«Жидкий свет зари, чуть занимаясь на Востоке мира, вползает в окна, норовя взглянуть на то, что совершается внутри, и, натыкаясь на остатки пира, колеблется. Но продолжает путь.» И. Бродский
Книга, конечно, не о том, как лукавый и коварный ислам уверенно захватывает все позиции во Франции, Бельгии и далее везде. Хотя фантастическая история с журналом «Charlie Hebdo», который 7 января 2015 года подвергся атаке исламских террористов, и в ходе которой было убито 12 человек придала новому роману М. Уэльбека именно этот вектор. Ведь в этот день на первой полосе издания была размещена карикатура на писателя с подписью: «Предсказания мага Уэльбека: в 2015 году я потеряю зубы, в 2022 году я соблюдаю рамадан».
Книга о другом. Книга о филологе и преподавателе Сорбонны из сонма умных, но не очень смелых ученых, которые занимаются, никак не свойственными мужчине делами. Филолог Франсуа (автор за всю книгу так и не наградил его фамилией) едва начав жить, уже устал от жизни. Мне, воспитанному на постулатах о том, что мужчина обязан думать и делать: созидать, создавать материальные ценности, защищать Родину, никак не понять, что человечество действительно нуждается в многолетних исследованиях творчества какого-то элитарного мистика давно почившего в бозе, который при жизни изумлялся своим неудачам и безразличию, обладал дьявольским высокомерием и безмерной ненавистью. Ну да Бог с ним. Если кому-то это нужно, значит можно этим заниматься. В русском народе сейчас распространена поговорка «умных много, смелых мало». Видимо мы решили одну из главных проблем страны, остаются дороги. Французы тогда по этой логике решили обе, но наросла еще как минимум одна и о ней ниже. Любопытно до дрожи, что Франсуа легко узнаваем в наших современниках.
Франсуа вяло наблюдает за переменами, происходящими в стране. Вот администрации университетов заключают договоренности с движением молодых сулафитов для организации борьбы с хулиганством и наркодиллерством. Вот вход на лекции контролируют молодые арабы, которые следят за одеждой и поведением молодых студенток. Вот ректором университета становится человек, известный своими пропалестинскими настроениями и бойкотом израильских преподавателей. В стране идет казалось бы обычная предвыборная борьба, проходят дебаты, заключаются союзы и коалиции между претендентами на пост президента Франции. Вместе с тем, раз от раза в разных регионах происходят вооруженные столкновения, случаются перестрелки, в которых гибнут люди. И не понятно кто в кого стреляет и с какой целью убивают людей. И ничего не происходит ни с предвыборной борьбой идей в рамках мультикультурализма, ни с душевным состоянием Франсуа. Его душа словно покрыта тонким льдом, присыпанным мягким снегом и читатель понимает, что под ними безмерная, бесконечная пустота, бездна… А Франция меж тем прощается с католичеством. Идею цивилизованного развития Европы и проект великой Франции в рамках ислама мощно продвигает новый президент. Закрываются отделы кошерной пищи в магазинах, исчезают юбки и платья, Сорбонна становится исламским университетом. Французов, принявших ислам ждет великое светлое будущее. Вот только евреям придется труднее, насколько труднее можно догадаться. Евреи массово уезжают из страны. А наш Франсуа принимает ислам и возвращается в университет, он готов к работе с новой властью, которая обеспечивает своим сотрудникам высокий уровень жизни. Автор не дал ему не только фамилии, но и внешности. Уэльбек глазами Франсуа постоянно описывает внешность тех, с кем сводит центрального персонажа, но мы можем только догадываться как выглядит Франсуа.
А самое потрясающее в образе Франсуа, в этом покорном, безвольном и безразличном ко всему человеке – полное отсутствие чувства греха, собственной вины. В нем никогда не было этих чувств. И эта пустота подобна полному непротивлению обстоятельствам, покорности. Этот субъект лишен образа, лишен возможности и самого права покаяния, он символ вырождения и одиночества, потому что предал все что возможно: веру и идеалы предков, собственных родителей, единственную женщину, которую любил –Мириам. Он просто Франсуа, в нем нет любви…
Тихий, спокойный, безэмоциональный, безоценочный роман-предупреждение.
