Читать книгу: «Кровь и сталь»

Name: Кровь и сталь
Author: Хелен Шойерер
ISBN: 978-5-04-231359-2

Шрифт:

Helen Scheuerer

Blood & Steel

Опубликовано в согласии с автором и его литературными агентами, Ethan Ellenberg Literary Agency (США) через Игоря Корженевского от лица Агентства Александра Корженевского (Россия).

Художественное оформление Игоря Пинчука

* * *

Человеку, который поддерживает все мои авантюры.
Гэри, тобой каждый день – приключение.

Пророчество Срединных Королевств

В тени павшего королевства, в самом разгаре бури
Дочь тьмы одной рукой обнажит меч,
Второй – повелит самой смерти.

Когда на исходе дней небеса поглотит черная бездна,
Завеса падет.
Она занесет меч и предопределит течение судеб.

Взойдет заря огня и крови.

Глава 1

Пророчество о смерти Алтеи Золтейр было вырезано на камне еще в ее детстве. Поэтому, пробираясь по землям, над которыми нависла тьма, она знала: дни еще не сочтены. Пока что.

Молния рассекла небо, за ней последовал раскат грома. Наслаждаясь насыщенным ароматом надвигавшейся грозы и упиваясь хаосом, который она с собой несла, Тея медленно продвигалась вдоль обрыва. Ей не следовало здесь находиться, но она уже давно научилась брать судьбу в свои руки.

Тея осматривала скалы в поисках укрытия, сердце ее гулко билось в груди. Здесь, на черных утесах, окруженных скалистыми горами и свирепыми морями, чьи гигантские волны дотягивались до облаков, встреча могла состояться в любой момент. Эти земли пугали всех, но для нее дикие пейзажи и холодные, резкие очертания Тезмарра были домом, других мест она не знала. Тея почти ничего не помнила о том, что было до того, как ее вместе с сестрой Эльврен оставили у ворот крепости.

Тея вновь сосредоточилась на месте встречи. Их было не видно, не слышно. Она нетерпеливо вздохнула, поиграла с висевшим у нее на шее камнем судьбы, проводя большим пальцем по выгравированному на нем числу. Для нее оно было судьбоносным.

Двадцать семь.

В этом возрасте ей суждено умереть. Всего три года – и смерть настигнет ее. Будущего Тея не боялась, но ее переполняли злость и чувство несправедливости. Три года – ничтожный срок для того, чтобы женщина добилась того, что хочет.

Легенда.

Прищурившись, она вглядывалась в небо в поисках солнца, которое едва проглядывалось сквозь серость. В окутанных мглой землях часто было трудно определить время. Если бы Тея была из тех женщин, что любят поспорить, – а она такой и была, – то сказала бы, что воины опаздывали. Безусловно, это плохой знак.

Небеса разверзлись, хлынул ливень, и земля под сапогами Теи превратилась в грязную реку. Сверкнула еще одна молния, осветившая нечто, находившееся за бурлящими водами, – Завесу. Огромная стена белого непроглядного тумана тянулась к богам, заключая Срединные Королевства в свои объятия и оберегая их. Сотни лет она защищала королевство от монстров. Однажды этому настал конец.

Эта мысль сподвигла Тею проверить, при ней ли ее самое ценное и запретное имущество. Ее кинжал, как всегда, надежно был спрятан в сапоге под брюками.

Внезапно по камням зацокали копыта. Увидев двух огромных жеребцов, Тея бросилась за кусты ежевики, в самую тень.

Ее пульс участился. Информатор был прав: такие вороные кони принадлежали особенным наездникам.

Тяжелые ботинки с плеском ударились о грязную землю, вдоль утеса разлетелись тихие голоса.

Они здесь.

Боевые Мечи Тезмарра.

Тея, ведомая неистовым желанием увидеть легендарных воинов вблизи, выглянула из-за укрытия.

На поляну вышли двое вооруженных до зубов мужчин в черной броне. На нарукавной повязке у каждого гордо красовался тотем – стальной узор из трех мечей, два из них скрещены, третий рассекает их посередине.

Тея неосознанно прикоснулась к своему плечу, представляя, что на нем тоже есть тотем.

Боевые Мечи подчинялись только Мастеру Гильдии.

Люди слагали баллады об их могуществе, о том, как, пройдя Великий Обряд, они становились еще сильнее, быстрее и ловчее самых выдающихся воинов. Ходили слухи, что некоторые из них бессмертны. Говорили, что они не рождаются – они закаляются кровью и сталью. Их осталось лишь трое.

И вот, двое из них стояли под дождем всего в нескольких метрах от Теи. Она пыталась посмотреть на них вблизи уже больше года. Ей хотелось понимать, что ожидает Срединные Королевства, и не оказаться застигнутой врасплох, когда на них обрушится тьма.

Этих двоих она видела в Главном зале уже много раз. Тордж Гроза Медведей – златовласый герой, владеющий молотом. Говорят, в лесах Твера он сразился с двумя проклятыми медведями. Вернич Кровопускатель – старший воин, в своих бесчисленных сражениях он пролил реки вражеской крови. Главным образом он руководил в битве, в которой пала Дельмира.

Вернич оглядел утес, на его лбу пролегла глубокая складка.

– Он сказал, что будет ждать здесь.

– Наверное, заблудился, ведь его так давно не было дома, – заявил Тордж, в голосе его прозвучала нотка веселья.

– Не хватало еще твоих дурацких шуток, – практически прорычал Вернич. – Я хочу уже укрыться от этого чертового дождя. Целую неделю хожу в мокрых ботинках.

– Но в его письме сказано ждать здесь…

– Я знаю, что сказано в письме, – перебил его Вернич. – Иначе я бы сейчас сидел у костра и пил уже третью кружку эля.

– Что ж, тогда иди и насладись элем. Я обязательно тебе все потом расскажу, – ответил Тордж, положив руку на головку боевого молота, висевшего у него на поясе.

Тея прикусила губу, сердце в ее груди все еще билось с бешеной скоростью.

Вернич начал ходить из стороны в сторону.

– Мы не видели этого ублюдка много лет, будто я…

Вдруг по склону раздалось цоканье копыт, в шуме дождя послышались брызги воды.

Как только к ним присоединился третий всадник, повисла напряженная тишина. Он слез со своего жеребца, и тонкие нотки розового дерева и кожи смешались с запахом дождя.

Увидев его, Тея не могла понять, на какую деталь обратить внимание в первую очередь. Его высокое мускулистое тело было облачено в черную броню, из-за спины выглядывали два гигантских меча. Влажные темные волосы были собраны в пучок на затылке, угловатый подбородок обрамляла аккуратная борода…

По спине Теи пробежался рой мурашек. Безусловно, она о нем слышала.

Хоть его не было в этих землях уже много лет, не знали о нем лишь единицы. Перед ней стоял Уайлдер Хоторн, самый молодой Боевой Меч Тезмарра, последний из воинов, прошедших Великий Обряд.

Его называли Рукой Смерти.

Сила исходила от него волнами.

Почувствовав эту силу, странную, неожиданную, Тея замерла… Она никогда не была так близка к настоящей магии, не многим простым людям представлялась такая возможность. В последние столетия в Срединных Королевствах магия стала непредсказуемой. Люди утеряли ее, теперь магия – дар, которым обладали только члены королевских семей и воины, прошедшие Великий Обряд и ставшие Боевыми Мечами. Но были и другие проявления: места, заклинания, монстры.

Тея могла только догадываться, каково это – обладать такой силой, упиваться могуществом…

Исходившая от Руки Смерти сила взывала к ней.

Хоторн повернулся к товарищам, окинул их скептическим взглядом.

Все молчали.

– Что ж, – наконец произнес он. – Вы здесь.

– Не думай, что я рад созыву, – коротко ответил Вернич.

Хоторн не обратил внимания на его слова:

– Нам необходимо многое обсудить.

Взгляд Теи впервые упал на то, что он держал в правой руке. Мешок. С него капало что-то красное.

Тордж тоже это заметил:

– Плохие новости?

Челюсть Хоторна напряглась.

– Новости всегда плохие.

– Что ж, рассказывай.

Он заговорил низким и глубоким голосом:

– Я вернулся с Расколотых островов. Там я уничтожил новую стаю тенетворцев. Я собирался сразу же вернуться в крепость с докладом, но рифохват преследовал мой корабль до нашего берега. Поэтому я увел его дальше на запад, к Завесе. Пока…

Он сунул Торджу окровавленный мешок.

– Пока, черт возьми, не наткнулся на тенетворца вблизи Тезмарра.

Со вздохом отвращения Тордж вытащил из мешка, с которого капало что-то черное.

Тею чуть не вырвало.

Сердце.

– Есть один – будут еще, – предупредил Хоторн. – У меня в другом мешке еще два. В Завесе все больше дыр. Эти ублюдки и другие, еще хуже, с каждым днем разрушают ее все сильнее.

– Да помогут нам Фурии, – пробормотал Тордж.

Хоторн мрачно рассмеялся:

– Фурии никому не помогут.

Слова слетели с его губ, и он поднял взгляд. По позвоночнику Теи пробежала дрожь, кровь в венах начала закипать.

Сквозь кусты ее глаза цвета морской волны встретились с серебристым взглядом Боевого Меча, имевшего недобрую славу.

Ее сердце сжалось, все тело вмиг напряглось.

Его взгляд пронзил ее до глубины души.

Хоторн медленно моргнул и перевел взгляд на своих спутников.

– Есть еще кое-что, но обсудим это не здесь.

– В смысле, не здесь? – взорвался Вернич. – Черт, я думал, мы собрались, чтобы…

– Не здесь.

Хоторн схватил поводья и, больше не глядя в сторону Теи, повел остальных в сторону черных гор.

Ноги Теи ослабли, руки дрожали. Он ее заметил. Заметил, но ничего не сказал… «Почему?»

Все еще в смятении, она заставила себя подняться. Убедившись, что Боевые Мечи ушли, она бросилась к узкой каменистой тропинке, которая вела к крепости. Ее камень судьбы бился о грудную клетку как боевой барабан, пока она карабкалась по скалам, спускалась по неровному склону горы, шла мимо толстых стен и ворот крепости к дверям северной башни. Тяжело дыша, она залетела внутрь, наконец-то спасаясь от ветра и дождя. Она выжимала свои волосы, бронзовые с золотым оттенком, и осмысляла то, что она увидела и услышала.

Это правда.

Спустя годы отсутствия Уайлдер Хоторн вернулся в Тезмарр и принес с собой сердца монстров.

Глава 2

– Ты сумасшедшая! – прошипела ее сестра Эльврен, как только Тея остановилась напротив нее в коридоре наверху.

Тея встретилась с сердитым взглядом Рен. У них был одинаковый цвет глаз – необычный оттенок цвета морской волны – и похожие темные густые брови. Обычно при помощи них Рен одаривала сестру суровым взглядом. У обеих были длинные бронзовые волосы, но у Теи с золотистым отливом, так как она проводила много времени на улице. Они – две стороны одной медали, однако черты Теи были более острыми, а тело мускулистее, Рен же была мягче и женственнее. За два десятилетия, прожитых в крепости, стало совершенно понятно: удача сопровождала девушек, которые мило улыбались и носили юбки, а не тех, кто ходит с поломанными ногтями и в поношенных брюках.

Однако сейчас от мягкости Рен не осталось и следа. Она оттащила Тею подальше от остальных, стянула ее промокший плащ и стряхнула с него большие куски засохшей грязи.

Тея раздраженно оттолкнула ее руку:

– Может, хватит? Я старшая, и это я…

Рен фыркнула:

– Тея, ты – тот редкий случай, доказывающий, что старший не всегда мудрее.

– Тогда тебе повезло, что я здесь. На моем фоне ты будешь выглядеть лучше. Хватит бубнить.

Рен покачала головой, отчего ее растрепанный пучок затрясся, и протянула Тее несколько листов пергамента. Она приняла их с недовольным видом. Опять эта женская работа. Яды и зелья вместо клинков и битв. Еще одна причина проклинать законы и возмущаться из-за пророчества, которого их учили бояться:

В тени павшего королевства, в самом разгаре бури
Дочь тьмы одной рукой обнажит меч,
Второй – повелит самой смерти.
Когда на исходе дней небеса поглотит черная бездна,
Завеса падет.
Она занесет меч и предопределит течение судеб.
Взойдет заря огня и крови.

Двадцать лет назад, после оглашения смертоносного пророчества, женщинам пришлось избавиться от своего оружия. На тот момент Тее было всего четыре года. Высунувшись из-за решетки в подвале, она смотрела, как все происходило, наблюдала за гневом женщин, которых лишили права защищать Срединные Королевства.

Однако ее это не остановило.

Ничто не смогло бы ей помешать.

Она перевела взгляд в другой конец коридора, на зал с трофеями. Даже став взрослой, она мечтала посетить его, прочесть имена чемпионов. Например, Талемир Старлинг, которого называют Принцем Сердец, – Боевой Меч, непревзойденный мастер во владении двумя мечами. Согласно легендам, он вырезал сердца бесчисленного количества монстров.

Тею интересовало еще одно имя. Шесть лет назад она узнала, что их опекун Одра была чемпионкой Тезмарра по метанию ножей. Строгий библиотекарь с суровым лицом – единственная женщина-воин, которая сдала оружие и осталась в крепости.

– Я подменила тебя у Фариссы, сказала ей, что у тебя опять пошла кровь из носа, – сказала Рен.

– Спасибо, – ответила Тея, широко улыбнувшись.

– Если кровотечения происходят часто, у мастеров могут возникнуть вопросы.

– Хорошо, что на любой вопрос у тебя всегда найдется ответ.

Тея обняла сестру за шею. Рен была уважаемым алхимиком в Тезмарре, Тея же скорее походила на бродягу. Чтобы заработать на жизнь, она работала с сестрой в мастерской и библиотеке, но мысли ее всегда были где-то далеко – она размышляла о тех нескольких годах, что ей оставались, мечтала послать к черту правила, овладеть собственным мечом и бороться с тьмой.

Рен разочарованно цокнула языком и оттолкнула сестру:

– Сейчас я готова тебя ударить.

– Помни, что этому тебя научила я.

– Ти, лучше заткнись.

Почувствовав, что раздражение сестры действительно достигло предела, Тея сдержала порыв ей ответить.

Со двора донесся резкий звон стали о сталь. Тея подошла к окну и, впиваясь ногтями во влажный подоконник, посмотрела вниз.

К воротам направлялся новый отряд щитоносцев, среди них были подростки и молодые люди лет двадцати пяти, по пути они устраивали спарринги.

Сначала Гильдия оттачивала мастерство воинов – щитоносцев обучали искусству войны. Затем они проходили испытание в стражи Срединных Королевств, на плече они носили тотемы с изображением двух скрещенных мечей. Стражи могли остаться воинами среднего класса и верно служить Тезмарру или же продвинуться и стать командирами или мастерами в какой-то сфере. Выше всех стояли Боевые Мечи.

Стать Боевым Мечом – значит стать настоящей легендой.

Но воины, шагавшие за окном, были самыми обычными. Среди них Тея не видела Эсиллта, Мастера Оружия. Она с замиранием сердца смотрела, как щитоносцы, закинув щиты на спину, уходят. Воины, конечно же, отправлялись на учения в глубь Кровавых лесов. Тея наблюдала за их тренировками уже сотни раз.

Пальцы так и норовили достать кинжал из сапога.

– Тея, – предостерегающе произнесла сестра.

Но она уже все решила и, выхватив из рук Рен свой плащ, сунула бумаги обратно ей в руки.

– У меня опять пошла кровь из носа.

– Тея, нет…

Тея уже направлялась прочь:

– Ох, кажется, в этот раз кровь потечет рекой. Переписывание увлекательных томов Одры и перестановка пыльных книг подождут, я ведь не хочу их запачкать…

Рен попыталась преградить ей путь. В ее глазах, почти таких же, как у Теи, пылало разочарование.

