающий роман, безумно красивый, и несмотря на тяжеловесность идеи построения - поток сознания разных персонажей - очень лёгкий, ажурный, почти невесомый. Во время чтения качает, как на волнах - меняется место действия, время, герой, от лица которого ведётся повествование. Вначале от этого кружится голова и приходится мучительно напрягаться при чтении, но потом как будто вдруг становишься частью всего этого, ловишь ритм, настроение, мысль - и становится легко и просто, и текст читается на одном дыхании.

Очень много тем и мотивов затронуто в этой книге, но для меня важными стали две: супружеские отношения и отношения детей и родителей. Наверное, в первый раз вижу произведение, где так ясно и совершенно откровенно выписано то, что эти отношения - не крепкая застывшая скала, а море - волнующееся, непостоянное, с волнами то раздражения, то мягкости, то восхищения, то спокойствия. Созависимость, в которой каждый что-то даёт другому, бывая в одно и то же время и нежен, и жесток. В романе это просто виртуозно раскрыто во всей полноте.

Категорически не рекомендую эту книгу тем, кто ценит "крепкий" сюжет и внятное развитие событий, для кого важна расстановка акцентов и наличие "истинной" интерпретации произошедшего.

Июнь 2012 года. Что могла я, в свои неполные 21, понять, читая эту книгу впервые? Да ровным счетом ничего. Могла эта книга мне понравиться тогда? Нет, конечно. Ее нужно читать, во-первых, по большому желанию. Она должна запрыгивать тебе в руки, дрожащие от нетерпения ее заполучить. Во-вторых, не нужно ждать от нее сюжета. Ты читаешь эту книгу, чтобы наслаждаться словами, текстом и лирическим настроением, пронизывающим ее.

О чем эта книга? О семье. Она по косточкам разобрала жизнь мистера и миссис Рэмзи, как вместе, так и по отдельности каждого. По сути, вся книга - это попытка разобраться в их отношениях. Поначалу я задавалась вопросом, почему это так важно для автора? Позже я прочитала, что книга автобиографична. И в семейной паре можно разобрать черты родителей Вирджинии Вулф. И после этого вопросы отпадают.

Мне нравится, что автор словно бы предугадывала мои мысли. Стоило только на что-то подосадовать, как она тут же начинала разговор на эту тему. Стоило только немного заскучать, и тут с ног тебя сбивает третья часть. Которая, к слову, понравилась мне меньше всего. Ну тут дело скорее всего в том, что мне не нравится Лили Бриско. Уж очень она противоречивая самой себе натура. Хотя вопросы, которыми она задается, были мне близки.

Мне очень понравилось, как пишет автор. Это виртуозное мастерство, писать текст так, словно бы пишешь картину. Ее описания встают перед глазами, и при этом не нужно прибегать к усилиям, оно само. И эти живописные описания хочется поставить в рамку, чтобы любоваться ими беспрерывно. Но повторюсь, для чтения подобных книг нужно определенное настроение: неторопливое, внимательное, жаждущее эмоций и размышлений.

Вулф влюбила меня в себя. Да, не с первого раза. Но сейчас это был выстрел в упор. Я первые страницы перечитывала раз 5, наверно. Так мне было жадно до текста. Я наконец-то позволила себе делать отметки ручкой в книге. Это какое-то несравнимое удовольствие подчеркивать запавшие в душу моменты: что-то красивое, что-то важное, что-то вызывающее вопросы или сомнения. А писать заметки на полях - это словно кусок души оставлять в истории. Формат Азбуки-Классики идеально подходит для подобного.

Действительно классический поток сознания, более выраженный, кажется, чем в "Миссис Деллоуэй" - или это я Сашей Соколовым приучена теперь видеть эту реку со всеми её извивами, жемчужными островками, пенными брызгами, илистыми заводями, нудными стоячими заводями, в которых так всегда обидно застревает деревянный кораблик, вместо того, чтобы скрыться за горизонтом под пение птиц, оглушительное пение птиц под оглушительным солнцем.

Так о чём это я? О реке. Река называется. Называется "На маяк", и это название порождает сразу мысль о неком путешествии: поэтому и читала в дороге, в пути, а там-то в книге никакого пути и нет, только река. Нет, не река. Море.

