Читать книгу: «Смешарики. Зима в Ромашковой долине»

© ООО «Смешарики» 2003

© ООО «Мармелад Медиа» 2025–2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Зимняя сказка

В последний день декабря в домике у Совуньи царила суматоха. Хозяйка, конечно, стояла у плиты. Там всё кипело, шкворчало, жарилось и булькало, а какие витали ароматы! Нюша забралась на ведёрко и развешивала собственнокопытно вырезанные снежинки. Рядом крутились Лосяш и Кар-Карыч, которые, если говорить начистоту, с радостью отведали бы кушаний уже сейчас, но приходилось себя одёргивать. Это на Новый год!

С грохотом распахнулась дверь, и в домик ворвался ледяной зимний ветер. А вместе с ветром ввалились Крош и Ёжик. Тяжело пыхтя, они пытались затащить в проём огромную пышную ель.

– Да тяни! – сердито потребовал Крош.

– Да тяну! – огрызнулся Ёжик. – Не тянется…

Он поднатужился, но ёлка напрочь застряла. Ёжик робко предположил:

– Может, втянуть обратно?

– Нет! – возразил Крош. – На Новый год в каждом доме должна быть ёлка!

В окне замаячил Бараш. Поскольку дверь заблокировали лесной красавицей, ему пришлось проникать в дом менее удобным способом… Из-за распахнутого окна по дому стал гулять сквозняк. Он догулял до стены, над украшением которой трудились Нюша, Карыч и Лосяш. Смешарики зябко поёжились.

– Бараш, окно закрой! – проворчала Нюша.

Поэт стряхнул с макушки снежный сугроб и покорно захлопнул оконные створки. В копытцах он сжимал новенький фотоаппарат. Ему не терпелось опробовать технику в деле.

– Бараш! Мы должны поставить ёлку! – заявил Крош, буравя поэта взглядом.

Поэт пожал плечами и сухо отозвался:

– Потом расскажешь, как всё прошло! – Он повернулся к Нюше, и на его лице расцвела приветливая улыбка. – Какой же праздник без совместных фотографий!

– А? – Свинка резко развернулась и раздражённо посмотрела на поэта.

Бараш тут же нажал на кнопку затвора и запечатлел Нюшу с перекошенным лицом!

Из облака пара у плиты раздался жалобный голос Совуньи:

– Вот и я говорю, жарко! Может, проветрим?

– Давайте не будем! – умоляюще сказал Карыч, которого минуту назад чуть не сдуло порывом ледяного ветра.

Совунья вздохнула:

– Эх, ладно… – Она оглядела полные кастрюли и удовлетворённо кивнула: – В Новый год стол должен ломиться!

Но если Совунью в первую очередь интересовало обилие угощений, Бараш боялся остаться без совместных снимков.

– Готовы к общей праздничной фотографии? – задорно спросил он, перекрикивая кряхтение Кроша – тот всё тащил ёлку.

Нюша кокетливо уточнила:

– А кто нам скажет, как встать?

Крош сдался и, отряхиваясь от налипших иголок, мотнул головой в сторону друга:

– Ёжик. Он самый сговорчивый.

Пришлось Ёжику взять на себя эту важную роль. Смешарики выстроились в ряд у стены, украшенной снежинками, и мелко дрожали: ель всё ещё торчала в двери, и с улицы тянуло холодом. Физиономии у фотографирующихся были какие-то несчастные.

– Э… Вы должны радоваться, – растерянно сказал Ёжик, пока Бараш настраивал фотоаппарат. – Я не вижу праздника!

Крош упёр лапы в бока и хмыкнул:

– Тут нужен особый взгляд на праздник. – Он шагнул к Ёжику и пнул вставшее на пути ведро. В этот же момент его ослепила вспышка. – Ай!

Кролик всё-таки подошёл к Ёжику, снял с него очки и напялил себе на нос.

Бедный Ёжик тут же потерялся в пространстве.

– Ой! Сейчас вся еда сгорит! – ахнула Совунья, возвращаясь к плите.

– Ёжик, мне идут очки? – поинтересовался Крош.

– Да… Только я тебя не вижу!

Бараш крутился туда-сюда, пытаясь выловить всех Смешариков для снимка. Карыч уже орудовал молотком, вколачивая в стену гвозди под наставления Лосяша:

– И обязательно нужно украсить всю комнату гирляндами и снежинками…

Нюша подхватила ведро, которое пнул Крош, и залезла с ним на стремянку.

– Так. Теперь я вам скажу как надо!

Стремянку случайно толкнул Ёжик, так и бродивший по комнате наощупь, и Нюша, покачнувшись, в панике заголосила:

– Помогите!

Совунья как раз солила овощное рагу и от неожиданности высыпала в кастрюлю целую солонку. Ой-ой-ой! Ну, авось никто не заметит…

– Снимите меня отсюда! – продолжала вопить Нюша.

– Сейчас, сейчас… – пробормотал Бараш, не отлипая от камеры. Щелчок, и… – Снято!

Нюша всё-таки упала вместе со стремянкой. Приземление вышло мягким, но ведро свалилось ей на голову и теперь никак не снималось. Бараш попытался помочь Нюше, но та лишь махнула копытцем:

– А, оставь. Так даже теплее.