– Боги, когда же ты уже повзрослеешь!

Она оглянулась на их друзей.

– Рен, а как же у меня раскалывается голова, ты бы знала.

Сестра раздраженно всплеснула руками и покачала головой, не веря своим глазам и ушам.

– Алтея, ты невероятная дура!

Тея усмехнулась. Разумеется, она знала, какая она. Она бы предпочла прожить сотню жизней за три года, чем потратить впустую то короткое время, что было ей отведено в этих королевствах. Спускаясь по лестнице, девушка легонько махнула рукой через плечо, а затем снова выскочила под дождь.

* * *

Над крепостью нависала непроглядная тьма. Тея, как всегда, незаметно прошла через ворота крепости. Держась на расстоянии, она следовала за отрядом щитоносцев. Тея прекрасно знала, куда они направляются – в густые Кровавые леса, окружавшие территорию Тезмарра. Здесь веками проливалась кровь воинов, а шелест листьев шептал древние тайны.

Дальше к югу простиралась поляна. На ней Эсиллт, Мастер Оружия, любил проводить тренировки с небольшими отрядами. Должно быть, он уже ждал, но Тея держалась в стороне от главной тропы на случай, если кто-то опоздает. Но в этом она сомневалась, ведь вряд ли даже самый недалекий щитоносец окажется настолько глуп. Гнев Эсиллта испытывать не стоило.

«Интересно, если бы он сразился с Одрой, кто бы победил…» – Тея фыркнула. Одра запросто ударила бы его по голове одной из своих книг, а ведь однажды она была чемпионкой по метанию ножей.

Смеясь над своими мыслями, Тея углублялась в темные прогалины Кровавых лесов, она наслаждалась влажным запахом земли и шуршанием листьев под сапогами. Она шла достаточно близко, чтобы слышать пробиравшийся сквозь лес отряд и видеть отстававших. «Бесспорно, самая незаметная группа», – подумала Тея и усмехнулась своей мысли. Однако она не могла оторвать завистливого взгляда от оружия, висевшего на их поясах.

В ночь, когда появилось пророчество, Фарисса, Мастер Алхимии, отвела всех детей Тезмарра в тайный подвал. Когда все уснули, Тея нашла решетку в каменной стене. Сквозь нее она увидела сожженный двор. Она никогда не забудет, как глубокой ночью женщины сдали свое оружие. Та ночь была наполнена звоном стали от брошенных в кучу мечей, кругом царила ярость.

– Пророчество сбывается, – прокричал Мастер Гильдии, заглушая яростные возгласы и звуки драк. – Женщины владеть оружием больше не будут. Либо вы находите себе новое дело, либо покидаете Гильдию.

– Осирис, ты ублюдок! – выкрикнул кто-то. – Ты позволишь ослабить Тезмарр? Ты повернешься спиной к тем, кто верно тебе служил…

– Я этого не хочу. Но такова воля богов, – ответил он. – Сдайте оружие добровольно – или оно будет отобрано силой!

Тогда Тея была слишком мала, чтобы понять происходившее, но эти воспоминания до сих пор не давали ей покоя. За исключением Одры, той же ночью ушли все женщины-воины. Никто не знал, куда они отправились, поскольку новый закон действовал не только в Тезмарре, но и во всех Срединных Королевствах. Женщинам больше нельзя было владеть оружием.

Многие годы Тея пыталась разговорить женщину, что ее вырастила, но библиотекарь отказывалась. На занятиях и в книгах говорилось о том, что пророчество появилось из-за маленькой девочки с клинком в руках. Введенные после законы – попытка Мастера Гильдии защитить Срединные Королевства от будущих дочерей тьмы.

Однажды, увидев ребенка с маленькой косой в руках, он вышел из себя. Если бы он знал, что у Теи есть оружие… Впрочем, он бы не узнал.

Тея остановилась на поляне, здесь она бывала часто. Место было хорошо скрыто от чужих глаз – идеальная смотровая площадка. Тея присела на корточки на опавшей листве и напрягла слух, желая расслышать речь Эсиллта. Тея слышала ее сотни раз, и каждый раз душа девушки трепетала.

Худощавый Мастер Оружия расхаживал перед группой новобранцев, в глазах которых горел энтузиазм. Мастер обхватил рукоять своего длинного меча и, выпятив грудь, сурово оглядывал их.

По всей поляне разнесся властный голос Эсиллта:

– Месяц назад вы были простыми учениками – мальчишками, чьи цели были самыми приземленными… Теперь же вы – щитоносцы Тезмарра, вы пришли сюда, в Кровавые леса, мечтая о большем, великом.

По коже Теи пробежал рой мурашек, она ловила каждое слово, будто это был эликсир, который ей жизненно необходим.

– Ближайшие месяцы будут и лучшими, и худшими в вашей жизни, – Эсиллт продолжил обрушивать слова на зачарованную публику. – Конечно, если вам удастся выжить. Некоторые из вас сдадутся через день, неделю, может, месяц. Остальные же познакомятся с болью и страхом лицом к лицу, вы узнаете, каково это – бороться за свое место изо всех сил. Узнаете, кому стоит доверять, а когда лучше спать с открытыми глазами. Те, кто не пройдут испытания, будут исключены из наших рядов. Те, кто обладают особыми талантами, могут стать учениками командиров. Некоторых из вас ранят. Некоторые – умрут.

Эсиллт снова сделал паузу, вглядываясь в лица стоявших перед ним воинов, будто прямо здесь и сейчас мог определить, кто справится, а кто потерпит неудачу. Он прокашлялся и продолжил.

– И лишь избранным, – начал он, многозначительно глядя на щитоносцев, – удастся приблизиться к мечте многих – стать стражами Срединных Королевств, воинами Тезмарра.

Тея вздохнула. Боги… Не имело значения, сколько раз она слышала вступительную речь Эсиллта, каждый раз сердце ее замирало. Тея будто приросла к земле, она, как и щитоносцы, мечтала стоять рядом с ними, разделить этот момент хотя бы с кем-то. Но девушка в очередной раз находилась в укрытии.

Эсиллт кашлянул:

– Итак, разбились на группы. Хочу посмотреть, чему вы уже научились.

Щитоносцы замешкались.

– Начали упражнения! – рявкнул Эсиллт. – Быстро.

Новобранцы немедленно повиновались, разделились на несколько небольших групп, схватили оружие и подняли щиты, заняв оборонительную позицию.

Тея наблюдала за происходящим: отмечала тех, кто держал щит слишком низко, неуклюже передвигался, и тех, кто был ей интересен как противник. Она изучала теорию много лет, в тайне практиковалась, но пальцы ее так и чесались достать свой кинжал вслед за ними. Тея и не заметила, как рука сама потянулась к кинжалу, спрятанному в сапоге.

Она осторожно отступила назад, чтобы ее не было видно, и приступила к собственной тренировке. Как и все дети в Тезмарре, она годами обучалась основам самообороны, но ей всегда было мало. С самого детства она издалека следила за каждой тренировкой, впитывая каждую крупицу знаний, каждый прием. Ей не хватало собственного оружия. Тот кинжал, которым она владела, был ее гордостью и радостью. Шесть лет назад Тея увидела, как он выпал из руки раненого воина, которого везли на повозке в крепость. Она показала этот подарок судьбы сестре, что стало ошибкой. Рен настаивала на том, чтобы сестра вернула кинжал, перед этим сказав, что он изготовлен из наарванской стали. Оружие из нее предназначалось только для Боевых Мечей, его дарили им после прохождения Великого Обряда.

Источник стали в Наарве создали сами Фурии, обрушившие на эти земли звездный дождь. Обнаруженная редкая железная руда – самая прочная во всех Срединных Королевствах, в ней заключена сила богов. Мужчинам, которые не прошли обряд посвящения, носить такое оружие было запрещено. Избранные воины, служившие Срединным Королевствам, считали такой поступок оскорблением. Но чтобы оружием владела женщина, тем более оружием из наарванской стали? Высшая форма предательства.

Поначалу Тея, разумеется, отказалась возвращать кинжал. В итоге она сдалась под напором сестры, которая привела внушительный список не самых приятных последствий. Рен была еще той занозой в заднице, и вскоре Тея поплелась в лазарет, чтобы вернуть вещь ее раненому хозяину.

Тея дождалась, пока лекари уйдут к другим пациентам, и подошла к его койке. Он был самым крупным мужчиной из всех, кого она когда-либо видела, практически гигантом. Его ноги свисали с края кровати, а матрас прогибался под весом. Его голова была перемотана большим количеством бинтов, через которые просачивалась кровь, а лицо опухло от ранений и было покрыто синяками, белки глаз покраснели.

Он умирал.

Тея впилась в него взглядом, ее тело кричало о том, что ей нельзя там находиться. Изо всех сил она постаралась найти в себе каплю того мужества, которое требовалось этому воину на поле боя, и протянула ему кинжал.

– Вы уронили его, – произнесла Тея. – Я подумала, что стоит его вам вернуть.

С трудом раскрывая глаза, мужчина издал такой тяжелый вздох, будто пытался сдвинуть с места телегу, целиком забитую кирпичами. Он что-то пробормотал, а затем поднял с кровати дрожащую руку и подтолкнул кинжал к Тее.

Он беззвучно открывал и закрывал рот.

Но Тее было ясно одно: он хотел, чтобы оружие осталось у нее.

Она прижала кинжал к груди и произнесла:

– Я буду использовать его с умом.

И вот сейчас она упражнялась с кинжалом, представляя, что держит меч. Тея знала, что у нее хорошая техника, но так мечтала поучаствовать в спарринге с достойным сильным противником. Иногда и на ее улицу приходил праздник, и ей удавалось уговорить своего чудного алхимика или кого-то с кухни, но это было совсем не то…

Листья зашелестели от легкого ветерка, и вдруг до Теи донесся тонкий аромат кожи и розового дерева, вызывая в ней странное томление. Она вздохнула, наслаждаясь криками и звоном стали, доносящимися снизу. Все еще сжимая кинжал, она осторожно выглянула из-за выступа, как…

В воздухе что-то просвистело.

Она отскочила в сторону, ее щеку пронзила острая боль.

С глухим звуком в корявый ствол дерева, у которого она стояла, вонзилась стрела.

Ее оперение дрожало на ветру.

Тею трясло, широко раскрытыми глазами она уставилась на все еще трепещущую стрелу. Она отступала назад – один шаг, второй…

А затем побежала.

Глава 3

Времени действовать незаметно не было. Тея бежала, рассекая вечернюю тьму, ее сапоги стучали по влажной лесной земле, по щеке стекала тонкая струйка крови. Ветви деревьев царапали кожу и рвали одежду, пока она пробиралась между ними, а ветер трепал косу.

Кто-то запустил в нее стрелу, но она знала, что тренировки по стрельбе проходили в другом месте. Выстрел не был случайным. Помедли она еще полсекунды, стрела попала бы ей между глаз. Тея прерывисто дышала, но ее успокаивал бившийся о грудную клетку камень судьбы.

Нефритовый камень на черном кожаном шнурке ей подарила в раннем детстве провидица. В те времена они вырезали судьбы на камнях. Иногда меткой становилось имя, иногда – символ или число. Эти знаки предвещали будущее, которому суждено воплотиться. Камни судьбы встречались редко, люди не стремились их заполучить. Особенно те, кто хотел жить в спокойствии.

Двадцать семь. Это ужасное число – обещание самого бога смерти. Когда Тее будет двадцать семь, Эновиус придет за ней, но для начала он поглумится. Смерть может настигнуть ровно в ту минуту, когда настанет ее день рождения, а может подождать еще год, когда Тее почти исполнится двадцать восемь. Камень судьбы давал ей время, но никаких подробностей. Проклятие, которое она не пожелала бы никому.

Страх подгонял ее, и она продолжала бежать, чувствуя, как по ногам хлестала грязь. Нет, сегодня она не умрет, ни за что. Она переживала о своем месте в Тезмарре, в своем доме. Приняв кинжал и из раза в раз практикуясь, она осознавала, чем рискует. Эта стрела – самое большое последствие.

Сверкнувшая молния осветила Кровавые леса на долю секунды. Впереди были только искривленные стволы деревьев и ужасающая пустота.

Вскоре она увидела свет факелов. Прерывисто дыша, Тея держалась ближе к основанию каменных стен, она направлялась к служебному выходу.

«Слава богам», – подумала Тея, когда поняла, что дверь не заперта. Она остановилась у кладовой и поднесла кусочек нефрита к губам.

– Что ж, пора в очередной раз испытать судьбу, – пролепетала она и нырнула в тускло освещенную комнату. Внутри было прохладно, на гигантских крюках с потолка свисало мясо. Проходя мимо них, она заметила, что люк подвала приоткрыт.

Тея поморщилась, услышав дверной скрип, и заглянула внутрь. Ее лицо обдало теплом, исходящим от нескольких печей, носа коснулись ароматы готовившегося ужина. Слуг поблизости не наблюдалось, и девушка прошла мимо столов и бурлящих кастрюль. Она подавила в себе желание взять из стоявшей рядом корзины горячий рулет – повар, вероятно, пересчитывал все до единого.

Приблизившись к двери, Тея замерла.

Перед разожженным камином в потрепанном кресле сидела крупная фигура, в ногах ее спала большая собака.

Тея перевела взгляд с собаки на наполовину сплетенный кожаный пояс в огромных руках, а затем встретилась с серыми глазами.

– Малик.

В ответ огромный мужчина улыбнулся. Именно он подарил ей свой кинжал на смертном одре. Но он не умер. Некогда лицо Малика выражало свирепость, оно было усеяно шрамами, теперь же его озаряла улыбка, которую Тея полюбила.

Малик был Боевым Мечом в отставке. На поле боя он получил почти смертельный удар по голове и с тех пор молчал. Тея слышала болтовню стражей и щитоносцев, они обсуждали, как знаменитый воин лишился славы и стал дурачком. Но она знала, что это не так. Вскоре после того, как он подарил ей кинжал, она сидела в углу библиотеки и читала вслух какой-то сложный отрывок из книги, чтобы лучше понять смысл. Тогда она и встретила Малика во второй раз. Из-за стеллажа выглянула его массивная фигура, отчего Тея едва не подпрыгнула.

Но он подошел к ней, широко улыбаясь, и сел на соседний стул с видом, будто хотел ее послушать. Тея поняла, что его заинтересовал текст, но, вероятно, прочитать его сам он не мог. С тех пор она читала ему вслух.

Оглядев Тею, промокшую и растрепанную, он засветился от веселья.

– Я не могу остаться, – произнесла она. – Ты ведь никому не расскажешь?

Малик лишь улыбнулся и продолжил плести пояс.

– Спасибо.

Тея благодарно сжала плечо нежного великана и направилась к юго-западной башне.

* * *

К тому времени как Тея переоделась в сухую тунику и привела себя в порядок, ужин уже начался. В огромных каминах в обоих концах зала потрескивало пламя, факелы на стенах отбрасывали переливающийся свет на каменный пол.

В самом центре зала находились гигантские скульптуры Фурий – первых Боевых Мечей. В руках богини держали могущественные мечи. Каменные фигуры возвышались до самого потолка, рукояти их мечей стремились в ночное небо, подпирая свод крыши.

Под скульптурами на возвышении располагался стол. За ним на стуле с высокой спинкой, словно король, восседал Осирис, Мастер Гильдии. По обе стороны от него занимали места Боевые Мечи Тезмарра, несколько командиров и управляющих персоналом крепости, включая Одру. Ее выражение лица было суровым, а взгляд зоркий, как у ястреба.

