Читать книгу: «Однажды на краю миров»
Однажды на краю миров
Среди бескрайних звёздных троп
Чуть холоднее стало
Дуэль тяжёлых крейсеров
А рейда лишь начало.
Что может лёгкий вестовой?
Здесь сила с силой бьётся
Но честь есть честь, и бой есть бой
Покуда светят солнца.
(из галактического сборника, авторство не установлено)
Капитан 2-го ранга Игорь Хвостовой стоял в рубке своего легкого Крейсера “Юрий Гагарин” и смотрел через главный визор на отдаляющуюся планету. Это стало для своего рода ритуалом, каждый раз когда его корабль уходил на задание любоваться огнями городов, дымкой облаков, мрачной стальной громадиной орбитальной базы со снующими рядом мелкими катерками…
Сегодня в путь отправлялась целая эскадра – три тяжелых крейсера “Гуань Юй”, “Сварог” и “Один” – все однотипные, “божественной” серии. Если все пойдет гладко, то через два года будет повышение по выслуге – и самому кап-2 достанется в подчинение такой же красавец. Отменные пушки, три батареи ракет, ангары на два десятка универсальных МЛА и в четыре раза больше БПЛА, энергощиты способные выдержать минимум один полный бортовой залп практически любого известного корабля миминогов, и при этом отличные скоростные характеристики благодаря гипердвигателям нового поколения. Хвостовой был влюблен в этот проект. Нет, его нынешний крейсер тоже был отличной боевой машиной, и уже стал чем-то родным за время капитанства, но мощь тяжёлых всегда манила его.
Три громады шли следом за “Юрием” неправильным клином, ловя на серебристых корпусах темно-багровые отблески местного красного карлика.
Кофе – негромко отдал голосовую команду расположившийся в соседнем кресле штурман, и тотчас раздалось басовитое гудение. Конечно, по всем правилам на мостиках боевых кораблей никакие кофемашины предусмотрены не были… Но это тоже была часть ритуала, каждый корабль стремился обзавестись какой-то оригинальной деталью, а поэтому даже особист закрыл глаза на нарушение, когда капитан притащил ее с одной из планет и воткнул чуть в стороне от навигационного оборудования. Плавные обводы навороченной кофеварки органично вписались по соседству с радарным комплексом “Заслон-2М БИС-3027к” от одноимённой мегакорпорации и постановщиком помех их же производства.
Идти до столовой на таких махинах далеко, а так можно было позволить себе немного комфорта прямо во время вахты. К тому же пока можно было расслабиться – корабли отойдут от станции на безопасное расстояние, подготовятся к прыжку и перейдут в систему Новая Бурятия-23. Так что пару часов спокойных у кап-2 были – прыгать возле самой планеты невозможно, гравитационное поле вблизи создает слишком большие возмущения для расчета скачка. А вот потом начнется работа и там уже никаких послаблений. Слишком дорого расплачиваться придётся.
Кофе – повторил кавторанг, и аппарат, после непродолжительного жужжания выдал вторую порцию божественно пахнущего напитка. Хвостов не глядя протянул руку, подхватил чашку и сделав небольшой глоток задумался.
Задание…. В течение одного только последнего месяца в этой области пропало три мелких торговых суденышка. Это было неприятно и заставляло заподозрить неладное, но неделю назад там пропал караван с продовольствием для Терры-16, что и стало последней каплей для адмирала. Эскадра вышла на охоту – три тяжелых крейсера с легкостью справятся с любыми пиратами, а легкий и более шустрый “Гагарин” прихватили для разведки, посыльной службы и прочих мелких надобностей.
Капитан сделал ещё глоток и вернулся на свое место. Кроме него в каюте находились только пилот и штурман, но они оба были заняты, маневрирование вблизи планет хоть и не требовало постоянного контроля экипажа, большинство навигаторов не хотело полностью доверять ИКСину в этом вопросе.