Море мыслей, чувств, образов, слившееся из множества течений: изредка бурное, изредка прекрасное, но преимущественно почти скучное; и в то же время завораживающее своим однообразием, как набегающие на берег волны. Раз за разом, час за часом, год за годом они набегают на один и тот же берег у одного и того же маяка - и неважно, что или кто тем маяком будет; перелопачивают одни и те же камешки, песчинки, водоросли - и всё-таки ни одна волна не будет точно такой, как предыдущая. И не войдёшь в одну реку дважды. Никогда.

Слава богу, подумала она, переводя взгляд на свою солонку, ей-то замуж не надо. Ей это унижение не грозит. Ее эта пошлость минует. Ее дело- подвинуть дерево ближе к центру.

Я вижу это в отдельности так. Совсем недавно вспомнил. Я хочу сфотографировать вазу с цветами, но нужен подходящий ракурс. Я отодвегаю вазу, но теперь в кадр попадает неудачно расположенный стол. Надо его подвинуть. Ракурс и композиция меняется. Но теперь в кадр попадают недостатки затоптанного паркета. И ракурс снова меняется. Но черту в итоге подвести мне все же удастся. Камера побеждает время , наверное так же, как и изобразительное искусство жизнь, человечество и мимолетность в романе. И так, что же представляет из себя роман "На маяк". Роман - гипертрофированный и воспаленный мир глазами Великой английской писательницы Вирджинии Вульф, страдающей, судя по некоторым сторонам произведения ( да и по эффекту общего послевкусия) шизофренией, это восприятие окружающей жизни сильно отличается от общепринятого, что вызывает у меня как у читателя любящего законы жанра постмодернизма неподдельно-живой интерес. Текст, написанный столько ярким, литературно-выразительным языком может ответить нам на вопросы касательно отношения автора к жизни, окружающему человечеству, людям, браку, мужу, семье, детям, смерти и даже затрагивает столь популярный вопрос, как роль женщины непосредственно в браке. Последний вопрос особо болезненно поднят в повествовании и автора безусловно можно понять. Если ее героиню так раздражают окружающие люди, как же еще ей относиться к собственному мужу, его требованиям, ее обязанностям и прочим неприятным Вирджинии скользким нюансам. И не даром на светском рауте упоминается любимый герой мужа Вронский и произведение Толстого "Анна Каренина". Очень тонкий намек. Да, подсказок автора в тексте , стоит сразу отметить, довольно-таки много. Вирджиния Вульф презирает хоть какой-нибудь реализм и этого всячески не скрывает. В надежде достичь абсолютной естественности в тексте, она плавает в различных потоках сознания, медленно соединяя их, причем так, что читатель их поневоле может и не заметить. На руку работает и язык, и непревзойденная, мастерская манера подачи повествования в тексте. И что самое интересное, это вовсе меня, как читателя не раздражает. Даже интересно становится наблюдать за движением ее мысли. Ибо путешествие сколь необычно, столь интригует и манит двигаться за Вирджинией вдоль каждой написанной строчки. Основной мотив романа довольно прост и прямолинеен. Вульф говорит через образы двух главных героев, что не стоит в жизни обращать внимание на мелочи и какие-либо детали, ибо в них можно молниеносно увязнуть и пропустить всю свою быстро-текучую жизнь. Жизнь, никоем образом не подвергнутую какой-либо систематике и построению планов. Ибо сама жизнь хаотична, одни события рушатся, на их почве создаются другие, которые тоже в финале будут разрушены. Вот и во второй части романа "На маяк" неожиданно многие главные герои неожиданно умирают и только природа, тьма ночи и непосредственно дом остаются в вечном потоке бессвязных и быстро-текучих событий. Однако, причем же в романе маяк? Это безусловно главный вопрос произведения. Почему же главная героиня так хотела отвезти свою семью на маяк? И почему ее муж не хотел отвозить их, сетуя на плохую погоду? И только в финале он собирает детей и все-таки несмотря ни на что отправляется в путь. Экспедиция отправляется в заключительное путешествие сразу же после разговора с Лили, художницей, пытающейся нарисовать картину на протяжении всего произведения. Может быть -это и есть сама Вирджиния Вульф? А может и нет. И Вульф изобразила себя в жене главного персонажа и это просто послание ее настоящему мужу, что будет после последней ее удачной попытки самоубийства? Вода , как можно невольно заметить , играет особую роль в данном романе. Героиня читает детям сказку о "Рыбаке и рыбке", тема маяка, потока воды и волнений не раз магическим и таинственным образом встает пред читателем в произведении. А ведь в финале сам автор Вирджиния Вульф топится, что и наводит меня, как читателя, лишний раз на подобные мысли. Мир видится ей слишком чужеродным пристанищем и на первых же страницах поток сознания в тексте больше напоминает разговор с самим собой, а введение двух главных женских героинь раздвоение личности, - то есть шизофрению. Да и отношение и сам описанный портрет мужа поднимает много вопросов. Жена видит мужа тираном, слабым человеком, начинающим писателем, который требует от нее внимания жалости и ежесекудного проявления интереса к его Великой персоне. А она страдает, мечется в своем хрупком потоке сознания и всячески каждую просьбу его и ненавистного мира, как золотая рыбка, безропотно исполняет. И это в итоге и уничтожает ее. Если вспомнить фильм "Часы" или роман "Миссис Доллууэй", который я пока не читал , то историю героини сразу же захочется сравнить с другой героиней упомянутой в обозначенном фильме и названной книге. Женщине, которая устала от прелестей семейной жизни и бежала из дома после неудачной попытки покончить с собой. Параллели двух близких по дате написания произведений заставляют невольно провести логичные параллели в сюжете. Но, так или иначе, муж покойной жены отправился вместе с брошенными детьми на маяк. Тиранию мужа, которую в лодке так подчеркивают и ставят виной отцу дети, видимо связана в сознании Вирджинии с его постоянными попытками лечить свою больную, но весьма талантливую супругу. И видимо уже здесь эта супруга и показывает ему его жизнь уже без нее. Однако, маяк. Что он символизирует в ее своеобразном для всех потоке сознания? Ясно, что одиночество, возможно упокоение и финал нашего произведения. Ведь он теряется из вида Лили в финале где-то далеко в далеке. Однако есть и другой персонаж тоже, как и муж главной героини, читающий книгу. И именно ему Лили и может сказать, что они наконец то доплыли. Всю дорогу Лили отвергает все прелести бренного мира и рассуждает в полной аналогии с некоторыми взглядами мира Вирджинии, но потом ей так хочется свой холст и достижения кому-нибудь показать. И сразу вступает новый вопрос: почему искусство побеждает жизнь в финале романа? На этот вопрос Лили фокусирует наше внимание на холсте и проводит черту.