Чуть ниже стояли два дубовых стола длиной во весь зал, за ними расположились воины всех рангов и работники крепости. Они уже вовсю уплетали тушеное мясо в горшочках и жареный картофель с подносов.

Тея поспешила сесть к своим товарищам, стараясь не встречаться взглядом ни с кем за главным столом.

Эльврен пронзила сестру яростным взглядом и неохотно уступила ей место на скамье.

– Можно и не спрашивать, – процедила она сквозь стиснутые зубы, разглядывая порез на щеке Теи.

– Не стоит, – ответила Тея и потянулась за пустой тарелкой и подносом с картофелем.

– Могла бы хоть скрыть этот порез косметикой, которую я тебе оставила. Не похоже, будто ты лежала в постели с кровотечением из носа и головной болью.

Тея проигнорировала сестру и принялась за свой ужин, еле сдерживая стон от наслаждения вкусной едой.

– Ты пропустила увлекательную смену переписи, Алтея, – заявила сидевшая напротив Ида, подруга сестер, и заправила свои короткие волосы за ухо.

– Я бы не поставила в одно предложение слова «увлекательная смена» и «перепись», – ответила Тея с полным ртом хлеба, пропитанного подливкой.

– Заткнись.

Рен указала подбородком в сторону Осириса, который вставал из-за стола.

Тея выпрямилась. Осирис обращался ко всему залу нечасто.

Мужчина был среднего роста, но на фоне окружавших его воинов он казался карликом. Его голова была выбрита, он носил кожаную одежду и ботинки командиров Тезмарра. Несмотря на худощавое телосложение, форма сидела на нем хорошо. Он окинул столы перед собой проницательным взглядом, пронзая каждого, и заговорил:

– Сегодня мы рады приветствовать дома одного из самых любимых нами Боевых Мечей… – начал он.

По залу, подобно лесному пожару, разнесся шепот, многие люди вытянули шеи, чтобы хоть мельком взглянуть на знаменитого воина, сидевшего справа от Осириса.

Тея вспомнила, как на вершине утеса встретилась со взглядом этих серебристых глаз, и по коже пробежались мурашки.

Мастер Гильдии кашлянул и продолжил:

– Уайлдер Хоторн провел несколько лет за пределами дома, защищая Срединные Королевства. Куда бы он ни отправился, за ним следуют рассказы о его победах и доблести…

В воспоминаниях Теи промелькнул окровавленный мешок.

– Но самое главное – он вершил правосудие Тезмарра, уничтожая тех, кто шел против нас.

Взгляд Теи переместился на воина.

Капюшон Хоторна был откинут, она рассматривала его в свете свечей: точеные линии челюсти, слегка изогнутый нос, темные брови и несколько бледных шрамов, заметных на его загорелой коже. Выражение его лица было таким же свирепым, таким же неумолимым, каким она его запомнила.

Говорили, что Боевых Мечей выбирают сами Фурии и наделяют их своей силой. По прохождении Великого Обряда воинам вручают дары от королевств: оружие от Наарвы, жеребца от Твера, пузырек целебной родниковой воды от Авеума, броня от Дельмиры и яд от Харента.

Из рассказов Тея знала, что Хоторн – самый молодой из всех, когда-либо пытавшихся пройти Великий Обряд, самый молодой Боевой Меч в истории и что он последний, кто вступил в их ряды.

«Пока что», – мысленно заявила она.

Однако на его лице не было и следа молодости, оно выражало только холод и беспощадную жестокость убийцы. Он продолжал молча сидеть, откинувшись на спинку стула и обводя зал пронзительным взглядом. Хоть внешне он казался жестоким, от дерзкого огонька в его глазах Тея ощущала прилив энергии, ее тело наполнялось теплом. Она повернулась в его сторону, и ее охватила легкая дрожь.

Осирис поднял свой кубок и прокричал:

– За возвращение Хоторна!

Все присутствовавшие поспешили повторить тост, по залу пронеслось оживление.

Рука Смерти наблюдал за происходившим, кровь врагов все еще была на его ботинках.

– Как думаешь, скольких монстров он убил? – Тея не сводила глаз с воина, в памяти мелькнуло гадкое воспоминание о сердце тенетворца.

– Кого волнуют монстры? – фыркнула Самра. – Что насчет женщин? Взгляни на эту челюсть, эти плечи… Взгляни на его формы… Пусть убьет меня, когда хочет.

Ида рассмеялась:

– Сам, оставь свои влажные мечты при себе.

– С чего бы? Мужчины этого никогда не делают. И я вообще удивлена, что Хоторн жив, его должны были повесить как…

– Сам! – рявкнула Тея. – Он Боевой Меч Тезмарра, прояви каплю уважения.

Самра закатила глаза:

– Если ты дала дурацкий обет безбрачия, это не значит, что остальные не должны развлекаться.

– Я не давала обета безбрачия, – с горечью произнесла Тея, ее тело напряглось. – Я просто…

Рен опустила руку на ее плечо и сжала его:

– Ты не виновата в том, что Эвандер оказался придурком.

– Полный идиот, – добавила Ида.

Возникла неловкая пауза. Сам кивнула и произнесла:

– Первоклассный ублюдок.

На душе Теи потеплело оттого, как разговор об ученике Мастера Конюшни сплотил подруг, но она отмахнулась:

– Прошло уже много лет.

Сам пожала плечами:

– Но он так и остался ублюдком.

Тея выдавила улыбку, но плечи ее поникли, когда она вспомнила его слова.

«Меня не интересуют воины. Ты и так скрываешь свою красоту под мужской одеждой и грязью… Ты понравилась мне, когда была алхимиком. Но если ты собираешься практиковаться с оружием и всюду носиться, как парень… Еще и учитывая пророчество…» Он сказал ей эти слова, когда она поделилась с ним своими мечтами. Тогда ее мир остановился.

Тот разговор оставил после себя смешанные чувства ярости и разочарования. Тея сидела с сестрой на утесе и плакала в ее плечо, а затем решила оставить эти отношения позади. Единственный обет, который она когда-либо давала, – это обет самой себе; она решила сделать все для того, чтобы стать на путь Боевого Меча. Что касается парней, то после разрыва с Эвандером у нее были еще, но все эти отношения были мимолетными, а все парни – одинаковыми. Эвандер и все остальные были испуганными мальчишками из крепости, никак не мужчинами. Рен однажды сказала Тее: «Настоящий мужчина не бросит тебя в бою и не будет сражаться вместо тебя. Настоящий мужчина поможет заточить меч, прикроет твою спину и будет сражаться вместе с тобой перед лицом даже самой кромешной тьмы».

Такого мужчину Тея пока не встретила.

Все вокруг Теи увлеченно беседовали. Обсуждали не только возвращение Хоторна.

Недавно после сражений с угрозой к югу от зимнего королевства Авеум вернулся отряд воинов, пользовавшихся популярностью. И теперь девушкам за столом не терпелось обсудить, как они изменились.

– Грудь Рейнора определенно стала шире, – ухмыльнулась Самра, поиграв бровями.

– Надейся, – возразила Ида. – Вспомни, там и раньше смотреть было не на что.

Рен прыснула:

– Не будь злюкой. Ему всего-то двадцать. В любом случае Сам нравятся парни постарше, он для нее маловат, – добавила она, наливая еще одну кружку эля.

Сам откинула назад свои волосы вишневого цвета и положила руку на грудь, изображая боль.

– Рен, ты меня ранишь.

– А что насчет тебя, Алтея-Девять-Жизней? Кто-нибудь приглянулся? Любой на твой выбор.

Услышав прозвище, Тея прищурилась, отчего порез на щеке защипало. Подруги стали называть ее так за то, что она годами вела себя безрассудно и нарушала законы Гильдии. Сегодняшнее происшествие – очередное тому подтверждение.

Алтея-Девять-Жизней. Она ненавидела это прозвище. Во-первых, оно словно делало ее самой глупой девушкой в компании… Во-вторых… Ей нравилось думать, что у нее больше девяти жизней.

Не сводя взгляда с Боевого Меча, сидевшего за главным столом, она положила себе еще одну порцию рагу.

– Нет, – сказала она, вздернув подбородок. – Почему меня должно интересовать что-то помимо кратковременных физических удовольствий?

Сам фыркнула:

– Ты просто не встретила того самого.

– Это все пустая трата времени. Работа у Фариссы и Одры, тренировки, прочие дела – у меня просто нет времени на какого-то глупого мальчишку. У меня куча дел, целей, которые я хотела бы осуществить…

«И мало времени», – подумала Тея. У остальных впереди целая жизнь, у нее же было всего три года. И, во имя богов всех королевств, тратить эти годы впустую она не собиралась.

– Моя самая главная цель…

– Ах, ну конечно же, твоя цель… – Рен покачала головой и сжала переносицу, словно многострадальный старец. – Тея, они никогда не позволят тебе стать одной из них. Ни за что в жизни. Может, пора уже бросить эту затею и смириться со своей судьбой, как и все мы? Ты только навлечешь на себя неприятности или что похуже. Мы ведь тоже вносим свой вклад в защиту королевства. Ведь наша работа тоже достойна уважения.

Тея еле сдержала себя, чтобы не ответить про алхимиков и писарей, взяла кружку сестры и осушила ее.

– Можете продолжить разговор о мальчиках, – произнесла она. – Или о ком-то еще, – добавила Тея, кивнув Иде.

– Ты так добра, – сухо ответила Ида.

Рен забрала свою кружку и вновь наполнила ее.

Мыслями Тея была уже не с ними… Она думала о сероглазом Боевом Мече, сидевшем за главным столом.

* * *

Когда девушки вернулись в свою комнату, очаг уже остыл, и Тея выругалась из-за холода. С каждой минутой жалобы остальных становились всё громче, и сестры принялись разводить огонь, бросая в камин хворост. Тея вздохнула, когда ее пальцев коснулось тепло. Она протянула руки к огню, а затем резко отдернула, когда что-то пролетело в воздухе в ее сторону.

Небольшое лезвие, которыми открывали бутылки, вонзилось в деревянный пол рядом с ногой Теи.

– Что за…

В нее полетело еще одно лезвие.

Тея увернулась.

– Сам! – крикнула она. – Хватит!

Но она знала: бездействовать не стоит. Тея вскочила на ноги и стала перепрыгивать с одного места на другое, в то время как в нее продолжали лететь новые острые снаряды, издававшие ритмичные глухие удары о стены и пол. Это было мальчишеское тезмаррское состязание на развитие быстрой реакции. Конечно, девушкам играть в эту игру было запрещено, поэтому подруги адаптировали ее под себя. Самра всегда утверждала, что они правил не нарушают, ведь вместо традиционных лезвий в форме звездочек и кинжалов они использовали алхимические инструменты.

Также Самра всегда говорила: «Еще я просто обожаю швыряться в Тею».

Когда подруги стали подростками, они добавили элементы танца. Ида настаивала на том, что однажды, возможно, им предстоит танцевать на балу или на свадьбе, а никто из них не умел двигаться легко и непринужденно. Тея не решалась сказать подруге о том, что шанс посетить подобные мероприятия ничтожно мал, и так появилась игра «Танцующие алхимики».

За многие годы в спальнях девушек, а также на них самих остались царапины и шрамы – последствия их состязаний. Подруги уже давно не играли в любимую игру. Работа и ежедневная рутина лишали их тихих радостей жизни.

– Черт! – Тея едва не лишилась пальца ноги. – Сам, что ты творишь?

Самра лишь пожала плечами и метнула очередной заостренный снаряд.

– Ты так жаждала чего-нибудь интересного, Алтея-Девять-Жизней… Подумала, что могу тебе помочь.

– Не испытывай меня… Ты знаешь последствия. Ты пожалеешь.

– Да ладно тебе… У меня осталось всего три лезвия, – ответила подруга, угрожающе крутя их в руках.

Рен недовольно вздохнула и попыталась выхватить у Сам оставшиеся лезвия.

– Фарисса искала их!

Но Самра ее проигнорировала и быстро метнула в Тею оставшиеся лезвия одно за другим.

Ее охватил трепет, и она начала свой танец. Сейчас Тея чувствовала себя живой. Она грациозно кружилась, уворачивалась и извивалась, при этом подбирая упавшие лезвия. Этот навык Тея оттачивала сознательно, так как понимала, что против силы серьезных противников ей придется использовать скорость и ловкость.

Когда из рук Сам вылетело последнее лезвие, Тея одарила ее улыбкой, похожей на волчий оскал.

– Моя очередь.

Она мастерски взмахнула запястьем – и маленькое лезвие сверкнуло в воздухе…

– Тея! – крикнула Сам, когда лезвие прошлось по нижней части ее хвостика и вонзилось в стену, ухватив за собой прядь волос вишневого цвета.

– Да помогут нам Фурии… – пробормотала Ида, обхватив голову руками.

– Что такое? – невинно спросила Тея. – Ты как раз без конца говорила о том, что пора бы подстричься.

– Я тебя убью… – пригрозила Сам сквозь стиснутые зубы, выдергивая из каменной стены лезвие и прядь волос.

– Попробуй.

Сам уставилась на волосы в своей ладони и, качая головой, коснулась теперь отстриженного хвостика.

– Ты сумасшедшая.

– Или невероятно талантливая.

– Или и то и другое, – добавила Ида.

– Определенно, – произнесла Рен, отбирая у Теи инструменты Фариссы.

– Тебе следовало хорошенько подумать, прежде чем соревноваться со мной в «Танцующих алхимиках», – возразила Тея.

Сам продолжала качать головой, но гнев ее смягчился.

– Тея как всегда, – пробормотала она. – Не хочет быть женщиной, но танцует лучше всех нас.

Когда все успокоились, Тея дотронулась до тонкого пореза на щеке, покрывшегося корочкой, и в голове эхом пронесся звук рассекающей воздух стрелы. У нее появилось ощущение, словно несколькими часами ранее «Танцующие алхимики» спасли ей жизнь.

Рен поймала ее взгляд, и в глазах ее читалось множество вопросов.

Тея пожала плечами. Пускай Рен ничего не знает и спит спокойно. Да и в целом, сегодня был не такой уж и ужасный день.

И он продолжал оставаться таким до того момента, пока Тея не потянулась за своей ночной рубашкой и не скинула ботинки. Вдруг руки на пуговицах туники замерли, тело стало ватным, и, несмотря на жар от камина, ее внезапно охватил холод.

Ее кинжал пропал.

И она точно знала, где его оставила.

Глава 4

Тее снова снилась провидица.

«Помни меня», – произнесла она в ночи, вырезая на куске нефрита пророчество. У нее не было лица. Никаких отличительных черт. Но голос ее звучал как зов сирены. Сколько судеб она предсказала до Теи? Скольких она передала Эновиусу?

Тея ощутила на ладони холод камня судьбы и резко проснулась с прерывистым вздохом.

С соседней кровати за ней наблюдала Рен.

– В чем дело? – спросила сестра, задумчиво нахмурив брови.

Тяжело дыша, Тея пару мгновений привыкала к рассветному свету, проникавшему сквозь окна, и к утренней прохладе, ощущавшейся на разгоряченной коже. Остальные крепко спали.

– Все в порядке, – тихо ответила она, сердце ее все еще быстро билось. Она выпустила из руки камень судьбы и спрятала его под ночную рубашку.

Однако Рен все видела:

– Тебе снова приснился кошмар.

Спорить не было смысла. Тея кратко кивнула, стирая рукавом пот со лба.

– Я думаю, тебе действительно нужно поговорить с Фариссой. Она может дать тебе что-то…

– Я не собираюсь пить какое-то зелье, чтобы уснуть, – отрезала Тея. – Мне нужно быть начеку.

– Забудь, – со вздохом ответила Рен. – Я просто хочу, чтобы ты поделилась с кем-то своей проблемой.

– Ты знаешь. Этого достаточно.

