Читать книгу: «Канюс»
В сырой комнате за деревянным прогнившим столом сидело трое…
Огромный лоснящийся мужик с жёлто-зелёной кожей улыбался золотыми зубами, сложив пальцы-колбасы в толстый замок. Козлиная чёрная борода его шевелилась, кишела насекомыми. Он переводил взгляд с одного собеседника на другого.
Слева от него сидела посиневшая истощённая женщина без глаз и с дырой вместо носа, она тоже улыбалась, но и зубов у неё не имелось.
Справа – серокожий парень с петлёй на шее, сделанной из каната. Оборванный конец её болтался на груди, будто во время повешения верёвка не выдержала. Он хмурился и смотрел на колоду маслянистых засаленных карт на столе.
– Какие же вы скучные, – протянул здоровяк. – Давайте ещё поиграем.
– Нет уж, с меня хватит, – буркнул повешенный.
Дубовая тяжёлая дверь в комнату отворилась, и внутрь ввалилось огромное уродливое чудовище с красной кожей, обсыпанное сгустками фиолетовых вен. Оно несло на своих плечах огромную бесформенную голову.
– Висельник! – пробурчало чудовище. – Там твоих суицидников привезли. Целую тележку. Иди и разгребай.
Парень с петлёй на шее поднялся и молча пошёл к выходу. Чудовище уселось на его место, заставив стул яростно трещать под ним.
– Проституток нет? – спросила женщина.
Чудовище коротко мотнуло головой.
Здоровяк взял колоду в свои руки и принялся тасовать карты со смачным шуршанием.
– Никак не успокоишься, Чернобай? – спросило чудовище.
– Скучно просто так сидеть, давай сыграем во что-нибудь.
– Во что?
– В двадцать одно, – ответил Чернобай, хрустя картами.
– В очко, что ли?
– В очко ты будешь играть с Блудницей.
Женщина за столом хрипло рассмеялась.
– А я тебе предлагаю в двадцать одно… Не ломайся, Канюс, надо же время как-то коротать. Тебе дали тысячу лет…
– Не нуди, Чернобай. На что играть будем?
Чернобай продолжал улыбаться во все тридцать два золотых зуба, не переставая тасовать карты.
– На желание.
– У меня нет никаких желаний.
– Ты же ленивая тварь… Давай сыграем на это.
Чернобай вытащил из-под стола небольшой тряпичный мешок и поставил на стол. Вытащил оттуда медную монетку с отпечатанным на ней лицом старика.
– У меня в мешке девятьсот девяносто девять душ… Представляешь? Почти тысяча слуг будет. Станешь развлекаться, как пожелаешь…
Канюс задумался.
– А если я проиграю, то что ты захочешь взамен?
– Одно желание. Всего-то!
Краснокожее чудище поскребло трёхпалой когтистой лапой по своей морде, раздумывая над предложением.
– Не бойся, куннилингус Блуднице загадывать не буду.
Та скрипуче рассмеялась.
– Ладно, уговорил. Давай, кидай картишки…
Чернобай начал тасовать карты опять, потом вынул одну, положил её чёрной рубашкой вверх.
– Вспоминается анекдот… Суть не помню, но концовка такая: «Машенька, клади всегда рубашкой наверх…»
Сам Чернобай захохотал, но Блудница и Канюс остались безучастными. Второй протянул лапищу, взял карту. Посмотрел.
– Ещё давай, хватит гоготать.
Чернобай положил.
– Ещё.
– Перебрать не боишься?
– Не твоя забота, толстый…
***
Полина прихорашивалась перед зеркалом, стараясь не подпевать Полине Гагариной на фоне. У ног её обеспокоенно вертелся миленький той-терьер Тошка.
В комнате появилась грузная женщина.
– Поля, – сказала она. – Может, ты не пойдёшь сегодня?! Ты же каждый день с этим Серёжкой носишься.
Полина рассмеялась, тряхнув рыжеволосой кудрявой головой.
– Ну, ма-ам, не начинай… Я люблю Серёжу, и знаю, как сильно он по мне скучает.
– Да я знаю, – выдохнула женщина. – Просто как-то на душе сегодня беспокойно. Вечер уже на улице…
– Не бойся, Серёжа меня проводит. Ты Тошку покормить только не забудь…
***
– Две десятки! – констатировал Канюс, бросая карты на стол. – Раздавай себе, увалень.