Книга написана умело – в ней все почти политкорректно, несмотря на совершенно неполиткорректное содержание. Автор позиционирует собственное произведение с иронией как социальную фантастику (фантастику ли?), опять же выводя себя из-под огня возможной критики. Уэльбек никого и нечего не обвиняет, отличаясь этим, например, от того же хрестоматийного Синклера Льюиса в его У нас это невозможно .
Итак, Франция всего через несколько лет. Баланс окончательно сместился, сделав возможным избрание президента-мусульманина. И ничего страшного не произошло, все приспособились.
В книге много для иностранного читателя лишнего. Мелкие подробности французской политики, сведение счетов в интеллектуальной среде, плевки в сторону конкретных медийных персонажей. Но за этим виден тонкий, душевный такой стеб.
Автор давит на то, что современная западная цивилизация не может найти ответа на вызов религиозного радикализма. Ее ужимки и прыжки нелепы, действия в основном только ответные и сумбурные, похожие на трагическое размахивание руками.
Наш мир, сомнительно уютный в недавнем прошлом, довольно заметно сползает обратно в состояние перманентного конфликта. Автор не пытается никого разбудить, не хочет и ударять в набат, он вообще не уверен, что происходит что-то не то. Он просто предупреждает, что при продолжении существующей тенденции будущее может быть снова таким – простым, однозначным и неканоничным, погруженным в религиозный пыл.
Картинка автора столь реалистична потому, что он не забывает упомянуть и о противоречиях среди нефтяных арабских стран, об их соперничестве за активы во Франции. Нет никакого монолитного мрачного заговора, просто Европа совершает очередное самоубийство.
Уэльбек приплетает сюда все, начиная с катастрофы Первой мировой и заканчивая толпой малоизвестных мне деятелей Belle Époque, чтобы показать, что утрата неполиткорректной, но своей идентичности ведет в никуда. Опять же, он этого не утверждает, он всего лишь предлагает вариант.
Основная прелесть романа (везде его так официально величают, хотя по формату это скорее повесть) в том, как хорошо передано лицемерие. Как политиков, алчных, жаждущих власти, так и СМИ, которые показывают лишь то, что нужно, стоит, целесообразно показывать. И при этом все понимают, что в стране творится много такого, что по телевизору не покажут.
Авторская же ирония над французскими интеллектуалами, его стеб над сальными волосами – все это менее тонко, чем, например, в Игре в бисер , но вполне на уровне Македонской критики французской мысли , некоторую схожесть с Пелевиным уловить можно.
А будущее... Как говорил один известный персонаж – будущее не предрешено.
P.S. За ссылку на Арены Лютеции Уэльбеку большое спасибо
"Покорность" - очередной роман о закате Европы, о том, что ценности Западного мира перестали работать, а человек, который, казалось бы, не должен быть индифферентен, ведет себя вполне по-конформистски.
20-е годы XXI века. В результате определенных итераций в предвыборной гонке лидируют ультра-правая партия Национальный фронт (реально существующая партия во Франции во главе с Марин Ле Пен) и партия Мусульманского Братства (в реале относительно молодая Партия мусульман Франции). Небольшая хитрость в виде кражи избирательных урн дала время договориться мусульманам с менее популярными участниками выборов (например, социалистами). В итоге приходит к власти Мохамед Бен Аббес.