– Разве? Носить камень судьбы… Это тяжелое бремя.

Но Тея была полна решимости.

– Это не бремя, а подарок, – возразила она, свешивая ноги с кровати и морщась от ледяного пола. – Знать, когда умрешь, – это знать, как жить, сестренка.

– Ладно, но помни, что пока ты действительно не умрешь – это не судьба.

Тея натянула брюки и тунику:

– Приму к сведению.

С другого конца комнаты донесся стон.

– Только не говорите, что вы уже готовы вцепиться друг другу в глотки, – пробормотала Ида из-под подушки.

– Ничего особенного, просто выражаем сестринскую любовь, – проворчала Рен, тоже поднимаясь с кровати.

– Боги милостивые, должно быть, действительно наступает конец света.

Тея подмигнула Рен и постучала по камню судьбы, спрятанному под одеждой.

– Не сегодня.

* * *

Если и существовало место, где Тея не хотела бы находиться в это утро, – это алхимическая мастерская. Задания были утомительными, и обычно она зарабатывала свежий ожог или порезы на руках. Без своего кинжала в сапоге Тея ощущала себя голой. На душе у нее было неспокойно, ей не терпелось поскорее отыскать его в Кровавых лесах, пока он не заржавел под влажными листьями или его не обнаружил какой-нибудь любопытный щитоносец.

– Черт. – Она почувствовала, как ее кожу пронзила боль от пореза, и отдернула руку от пучка дикой лаванды, которую срезала.

– Ты витаешь в облаках, – произнесла Рен и протянула сестре чистую салфетку, чтобы остановить кровь на указательном пальце.

– Потому что эта работа – неблагодарная, – ответила Тея.

Рен уперла руки в бока:

– Ты хоть знаешь, что мы сейчас готовим?

– Какое-то зелье? – тихо спросила Тея, видя, что сестра готова взорваться.

– Настойку от мигреней…

Тея открыла рот, чтобы перебить сестру, но Рен подняла руку, заставляя ее замолчать.

– От мигреней вроде тех, которыми страдает твой друг из библиотеки.

Малик.

Рен продолжила:

– Благодаря нашим трудам облегчаются страдания тех, кто пошел на невероятные жертвы, защищая наши королевства. И ты хочешь сказать, что эта работа неблагодарная, слишком неблагородная для таких, как ты?

Тея покраснела:

– Нет.

– То-то же. А теперь заткнись и постарайся не отрезать себе пальцы.

За их спинами раздался смех, и Тея с ужасом поняла, что это была Фарисса, Мастер Алхимии. Она выглядывала из-за их плеч, скрестив руки на груди.

– Я бы не смогла сказать лучше. – Она мило улыбнулась. – Тея, тебе следует прислушаться к сестре.

Тея стиснула зубы:

– Конечно, Фарисса.

– Вижу, ты уже оправилась от очередного кровотечения… Какое счастье.

Тея переступила с ноги на ногу, вновь устремив взгляд на лаванду:

– Да, это точно.

Мастер Алхимии покачала головой и повернулась к Рен.

– Я бы хотела еще раз взглянуть на те наброски, когда у тебя будет свободная минутка, Эльврен. Надеюсь, ты их взяла?

Рен кивнула:

– Конечно.

– Я бы попросила тебя оставить сестру доделывать настойку самостоятельно, но мы ведь не хотим никого отравить, верно?

Рен рассмеялась:

– Разумеется, нет. Я зайду к вам позже.

– Боги, какая же ты подлиза, – буркнула Тея, когда Фарисса подошла к другому столу.

– А ты ведешь себя как избалованный ребенок, – огрызнулась Рен. – Не будь ты такой занудой, я бы показала тебе, что придумала. Это нечто… В общем, ты бы это оценила.

Тея уловила нотку лукавства в голосе сестры. Если Рен в таком расположении духа, значит, Фурии благосклонны. Хоть Тее и не хотелось признавать вслух, но Рен была поистине гениальна. Она – прирожденный изобретатель, и по огоньку в ее глазах Тея понимала: все, что она создала, однажды обязательно изменит судьбы в королевствах.

– Ладно. – Тея скрестила руки на груди. – Давай взглянем.

Рен ответила ей зловещей улыбкой. Забыв о перепалке, она порылась в своей сумке и вытащила несколько листов пергамента, затем расправила их и положила на стол.

– Вот, – гордо произнесла она.

Глядя на эскизы, Тея нахмурилась.

– Чайник?

Он был очень красивым, идеально симметричным. Опять же, ее младшая сестра была невероятна хороша во всем, за что бралась. Настолько, что бесила.

– Это не просто чайник, – ухмыльнулась Рен. – Я назову его чайником для дамских обедов.

– Понимаю, – ответила Тея, хотя на самом деле это было неправдой. Ее не интересовали дамские обеды.

Однако Рен продолжила, она перешла к следующей странице. На ней был изображен детальный набросок чайника изнутри.

Тея прищурилась:

– Но почему в нем два отделения?

– Одно для чая, – ответила Рен, сверкнув глазами цвета морской волны. – Второе – для яда.

– Чего? – усмехнулась Тея.

Тея ожидала услышать от сестры что угодно, только не слово «яд».

– Пока ты останавливала свои кровотечения, мы с Фариссой работали над несколькими небольшими изобретениями, – объясняла Рен. – Этот чайник – одна из моих идей. Каждое отделение чайника соединено с потайным отверстием, расположенным около ручки.

Рен показала их на рисунке и продолжила:

– Чтобы налить определенный напиток, необходимо, чтобы отверстие было открыто.

– Но…

– Задумайся, Тея. Представь, что ты пришла в гости к человеку, которого подозреваешь в недобрых намерениях. Разве ты бы не захотела убедиться, что он пьет тот же напиток, что и ты, прежде чем самой рисковать?

– Ты права…

– Напитки в каждом отделении должны выглядеть одинаково. И тот, кто разливает, должен запомнить, где чай, а где – яд. Чтобы отравить врага, необходимо закрыть пальцем отверстие, ведущее к отделению с чаем. Чтобы налить напиток себе, нужно зажать отверстие, ведущее к отделению с ядом. Главное, не перепутать. Кажется, что напиток наливается из одного и того же места… Видишь?

Тея недоверчиво уставилась на листы:

– Но как?

– Сегодня днем я приступаю к созданию первой модели, чтобы показать, как это работает. Все просто: поверхностное натяжение и давление не дают жидкости вытечь из чайника. Если закрыть отверстие, воздух не сможет попасть в соответствующее отделение внутри чайника. – Рен вновь указала на эскиз. – Таким образом, площадь поверхности жидкости уменьшается, и она не может вытечь через носик. Если зажать отверстие, давление воздуха удержит жидкость, и она не выльется.

Тея медленно покачала головой в удивлении.

– Рен, очень впечатляет, – выдавила она, продолжая разглядывать листы.

– Спасибо.

– Знаешь… От тебя я никак не ожидала такого приспособления.

– Не только тебе быть сумасшедшей.

Тея рассмеялась, поддаваясь настроению сестры.

– Рада это слышать.

Остаток часа сестры работали в приятной тишине, они готовили различные настойки для лекарей и какие-то сомнительные тонизирующие зелья для неизвестных им людей, не задавая лишних вопросов. Так и работали все женщины в Тезмарре. В основном Тея слушала наставления Рен, все еще восхищаясь одаренностью сестры. Она представляла, для каких тайных миссий может пригодиться чайник для дамских обедов.

Все время, что Тея нарезала и измельчала ингредиенты, она думала о том, что ей не хватает соприкосновения ее кинжала с лодыжкой. Ей не верилось, что она умудрилась его потерять. В течение всей смены Тея пыталась найти возможность ускользнуть на его поиски, но Фарисса не спускала с нее глаз, точно ястреб. Сейчас она напоминала Одру, Фарисса будто чувствовала, что мысленно Тея уже одной ногой находилась за дверью.

* * *

К разочарованию Теи, обед был недолгим, и сбежать в Кровавые леса ей снова не удалось. Ощущая неприятную горечь, она шла по коридору первого этажа вместе с Рен, и чувство поражения преследовало ее с каждым шагом. Фарисса к пропуску вчерашней смены отнеслась спокойно, однако Тея сомневалась, что Одра проявит к ней такое же снисхождение. Тея прикоснулась рукой к ссадине на щеке и пожалела, что предусмотрительно не скрыла ее косметикой Рен.

Только они подошли к ступеням, ведущим в восточную башню, как неподалеку раздался резкий смех. Поняв, кому он принадлежит, Тея сжала пальцы в кулак. Веселье этого человека никогда не предвещало ничего хорошего. Она сделала шаг в направлении звука.

– Тея, не надо. – Рен была готова схватить Тею за локоть.

Несмотря на то что все внутри начало закипать, девушка уступила.

– Ладно, – пробормотала она и направилась к лестнице.

Шесть лет назад во время занятия по самообороне, после спарринга с Рен, сражаться с которой было неинтересно, Тея попросила соперника посильнее. Себастос Барлоу вызвался показать ей, какой он достойный противник. Однако Тея на глазах у всех группы нанесла ему такой удар, что он отшатнулся в сторону. Хоть в итоге раунд выиграл Себ, все же Тея задела его эго. Она захотела исправить ситуацию, поэтому после спарринга протянула ему руку для пожатия, но он отказался.

Себ сказал ей с усмешкой: «Думаешь, я пожму руку какой-то грязной беспризорной девке?»

Рен предупреждала Тею, что она нажила себе врага в лице Себастоса Барлоу. Сестра, как всегда, оказалась права. Если он рядом, значит, драки не миновать.

Смех прозвучал снова, на этот раз громче. Затем раздался издевательский голос, от которого по коже Теи всегда пробегал неприятный холод.

– …взгляните на этого безмозглого идиота. Он даже не может идти ровно…

Тея без раздумий пошла на звук.

Она отмахнулась от хватки сестры и, игнорируя ее протесты, завернула за угол.

Тея увидела гигантскую фигура Малика, которую окружила группа щитоносцев. Они тыкали в него своими тренировочными мечами. Малик отступал от них, выставив огромные руки перед собой в попытке защититься, и спотыкался о собственные ноги.

У Теи кровь застучала в висках.

– Себ! – Ее голос эхом разнесся по коридору, она стояла, широко расставив ноги и напрягаясь всем телом.

За ее спиной послышался глубокий вздох Рен.

Щитоносец резко обернулся:

– Чего тебе, беспризорная?

Тея шагнула к нему, ее щеки пылали от гнева.

– До сих пор не придумал более оригинального оскорбления? – Глядя на порезы на руках Малика и растерянность в его серых глазах, она старалась говорить спокойно. – Половина жителей Тезмарра – сироты.

– Но ты – сама грязная и бесполезная. Посмотри на себя, – ответил он и брезгливо сморщил нос, глядя на ее брюки, тунику и грязные ботинки. – Даже не знаю, на кого ты больше похожа: на собаку или на своего уродливого друга. Или ты пытаешься выглядеть как мужчина?

Тея чувствовала ярость стоявшей за ее спиной Рен, но не обернулась. Она вновь сжала пальцы, словно собираясь схватить кинжал, которого у нее больше не было. Но это и неважно, если понадобится, она готова убить его голыми руками.

Себ продолжил глумиться над ней:

– Так чего тебе?

Тея сделала еще один шаг к щитоносцу, игнорируя его свиту. Все отвернулись от Малика, чтобы поиздеваться над ней, угрожающе сжимая свои тренировочные мечи.

– Оставьте его, – сказала она.

Себ фыркнул:

– А то что?

Тея сжала кулаки и оставила его вопрос без ответа. Хоть у нее не было оружия и они численно превосходили, Тея не могла закрыть глаза на то, что они делали с Маликом, и неважно, чего бы ей это стоило.

Она глубоко и прерывисто вздохнула.

– Оставьте его, – повторила Тея. – Он бывший Боевой Меч. И он заслуживает уважения. Ваше поведение – позор Тезмарру.

– Если бы ты была одной из них, то точно бы стала настоящим позором Тезмарра.

Он выпятил грудь и приблизился к Тее, возвысившись над ней.

Несмотря на недобрый огонек в его глазах, Тея не сдвинулась и на миллиметр.

Товарищи Себа расправили плечи и приблизились вслед за ним.

– На твоем месте я бы держалась от моей сестры подальше, – послышался голос Рен.

– Будто мы боимся эту неотесанную, – возразил Себ.

– А я и не говорила, что нужно бояться ее.

Мимо уха Теи пролетел ветерок. Поднялось облако фиолетовой пыли и затем опустилось на щитоносцев.

Кто-то закашлялся.

Себ раздраженно оглядел свою тунику, покрытую пылью.

– Это что, ведьмина проделка?

Он сердито смотрел на Рен и отряхивал пыль, как вдруг…

Выпучил глаза и схватился за шею.

На неприкрытой одеждой коже мгновенно появилась сыпь, и Себ начал яростно чесаться.

– Что ты сделала, тварь?

Лица товарищей, стоявших за его спиной, покраснели, и они принялись их чесать, царапая.

– Думаю, вам пора отправиться в лазарет, – сказала Рен и подошла к Тее, любуясь своей работой. – Не хотелось бы, чтобы случилась какая-то неприятность.

Себ вновь выпучил глаза.

– Сука! – крикнул он и, шатаясь, ушел от них, друзья его последовали за ним.

Тея повернулась к сестре, глядя на нее широко раскрытыми глазами.

Рен подняла брови:

– Ну что, начинай. Скажи, как ты не нуждаешься ни в чьей помощи, как ты справилась с ними самостоятельно.

– Я… – Тея не могла подобрать слов. – Ты… Ты была великолепна.

– Вау.

– Напомни мне бесить тебя чуточку меньше.

Тея заметила на своей коже фиолетовую пыль:

– Но почему я…

– Не повторила их участь? – перебила Рен. – У тебя иммунитет ко вдовьему пеплу.

– Что?.. Как?

– Потому что я постаралась.

– В смысле?

– В последние несколько месяцев я посыпаю им твои простыни. Повышаю твою толерантность.

– Так вот почему я столько раз просыпалась от чесотки… Боги, Рен. Скажи, что ты шутишь.

– Я не шучу со вдовьим пеплом.

– Ты сумасшедшая.

– Уверена? Может, я просто готовлю свою безрассудную сестренку к тому неизбежному моменту, когда она откусит больше, чем может проглотить, и нарвется на группу вооруженных щитоносцев?

Тея потерла виски, качая головой:

– И то и другое.

Рен рассмеялась.

– Пойдем, – сказала она. – Мы опаздываем к Одре.

Но внимание Теи теперь сосредоточилось на Малике, который стоял в паре метров от них. Он покраснел, лоб его покрылся бисеринками пота.

– Нужно проводить Малика в его покои, – ответила она сестре.

Рен проследила за ее взглядом. Бывший воин ходил взад-вперед, часто моргая и тяжело дыша.

– Думаю, ты права. Я предупрежу Одру.

– Забей на Одру, не оправдывайся. Ты и так будешь в полном дерьме.

– Я пойду с тобой…

Тея лишь отмахнулась:

– Ты его только смутишь. Иди, с нами все будет в порядке.

Рен коротко кивнула и, поднявшись по лестнице, скрылась за дверью.

Тея подошла к Малику, старясь не напугать его.

– Ты опять заблудился, приятель? – прошептала она.

Услышав ее голос, Малик широко раскрыл глаза и поднял голову. Пару мгновений он двигал ртом, а затем расслабился.

– Как хорошо, что я знаю дорогу, – сказала она. – Пойдем.

Ей хотелось взять его за руку, но делать этого она не стала. Ей неизвестно, насколько сложным было повреждение его мозга. Однако она знала Малика достаточно долго, чтобы понимать: после волнительных событий и встрясок ему становилось очень тяжело, он утомлялся, все его чувства и эмоции обострялись.