Чернобай медленно вытащил одну карту, бросил на стол…
– Десятка… бубновая, – констатировал Канюс сквозь зубы.
– Губит не очко, а к одиннадцати туз, – напомнил Чернобай и вытащил ещё одну карту, бросил на стол. Пиковый туз.
– ПРОКЛЯТЫЙ ШУЛЕР! – взревел Канюс и ударил мощной мускулистой лапищей по столу, едва его не расколов.
– Попридержи коней, сынок! – хохотнул здоровяк. – Теперь ты торчишь мне желание…
– И чего ты хочешь, шулер?
Чернобай замялся, не переставая улыбаться.
– Не хватает мне одной души для ровного счёта. Хорошенькой и светлой. Чистой. Так что иди и принеси мне. И поторопись, а то скучно…
Канюс молча поднялся и пошёл к выходу, переступая огромными красными ногами.
***
Вечер выдался тёплый, и Полина с Серёжей пошли гулять в парк.
Уже порядочно стемнело, и никого по пути им не попадалось, а смех Полины разносился на приличное расстояние…
Стояла какая-то особая – весенняя и приятная – тишина, и даже гул машин с дороги сюда не доносился.
Серёжа рассказывал весёлую историю про своего одногруппника, но вдруг остановился и застонал, прижимая левую руку ко лбу. Он был крепким и высоким парнем, чернобровым, и никогда даже к врачам не обращался, но сейчас его так сплющило, будто в него выстрелили из невидимого оружия.
– Серёжа, Серёжа! – испуганно спохватилась Полина, вцепившись красивой белой ручкой ему в локоть. – Что с тобой?!
Сергей перегнулся пополам, но отвечать не собирался. Полина беспокойно заёрзала, наклоняясь к нему ближе.
– Серёжа, «скорую» вызвать?! Милый, что с тобой?! Где болит?
Сергей медленно распрямился и посмотрел на неё почерневшими глазами.
– Да что-то тяжело мне… Но я знаю, что надо делать, чтобы полегчало!
Полина не успела ничего ответить – она стояла прямо перед ним… И Сергей ударил её кулаком в лицо. Ударил так, что оно хрустнуло.
Девушка завизжала – пока от неожиданности – и повалилась на землю, неуклюже размахивая руками.
Сергей рухнул на неё сверху, продолжая наносить удары, будто почувствовал себя Дэном Хендерсоном.
Полина заверещала опять, пытаясь оттолкнуть его, но парень яростно и убийственно вцепился в неё.
– Нет, Серёжа, не-ет! Ты меня убьёшь! – отчаянно закричала Полина перед тем, как он схватил её за горло обеими руками, обрывая и истошный вопль, пронзивший холодеющий весенний вечер. Он едва не рычал, продолжая сдавливать ей дыхательные пути, стараясь перекрыть даже слабый предсмертный хрип.
В парке по-прежнему никого не было.
***
Чернобай ставил Блуднице такие щелбаны в голову, от которых она вскрикивала и дёргалась, будто через его толстые пальцы с обглоданными ногтями шло страшное электричество.
Канюс рывком распахнул дверь и, прошаркав к столу, как столетний дед, плюхнулся на стул, заставив его снова затрещать от натуги.
– Принёс? – спросил Чернобай, отвесив последний – самый жестокий – щелбан Блуднице.
Канюс молча показал ему в руке новую медную монету с отпечатанным изображением кудрявой девушки.
Чернобай заулыбался ещё сильнее, и в какой-то момент могло показаться, что его рот вот-вот порвётся от этого, и кивнул головой на мешок. Канюс забросил монету туда.
– Ну, может, ещё сыграем?! А то скучно так…
– Да пошёл ты, шулер толстобрюхый! – прорычал Канюс. – Не буду я с тобой играть в карты.
– Хорошо, – многозначительно протянул Чернобай, вытаскивая из-под стола деревянный стакан. Он опрокинул его на стол, и красные кубики с белыми крапинками покатились по нему. – Погремим костяшками?!
Канюс задумался, потом пробурчал:
– И на что играть будем?
– На тысячу душ, на что ж ещё…
Чернобай сгрёб кости и закинул их в стакан.
– Бросай первый.
Канюс протянул трёхпалую лапищу и взял его.
27 – 29 октября 2025 г.
