Цитаты из книги «Делай деньги!», страница 15

Они и правда оказались семейством со "старыми деньгами". Это означало, что темные делишки, благодаря которым были добыты эти деньги, давно уже стали историей.

- Игорь? – переспросил Мокрист. – На вас работает Игорь?

- О, да, – подтвердил Хьюберт. – С его помощью я добился такого превосходного освещения. Они знают секрет хранения молний в склянках! Но не беспокойтесь, мистер Губик! То, что я нанял Игоря и работаю в подвале, вовсе не означает, что я сумасшедший, ха-ха-ха!

- Ха-ха – поддержал Мокрист.

- Ха-ха-ха! – сказал Хьюберт – Хахахахаххахааа! Аххахаха-хахахааа!!!...

Мокристу доводилось видеть, как работают стеклодувы, и он высоко ценил их искусство. Так высоко, как может только тот, кто и сам живет надувательством.

- Присаживайся поближе, мистер Губвиг, я не кусаюсь.

Последнее замечание сопровождалось взглядом, который говорил: "Дай мне полбутылки джина и пять минут, чтобы найти вставные зубы, а там посмотрим".

Да, но нечестный труд чуть не довел тебя до виселицы! – возразил он сам себе.

Ну и что? Казнь занимает всего пару минут. А заседание Комитета пенсионных выплат тянется бесконечно!

Он вздохнул. Вот до чего дошло. Он стал социально ответственным чиновником, и в его адрес безнаказанно швырялись такими словами как "базовые ценности".

- А, но подвесить человека на дыбу можно разными способами, Барабантт.

- Лицом к палачу или лицом к стене, милорд?

- Спасибо, Барбантт. Вы знаете, как я ценю ваше тщательно оберегаемое отсутствие воображения.

- Прошлой ночью мы побеседовали с парнями из Почтамта, и они сказали, что мистеру Губвигу можно доверять, потому что он человек прямой, словно штопор.

- Словно штопор? – повторил шокированный Гнут.

- Ага, мы тоже удивились, - пояснил Жули. – И они сказали, что хоть он и действует извилистыми путями, но пробку в итоге всегда откупоривает, уж будьте уверены!

- Я человек слова, - изобразил обиду Мокрист.

- Вы человек многих слов, мистер Губвиг...

- Меня сцапали в Псевдополисе, понимаете ли, бросили в кутузку за бродяжничество, и там я пришел к Ому.

- Там? А он-то за что сидел?