Она опасливо шла по крепости, отмечая, что сегодня Малик плохо держится на ногах.

– Тебе просто нужно немного побыть в тишине, – заверила она его, придерживая для него дверь.

Однажды, когда Малик заблудился, Одра показала Тее путь к его покоям. Острая на язык библиотекарь была нежна и добра к нему. Тея сделала вывод, что они знакомы, и только спустя время поняла: вероятно, Одра знала его с тех времен, когда он был Боевым Мечом. Возможно, они даже вместе тренировались.

Они подошли к покоям Малика и увидели, что дверь не заперта. Только она открылась, как Дакс, пес Малика, взволнованно их встретил.

– С ним все в порядке, – сказала Тея дворняге, активный хвост которого угрожал ей синяками на ногах.

В дверях она дождалась, пока Малик усядется в кресло перед холодным камином.

– Хочешь, я растоплю камин? – спросила она.

Малик уставился на черные угли.

– Хорошо, – произнесла Тея, обращаясь скорее к себе, нежели к бывшему воину. – Оставлю тебя.

Она развернулась, чтобы уйти, но услышала, как Малик издал скрипучий звук.

Девушка подождала, понимая, что он пытается выговорить слова и что ей никогда не понять этих мучений. Ей перехватило горло, она так хотела бы ему помочь.

Словно прочитав ее мысли, он покачал головой.

Тея откинула упавшие на лицо прядки волос и вздохнула, слова вырвались сами собой.

– Я потеряла его, – призналась она, постучав по лодыжке. Малик знал, где она хранила кинжал. – Я потеряла его в Кровавых лесах, мне так жаль, – произнесла она.

Малик улыбнулся, и Тея не могла понять, чему именно. Дрожащей рукой он махнул на дверь, веля ей уйти.

Тея ощущала во рту горький привкус сожаления. Она потеряла единственную вещь, напоминавшую о том, кем Малик был до ранения; вещь, которую он доверил ей хранить и беречь. Он прошел через столькие испытания, а Тея так глупо потеряла кинжал, добытый потом, кровью и самопожертвованием.

Нет, она все исправит. Тея закрыла за собой дверь бывшего Боевого Меча и двинулась по коридору. Но не в сторону кабинета Одры, где ее ждали задания. Она направлялась в Кровавые леса.

Снаружи царили серость и мрак, но все же свободно передвигаться по крепости и за ее стенами без риска оказаться замеченной было небезопасно. Однако у Теи имелись свои пути. За время ее интрижки с Эвандером она узнала о некоторых наименее охраняемых местах Тезмарра и о малоизвестных тропах на опушках лесов. Благодаря этим знаниям их отношения не были абсолютной тратой времени.

Вскоре она вновь оказалась среди деревьев Кровавых лесов. В воздухе витал насыщенный влажный запах приближавшегося дождя. Она наткнулась на свой след, оставшийся со вчера, и сразу же постаралась его замести. Меньшее, что ей нужно, – это чтобы какой-нибудь любопытный щитоносец шел за ней по пятам. Тея также не исключала, что Себ, желая отомстить, может отправить за ней парочку своих дружков. Она надеялась, что сам он все еще находится в лазарете и, словно блохастое животное, чешет свои яйца.

Вскоре Тея добралась до поляны, на которой была вчера. Разбуди ее среди ночи, она бы узнала это место. Это явно было оно – стрела все так же торчала из дерева. Тея задумчиво провела покрытыми шрамами пальцами по оперению. Оно оказалось таким мягким – поразительный контраст со смертоносным наконечником, впившимся в ствол.

Стрелявший хорошо знал свое дело. Если бы не ее быстрая реакция, выработанная за годы игры в «Танцующих алхимиков», стрела попала бы точно в цель.

Тея одернула себя. Она пришла сюда не для того, чтобы размышлять о случившемся.

«Где же я его уронила?» Тея присела на корточки и провела ладонями по земле. Затем еще раз… Она помнила, что держала кинжал до того, как в нее полетела стрела. Девушка корила себя. Ронять вещи, будучи застигнутой врасплох, – не самая лучшая черта великого воина.

Обходя пронзенное стрелой дерево, Тея копалась в опавшей листве. Она была уверена, что, даже если случайно пнула кинжал, он был где-то здесь. Он не мог укатиться далеко.

Пока она была занята поисками, тело охватило какое-то неприятное чувство.

Тея обшаривала усеянную листьями землю более лихорадочно, смотрела даже там, где кинжала быть не могло. Волнение в груди все нарастало, и в конце концов Тея упала на колени на влажную землю.

– Черт, – пробормотала она, уставившись на пустые руки.

Вдруг по ее коже пробежал холодок, волосы на затылке стали дыбом, и Тея подняла взгляд.

У нее перехватило дыхание.

Одетый в черные кожаные одежды воина и прислонившись к дереву, перед ней стоял Уайлдер Хоторн. В своих длинных татуированных пальцах он крутил ее кинжал.

– Это ищешь? – спросил он.

Глава 5

Каждая клеточка Теи буквально кричала о том, что нужно бежать, но она так и стояла на коленях в грязи, будто прикованная.

Взгляд серебристых глаз Хоторна пронзил ее, он решительно шагнул к Тее, возвысившись над ней своим мускулистым телом.

– Не отрицаешь? – Его голос глубокий, с хрипотцой. Казалось, слова отдавались эхом по всему ее телу.

Тея вскочила на ноги, ее сердце бешено стучало, больно ударяясь о грудную клетку, губы сжались в тонкую линию.

– Ты хоть знаешь, что это за кинжал? Что он особенный?

Хоторн вновь покрутил кинжалом. Его тон казался спокойным, но от взгляда Теи не скрылось, как мускул на его челюсти дернулся. Вблизи воин казался еще более свирепым, чем когда она наблюдала за ним на утесе и за ужином. Лицо его выражало невероятную суровость и жестокость, темная борода еще больше заостряла угловатую челюсть, а в глазах под длинными черными ресницами бушевала буря.

Тея вновь предпочла молчать. Что бы она ни сказала, он не поверит ей, не поймет. Она была алхимиком, причем плохим. Она нарушила закон Гильдии и, как бы сказал Себ, была позором Тезмарра. Тея никак не могла владеть кинжалом, не говоря уж… Она окинула взглядом пустой лес и на долю секунды задумалась…

– Можешь попробовать сбежать, если хочешь, – произнес он с промелькнувшим во взгляде весельем, будто бросая вызов. – Но ты забываешь, с кем имеешь дело.

Тея изо всех сил старалась проглотить ком в горле, ее пальцы онемели. Неважно, как усердно она втайне тренировалась и как хорошо изучила секретные места Кровавых лесов, – перед ней стоял Боевой Меч Тезмарра. У нее не было шанса.

Хоторн убрал ее кинжал в ножны на своем ремне, наблюдая, как на ее лице пронеслось осознание.

– Пойдешь в крепость добровольно или предпочитаешь унизительно отправиться туда на моем плече?

Услышав эти слова, Тея вздернула подбородок, ее возмутила нотка веселья в его голосе.

– Я пойду сама.

– Хорошо.

Они шли по Кровавым лесам молча, взгляд Теи то и дело возвращался к ее кинжалу на его поясе, она винила себя за собственную глупость. У нее забрали самое ценное, что у нее было, и она шла навстречу наказанию, которого так боялась. Тея не думала, что однажды оно ее настигнет. Неужели она была такой наивной? Такой безрассудной и глупой, как часто и говорила Рен?

«Очевидно, так и есть».

Она шла рядом с Боевым Мечом, и его властная фигура отбрасывала на землю длинные тени. Он излучал мощную силу, при взгляде на него по ее венам пробегали разряды энергии, она ощущала трепет в груди. Хотя он казался холодным и непреклонным, за его спиной были мечи и играли желваки, все же от чего-то по телу Теи разливалось тепло.

Он словно почувствовал предательскую реакцию ее тела, поэтому скользнул по ней своими серебристыми глазами.

– Хочешь что-то сказать? – прорычал он.

Тея проклинала себя. На кону ее будущее в Тезмарре, а она пожирает взглядом Боевого Меча, который может ее этого будущего лишить!

– Нет, – ответила она, глядя на свой кинжал в ножнах на его поясе.

– Хорошо.

И вот, в тени могущественного Боевого Меча Алтея Золтейр шла навстречу своей гибели.

* * *

Они подошли к покоям Мастера Гильдии. Хоторн сжал пальцы в кулак и забарабанил в дверь, и только тогда Тея поняла, насколько сильно она напугана. Ее туника промокла от пота, она собирала по крупицам свою силу воли, заставляя себя дышать ровно. Услышав шаги по ту сторону двери, она напряглась, ноги ее стали ватными.

Дверь распахнулась, и Тея уставилась на проницательное лицо Осириса.

– Хоторн, в чем дело? – спросил он, хмуро глядя на Боевого Меча, возвышавшегося над жалким растрепанным алхимиком.

– Нашел ее с оружием, и это не единственное ее правонарушение, – ответил Хоторн, даже не взглянув на нее.

– С оружием? – Осирис моргнул.

– Она была в Кровавых лесах с кинжалом. Из наарванской стали. – Тон Хоторна был отрывистым, словно ему не терпелось разобраться в ситуации и пойти по своим делаем; словно решать судьбу Теи – ниже его достоинства.

Осирис пронзил ее взглядом и скривил губы, его презрение к ней было практически осязаемым. Проигнорировав ее присутствие, он сказал:

– Отведи ее в зал совета и жди меня.

Дверь перед их лицами закрылась, и Хоторн жестом велел Тее идти за ним по коридору. По ее спине пробежала леденящая дрожь.

Зал совета. Над ней состоится суд? Тея взглянула на Боевого Меча справа от себя в попытке найти хоть какую-то подсказку и понять, что ее ждет.

Однако выражение его лица было непроницаемым. Она отметила лишь одну крошечную деталь: его рука то и дело тянулась к ее кинжалу на поясе и под темной щетиной подрагивал мускул.

«Кинжал что-то для него значит, – подумала Тея. – Но что именно?» Она владела кинжалом уже шесть лет, а до этого он принадлежал Малику. Она знала точно: когда она нашла оружие, Хоторна в Тезмарре не было.

Подойдя к дверям зала совета, Тея подавила в себе желание упереться ногами в пол и отказаться заходить внутрь.

– Что там будет происходить? – спросила она.

Боевой Меч даже не взглянул на нее, он лишь толкнул двери и подождал, пока она зайдет. От него исходила ярость.

За дверьми находился узкий прямоугольный зал с тусклым освещением. В центре располагался стол из дорогого красного дерева, вокруг которого стояли шесть стульев с высокими спинками. Хоторн собрал несколько лежавших на столе карт, свернул их и положил на ближайшую полку, забитую книгами. Тея оглядела бордовые шторы, которые, по-видимому, закрывали окно, и тележку с графинами, стоявшую в дальнем углу.

– Тебе стоит сесть.

Глубокий голос Хоторна заставил ее вздрогнуть.

– Постою.

По комнате пролетел сквозняк, и Тея вздрогнула. Она огляделась, пытаясь найти камин, но его не оказалось.

Боевой Меч следил за каждым ее движением.

Ей не нравилось, когда ее рассматривали.

– Что вы сделаете с моим кинжалом? – осторожно спросила она.

– Он не твой.

– Он мой.

– Давай на мгновение забудем, что женщинам владеть оружием запрещено, – сказал он, доставая кинжал из-за пояса и проверяя татуированным пальцем его остроту. – Откуда простой алхимик мог взять кинжал из наарванской стали?

– Я его не крала. – От его тона Тея скрипнула зубами. – Это подарок.

Хоторн моргнул:

– Подарок, значит.

Тея открыла рот, чтобы ответить что-то в свою защиту, как вдруг дверь распахнулась. И в этот момент она действительно пожалела, что не села.

В зал зашел не только Мастер Гильдии. Его сопровождали остальные Боевые Мечи: Тордж Гроза Медведей и Вернич Кровопускатель. Казалось, что вместе с Хоторном они заполняли весь зал совета.

– Сядь, – приказал Осирис.

На этот раз Тея подчинилась. Она выдвинула ближайший стул, опустилась на него и положила дрожащие руки на колени. Она не знала, куда смотреть. Только вчера она наблюдала, как могучие воины вернулись в Тезмарр. Могла ли она представить, что уже так скоро встретится с ними лицом к лицу?

– Что происходит, Осирис? – хриплым голосом требовал ответа Вернич. – Я собирался отправиться в Харент.

– У нас тут, оказывается, нарушитель. – Мастер Гильдии указал на Тею.

Ее сердце норовило выпрыгнуть из груди, но взгляд она не отвела.

Вернич скривил губы:

– Понятно.

– При ней было оружие из наарванской стали. – Осирис облокотился о стол и покачал головой. – Глупая девчонка. Неужели ты не понимаешь, что законы приняты для того, чтобы защитить женщин? Чтобы защитить всех нас?

– Я уже сказала ему, – она указала подбородком на Хоторна. – Этот кинжал – подарок. Боевой Меч настоял, чтобы…

– Ни один Боевой Меч не отдаст свое оружие. Особенно какой-то девчонке. Ты знаешь законы. Знаешь, чем рисковала.

Плечи Теи поникли. Они ей не верили. Даже если бы и поверили, она в любом случае нарушила правила. Все ее тело сковал животный страх, она ждала, что будет дальше.

– Тогда она изгнана. Отправь ее куда подальше, – заявил Вернич.

– Поддерживаю, – добавил Хоторн, скрестив руки на широкой груди.

Тордж Элдерброк бросил на них удивленный взгляд:

– Во имя всех королевств, вы действительно так просто согласитесь на это?

– Ты же знаешь, я и щитоносцев еле выношу, – продолжил Хоторн. – Что говорить о ворах, которые пробираются по Кровавым лесам с нашим священным оружием.

– Знаю, знаю, – проворчал Вернич. – Мы здесь как раз для того, чтобы…

Дверь с грохотом распахнулась.

Вошла Одра, библиотекарь. Ее глаза за стеклами очков выражали ярость, серебристые волосы были собраны в тугой пучок на затылке, и это придавало ее лицу еще более суровое выражение. Несмотря на небольшой рост, Одра выглядела так же угрожающе, как и могучие Боевые Мечи. Из-за того, что женщина была не в духе, она казалась еще более устрашающей.

– Почему я не в курсе, что вы допрашиваете одну из моих подопечных? – спросила библиотекарь.

Осирис скривился:

– Как ты узнала, что мы здесь?

– Я знаю обо всем, что происходит в крепости. Полагаю, вы не оповестили не случайно?

Тея уставилась на своего опекуна в изумлении.

– В данном случае решение только одно. – Осирис покраснел от ярости. – Поэтому твое присутствие необязательно. Я не позволю какой-то девчонке поставить под угрозу все, за что борется Гильдия. Разве ты не знаешь об обстановке в королевстве?

– Думаешь, одной девчонке под силу поставить все под угрозу?

Тее не послышалось? Одра ее защищала?

– Это ты мне скажи, – возразил Осирис. – В прошлый раз так и было.

– Да помогут нам Фурии. Осирис. Еще не время для пророчеств…

– Именно это ты и говорила из раза в раз, пока двадцать лет назад девочка не обрушила тьму на Тезмарр.

– И что ты тогда сделал? Лишил половину воинов оружия и вышвырнул их из королевства? Прекрасное решение.

– У меня не было выбора…

– Выбор есть всегда. И Тезмарр ослаб из-за твоего выбора.

– Хватит о прошлом, – вмешался Вернич. – Эта девчонка нарушила законы. Она должна понести наказание.

Девчонка. Вечно все называют ее девчонкой. Будто она непослушный ребенок, которого нужно наказать, а не женщина, которая выжила. В венах Теи затрещал гнев.

