В картах, как и в жизни, женщина часто оказывается между двумя мужчинами.

Все, что способно заставить вас смеяться тридцать лет спустя, - не пустая трата времени.

- Что ты знаешь о спорте? - мягко спросил Скип. - Что ты знаешь о том, что значит быть членом команды?

- Я знаю, что это плохое время для ребят в форме, - сказал Стоук, откинулся на подушку и закрыл глаза.

Позади стола были видны еще надписи по большей части с "не" (ЕСЛИ ТЕБЕ НЕ НРАВИТСЯ НАШ ГОРОД, ЗАГЛЯНИ В РАСПИСАНИЕ, НЕ ПОРУЧАЙ МАЛЬЧИКУ МУЖСКУЮ РАБОТУ, БЕСПЛАТНЫХ ОБЕДОВ НЕ БЫВАЕТ, ЧЕКИ НЕ ПРИНИМАЮТСЯ, В КРЕДИТ НЕ ОБСЛУЖИВАЕМ, ПОЛОТЕНЦАМИ ДЛЯ СЛЕЗ АДМИНИСТРАЦИЯ НЕ ОБЕСПЕЧИВАЕТ) и большая красная кнопка с меткой "ВЫЗОВ ПОЛИЦИИ".

- Неладно что-то в Датском королевстве, - сказал он наконец. - Кто-то тут врет наперегонки с лошадью.

Однако я чувствовал себя вправе носить эту куртку, и я ее носил. Обливал ее пивом, обсыпал сигаретным пеплом, блевал на нее, вымазывал кровью, и она была на мне, когда в Чикаго я попробовал слезоточивого газа, пока орал во всю силу своих легких: "Весь мир видит это!" Девушки плакали на сплетенных Г и Д с левой стороны ее груди (на старших курсах эти буквы из белых давно стали замусоленно серыми), а одна девушка лежала на ней, пока мы занимались любовью. Мы занимались ею, не предохраняясь, так что на стеганой подкладке могут быть и следы спермы. К тому времени, когда я собрал вещички и покинул поселок ЛСД в 1970 году, знак мира, который я нарисовал на ней в кухне моей матери, превратился в неясную тень. Но тень сохранилась. Другие могли ее и не видеть, но я никогда не забывал, что она такое.

- Дайте мне умереть, - сказал он. - Хоть разок в глупых все мне-мне-мне жизнях сделайте что-то стоящее. Положите меня и дайте мне умереть.

Ему иногда казалось, что, имей мир хороший сюжет, он бы был куда более привлекательным местом

И опять его охватило это щемящее ощущение магии, ощущение окружающего мира как тонкой пленки, натянутой поверх чего-то другого, чего-то и более солнечного, и более темного.

Он был взрослым в стране детей, живущих в эпоху, когда все такие, как он, являются подозреваемыми.