Цитаты из книги «Сыновья Ананси», страница 11

Есть два способа ходить по больнице. Или ты выглядишь так, будто тебе тут самое место… Или нужно выглядеть настолько не на месте, чтобы никому в голову не пришло жаловаться на твое присутствие.

Не будь он твердо уверен в своей вменяемости, уверен до такой степени, которая обычно встречается только у тех, кто беспрекословно считает себя Юлием Цезарем, посланным спасти мир от адских полчищ, то решил, что сходит с ума.

– Я-то думала, она переживет что угодно.

– И я, – согласился Чарли. – Я считал, что даже если случится ядерная война, на Земле останутся только радиоактивные тараканы и твоя мама.

- Говорят, что гости - как рыба. и то и другое через три дня воняет.

Я просто создан, чтобы нравиться. Мало на свете найдётся людей, которые нравились бы так, как я. Правду сказать, я бесконечно всем нравлюсь. Люди сходятся на собрания, лишь бы пообсуждать, как я им нравлюсь. У меня есть несколько наград и медаль одной маленькой страны в Южной Америке, что воздаёт должное тому, насколько я всем нравлюсь, и моей головокружительной чудесности. Конечно, у меня их с собой нет. Все медали я держу в ящике для носков.

У Чарли есть сын. Его зовут Маркус. Ему четыре с половиной года, и он отличается глубочайшей серьезностью, доступной лишь очень маленьким детям и горным гориллам.

- Вид у тебя задерганный.

- Возможно. Тебе это может показаться глупым, но я немного нервничаю. Дело как бы в птицах.

- Что, фобия?

- Типа того.

- Ну, вообще-то именно так иррациональный страх перед птицами и называют.

- А как называют рациональный страх перед птицами?

Несколько минут длилось "ты повесь трубку" - "нет, ты повесь трубку", - что составило бы честь парочке пятнадцатилетних жертв гормональной интоксикации, и наконец трубку повесили.

Если время от времени не умирать, тебя начинают принимать как должное

Ему четыре с половиной года, и он отличается глубочайшей серьезностью, доступной лишь очень маленьким детям и горным гориллам.