Цитаты из книги «Мысль», страница 6
...нелюдимость, которая есть просто признак здорового ума, предпочитающего проводить время наедине с самим собою и книгами, чем тратить его на праздную и пустую болтовню...
И кто сильный спасёт меня? Никто. Ибо никого нет сильнее меня, а я - я и есть единственный враг моего "я".
Я даже не знаю, кто это был; я называю это мыслью, но, может быть, это была не мысль. Мысли - те, как голуби над пожаром, кружились в голове, а она кричала откуда-то снизу, сверху, с боков, где я не мог ни увидеть ее, ни поймать.
И самое страшное, что я испытал, - это было сознание, что я не знаю себя и никогда не знал. Пока мое "я" находилось в моей голове, где все движется и живет в закономерном порядке, я понимал и знал себя, размышлял о своем характере и планах, и был, как думал господином. Теперь же я увидел, что я не господин, а раб, жалкий и бессильный. Представьте, что вы жили в доме, где много комнат, занимали одну только комнату и думали, что владеете всем домом. И вдруг вы узнали, что там, в других комнатах, живут. Да, живут. Живут какие-то загадочные существа, быть может люди, быть может что-нибудь другое, и дом принадлежит им. Вы хотите узнать, кто они, но дверь заперта, и не слышно за нею ни звука, ни голоса. И в то же время вы знаете, что именно там, за этой молчаливой дверью решается ваша судьба. Я подошел к зеркалу...Завесьте зеркала. Завесьте!
дено стать богом, то престолом его будет книга…
Особенно противен он, когда ест. Когда первый раз я увидел его за этим занятием, мне пришло в голову, что еда есть дело безнравственное.
Она умнее своего мужа и беседовать любила со мной, а, побеседовав, спать шла с ним - и была счастлива.
Безумный, счастливый в своем безумии мир, ужасно будет твое пробуждение!
И когда-то я подумывал даже о сцене, но бросил эту глупую мысль: притворство, когда все знают, что это притворство, уже теряет свою цену.
Царь над самим собой, я был царем и над миром.И мне изменили. Подло, коварно, как изменяют женщины, холопы и - мысли. Мой замок стал моей тюрьмой. В моем замке напали на меня враги. Где же спасение? В неприступности замка, в толщине его стен - моя гибель. Голос не проходит наружу. И кто сильный спасет меня? Никто. Ибо никого нет сильнее меня, а я - я и есть единственный враг моего "я".Подлая мысль изменила мне, тому, кто так верил в нее и ее любил. Она не стала хуже: та же светлая, острая, упругая, как рапира, но рукоять ее уж не в моей руке. И меня, ее творца, ее господина, она убивает с тем же тупым равнодушием, как я убивал ею других.
В наши дни, когда только богатство дает свободу, я не знаю, чем бы я стал, если б судьба поставила меня в ряды пролетариата.