Вот тут начинается самое интересное. Ислам в Бельгии - понятно, Марокко и Турция в Евросоюзе - тоже. Вопрос касается самого человека. Готов ли обыватель поступиться свободой ради не просто куска хлеба, но даже хлеба с икрой (скорее всего временно или может иногда, но кого это интересует в первый момент?), четырех покорных жен, которых тебе же ещё и подыщут. За многолетнюю историю Западный мир становился всё более индивидуалистическим и неуклонно шёл к "абстрактному" (по Попперу) атомизированному обществу (об это и сам Уэльбек написал в романе "Возможность острова"). Соответственно отчужденность, одиночество, и т. д. Исламское государство в лице Аббеса предлагает сделать ставку на семью и образование. И самый главный вопрос, что выберет маленький одинокий человечек? Уэльбек прямого ответа не дал, но намек сделал. Покорность. Неприятное, но логичное завершение Западного мира. Так может мы не по тому пути движемся?
Роман с первых же строчек понравился мне своей лаконичностью. Потом уже я оценила гениальную в своей простоте идею, но сначала была эта немногословная, чуть усталая констатация: "мне совершенно опротивела моя жизнь, я очень устал от себя...". Это не Уэльбек, это Гюисманс, но как легко спутать. Об этом Уэльбек говорит во всех своих книгах - через сюжет, через персонажей, через их жизни. Наконец мысль отшлифована до предела, теперь достаточно пары предложений, десятка слов.
Ключевую метафору романа - покорность - можно крутить и так и этак. Но дело в том, что главный герой был обречен на покорность в любом случае. Вопрос лишь в том, чему покориться, какой выбор сделать. Можно было противиться новому режиму, даже воевать с ним, отстаивая такие привычные европейские ценности. Проблема в том, что эти ценности разочаровали людей, которые устали тащить на себе бремя личной свободы и вседозволенности, индивидуализма и одиночества. Кто-то всего лишь устал, нашего же героя попросту тошнило от этого. Он вполне мог прожить еще долгие годы, получая основательную пенсию, но все, что его ждало, - это полное одиночество и дни, заполненные валянием в постели с книгой в одной руке и бутылкой - в другой. И это была бы покорность - своей судьбе, своей жизни, которая и так уже год за годом катилась именно к такому концу.
Никто не принуждал нашего героя, никто его не преследовал, никто не угрожал. Но соблазн покориться новой власти был слишком силен. И дело тут не только в страхе потерять привычные комфорт и благосостояние, но и в смутном желании начать новую жизнь - очерченную правилами, понятную, более упорядоченную, освобожденную от тяжести личной ответственности, личного выбора. "Вы действительно уверены, что хотите выбирать?" О, это дьявольский вопрос! Возможно, самый дьявольский во всем романе. Считаете эту новую жизнь приспособленчеством, фальшью, обманом, даже самообманом? Так и есть, но чем была лучше предыдущая?
Уэльбек невероятно хорош. О "Покорности" можно говорить часами, разбирая ее на кусочки, рассматривая со всех сторон. Приятно читать роман, который, как айсберг, в глубине скрывает больше, чем видно на поверхности.
"Покорность у нас на Земле всегда считалась высшей добродетелью, ибо только в том случае, если все люди согласятся покориться единому началу, осуществима та "гармония", которая тоже считается высшим идеалом достижений." /Л.Шестов "На весах Иова", 1929 г.)