С тихим шорохом раскрылась входная панель и в рубку зашел особист. Среднего роста, русый сероглазый и в целом ничем не приметный человек, не считая старого, белёсого шрама на правой щеке. О его происхождении штатный контрразведчик не распространялся, а сам кавторанг особо не интересовался, интерес к представителям структуры не особо поощрялся.
Шах, а именно так его звали на крейсере, считая кличку удобным сокращением от фамилии Шаховцев, появился на корабле примерно полтора стандартных года назад, когда его предшественника наконец повысили и забрали в орбитальный штаб Омеги. За это время с ним сложились вежливо нейтральные отношения, неприязни не было, однако и товарищем ни для кого на борту он не стал. Во многом на это повлияла должность, но и сам Шах в друзья никому не набивался, держал дистанцию.
Особист повторил недавно отданную капитаном команду и кофеварка вновь ожила. Минута, и он расположился вполоборота в крайнем левом кресле с кружкой в руках, так же глядя на удаляющуюся планету и одновременно держа в поле зрения всех присутствующих.
– Нехорошее у меня предчувствие – отхлебнув напитка и немного помолчав тихо сказал особист.
– Думаешь, в НБ-23 нас ждет что-то серьезнее обычной шайки пиратов на каком-нибудь довооруженном посыльнике или древнем фрегате у которого заплат больше чем родной обшивки?
– Не знаю. Просто предчувствие. Жопа сигналит. И она еще ни разу не ошибалась. – Шах поморщившись сделал еще глоток. – в последний раз она так ныла перед тем, как я заполучил вот это – его палец коснулся шрама. – Не самое приятное воспоминание, не хотелось бы повторить.
Особист замолчал, что-то рассматривая среди экранов. Капитан привычно мониторил показания приборов, всё шло штатно, крейсер по прежнему скользил сквозь пространство, но настроение уже было испорчено. Радость от полёта сменилось напряжённым ожиданием.
– Возмущение грави поля, идет прорыв из гиперпространства в точке 15-23 зэт – лишённым даже намёка на эмоции женским голосом, проинформировала корабельная нейросеть со стандартным именем Алиса, рубка окрасилась желтыми всполохами тревожных сигналов, а на табло виды удаляющейся планеты сменились картой системы, с отметками как кораблей и небесных тел, так и с мерцающей точкой прорыва.
– “Юрий”, приказываю выдвинуться для распознания объекта, подготовить досмотровую партию – вклинился голос адмирала.
– Вас понял, выдвигаюсь. – и тут же Алисе – перестроить маршрут на сближение с предположительной точкой выхода, опознавательную голограмму в активный режим.
Беглый взгляд на мгновенно подобравшегося особиста. Тот уже что-то активно вводил на личном планшете. Такая информация хоть и обрабатывалась системами корабля, но в доступ никого из экипажа, включая капитана, не шла, уходя по спецканалу с собственной системой шифрования.
– Объявить боевую тревогу, всем расчетам по местам, тридцать процентов энергии перевести в носовой щит, реактор на максимум.
Окраска сменилась на красную, взвыли сирены. Крейсер плавно развернулся и двинулся навстречу пульсации. Перед скругленным носом замерцал развернувшийся щит, а в задней части над корпусом высветилась огромная голограмма флага Земной Федерации.
Потянулись минуты сближения. Тревога особиста передалась и капитану, и теперь тот нервно настукивал на панели рубленый ритм древнего марша. Секунды и космос задрожал выгибаясь гигантской линзой. Алиса крупным планом вывела место прорыва на основную панель, и капитан увидел как из разрыва плавно выскользнул сигарообразный корпус, слабо мерцающий зеленым светом.
– Мать моя, это осьминожий крейсер!!! Всю свободную энергию в носовой щит, поставить помехи и маскирующие голограммы!!! Отскок влево на маневровых двигателях, в темпе!
Все системы корабля заработали на полную, пытаясь спасти крейсер от первого удара инопланетян. Тем временем из прорыва вынырнули ещё три такие же сигары – четыре тяжелых крейсера миминогов, вряд ли чем-то уступающих “божествам” людей, и последним переход выплюнул небольшой на их фоне цилиндрик, сопоставимый Юрию. Мелькнули малиновые вспышки, и смерть понеслась навстречу легкому крейсеру.
