Цитаты из книги «Отбор», страница 19

Дни пролетали в подготовках к переезду во дворец, зато по ночам, когда я оставалась одна, я думала об Аспене. Это было единственное время суток, когда я не могла помешать ему проникнуть в мои мысли, а он не особо стремился уходить.

Я вдруг поняла, что буду и дальше поддерживать связь с этими девушками, точно та кже, как королева Эмберли, по словам Максона, до сих пор поддерживает контакт со своими подругами по Отбору. Захочу знать, за кого они выйдут замуж, и буду посылать им открытки на Рождество. И через двадцать с лишним лет, если у Максона будет сын, я позвоню им, чтобы узнать, за кого они болеют в новом Отборе. Мы будем вспоминать все, через что прошли, со смехом, как будто это было приключение, а не соревнование.

Несмотря на вихрь завладевших мной чувств, мысли никуда не делись. Я по-прежнему была зла на Максона, на Селесту и даже на Аспена. Черт побери, я была зла на всю Иллеа.

— Да, кстати, — произнес он чуть громче. — Если ты не хочешь, чтобы я в самом деле в тебя влюбился, перестань быть такой красивой. Надо будет завтра с утра велеть твоим служанкам подыскать тебе какой-нибудь мешок из-под картошки.

Разобрать его слова оказалось довольно трудно, поскольку они были обращены к ковру.

При одном воспоминании о смехе Максона я сама едва не покатилась от хохота. Он сначала в несколько толчков выдыхал из себя весь воздух, а потом слегка похрюкивал на вдохе, как будто никак не мог закончить смеяться.

Я не знала, кто именно попросился домой, но ходили слухи, что среди них была и Тайни. Поговаривали еще про Бариель, но я знала, что это неправда. Лишить ее шанса заполучить корону можно, только убив.

Взглянула на склянку. Потом взяла ее в руки. Одинокая монетка на дне потерянно звякнула.

— Мне тоже одиноко, — прошептала я. — Мне тоже.

Глупо, наверное, было тащить ее с собой. Я оставила все остальное позади, так зачем цепляться за одну-единственную монетку? Неужели это все, что мне осталось? Монетка в стеклянной банке. Ее когда-нибудь я покажу своей дочери, рассказывая о своей тайной любви.

Похоже, Максон превосходно умел вести себя с дамами, но представления не имел, как держаться на свидании.

— Тебе же наверняка сказали, что ты можешь изменить здесь все по своему вкусу. Поставить другую кровать, перекрасить стены.

— Слой краски на стенах не сделает все это моим, — пожала я плечами. — Такие девушки, как я, не живут в апартаментах с мраморными полами, — пошутила я.