По большому счёту, этой цитатой Льва Исааковича Шестова, можно и закончить рецензию на новый роман Уэльбека. В ней весь смысл написанного в нём... Вектор размышлений, заложенный автором в повествование, основывается на том, что существующая европейская цивилизация основана на всеобщем восприятии христианства, как единственно возможного морального императива, внедрённого в сознание европейцев ещё в средние века. Жители европейских государств, покорно и без размышлений, принимали, как непреложное жизненное обязательство, веру в Заповеди, брак по расчёту, сексуальную ограниченность, помощь ближнему, отсутствие возможности изменить свой социальный статус, неравноправие полов и верховенство элиты. В этом была дух и соль европейского общества, его государственности и развития. По мере разрушения этих правил, разрушалась и гармония общества, восстановить которую возможно либо возвращением к устоям христианства, что не представляется возможным, либо полным замещением чем-то аналогичным, взятом из других религий. Сопоставив эту мысль с текущей ситуацией и понимая темпы исламизации Европы, Уэльбек небезосновательно предполагает, что самым реальным заместителем идей Христа является ислам. Причём, он понимает, что просто заставить всех европейцев стать правоверными муслимами - это полдела, главное - покорить их души, предложив такой вариант обращения в веру Муххамада, который позволит неофитам считать этот переход исключительно добровольным актом. В этой книге нет ничего о фундаменталистах, взрывах и отрезании голов, ислам смотрит со страниц книги ласковыми глазами, вещает красивыми речами и, что немаловажно, подкрепляет всё это добрыми делами. Он приятен и вовсе нестрашен, он приходит в каждый дом в виде пособий, заработных плат, верных и услужливых жён, родителей и детей, заботящихся друг о друге до конца дней и государства, лелеящего тех, кто чтёт Коран. И, пусть не сразу и не все, но, по истечении времени и абсолютное большинство, приходят к выводу, что для того, чтобы просто жить, неважно какую молитву ты должен читать по утрам и покорно делает свой "правильный" выбор. На самом деле, по прочтении книги, непонятно - пугает ли автора такой исход европейской истории или он, каким-то образом, даже вожделеет к нему...
Что же, посмотрим, как всё сложится на самом деле. Будет интересно и, вполне вероятно, совсем скоро...
Вот я даже не знаю, что меня поразило. То ли достаточно откровенные сцены числом сильно больше одной. То ли то, с какой легкостью под пером писателя изменилось общество и изменилось отношение его к вещам, причем изменившееся до невозможности. Наверное, поразили меня они с одинаковой силой. И мало того, оказались волей автора на одной ступени. Он расположил их настолько близко друг к другу, чтоб у нас возникло стойкое чувство контраста, хотя как могут конрастировать эти вещи, если они совершенно из разных областей. Но тут появляется маленькая такая ловушка: а насколько на самом деле это - контраст? Не является ли они одновременно слишком близкими друг другу понятиями? Итак, секс и политика. А не возникает ли тут же в голове и небезызвестный термин "политическая проститутка"? А если возникает, то, видимо, неспроста. Как удается автору оперировать нашими мыслями, что так легко возникает именно этот мотив, который можно привязать к происходящему. Хотя все не так просто.
Если же мы возьмемся привязать определенную страну - а речь, естественно, идет о Франции - к событиям, которые, может, и не с такой прозрачностью, но можно предвидеть, то тут тоже все не так уж очевидно. В роли Франции может оказаться любая страна, но коль и так там свои сложности с гражданами арабского происхожения, да и все это Уэльбеку ближе, то вот вам и ситуация. А страна может быть любая, как не обязательно, что это будут арабы, как и не обязательно, что религиозными и прочими ограничениями здесь выступит мусульманская вера. Хотя это прозвучало очень актуально. И страшно. А представить себе это в реальности еще страшнее. А ведь можно представить любую ситуацию. Которая будет упираться не в вероисповедование и связанное с ним обычаи и требования веры, а нечто совсе другое. А далеко и ходить не надо. Наша сегодняяшняя ситуация с короновирусом чем не разновидность такой ситуации, не в тех масштабах, конечно, но по верхам очень даже.
Новый роман-откровение от Уэльбека. Я не все его книги читала, но каждая из них - вещь в себе, не стала исключением и "Покорность".
Главный герой книги, Франсуа, не знает, чем заполнить пустоту в своей душе. Голова вроде полна мыслями, он интеллектуал, профессор университета, однако в душе нет ничего. Он пробует глушить пустоту сексом, алкоголем, духовными поисками, но понимает, что этого недостаточно, чтобы заполнить эту бездонную дыру. Одиночество засасывает его в себя как в воронку, он отчетливо понимает, что годы уходят и скоро он никому не будет нужен, особенно остро это понимание приходит, когда он читает известие о смерти матери спустя месяц после этого события.