Как ни постарался крейсер вывести себя из-под удара, огневая мощь противника оказалась слишком велика. Да, часть выстрелов прошла мимо, голограммы сработали, сбив с толку СУО противника, часть смог принять на себя щит…. Но спустя мгновение он лопнул, а по крейсеру как будто ударили гигантской кувалдой. Люди повылетели со своих мест, мигнуло и погасло освещение, сменяясь аварийным, взвыли сирены, голос нейросети потерял любую схожесть с человеческим.
– Алиса, полный отчёт по всем системам!
Экраны замерцали, подёрнулись паутиной помех, но мгновение спустя нейросеть вывела на экран повреждения корабля и актуальную карту.
Крейсер представлял из себя печальное зрелище: четыре отсека разгерметизированы, основной генератор щита сгорел, одна из трех носовых башен главного калибра попросту отсутствовала, полностью уничтожен ангар с МЛА, снесены все маневровые двигатели по правому борту, основные движкам тоже неслабо досталось, генератор гиперпространства требовал докового ремонта, двадцать три погибших и еще три десятка раненых. Всего один залп флота миминогов едва не угробил крейсер и практически полностью лишил его возможности маневрировать.
Капитан перевел взгляд на карту. Похоже, командующий миминогов уже не считал “Гагарина” заслуживающим внимание, и выстроив свои корабли в линию шел на сближение с людской эскадрой, противники практически зеркалили друг друга готовясь к артиллерийской дуэли. Четыре тяжелых крейсера и один легкий инопланетян против трех тяжелых “божеств”. Шансы явно не в пользу флота Федерации.
Сейчас бы по хорошему малым ходом отвести крейсер в тень планеты, чинить то, что удастся починить своими силами, дожидаться конца боя, а там уже пробираться к докам. Вот только по всем прикидкам расклад не в пользу людей, а значит выжидать нечего, враги добьют и “Юрия”, и тогда их всех ждет смерть – или что похуже, если миминогам удастся взять их живым.
Про лаборатории инопланетян ходили такие слухи, что все остальные расклады были просто курортом, хотя и непонятно кто мог их распускать. Вырвавшихся из миминожьего плена не было. Нет, так дело не пойдет. Кавторанг сжал челюсти. Если их сегодня ждет встреча с Космосом, то перед этим он попробует побольнее укусить этих головоногих гадов.
– Выполнить разворот – пальцы капитана пробежались по экрану, вбивая параметры манёвра.– Отменить восстановление щитов, энергию на главный калибр напрямую с энергоустановок. По готовности всем орудиям – залп по замыкающему кораблю противника!
Последним в колонне миминогов шел “оппонент” “Юрия”. Сейчас он развернулся к своему “однокласснику” кормой, посылая сгустки плазмы по флагману людской эскадры, пока тяжи обрабатывали друг друга, не имея возможности отвлечься на мелочь.
– Пора напомнить о себе, рановато они нас списали – прошипел капитан, и корабль мягко качнуло от залпа, затем второй раз, третий, и ещё раз… Мигало освещение, корабль дрожал, реактор работал на максимум, подпитывая уцелевшие орудия.
Похоже, что противник не ожидал атаки от настолько поврежденного корабля. Задний щит лёгкого крейсера лопнул почти сразу, а дальше выстрелы ломали двигатели, вгрызались в обшивку, корёжили гладкий матовый корпус, вырывая клочья. Белёсыми облачками, мгновенно тающими в черноте, вырывалась атмосфера вскрытых отсеков.
Цилиндр начал разворот через левый борт, выпав из строя, в то время как остальные продолжали бой, не реагируя на возню малышей.
Всё хорошее рано или поздно кончается, миминоги развернулись и теперь могли ответить в полную силу, хоть и оставались без щита. “Юрий” тоже был открыт, щит отсутствовал, а уцелевшие маневровые не могли быстро изменить траекторию поврежденного ЛК.