Одра напряглась, будто это оскорбление было и в ее адрес. Она взяла себя в руки.

– Стоит ли тебе напомнить, – произнесла она сквозь стиснутые зубы, – что изначально Боевыми Мечами были женщины? Три Фурии – на них основывалась наша культура, за них выступает Гильдия, все началось именно с них.

– Не приплетай сюда свои книги, – отрезал Осирис.

– Не приплетай сюда свои предрассудки, которым уже десятки лет, – огрызнулась Одра. – Вместо того чтобы наказывать Алтею, лучше спроси, почему она нарушает правила.

– Мне плевать.

– А зря. Она мечтала о тренировках с того момента, как научилась ходить. Тем временем новобранцев у нас все меньше и меньше. Щитоносцы проваливают испытание на посвящение все чаще, такого никогда не было. Некоторые до этого испытания даже не доходят. Возможно, пора что-то менять. Алтея не создана для науки, это точно.

Услышав последние слова, Тея едва удержалась, чтобы не скривиться.

Глаза Осириса сузились, в них появился опасный блеск.

– Это твоя вина, – ответил он Одре, не сводя глаз с маленьких кинжалов на ее ремне. – Своим вопиющим пренебрежением к нашим обычаям ты поощряешь такое поведение. Ты позволяешь своему прошлому затуманивать рассудок, оно мешает выполнению твоих рабочих обязанностей.

– Говоря о моем прошлом, ты имеешь в виду мою службу в качестве стража Срединных Королевств? Бывшего воина этой самой Гильдии?

Сквозь зубы Теи со свистом вылетел воздух. Библиотекарь никогда не произносила этого вслух.

Одра не позволила сбить себя с толку, голос ее стал ледяным.

– Тебе хорошо известно, Осирис, что обычаи Тезмарра я глубоко уважаю. Моя главная цель – поддерживать его дух и укреплять его положение в Срединных Королевствах. В этом причина, почему, даже после введения твоих возмутительных законов, я осталась здесь.

Указав на миниатюрные кинжалы на своем ремне, она добавила:

– А они, как я уже говорила, церемониальные. Дань уважения Фуриям.

– Как, по-твоему, твои подчиненные должны соблюдать законы, если ты сама…

– Лично для меня они выглядят как ножи для вскрытия писем, – вмешался Уайлдер Хоторн, не обращая внимание на Осириса. – Полезный инструмент для библиотекаря, Мастер Гильдии. Мы бы не смогли запретить Одре ими пользоваться. И, разумеется, воинов Тезмарра такие крошечные клинки бы не испугали.

Осирис, казалось, задавал вопросы вежливо, но Уайлдер Хоторн быстро положил конец разговору о ее ножах для вскрытия писем.

– Однако, возвращаясь к… обвинению… – презрительно произнес Хоторн.

Пальцы Теи, все еще лежавшие на коленях, сжались в кулаки, пульс участился.

– Она нарушила один из самых главных законов. А вы, похоже, предлагаете не только проявить к ней снисхождение. Может, еще предложите ей место в рядах щитоносцев?

В тот момент Тее было плевать, что Хоторн – самый знаменитый Боевой Меч всех времен, что она мимолетно любовалась им в зале. Он был самым бесчувственным ублюдком из всех.

Одра повернулась к нему и коротко произнесла:

– Одним словом, да.

Хоторн злобно рассмеялся:

– Воины Тезмарра закаляются кровью и сталью, они – не беглецы из Кровавых лесов и не алхимики из мастерской. – Слова его были резкими и грубыми, как и взгляд, которым он смотрел на Тею.

Девушка заерзала на стуле. Она не сказала в свою защиту и слова, но сейчас, понимая, что ее судьба висит на волоске, решилась что-то сказать.

– Я хороша, – выпалила она. – Даже лучше, чем просто хороша. Как сказала Одра, я тренировалась всю свою жизнь. Я могу быть полезной Тезмарру, Срединным Королевствам…

Хоторн сжал рукоять ее кинжала, костяшки его пальцев побелели, ноздри раздулись.

– Размахивание палкой в темноте – не тренировка воина.

Тея побледнела.

Осирис снова заговорил:

– Пророчество было предельно ясным тогда и остается таким же сейчас: «Дочь тьмы одной рукой обнажит меч, второй – повелит самой смерти»… Все вы, как и я, знаете его наизусть.

Одра фыркнула:

– Смерть все равно придет за Срединными Королевствами, и неважно, держит женщина в руке меч или нет.

– Храня меч из наарванской стали, Алтея рисковала всеми нами. И ты просишь пренебречь законами?

– Да.

Хоторн прорычал:

– Система уже разрушена, ее убивает жалкая кучка самозванцев, решивших стать наставниками, и слабые глупцы. Последнее, что нужно Тезмарру, – еще один щитоносец, с которым придется нянчиться словно с ребенком…

– Я не ребенок, – возразила Тея, – мне двадцать четыре года.

– Тогда, вероятно, ты уже стара, чтобы…

– Молчать! – Осирис сомкнул пальцы на переносице. – Уайлдер, я прекрасно осведомлен о твоем мнении. Ты не скрываешь его уже много лет. Одра, даже если бы я хотел допустить девчонку к тренировкам, это противоречит законам трех оставшихся королевств. Этот закон был принят, чтобы защитить всех нас.

Девчонка. Девчонка. Девчонка. В Тее заискрилась очередная вспышка ярости.

Взгляд серебристых глаз вновь остановился на ней, и она замерла.

Одра расхаживала во главе стола.

– Ты прав, – согласилась она. – Этого ты допустить не можешь.

Сердце Теи замерло.

– Однако… – продолжила Одра. – Как хорошо подметил Хоторн, система уже нарушена, и необходимо что-то предпринять. Через три дня в Хейлфорде праздник в честь окончания траура короля Артоса по королеве. Перед ним состоится судебное заседание, на котором будут присутствовать все короли и королевы Срединных Королевств. Там Алтея сможет рассказать о своей ситуации.

Тея, сама не заметив, поднялась на ноги, сердце ее трепетало от осознания того, что Одра только что сказала.

Мастер Гильдии снова заговорил, в голосе его звучали нотки удивления:

– Никогда не слышал, чтобы ты заступалась за подчиненных. Почему?

Продолжая неотрывно смотреть в глаза Осириса, она коснулась рукой одного из кинжалов на своем ремне.

– Вот почему.

Сверкнуло серебро, и кинжал рассек воздух.

Тея изогнулась, уворачиваясь от него.

Внезапно кинжал оказался в ее руке, она поймала его за украшенную драгоценными камнями рукоять.

Уайлдер Хоторн

Уайлдер напрягся всем телом, его рука метнулась к рукояти собственного клинка. Алхимик поймала летящий кинжал. В воздухе. Поймала, не дрогнув и без тени страха.

Он был не единственным, кто смотрел на нее в удивлении.

– Черт возьми, – произнес Тордж, тихо присвистнув.

Мастер Гильдии с раскрытым ртом опустился на ближайший стул, не сводя с алхимика глаз.

Вернич стоял безмолвно, но стиснутая челюсть выдавала его потрясение.

Теперь лицо девушки светилось азартом. Она подбросила оружие, поймала его пальцами за кончик и молча вернула библиотекарю рукоятью вперед.

Определенно, она не новичок.

Когда он заметил, как она, прятавшись на вершине утеса, шпионила за их собранием, у него возникло к ней странное чувство. Что-то помешало ему вытащить ее из кустов и потребовать ответов прямо там.

И вот теперь он рассматривал ее стройное телосложение, косу с золотистым отливом, обрамляющую лицо, на котором была отпечатана решительность, и покрывавшие изящные руки шрамы. В отличие от других алхимиков, она носила штаны, которые при движении облегали ее фигуру, рукава туники были закатаны до локтей, открывая вид на загорелую кожу и россыпь веснушек…

Что-то в душе Уайлдера неприятно шелохнулось, но он взял себя в руки. Эта девушка доставила хлопот. Она пошла против всего, за что стоял Тезмарр, и ее красивое лицо не могло ничего исправить.

Словно почувствовав его пристальный взгляд, алхимик встретилась с ним своими глазами цвета морской волны. Она с вызовом вздернула подбородок, будто одержала победу.

Одра первая прервала повисшую в зале совета тишину.

– Многие годы я выслушивала ваши переживания о том, что число щитоносцев сокращается. Годами я вместе с вами наблюдала, как тьма проникает в Срединные Королевства все глубже, как она проклинает наши земли, наш народ. – Голос библиотекаря звучал холодно и бесстрастно. – Все меньше и меньше щитоносцев становятся стражами, я даже не припомню, когда в последний раз кто-то из воинов хотя бы попытался пройти Великий Обряд. Хоторн – последний Боевой Меч, и стал он им давно. С каждым днем тьма сгущается все больше, Завеса содрогается от угрозы появления новых монстров… И вы хотите отказаться от перспективного воина?

– Мы не хотим ни от кого отказываться, – возразил Осирис. – Но законы нерушимы.

– Нерушимы – возможно… – согласилась Одра. – Но это не значит, что их нельзя изменить.

Алхимик нервно кусала губу. Это очередное свидетельство того, что из нее не самый лучший воин. Она была неопытна, ей не хватало должной подготовки и дисциплины.

Но Одра еще не закончила. Суровая женщина повернулась к Торджу.

– Элдерброк, сколько брешей в Завесе за этот месяц?

Тордж глубоко вздохнул.

– Эта информация не для всех, Одра, – ответил он извиняющимся тоном.

– Едва ли меня можно причислить к простым жителям. Я тренировалась в крепости еще до того, как подобные тебе появились на свет. – Женщина бросила на него сердитый взгляд. – Тогда что насчет прошлого года?

– Опять же, я не могу разглашать эти сведения…

Одра резко повернулась к Осирису, который сидел с еще более потрясенным видом, чем прежде.

– Мне продолжать? – требовательно спросила она. – Мы оба знаем, что я могу узнать что угодно и без твоих неотесанных воинов.

Осирис в отчаянии всплеснул руками:

– Что именно ты от меня хочешь, Одра?

– Зависит от тебя.

– Конкретнее.

– Считаешь ли ты, что темные времена настали? Что Срединным Королевствам угрожает опасность?

На виске Мастера Гильдии запульсировала вена.

– Да.

– Тогда мы должны позволить Алтее тренироваться в отряде щитоносцев.

Осирис напрягся от бессилия:

– Я уже сказал тебе: правила нерушимы. У меня связаны руки.

– Не так уж сильно, как ты думаешь.

Библиотекарь направилась к книжному шкафу в дальнем углу комнаты. Взяв с полки толстый том, она с грохотом бросила его на стол.

Завороженный Уайлдер успел прочитать название книги до того, как Одра раскрыла ее и начала изучать страницы. «Конституция Фурий-основательниц».

Он усмехнулся. «Ну конечно, Одра обязательно впутает в свои книги и Фурий». Хоть ей пришлось сдать свои клинки, она всегда будет воином Тезмарра. Одра могла превратить в оружие что угодно.

– Вот, – заявила она, в ее голосе слышались триумфальные нотки, когда она зачитала: – «В тяжелые времена Глава Гильдии может позволить всем, кто на это способен, взять оружие и от имени Тезмарра защищать Срединные Королевства».

– Одра, едва ли этого достаточно, чтобы отказаться от закона, который действует десятилетия.

– Да, но этого достаточно, чтобы обратиться к правителям с прошением.

Уайлдер скрестил руки на груди, его взгляд переметнулся с библиотекаря на алхимика. Глядя на ее приподнятые брови, он понял, что о таком пункте она слышала впервые. Однако он достаточно хорошо знал Одру, чтобы понимать – она неспроста так яростно защищала свою подопечную. Это часть плана, который она вынашивала уже долгое время. Когда Одра метнула клинок, она преследовала четкую цель и была уверена в своей подчиненной. Одра – старая хитрая лиса, и все, что происходило в зале, – лишь часть чего-то масштабного.

– Одра, эта просьба беспрецедентна… – предупредил Осирис.

– Беспрецедентные времена требуют подобных просьб, – парировала она. – Как и беспрецедентный талант. Многие твои воины могут поймать оружие в воздухе? Покажи хоть одного человека, который на это способен.

Хоть Уайлдеру не хотелось этого признавать, но Одра была права.

Алхимик молча наблюдала за происходящим, словно не могла поверить, что все взаправду. Уайлдеру тоже не верилось, потому что, судя по происходящему, Одра выигрывала этой схватке.

Библиотекарь и Мастер Гильдии буравили друг друга взглядами в безмолвной беседе.

– Хорошо. Значит, решено.

– Решено? – повторил Уайлдер, сжав пальцы в кулаки по бокам.

На этот раз алхимик не выдержала и обратилась к нему, ее голос прорезал густое напряжение:

– Да в чем твоя проблема? Чем ты так недоволен? Это тебя не касается.

– Не касается меня? Ты имеешь в виду, помимо того, что ты украла священное оружие и подвергла Срединные Королевства опасности? – огрызнулся он.

Дело было не просто в оружии. А именно в том, что оно теперь висело в ножнах на его поясе. На самом деле, с тех пор как много лет назад пала Наарва, Уайлдер был недоволен очень многим. Это и стало одной из причин, почему его постоянно отправляли за пределы крепости. И куда бы он ни отправился, его сопровождали шрамы и бурлящая ярость. Она же исходила от него и сейчас.

Но девушка лишь скрестила руки на груди и яростно сжала челюсть.

– Да.

Уайлдер еле удержал себя, чтобы не подойти к ней вплотную и не встряхнуть ее за плечи. Алхимик определенно была смелой, но одной смелости недостаточно для того, чтобы противостоять тьме, надвигавшейся на Срединные Королевства. Девушка с кинжалом не сможет побороть проклятых вездесущих существ, обитавших за Завесой.

Однако Боевой Меч подавил растущее раздражение и, стиснув зубы, посмотрел на Осириса.

– Не забудь добавить это в список своих ошибок, будучи на посту Мастера Гильдии, – произнес он тихим голосом.

По комнате прокатилось крайнее изумление. Осирис резко поднял голову, посмотрев на него широко раскрытыми глазами.

– Что ты сказал?

Сердце Уайлдера стучало с невероятной скоростью.

– Ты слышал, Осирис. Ты уже идешь на рекорд…

– Хоторн… – предостерег Тордж.

– Если спектакль окончен, мне нужно выпить, – проворчал он, направляясь к двери, его терпение было на исходе.

– Твое неуважение к Гильдии не знает границ, Боевой Меч… – заявил Осирис.

– Неуважение? – выплюнул Уайлдер, кровь его закипала. – Ты думаешь, это я не уважаю Тезмарр?

Вернич заерзал, в его глазах появился заинтересованный блеск. Уайлдер знал, ему доставляют удовольствие выволочки в адрес его боевых товарищей.

Взгляд Уайлдера снова упал на девушку, и он стиснул зубы. Мужчина чувствовал, как под этим пронзительным взглядом глаз цвета морской волны мышцы челюсти начинают болеть. Он не мог не восхищаться силой ее духа, но ярость все равно переполняла его.

– От нее будет больше бед, чем пользы.

Тордж, как всегда, взывал к благоразумию:

– Уходи, Уайлдер, – проворчал он.

– С удовольствием. – С этими словами он распахнул дверь и вылетел из зала, оставляя Одру наедине со своими играми, а алхимика – на произвол судьбы.

Глава 6

Алтее Золтейр велели вернуться в свою комнату и собрать вещи… однако не для того, чтобы изгнать из Тезмарра, а чтобы отправиться в Харент. Там она обратится к королям и королевам Срединных Королевств с прошением позволить ей тренироваться в качестве щитоносца.