А параллельно с ним к своему концу движется западная цивилизация, исподволь завоевываемая молодым, полнокровным, основанным на идеологии исламом. На глазах Франсуа сбывается многовековая мечта исламского мира - бескровный захват Европы, обращение ее жителей в ислам, смещение вектора западных ценностей на ценности арабского мира. И все по доброму согласию или же вопреки, потому что французские левые не могут договориться с французскими правыми, а урожай с этих споров пожинает мусульманская партия, тихо и споро ведущая дела и с теми, и с другими, обладающая колоссальными ресурсами нефтяных держав и убедительной программой вербовки молодежи. И у Уэльбека западное общество совершенно лишено способности бороться с этой ползучей экспансией, и ему ничего больше не остается, как принять этот новый жизненный уклад. А вдруг пустота сменится наполненностью и жизнь обретет смысл?
Пророческая книга, пугающая, но вместе с тем и заставляющая задуматься о будущем.
Выражение “после меня хоть потоп”.. очень точно передавало мое настроение, но тут впервые у меня мелькнула тревожная мысль: потоп вполне мог случиться до моей кончины.
Этой тревогой по поводу будущего европейского общества Уэльбек делится с читателями. Во французской прессе роман назвали сатирой на политическую импотенцию Европы, политической антиутопией.
В романе представляется один из страшащих современную Европу вариантов будущего (логическое продолжение "Платформы") - чем ответит современная Франция на вызов до сих пор молодого ислама на примере главного героя - рядового преподавателя Сорбонны. Покорится. Через демократические выборы. Через выгоды. Без драматизма. как ответ на ситуацию, когда "из двух зол выбирают меньшее". А может это не зло, а возможность все начать заново, спрашивает Уэльбек.
Какие другие варианты, уже непокорности, рассматриваются? Главным образом "крысы, бегущей с корабля". Все продать, деньги перевести и уехать. Но это малодушно. Разве? "Крысы – очень умные млекопитающие," - с иронией, наполняющей весь роман, говорит Уэльбек. Вариант мученика, отстаивающего свои взгляды ценой жертвы, не рассматривается.
Через всю книгу проходит история жизни и творчества Гюисманса, любимого писателя главного героя. Скала, которую он не может преодолеть - обращение Гюисманса в христианство в католической церкви. Думаю, это тоже можно рассматривать как неудавшийся вариант выбора главного героя, несмотря на ницшеанские нападки на христианство в тексте. Автор сам намекает, что агрессивное поведение может быть способом понравится.
Близко сетование главного героя:
Мысль о том, что политическая история может играть какую-то роль в моей личной жизни, по-прежнему приводила меня в замешательство и внушала даже некоторую брезгливость.
Уэльбека интересно читать. Возможно, когда-то роман потеряет актуальность, но мы, как и автор, живем сейчас.
Роман Мишеля Уэльбека "Подчинение" вышел в январе 2015 г., сразу после трагедии "Charlie Hebdo". Считалось, что содержание романа, наряду с сатирой Шарли стало причиной теракта. Возможно. Религии не знают компромиссов.
Трехсотстраничный роман представляет собой политический фельетон, размышление о возможном будущем Франции. Упоминаются все те лица, которые ныне блистают на политической арене Франции - Франсуа Олланд, Ле Пен (отец и дочь), Саркози. Время действия - 2017 г. Основное событие - президентские выборы.
Чтобы понять, почему этот роман является событием, нужно быть в курсе нынешних политических реалий; там, где для француза комментарии не нужны, читателю, находящемуся вне контекста, требуется пространное разъяснение. Так что во многом эта книга "для внутреннего употребления" (в не меньшей степени это касается и описания французской академической среды). Тем не менее, некоторые из "пророчеств" Уэльбека являются не личными его мнениями, а точкой зрения, распространенной в среде европейской интеллигенции.