В последний момент, на корме цилиндра расцвел огненный цветок – значит еще прошло по движкам вражеского крейсера. Тот несколько раз вильнул, но всё же удержался на курсе.
Тем временем инопланетяне творили что-то странное. Корабль повернулся на “Гагарина” носом. Замерцал носовой щит и крейсер противника пошел на сближение.
– Что это они задумали – прошипел штурман, вглядываясь в экраны.
– Либо решили идти на таран, либо … – начал Шах.
– Абордаж – закончил капитан.
– Бред – покачал головой штурман.
Его реакция была понятна. Абордаж использовался в космических боях людей – но против инопланетян он был практически бесполезен. Такие случаи можно было по пальцам пересчитать. Они полностью чужие, абсолютно. К ним нельзя было попасть в плен, рассчитывать на милость – ты окажешься в руках их ученых, которые вытащат из тебя всю информацию для борьбы с твоим видом. А раз так… То лучше быстрая смерть. Перегрузка реактора – и тебя распылит на атомы вместе с кораблем и противниками. И капитан был уверен, что миминоги думали так же. Ну а раз выиграть невозможно, какой смысл в абордаже?
Однако ему похоже удалось достать капитана головоногих, и тот решил во что бы то ни стало прикончить настырный кораблик Федерации – совсем как сам “Гагарин” несколькими минутами ранее.
– А все-таки в чём-то мы похожи, осьминога им в зад! – вырвалось у особиста.
– Приготовится к абордажу! Отворот вправо при угрозе тарана, стыковка борт в борт. Огонь всем орудиям по готовности непосредственно до максимального сближения, приоритет на центральные палубы! Отключить гравитацию, всем готовность к внеатмосферу. – ровным механическим голосом Хвостовой отдал последние команды, и сразу же нырнул в свой экзоскелет, рядом чуть медленнее запаковывался в аналогичный особист.
В этот момент, когда казалось что нос инопланетного корабля уже врубится в борт “Юрия”, включились маневровые, и легкий крейсер республики изящно ушел от удара, оказавшись своим левым бортом к правому противника на расстоянии считанных метров. Ударил последний залп пушек, хотя большинство не смогло стрелять из-за ограниченного сектора обстрела – и тут же с обоих крейсеров ринулись рукава штурмовых коридоров.
Капитан знал что сейчас будет – он не раз командовал абордажем гоняя пиратов в неспокойных секторах. Трубы коридоров зацепятся на корпусе противника, затем термические заряды прогрызут обшивку звездолёта, и в дыры устремятся абордажные партии, каждая из которых состоит из легких и средних дроидов, небольшого количества людей и разумеется парочки мелких связных ботов, тянущих тонкую нитку нановолокна, благодаря которым поддерживалась связь с мостиком – ведь толстые корпуса кораблей очень неплохо экранировали любые волны, вот и приходилось использовать методы прошлого тысячелетия.
Большинству групп была поставлена задача пробиться к двигательным отсекам для уничтожения реактора – благо четко известно что они в корме противника. Две были посланы на свободную охоту – вдруг повезет найти мостик или иные важные узлы? Что впрочем было не просто на корабле с практически неизвестной компоновкой. Свой же корабль осталась защищать вся остальная команда – сейчас каждый вооружился, готовый встретить врага жаром плазмы и холодом молекулярных клинков.
На табло капитана высветилась текущая обстановка. Трехмерная схема своего корабля, пока силуэт вражеского, постепенно заполняющийся внутренностями по мере продвижения групп, зеленые и красные точки бойцов.
План миминогов, судя по-всему, был зеркальным отражением плана людей. Большинство групп пыталась пробиться к корме, а две целеустремленно стали пробираться к мостику. Интересно, им просто повезло с направлением, или они четко знают куда двигаться? – пронеслась у капитана в голове, а пальцы уже забегали по схемам, корректируя деятельность бойцов. Выдвинуться наперерез в пятом отсеке, передвинуть автоматическую турель в тамбуре, обойти и ударить в тыл вражеской группе, скомандовать отход одной из абордажных и послать на усиление более удачливой… .
