Все книги автора
Марина Цветаева, несмотря на свою неустроенную, битую войнами и разрухами жизнь, состоялась Великим Поэтом. Именно Поэтом, а не Поэтессой. Вся жизнь у неё, как я поняла из её же творчества и биографических данных, подчинена была именно творчеству. Кстати, даже её проза читается, как поэзия. Такое ощущение, что и судьба помогала ей писать, если учесть, что её очень пронзительные вещи – «Поэма горы», «Поэма конца» и другие, создавались после сильных психологических и семейных потрясений. Этого у Цветаевой по жизни было в избытке.
Её язык не спутаешь ни с кем другим: поэзия это, или проза, или воспоминания о Волошине М. и др.
Женщина с драматической судьбой, она свои драмы «переплавляла» в свои стихи, и, цитируя её же строки, дождалась, когда им наступил «свой черед». Теперь мы читаем её произведения и восхищаемся ими. Счастливы те, кому еще предстоит знакомство с творчеством Цветаевой Марины.
Прослушала «Повесть о Сонечке». Не хотелось брать только стихи, поэтому выбрала повесть. Цветаева – великолепна. Поэт серебряного века, который пишет «золотыми» словами. Ее хотелось слушать, и я не могла «наслушаться». Ее такие непохожие, но одинаковые «Убожество» и «Божество». Еще запомнилось, что у женщин есть только два сословия – это молодость и старость. Других нет. Мудрая, воспитанная и талантливая Цветаева в одном произведении.
Марина, Мариночка! Часть сердца России, русской души. Грустной души. Ее стихи на всегда, как и Пушкин....Счастье читать ее произведения. Счастье, что она была, и гордость, что нет ее у других.
Цитаты
«Унылая пора! очей очарованье!..» (отрывок из стихотворения «Осень») Унылая пора! очей очарованье! Приятна мне твоя прощальная краса — Люблю я пышное природы увяданье, В багрец и в золото одетые леса, В их сенях ветра шум и свежее дыханье, И мглой волнистою покрыты небеса, И редкий солнца луч, и первые морозы, И отдаленные седой зимы угрозы.
Летний вечер пышен, Летний вечер снова… Мне твой голос слышен: «Я люблю другого». Сердца горький лепет Полон чар былого… Слышен тихий лепет: «Я люблю другого». Смолкни, праздный ропот! Прочь, упрек! Ни слова!.. Слышен, слышен шепот: «Я люблю другого».
Лишь слово царствует. Меч был рабом всегда. Лишь словом создан свет, лишь им создастся снова.
Лучшие стихи о любви
Еще томлюсь тоской желаний, Еще стремлюсь к тебе душой — И в сумраке воспоминаний Еще ловлю я образ твой… Твой милый образ, незабвенный, Он предо мной везде, всегда, Недостижимый, неизменный, Как ночью на небе звезда…
Крысолов
И действительно, рукопись статьи, отправленная в газету «Последние новости», была Цветаевой возвращена как «интересное филологическое исследование», но для газеты неподходящее, ибо интересное лишь «для нескольких избранных читателей», о чем Цветаева с возмущением писала В. Н. Муромцевой-Буниной: «Но «Лесного царя» учили — все! Даже — двух. «Лесному царю» уже полтораста лет, а волнует, как в первый день. Но все пройдет, все пройдут, а «Лесной царь» — останется!
Мои дела — отчаянные. Я не умею писать, как нравится Милюкову. И Рудневу (редакторы «Последних новостей» и «Современных записок». — Л. С.). Они мне сами НЕ НРАВЯТСЯ!».
Мой Пушкин
Скамейка, на которой они _не_ сидели, оказалась предопределяющей. Я ни тогда, ни потом, никогда не любила, когда целовались, всегда - когда
расставались. Никогда не любила - когда садились, всегда - когда расходились. Моя первая любовная сцена была нелюбовная: он _не_ любил (это я
поняла), потому и не сел, любила _она_, потому и встала, они ни минуты не были вместе, ничего вместе не делали, делали совершенно обратное: он
говорил, она молчала, он не любил, она любила, он ушел, она осталась, так что если поднять занавес - она одна стоит, а может быть, опять сидит, потому
что стояла она только потому, что _он_ стоял, а потом рухнула и так будет сидеть вечно. Татьяна на той скамейке сидит вечно.
Одна – здесь – жизнь
Родство по крови грубо и прочно, родство по избранию – тонко. Где тонко, там и рвется.
/«О любви»/

Комментарии, 3 отзыва3