Это была идея Одры. Именно Одра билась за Тею так яростно. Впервые суровость библиотекаря была направлена не на Тею, а ради нее… И, несмотря на все возражения Боевого Меча с серебристыми глазами, сам Мастер Гильдии уступил.

У Теи голова шла кругом.

Она осознала, что, видимо, какое-то время стояла в замешательстве около своей комнаты, только когда кто-то схватил ее за руку и затащил внутрь.

– Где ты была? – Рен почти кричала, глаза ее обеспокоенно вглядывались в лицо Теи.

– Я… – Тея не могла вымолвить ни слова.

– Боги, что ты натворила на этот раз? Тебя изгнали?!

За дверью послышалась какая-то суета, и в комнату ворвались Сам и Ида.

Сам, тряхнув теперь подстриженными вишневыми волосами, схватила Тею за плечи.

– Мы только что узнали! Это правда?

– Что «правда»? – требовала Рен, лицо ее выражало крайнее беспокойство.

– Боевой Меч поймал Тею в Кровавых лесах, – объяснила Ида, подводка на ее глазах смазалась. – Но… если бы это было правдой, ты бы здесь сейчас не стояла, так ведь?..

– Я… – Тея попыталась ответить, но тело вновь подвело ее.

– Алтея, будь добра, если ты сейчас же не расскажешь, что происходит, то…

Тея сглотнула ком в горле и позволила сестре провести ее к кровати.

Она села, минуту собиралась с мыслями, а затем взглянула на Рен и подруг.

– Это правда.

– Что?!

Тея посмотрела в глаза сестры, встречаясь со взглядом цвета морской волны, и все ей рассказала.

Когда она закончила, Рен издала тихий смешок, удивив Тею.

– Что такое?

Но Рен покачала головой, продолжая смеяться. Она принялась рыться в стоявшем в изножье своей кровати сундуке и выудила из него дорожный рюкзак.

Сам и Ида тоже смеялись.

Тея рявкнула на них:

– Кто-нибудь мне объяснит…

Ей ответила Рен, покачивая головой, глаза ее излучали веселье:

– Ты собираешься обратиться к правителям с прошением… Да уж, ты действительно Алтея-Девять-Жизней.

* * *

Когда Тея добралась до конюшни, на улице было уже темно и прохладно. Она запахнула плащ поплотнее и поправила рюкзак на плече. Она почти не спала, до самого утра ворочалась с боку на бок, размышляя, как пройдет поездка в Харент, и вспоминая, взяла ли все необходимое. Она пыталась предугадать, как на ее прошение отреагируют правители: прислушаются или высмеют.

Но несмотря на терзавшую ее неопределенность, в ней теплилось чувство более сильное – надежда. Ей выпал шанс, о котором она так мечтала, – возможность побороться за то, чего она так отчаянно желала. И Тея ее не упустит.

Одра, облаченная в одежду для верховой езды, стояла в сарае с амуницией. С удивительной силой она снимала с крючка тяжелый вальтрап. Стоя в дверном проеме, Тея наблюдала за ней и думала о годах, которые они провели вместе… Одра всегда держала ее на расстоянии вытянутой руки и легко выходила из себя. Однако благодаря ее яростной защите у Теи появился шанс достичь чего-то великого.

Опекун заметила ее:

– И что ты стоишь? Лошадь сама себя не оседлает.

Тея пропустила резкие слова мимо ушей и вместе с библиотекарем проследовала к одному из стойл.

– Одра?

– Что? – рявкнула она и взглянула на Тею, отрываясь от регулирования стремени.

Тея не смогла сдержать улыбки:

– Спасибо.

Взгляд Одры на мгновение смягчился, но затем она громко нетерпеливо вздохнула и сказала:

– Поедешь на серой кобыле, пятое стойло. Поторопись. Выезжаем через пятнадцать минут. Не мешкай.

Вскоре женщины проезжали через ворота, а стражники смотрели им вслед. Зрелище, определенно, было необыкновенным: библиотекарь и алхимик верхом на лошадях направлялись в Харент.

Они покинули крепость, и у Теи перехватило дыхание. Прошла целая вечность с тех времен, когда она покидала территорию среди бела дня, не скрываясь. Верхом она не ездила еще дольше. Основам верховой езды обучали всех тезмаррцев еще в детстве, но женщинам шанс развивать этот навык выпадал редко. За те несколько месяцев отношений с Эвандером она вспомнила и улучшила свои навыки езды, но после его жестоких слов стала избегать конюшни. Сейчас же она наслаждалась ритмичной рысцой на своей кобыле.

На мгновение Тея осмелилась представить, что будет, если правители все же одобрят ее прошение.

– Ускорься, – скомандовала Одра. – До столицы три дня пути.

Эти слова стали усладой для ее ушей, и она перешла на легкий галоп, минуя каменные стены крепости и ворота, ведущие к единственной тропе, по которой можно попасть в Тезмарр и покинуть его. Тропа скорбящих – узкая каменистая тропинка, проходившая через Кровавые леса, она известна своими смертоносными ловушками и магическими защитными чарами. От одного названия по спине Теи пробежали мурашки. Сколько скорбящих прошло по этой тропе? В раннем тусклом свете дорога казалась безобидной… На них не бросались никакие существа, ничто не преграждало им путь. Однако Тея хорошо знала Тезмарр и его мастеров, чтобы слепо верить тому, что кажется на первый взгляд.

Тея бывала на этой тропе лишь однажды, по крайней мере ей так говорили. В тот день ее родители бросили Тею и Рен. Она размышляла, как им удалось справиться со всеми опасностями. Может, учитывая то, что они дали Гильдии, им позволили дойти до ворот беспрепятственно? Она нечасто позволяла себе думать о семье. Рен никогда это не одобряла, настаивая, что сам факт того, что их бросили, уже говорит о многом. Тея была с ней скорее согласна, хотя иногда задумывалась о том, не в крови ли у них воинственность.

Женщины молча скакали по зловещей дороге легким галопом, прохладный утренний воздух покалывал щеки Теи. Она не знала, сколько прошло времени, и ее это не волновало. Она просто наслаждалась свободой, ездой, видами Тропы скорбящих и серым небом, выглядывавшим из-за свисавших над головой крон.

Спустя время Тея не смогла больше терпеть тишину.

– Одра?

– Я так и знала, что покой не продлится долго, – проворчала женщина.

Тея продолжала:

– Вы когда-нибудь уже расскажете мне о том, что тогда случилось?

Одра одарила ее непонимающим взглядом.

– Что произошло той ночью, когда отобрали ваше оружие?

Одра застыла в седле:

– Ты знаешь, что тогда произошло. Тебе рассказывали об этом. Я уверена, что ты прочитала все книги, в которых упоминаются те события.

– Но вы все видели своими глазами. Вы былитам.

– Лучше бы меня там не было, – с горечью ответила Одра.

Она смягчилась и остановила лошадь.

– Пророчество было оглашено всего за несколько месяцев до тех событий, и Мастера Гильдии оно сильно беспокоило, – начала Одра. – Я пыталась убедить его в том, что никакие слова не могут разрушить ни Тезмарр, ни тем более Срединные Королевства, пока они находятся под нашей защитой. Он нервничал… Но все же мне удалось его убедить. Однако той ночью все изменилось. Была одна девочка, ее звали Ания. Ей было лет шесть-семь. Маленькое создание с волосами цвета меди, эта милая девочка всегда следовала всем правилам. Никто не знает как, но ей в руки попала коса из наарванской стали… Я почувствовала, что происходит что-то неладное, и велела Фариссе увести тебя и других детей. Я вышла во двор как раз в тот самый момент. От косы рябью исходили тени, на крепость надвигались тенетворцы. Той ночью мы потеряли семь тезмаррцев.

Тея вспомнила запах, который после того дня преследовал ее еще долго, и к горлу подкатил ком. Кровь и вереск.

– Я говорила Осирису, что произошедшему есть объяснение, что это недоразумение. Пыталась объяснить ему, что, лишив женщин права владеть оружием, он только ослабит Гильдию, начнутся недовольства. Но он мог думать только о телах у своего порога и о пророчестве. Остальные королевства поддержали его. С тех пор к нам почти не отправляли детей. Вот почему в Тезмарре больше нет семей, вот почему женщин так мало и почему на протяжении многих лет у нас так мало новобранцев. Тезмарр умирает, тот день стал началом.

– Что стало с женщинами-воинами?

– Они ушли.

– Но куда?

Одра фыркнула:

– Далеко отсюда. Точно не знает никто. За пределы Срединных Королевств.

– Вы не хотели тоже уйти?

– Неважно, чего я хотела. Кто-то должен придерживаться плана.

Тея выпрямилась:

– Я – часть этого плана?

Библиотекарь тихо рассмеялась:

– Я уже давно наблюдаю за тобой, Алтея Золтейр. Твои тайные тренировки, «Танцующие алхимики»… – Она сделала паузу и одарила Тею многозначительным взглядом. – Я знала обо всем с самого начала. Я всегда знала, что тебе может понадобиться помощь с Гильдией.

Тея поперхнулась воздухом:

– Но почему вы решили действовать только сейчас?

Библиотекарь вновь рассмеялась:

– Я ждала, пока ты будешь готова.

– Вы думаете, я готова? – Ее пальцы потянулись к камню судьбы.

– Нет, – резко ответила Одра. – Но у нас остается мало времени. Все, что я сказала в зале совета, – правда. Я знаю, что Завеса ослабевает, угроза подобралась к Срединным Королевствам ближе, чем мы думаем.

– Вы не верите в пророчество?

Одра усмехнулась:

– Я верю в то, что пророчества можно истолковать по-разному, и в то, что из-за своих страхов люди могут их толкования исказить… В конце концов, как долго ты носила тот кинжал? И мы, как видишь, всё еще стоим на ногах.

Тея замолчала, задумавшись.

– Как думаете, у меня есть шанс?

– Без понятия. Но следующее испытание на посвящение для щитоносцев состоится через три месяца, и тебе необходимо больше практиковаться, причем с более достойным соперником, чем дерево. Последний набор – сборная солянка. Одни – сотрудники замка, которые недовольны своей участью, вторые – сироты со всех Срединных Королевств, третьи – конечно же, жители Твера, Авеума и Харента, которые хотят прославиться, став стражами Тезмарра. Ты уже значительно отстаешь от них в плане тренировок, выносливости и всего остального.

У Теи все внутри сжалось.

– Но давай не будем забегать вперед и посмотрим, как пройдет встреча с правителями.

Тея была готова задать еще больше вопросов, поэтому повернулась в седле к Одре и увидела, что библиотекарь смотрит на ее руки, сжимавшие нефритовый кулон. Она быстро спрятала его под тунику, но было уже поздно.

– Думаешь, я не знаю, что это? Ты забываешь, кто нашел тебя и твою сестру у ворот крепости в ту ночь.

– Это ерунда.

– Глупости. Я прекрасно знаю, что это. Я знаю о твоей одержимости им с того момента, как ты попала в Тезмарр.

Тея неловко поежилась. Все это время Одра знала о ее камне судьбы? И ничего не сказала? Не сказала и слова, чтобы утешить ребенка, который боялся надвигающейся смерти? Не сказала и слова подростку, который убедил себя в том, что знать о своей смерти значит быть свободным? И, опять же, не сказала и слова девушке, которая соревнуется со смертью, пытаясь оставить что-то после себя?

Одра заговорила:

– Ты скоро поймешь, что бояться нужно не смерти, а жизни.

От этих слов сердце Теи замерло. Но когда она осмелилась взглянуть на своего опекуна, женщина снова пустила лошадь легким галопом.

Тея заставила себя расслабить сжатую челюсть, сжала поводья покрепче и последовала за ней, сосредоточившись на предстоящем пути.

Тропа скорбящих тянулась через Кровавые леса, казалось, бесконечность, но они наконец расступились, и Тее открылся вид на необъятные просторы. С возвышенности она видела разбросанные вдали фермы, склоны холмов, а также прорезавшие местность реки.

Тея хотела получше рассмотреть обширные земли на востоке, но заметила, что взгляд Одры устремлен на север – на большое переливающиеся озеро и земли за ним.

– На что вы смотрите?

Плечи Одры поникли.

– Вон там руины Дельмиры… – Она не отрывала взгляда от горизонта. – Если прищуриться, увидишь несколько одиноких сторожевых башен.

Она указала рукой в ту строну:

– Прямо за озером.

С этого расстояния так называемые сторожевые башни казались Тее лишь тенями, но все же, когда она оглядела окутанные тьмой земли, по ее затылку пробежались мурашки. Дельмира пала первой, давным-давно, затем, спустя шесть лет, ее участь повторила Наарва, королевство садов. Влияние монстров на Срединные Королевства было ощутимым.

Тея почувствовала на себе взгляд Одры.

– Что такое?

Казалось, библиотекарь оценивала ее, обдумывала слова, прежде чем произнести:

– Скажи мне, что я сделала правильный выбор, Алтея. Что я и Фурии будем гордиться тобой.

Тея побледнела. Одра просит ее развеять сомнение – неслыханно. Она медленно кивнула:

– Обещаю, Одра. Даю слово.

– Хорошо. – Женщина натянула поводья. – Тогда знай… Если ты стремишься к могуществу в мире мужчин и монстров – нет ничего более могущественного, чем знания и умение пользоваться ими правильно. Помни об этом, будущий щитоносец.

У Теи перехватило дыхание, и все, что она могла, – склонить голову в знак согласия, чувствуя, как на ее плечи опустилось тяжелое бремя.

Тея захотела разрядить обстановку, поэтому вновь взглянула на женщину, что ее вырастила, и сказала:

– Одра?

– Ну что еще?

– Тогда, в зале совета… – Она набралась смелости. – Это был чертовски хороший бросок.

Одра улыбнулась, и около ее губ проявились морщинки.

– Иногда у самого маленького оружия самый большой вес.

Они продолжили ехать, и в какой-то момент Тропа скорбящих перешла в Уэсфордскую дорогу. Она проходила через три оставшиеся Срединные Королевства. Здесь, на границе Тезмарра, Одра остановилась.

– Тут я тебя оставляю, – произнесла библиотекарь и протянула ей сумку, в которой, судя по всему, были припасы.

Нахмурившись, Тея приняла ее:

– Не думала, что мне позволят поехать одной.

Неподалеку послышался стук копыт.

– Не позволят, – раздался знакомый глубокий голос с хрипотцой.

Из Кровавых лесов верхом на черном жеребце и с двумя мечами за спиной появился Уайлдер Хоторн.

Глава 7

Тея уставилась на Боевого Меча и не сразу поняла, что Одра уже ускакала в сторону крепости.

– Почему ты?

Она попыталась скрыть нараставший в голосе гнев. Из всех возможных сопровождающих ей достался тот, кто выступал против нее больше остальных! Тот, кто украл ее кинжал и пытался выдворить из Тезмарра! К своему разочарованию, Тея заметила, что, если он не хмурился, черты его лица смягчались, и она не могла отрицать, что он красив.

Но ее восхищению быстро настал конец: Уайлдер нахмурился пуще прежнего.

– Мастер Гильдии время от времени любит напомнить мне, кто тут главный.

Тея нахмурила брови:

– Что ты имеешь в виду?

Но Хоторн пронзил ее свирепым взглядом, повернул коня и, не удостоив ответом, поскакал к пологому склону холма.

– Почему мы не едем по Уэсфордской дороге? – Играя желваками, Тея сжала пятками бока кобылы и последовала за воином.

– Потому что, алхимик, существует более быстрый путь до Харента, и я не хочу тратить на утомительное сопровождение больше времени, чем необходимо.

– Меня зовут Тея, – выпалила она и пожалела, что не сдержалась.

– Я уже сказал, – Боевой Меч настороженно покосился на нее, – я не хочу терять время.