Первая группа миминогов рвущихся к мостику была полностью уничтожена не сумев продвинуться и наполовину – тяжёлым роботизированных пехам (пехотным роботам) удалось заманить ее в огневой мешок в районе кают-компании, но вот вторая, пусть и потеряла где то половину моллюсков все-таки дошла и уже находилась в основном коридоре. Особист и капитан заняли позиции – особист ближе, отдав предпочтении холодному оружию, и лишь спинной манипулятор его экзоскелета заканчивался малым ручным плазмомётом. Сам капитан предпочёл дальний бой, ведь физически головоногие намного сильнее человека, да и конечностей у них не в пример больше, а хоть немного уравнивавшим шансы “хвостом” капитан нормально владеть так и не научился, всё же штурм не его стихия.
– Открыть заслонку – скомандовал кэп Алисе, когда осьминоги доползли до шлюза . И тут же открыл огонь по появившемся в проеме восьмиконечным силуэтам.
Засверкали вспышки ответных выстрелов, а юркие тени насели на оказавшегося у них на пути особиста. Тот же буквально превратился в машину смерти, кромсая врагов как опытный повар в ресторанчике морской кухни, где однажды довелось побывать капитану. На стенах расплывались пятна голубой крови, летели ошмётки слизи и отрубленные щупальца.
Двое противников попытались обойти эту мясорубку по потолку. Одного сбил метким выстрелом капитан, но второй сумел увернуться и прыгнул. От удара кэпа сбило с ног, и протащило по полу. Миминог упорно пытался истыкать его тремя резаками разом и в упор расстрелять из пистолета, но модифицированный экзоскелет капитана, раздобытый по случаю с огромной скидкой, (и всё равно обошедшийся как неплохой космокатер) выдержал натиск, а спинной манипулятор разрядил очередь зарядов прямо между глаз противника. Миминог сразу же обмяк и “растекся” бесформенным кулем, не смотря на свой скафандр. Всё это заняло какие-то мгновения, но кэпу они дались тяжко.
Спихнув незваного гостя с груди в сторону капитан кое-как поднялся. Всё уже было кончено – кругом ошметки щупальцев, особист сидит в углу, его экзоскелет дымит и искрит, правая рука вывернута под неестественным углом, а кисть левой валяется кажется под стойкой пульта управления. Да, нехило ему досталось, но судя по вполне осмысленному взгляду аптечка костюма сработала и угрозы жизни нет. А вот штурману не повезло, его скафандр оказался прожжён в районе груди, это без шансов, тут даже стационарная медкапсула не поможет.
– Бывало и хуже, не отвлекайся, командуй. – подтвердил мысли кэпа сам особист .
Капитан дохромал до табло, несмотря на супер-скелет по нему словно танк промчался, и присмотрелся к трансляции. Бесстрастный ИИ продолжал выводить картину боя. За прошедшие минуты ситуация успела поменяться – абордажные партии людей практически пробились к самой корме, отсек – два и они выйдут к реактору, правда три из восьми погибли всем составом. Хвостовой приказал отступать остаткам “охотничьих” групп – свою задачу они выполнили, отвлекая часть сил инопланетян, и теперь послужат резервом. Две оставшиеся “ударные” он расположил в тылу, отсекать возможную подмогу.
На самом Юрии бой шел с переменным успехом, но пока миминогов удавалось сдерживать. Еще несколько команд, нацеленных чтоб зажать и уничтожить слишком далеко продвинувшуюся в направлении силовой установки группу моллюсков.
Яркая вспышка на наружных камерах – кажется кто-то из тяжелых крейсеров взорвался – но кэп даже не смог посмотреть, свой это был или чужой, пока на это просто не было времени, он продолжал координировать действия своих.
– Капитан – раздался голос командира абордажной партии. – Мы на месте, готовы разнести чертову посудину. Улетайте, мы не продержимся долго.