Остальное на усмотрение читателя!

Было бы обидно не подитожить прочитанное. Я очень доволен знакомством с Вирджинией Вульф и по-правде сказать, ожидал я от него совершенно другого. Очень боялся тяжеловесности, а книги читалась наполовину легко, да и потом почти залпом. После общения с текстами Фолкнера и Вульф я полюбил постмодернизм! Так интересно разгадывать загадки и наслаждаться отменным языком Великих классиков их загадочной прозы. Здесь , как в сюрреализме: может на деле ничего тут и нет, а может и есть...

А "Миссис Даллуэй" я в свое время обязательно прочитаю. Последую примеру героев Канингема, но разумеется далеко не во всем.

Странная, очень странная книга, рождающая одновременно желание бросить ее читать, и непременно дочитать до конца. Сплошной поток сознания, мысли живущие отдельно от своих хозяев. Чем больше углубляешься в книгу, тем меньше перестаешь что либо соображать, где реальные диалоги, а где поток сознания. Миссис Ремзи мать восьмерых детей любит своего капризного и деспотичного мужа, но так за всю жизнь не смогла произнести этого слова "люблю", т.к. она не умеет выражать свои чувства, то ли дело ее мысли. Джеймс-младший сын четы Ремзи, бедный мальчик, запуганный тиранией своего отца, много лет живет с ненавистью в сердце. Мистер Ремзи- пусть он и капризный самодур, но его жалко, никто его не понимает и не любит.

Понравилась ли мне эта странная книга? Скорее "да", чем "нет")