Бараш вздохнул и огляделся.

– Может, хватит уже? Пойдём по домам?

Раздался громкий стук, и Смешарики вздрогнули. Снаружи бушевала снежная буря. И, кажется, она стучала в окно…

– Да! Похоже, метель успокаивается… – сообщил Крош, подпирая ставни спиной.

– Вы вообще, что ли? – Нюша звонко щёлкнула по ведру на голове. – В такой мороз и метель куда-то идти? Мы же по дороге замёрзнем!

Окно снова задребезжало. Крош хотел пошутить, что это Новый год стучится, но тут створки за его спиной распахнулись и в окне показался сердитый Пин.

– Я битый час в дом попасть не могу! Огромный колючий ёлка в дверях мешаль!

Все виновато потупились. Пин пролез в окно и затащил за собой санки… со спящим Копатычем.

Карыч бросился к окну, чтобы его закрыть, однако случайно вывалился на улицу. Но ворон справился с таким неожиданным поворотом событий и ловко забрался обратно – правда, весь в снегу.

Смешарики накрыли стол и уселись за него – даже спящего Копатыча примостили на стуле. Метель продолжала свирепствовать. В доме гулял сквозняк, Карыча после оконного приключения бил озноб, и только Совунья, всё ещё стоявшая у плиты, утирала крылом пот со лба.

– Ох, как жарко… – причитала она.

– Нет!!! – закричал Карыч, заметив её взгляд на окно.

Совунья оценила рагу на глаз – кажется, готово. Схватила кастрюлю и с важным видом подошла к столу.

– Рагу! Надо всё съесть!

Смешарики сперва, конечно, обрадовались. Но быстро стало ясно, что рагу совершенно несъедобное – слишком уж солёное! Только не скажешь ведь этого радушной хозяйке…

Крош, впрочем, не растерялся. Он придвинулся к мирно сопящему Копатычу, открыл ему рот и скормил свою порцию. Бараш хихикнул и сфотографировал эту сцену.

Меньше всех повезло Лосяшу: Совунья встала над ним, вынуждая приступить к дегустации.

– Ты же не хочешь меня обидеть?

Под пристальным Совуньиным взглядом Лосяш расправился со своей порцией… и незамедлительно получил добавку!

– Я больше не могу! – простонал учёный.

И тут… небо услышало его мольбы. Весь домик резко покачнулся и громко затрещал. Смешарики испуганно ахнули и вцепились в стол. Вдруг… ёлка пулей выскочила из дверного проёма на улицу, а вместе с ней вылетели из домика и попадали в сугробы Смешарики. Отряхнувшись от снега и встав на ноги, они увидели… ёлку. Она стояла посреди полянки и чуть покачивала верхушкой.

– Крош, ты разве ёлку не срубил? – изумился Ёжик, напяливая очки.

– Я думал, ты срубил, – признался кролик. – Так вот почему она никак в дверь не пролезала…

Но в этой ситуации были и плюсы. Смешарики устроились в мягких сугробах и смотрели, как танцуют снежинки, искрясь в свете фонарей. Метель успокоилась, и на улице было очень красиво.

– Какая прелесть! – ахнул Лосяш. – Копатыч хотел бы с нами праздновать…

Учёный поднялся на ноги и потащил санки со спящим огородником поближе к ёлке.

Нюша – по-прежнему с ведром на голове – оглядела ель и признала:

– Так намного лучше!

Совунья замахала крыльями, делая снежного ангела, и восхитилась:

– Какой нежный снежок!

Настроение у всех улучшалось с каждой минутой.

– Я прям нутром чувствую, что праздник получился! – улыбнулся Крош.

– Потому что для хорошего праздника самое главное – это настроиться на хороший праздник! – заметил Лосяш.

– Нужно только радоваться! И пусть всё идёт, как идёт! – кивнула Нюша.

Остаток вечера Смешарики наряжали ёлку прямо на улице, играли в снежки, делали снежных ангелов и просто наслаждались компанией друг друга.

А благодаря Барашу у них остались чудесные снимки. Смешарики с удовольствием их рассматривали. Несерьёзные, дурашливые, нелепые – в общем, очень живые и настоящие.

– Прекрасно! Прекрасно… – приговаривал Карыч.

– Копатыч тоже приобщился к атмосфере праздника! – сказал Лосяш, глядя на снимок, где Крош скармливал огороднику свою порцию рагу.

Все рассмеялись.

– А эту фотографию мы ему не покажем! – хитро прищурился Карыч и огляделся. – Кстати, а где Копатыч?

– Он катается… – беспечно сообщил Крош. – На санках.

– Мы спустили Копатыча с горки! – прыснул со смеху Ёжик.

– Чтобы ему было так же весело, как и нам, – добавил кролик.

Юные Смешарики заметили, что у остальных вытянулись лица.

– Да вы что натворили?! – ахнул Карыч.

– А что? – растерялся Крош.

– Вы совсем, что ли? – воскликнул Бараш и даже постучал копытом по ведру на голове у Нюши… – И не сфотографировали?!

До Кроша и Ёжика дошла вся тяжесть их проступка. Вот уж правда: накосячили… Оставалось только надеяться, что Копатычу, который во сне рассекал по кочкам, действительно было весело.