Быстрый взгляд на обстановку. “Охотники” еще не успели вернуться, от прикрывающих ударников осталось половина.
– Спасибо, Кронос. Продержитесь три минуты, заберу парней.
– Три продержимся, запускаем таймер. До встречи в аду кэп, ток эт, особо не торопись на встречу. – в голосе обречённого штурмова ни капли сомнений.
Капитан отдал приказ выводить на борт “Юрия” всех живых с прикрывающих групп, оставив только дроны. Да, всего лишь три человека, но вдруг удастся их спасти?
Потекли секунды, казалось штурмовики отступают слишком медленно и им ни за что не успеть, но вот один из них перебежал по рукаву на “Юрий”, и тут же включился в зачистку отсеков уже своего крейсера, вот и второй смог вернуться. Третий задерживался… . Осталась минута, полминуты, пятнадцать секунд… .
Отстыковываемся, максимальная мощность всем двигателям – приказал Алисе кэп, пропуская оповещения о возможном выходе из строя реакторов из-за их повреждений при выходе на максимальную мощность. Если сейчас не отпрыгнуть, то выходить из строя будет уже нечему, как нечего будет и ремонтировать в дальнейшем.
Завибрировал корпус, кажется “Юрий” несколько долгих секунд собирался с силами и рывком сместился на добрую сотню километров. Замигали сообщения о поломках маршевых движков, заглохли основные реакторы, но крейсер по инерции все еще рассекал космос. И спустя миг новая вспышка озарила пространство, а когда засветка прекратилась, на месте цилиндра были только разлетающиеся обломки.
– Дааа! – победный клич разнёсся по мостику.
Капитан наконец смог переключить внимание на карту, но там тоже все было кончено. Людям улыбнулась удача – их флот отстоял систему, а вражеские корабли превратились в безжизненные остовы. И хотя мелкокалиберные орудия еще периодически открывали огонь по уцелевшим МЛА миминогов, это был уже конец. Впрочем, кораблям Федерации тоже досталось – “Один” был разбит на две половины, и сейчас шаттлы наименее повреждённого “Сварога” пытались собрать выживших, а “Гуань Юй” хоть и остался на ходу, но представлял примерно такое же зрелище, как и “Гагарин”.
Кэп отдал приказы Алисе заняться ранеными, начать ремонтные работы и прочесать весь крейсер на случай выживших моллюсков, а затем хромая поковылял по рубке. Удивительно, но несмотря на прошедшую мясорубку кофемашина на мостике всё-таки уцелела. Сделав себе и по тихой просьбе особиста по кружке напитка кэп плюхнулся на пол рядом с ним.
– Предыдущую из-за чертовых осьминогов так и не допили.
– Ты б в медотсек топал, аптечка на восстановление не рассчитана. Или тебе руки лишние?
– Успеется, там и без меня народа хватает. Вот посижу чуток и схожу, заодно адреналин схлынет.
–Ну как знаешь.
Кэп замолчал, вслушиваясь в звуки потихоньку приходившего в себя корабля. Шли рапорты систем, ремонтные роботы выдвигались на устранение наиболее критических повреждений, осмелевшие уборщики выползали из своих ниш, всасывая мерзко пахнущую слизь и кровь, сгребали обломки оборудования и куски инопланетных тварей. Басовито гудели фильтры, очищая воздух от копоти…
Хвостовой продолжал тихо сидеть на полу. Ещё чуть-чуть, последние мгновения отдыха, пока не начнётся действие транквилизаторов, пока не перестанут дрожать от перенапряжения мышцы. Ещё чуть-чуть и команда увидит своего капитана. Собранного, уверенного и всегда знающего ответ на вопрос что делать. Того, кто поведет корабль в пустоте, и всегда вернется на родную орбиту, несмотря на стаи пиратов, флоты сепаратистов и “чужих” всех мастей и подвидов.
Но всё это не сейчас, у него есть эта пара минут, кап-два, пока ещё кап-два, наслаждался через сохранившиеся экраны сиянием местной звезды, голубизной планеты и в голове у него было абсолютно пусто.