О чем эта книга? О том, как европейская демократическая система победила сама себя. Главный герой, обычный интеллигент, не интересующийся политикой, постепенно начинает чувствовать (накануне выборов), что что-то происходит. И действительно, сначала выборы компрометируются (группа неизвестных нападает на избирательный участок, что приводит к аннуляции результатов), а затем на повторном голосовании побеждает партия французских мусульман. Начинается серия реформ, касающаяся в первую очередь образования. Все школы становятся исламскими, как и все ведущие вузы, значит, оттуда уволены все женщины. Профессура должна выбирать между принятием ислама и увольнением. Перемены происходят и в экономике, но их в целом приветствуют. Все это спонсируется Саудовской Аравией. Вы думаете, кто-нибудь протестовал против этого? Против введения шариата, особенно в сфере семейного законодательства, против лишения женщин их прав, против отказа от секуляризма, против отказа от всех демократических достижений (а какой кровью за это заплатила Франция мы знаем)? Нет. Никакой гражданской войны, никаких демонстраций. Подчинение.
И в этом месте Уэльбек формулирует универсальную истину, в духе "Бегства от свободы": ислам - религия подчинения человека Богу (и отдельно женщины - мужчине), она освобождает от тяжкой ответственности за самого себя, за свои решения, от ответственности быть свободным. Такова человеческая природа - мы не хотим быть свободными, не хотим быть независимыми. Это требует слишком больших усилий, это требует способности мыслить. Приятней и проще, когда тебе говорят, как тебе следует думать, во что одеваться и как вести себя с женой.
Роман Уэльбека рассказывает об усталости всего человечества быть свободными, о перемене, которая вот-вот начнется, о решениях, которые нам придется принмать, о нас самих, о наших тайных желаниях - не быть самим по себе. Это не роман об исламе (хотя, должна признать, его видение ислама достаточно профессионально), и даже не роман о Франции. Он о демократии и свободе, об этих великих достижениях западной цивилизации, которые она с таким трудом подарила своим детям - и от которых они так рады отказаться.
Насколько сбудутся фантазии/прогнозы Уэльбека можно будет посмотреть лет через пять. Но уже сейчас есть некоторые разночтения: Олланд уже точно не пойдет на второй срок, нет еще Исламских партий участвующих в выборах. Но это ведь ничего не меняет в политической жизни Пятой республики. Государство не может противостоять ползучей исламизации и радикализации общества. То что некоторые районы французских городов уже являют собой исламские анклавы, закрытые для полиции, нам известно по телевизионным новостям. Но вот несколько фактов известные мне от непосредственных свидетелей.
Группа арабской молодежи спровоцировала драку с молодыми людьми, даже не французами, а, скажем так, жителями бывших республик Советского Союза, но хорошо говорящих на французском, якобы те их толкнули. Драка. Студенты повержены и в крови. Арабы удаляются. И только после этого группа французов, которая за всем наблюдала с противоположной стороны улицы, подошла к избитым и предложила им платки, вытереть кровь. Но никто даже не подумал вызвать полицию.
Девушка-арабка в автобусе, увидев что ее соседка читает книгу на непонятном ей языке (на русском), стала громко возмущаться по типу "понаехали". Никто в автобусе не сказал ни слова, все молча потупили взор. Выступила сама носительница великого и могучего, ответила она на языке Мольера и Гюго. Ответила резко. Девушка в хиджабе поспешила покинуть автобус. Повторю, больше никто в автобусе не окоротил "возмутившуюся". Покорность.
Как сказала моя дочь: "Французы просрали свою страну".
Так что Уэльбек точно уловил настроения, царящие во французском обществе. И надежда, на то что французский народ сможет отстоять свою историю, культуру и самобытность, тает на глазах. И что вся политическая элита Франции, да и не только Франции, а всего Европейского Союза, будет активно противостоять Марин Ле Пен уже очевидно. И победить ей на президентских выборах никто не даст. Но здесь, как говорится, поживем - увидим. А во всем остальном Покорность.
Начислим +13
Покупайте книги и получайте бонусы в Литрес, Читай-городе и Буквоеде.
Участвовать в бонусной программе
Комментарии, 115 отзывов