Прежде чем Тея успела осознать то, с каким презрением Хоторн говорил, он уже ускакал дальше.

Проклиная воина, Тея последовала за ним.

В сопровождении высоко светившего над Срединными Королевствами солнца молодые люди мчались по землям Харента, оставляя мрачное небо Тезмарра позади. Несмотря на неприветливого спутника, Тея наслаждалась открывавшимися видами, словно жаждущий скиталец кружкой воды. Пологие холмы и долины покрывала сочная высокая трава. В сравнении с зубчатым осколком земли, на котором стояла крепость, эти места казались совершенно иным миром.

Некоторое время они шли вдоль одной из многочисленных быстрых рек, текущих по зеленым землям на восток. Тея осознала, что это место – самое удаленное от крепости, где она бывала. Ей хотелось, чтобы Рен оказалась рядом и увидела то же, что и она.

Рукояти двух клинков сверкнули на солнце, и она поняла, что пялится на его широкие плечи, обтянутые броней. Его резкие слова, произнесенные в зале совета, эхом отдавались в ее голове. Что она ему сделала? Его отказ разговаривать злил ее, тишина утомляла. Тот факт, что он был невероятно привлекательным, только усугублял ситуацию. Однако неважно, насколько его спина точеная и мускулистая, этот мужчина – самый настоящий грубиян.

Время близилось к вечеру, а они так ни разу и не остановились, чтобы отдохнуть, и поэтому нижняя часть тела Теи болезненно пульсировала. Спина болела, копчик был отбит до синяков, внутренняя поверхность бедер горела. Не то чтобы она жаловалась. Ни за что в жизни. Но все же Тея переживала, что не сможет ходить, когда наконец слезет с лошади… В животе у нее заурчало – кроме куска хлеба, ухваченного с кухни по пути на встречу с Одрой, она за весь день ничего не съела.

Только когда солнце скрылось за холмами, Хоторн остановился у берега реки.

– Здесь разобьем лагерь и переночуем, – произнес он первые слова спустя несколько часов тишины и одним грациозным движением спрыгнул с жеребца.

– Хорошо. – Голос Теи охрип от долгого молчания.

Она подождала, пока он отвернется, и только затем попыталась сползти с лошади. Как только ее ботинки коснулись земли, ноги подкосились и Тея начала падать.

Ее талию обхватили большие теплые ладони, поддерживая и помогая выпрямиться. От Хоторна исходил жар, его пальцы касались ее бедер, а тело возвышалось всего в нескольких сантиметрах от нее.

Пульс Теи участился, и по коже ее пробежались мурашки при мысли о том, где они сейчас друг друга касались, а где могли бы.

Хоторн смотрел на нее сверху вниз строгим и напряженным взглядом, будто оценивая ее. Тея покраснела и отстранилась, моля всех богов о том, чтобы ноги ее не подвели.

– Спасибо.

Боевой Меч тут же убрал от нее свои руки, закинул на плечо лук со стрелами и направился в лес.

– Я охотиться. Почисти лошадей и разведи огонь.

– Другими словами – «займись женскими обязанностями», – не подумав, выпалила она.

К ее удивлению, в глазах Хоторна мелькнула искорка веселья, и он протянул ей свой лук.

– Да на здоровье, тогда ужин добываешь ты.

Тея покраснела.

– Так я и думал, – усмехнулся Хоторн.

Тея решительно шагнула к нему:

– Покажи, как это делается.

– Я здесь не для того, чтобы учить тебя и нянчиться с тобой. Позаботься о лошадях. Разведи огонь.

Он раздраженно направился в лес. Тея выругалась.

– Я все слышал, – донесся из-за деревьев его ответ.

Тея позволила себе передохнуть пару минут, она вдыхала прохладный воздух и усмиряла свой гнев, стараясь не осыпать проклятиями этого невыносимого человека. Затем она приступила к своим задачам. Не обращая внимания на ноющие мышцы, Тея сняла с лошадей тяжелые седла и сбруи, а затем почистила их. Жеребец Хоторна был огромным: чтобы дотянуться до его холки и шеи, ей пришлось встать на валун. Зверь оказался добрее, чем она ожидала, и даже уткнулся носом ей в плечо, когда она вела его и свою кобылу к реке, чтобы они утолили жажду.

Тея смотрела, как они пьют, и испытывала невероятное желание окунуться в воду и отмыть свое липкое тело дочиста. Она чувствовала, как от дневной езды к коже налипла грязь, и знала, что от нее пахнет лошадью и потом. Но ей еще предстояли дела, поэтому она не собиралась отдыхать, пока Хоторн не делает того же. Раз он не верил, что Тея достойна стать воином Тезмарра, она, черт возьми, докажет ему обратное.

Она оставила лошадей пастись на ближайшей поляне и принялась собирать хворост для костра. Тея до конца не могла поверить, что находится здесь, и уж тем более в чьей компании. Затем она снова задумалась о месте, куда они направлялись, – в Сердце Харента, дворец короля Артоса, где ей предстояло обратиться с прошением о вступлении в ряды щитоносцев.

Тея искала наиболее подходящее место для костра, она решила разбить его на опушке леса, но недалеко от реки. Она постелила на землю ветки и выложила вокруг них собранные у берега камни, а сверху положила хворост. Затем принялась искать камни, которыми можно было бы ее разжечь.

Последние лучи солнца угасали, и Тея, взяв подходящие камни, присела на корточки рядом со своим творением и ударила ими друг о друга. Все ее тело ныло, и больше всего на свете ей хотелось лечь прямо в грязь и уснуть. Однако она была вознаграждена за свое упорство – на растопку полетели искры. Она подула на подожженную древесину, и наконец огонь разжегся.

Тея подкинула в огонь ветки побольше, следя, чтобы он продолжал гореть.

– Кто научил тебя разводить огонь? – раздался голос Хоторна. Он появился в поле зрения с луком и колчанами за плечом, держа в руке двух убитых зайцев.

– Думал, я не умею?

– Откуда алхимику знать, как разбить лагерь на дикой местности?

– Значит, ты был уверен, что у меня не получится?

Хоторн пожал плечами:

– Кто научил тебя?

– Не твое дело.

Ее научил Эвандер, но Тея скорее согласилась бы пройтись босиком по раскаленным углям, чем рассказать об этом Боевому Мечу. Она наблюдала, как он освежевал зайцев, затем насадил их на две длинные палки и принялся поджаривать над огнем. Вскоре от аромата готовящейся дичи у Теи потекли слюнки.

– Я мыться, – заявил Хоторн, после чего зажег факел и оставил ее переворачивать мясо.

Вскоре с берега донесся плеск воды, и при мысли о широких обнаженных плечах и крепком теле Боевого Меча без брони Тею охватил жар. Она облизнула губу, напрягаясь всем телом. Раздетый и мокрый Рука Смерти был совсем рядом.

Ее взгляд предательски метнулся в сторону реки, где лунный свет освещал татуированную кожу воина. Даже издалека она видела, что каждый сантиметр его тела покрывали крепкие мышцы.

«Идиотка», – ругала она себя, возвращаясь к еде и слишком активно переворачивая жарящихся зайцев. Какой бы ни была реакция ее тела на Боевого Меча, она была только физической. А Тея прекрасно отделяла свой разум от всего остального. В его жестокости была определенная красота, и на этом все, говорила она себе. Однако эти умозаключения не помешали ей представлять, как его крепкое тело движется в воде, и вспоминать прикосновения его рук на своей талии.

Хоторн вернулся в лагерь, его волосы были завязаны в узел, с них стекали капли воды.

– Если хочешь освежиться, можем подержать мясо подольше.

Тея кивнула, надеясь, что он не заметит ее порозовевших щек. Она приняла из его рук факел и быстро ушла, совершенно смятенная от собственных мыслей.

Тея чуть не вскрикнула, когда, опустив босую ногу в воду, обнаружила, насколько она ледяная. Но делать было нечего, Тея сомневалась, что сможет уснуть, зная, что она грязная и воняет. Она быстро стянула штаны и рубашку, жалея, что придется надевать их обратно на чистую кожу. С собой у нее было только два сменных наряда, а через несколько дней на королевском пире она должна выглядеть презентабельно.

Обнаженная, она передвигалась по мелководью и, дрожа, смывала дорожную пыль и пот. Она пожалела, что не взяла с собой мыло, но пока придется обойтись обычной водой.

Волосы на ее затылке стояли дыбом, а по коже бегали мурашки. Она оглянулась на лагерь. Хоторн сидел у огня и смотрел на языки пламени. Казалось, он сразу же ощутил на себе ее взгляд и поднял голову, на расстоянии сосредоточивая на ней свое внимание.

С пылающими щеками Тея отвернулась, натягивая одежду на мокрую, покалывающую от холода кожу и бормоча под нос проклятия. Ей нужно было собраться.

Она наконец вернулась в лагерь, и Хоторн протянул ей порцию жареного зайца.

– Спасибо.

Это было лучшее, что она когда-либо пробовала. Мясо было очень вкусным и сочным. Откусив кусочек, она еле заставила себя подавить удовлетворительный стон.

Во время еды она украдкой поглядывала на Боевого Меча. Тея не могла избавиться от мысли, что разделить с ним трапезу у костра доводилось немногим. Он почувствовал ее взгляд и посмотрела на нее.

– Что? – спросил он.

– Каково это? – Тея будто слышала себя со стороны.

– Конкретнее.

– Быть Боевым Мечом. Самым молодым Боевым Мечом в истории. Каково это?

Хоторн вытер рот тыльной стороной ладони и сделал большой глоток из своей фляжки.

– Купаться в приключениях? Славе? – предположила Тея.

Он зловеще рассмеялся:

– Ты получаешь куда больше приключений и славы, когда не вынужден кого-то куда-то сопровождать.

Тея резко вздохнула, закипая от гнева:

– У нас впереди два дня пути, а потом еще три обратно.

– Я умею считать.

– Так почему бы не вести себя вежливо? Так мы бы провели эти дни спокойнее.

– Я не веду себя вежливо с ворами.

– Что? – Тея увидела, как он тянется рукой к ее кинжалу. – Я уже говорила тебе, это подарок. Мне его подарил умирающий воин. И, кстати, я бы хотела забрать его обратно.

Хоторн снова усмехнулся:

– Ни за что.

– А тебе-то что? – огрызнулась она. – Он принадлежит тебе не больше, чем мне…

– Больше не желаю об этом слышать, – прервал он ее. – Он из наарванской стали, алхимик. Ты знаешь, что это значит. Более того, ты не имеешь права носить оружие.

– Пока что.

Его глаза сузились.

– Тогда скажи мне, почему ты так отчаянно хочешь стать щитоносцем?

– Не просто щитоносцем, – огрызнулась она. – Я смотрю дальше.

– Хорошо, стражем Срединных Королевств.

– Попробуй еще. И нет, – добавила она. – Не командиром, не Мастером Оружия. Кем-то большим.

Повисла пауза.

– Думаешь, ты способна пройти Великий Обряд? – спросил он, приподняв брови. – Думаешь…

– Почему тебе не рассказать мне о нем? И тогда я скажу тебе, прошла бы я его или нет.

– Я бы не рассказал тебе, даже если бы сам Эновиус приставил меч к моему сердцу.

– Ты настолько сильно меня презираешь?

– Великий Обряд священен, о нем знают только те, кто осмелился пройти его и смог выйти победителем. Если я расскажу тебе, в чем он заключается, то нарушу клятву Боевого Меча.

– Я выйду победителем. Хоть у меня и нет таких возможностей, как у остальных, я пройду Обряд и одержу победу. С хорошим наставником я бы…

– Наставников переоценивают, – перебил Хоторн. – Если думаешь, что кто-то будет нянчиться с тобой на пути воина, тебя ждет разочарование. Если ты ищешь учителя, лучше остаться алхимиком.

В его голосе звучала горечь.

В отчаянии Тея хрустнула костяшками пальцев.

– Мне не нужен человек, который будет со мной нянчиться, – выдавила она. – Все, чего я хочу, – чтобы кто-то меня направлял.

– Небольшой совет, алхимик, – произнес он тихим голосом. – Если ты хочешь чего-то достичь в Королевствах, добивайся всего сама. Полагайся только на себя.

– Вот как ты всего добился? – огрызнулась она.

Он недовольно покачал головой:

– Ложись спать. Завтра нас снова ожидает тяжелая поездка.

– Жду не дождусь, – пробормотала Тея.

Все еще кипя от гнева, она подошла к своим седельным сумкам и достала свой спальный коврик, а затем, мысленно ругаясь на своего недружелюбного спутника, устроилась недалеко от костра.

«Он, вероятно, один из самых могущественных воинов наших земель, и его присутствие вызывает определенную физическую реакцию… – позволила себе подумать она. – Но еще Хоторн самый настоящий засранец».

Рассвет наступил слишком быстро. Поднявшись на ноги, Тея чувствовала себя так, словно по ней прошло стадо коров. Каждый миллиметр тела болел.

Спальный коврик Хоторна был уже свернут и аккуратно лежал около седельной сумки. Однако самого его нигде не было видно.

«Ну и славно», – подумала Тея. Ей не хотелось с ним разговаривать. Если ее обязательно должен сопровождать Боевой Меч, почему же, например, не златовласый Тордж? Он казался более дружелюбным. Возможно, мужчина рассказал бы ей о том, как он отбился сразу от двух проклятых медведей. Эту историю ей было бы очень интересно послушать.

Настраиваясь перед тем, как столкнуться с утренним холодом, Тея потянулась под покрывалом. Она заскулила от боли, сковавшей мышцы, о наличии которых даже не подозревала. Если она собиралась стать щитоносцем, а затем и воином Тезмарра, ей следовало стать сильнее.

Тея съела яблоко и принялась готовить лошадей к поездке. Разделив огрызок между двумя животными, она неуклюже подтягивала подпруги и закрепляла уздечки, в то время как они терпеливо выдерживали ее манипуляции. Еще один урок от Эвандера. Хоть какая-то польза от общения с ним. Теперь она со стыдом вспоминала их отношения. В восемнадцать она считала ученика Мастера Конюшни красивым и толковым, но, оглядываясь назад, понимала, что он был не более чем узколобым идиотом. Ей все еще было больно, однако не оттого, что между ними все кончилось, а потому что из-за своей мечты она стала изгоем: никому не нужной, страшной и нелепой…

– Ты проснулась.

Хоторн шагал к ней, в одной руке он держал один из своих мечей.

– Ты наблюдательный, – ответила Тея и кивнула на его меч, отражающий солнечные лучи. – Не рановато для охоты на монстров?

– Я тренировался, – отрезал он. – Дисциплина, с которой ты не знакома.

Тея закрепила седельные сумки на свою лошадь.

– Я тренируюсь.

– Неуклюжее размахивание мечом, пока шпионишь за щитоносцами, едва ли можно назвать тренировкой.

Тея резко повернулась к нему:

– Я не неуклюжая, да и откуда тебе знать о моих тренировках?

– Я знаю практически обо всем, что происходит в Кровавых лесах, алхимик. И твое жалкое подобие спарринга – самое безобидное.

– Почему ты никому не рассказал?

– Не хотел тратить свое время.

– Но о моем кинжале доложил.

Его голосу вернулась строгость:

– Это другое дело. Этот кинжал принадлежит не тебе. Используя его, ты оскорбляешь и подвергаешь риску весь Тезмарр. Не говоря уже о…

– Кто еще видел меня в Кровавых лесах? – осторожно спросила Тея.

– Никто.

К ней пришло осознание.

– Значит, это был ты… Ты пустил в меня стрелу!

Хоторн забрался на лошадь одним легким движением.

– Подумал, что тебя нужно предупредить.

Тея яростно уставилась на него:

– Ты мог меня убить.

– Не убил бы, – ответил он и двинулся вперед, его конь взмахнул хвостом.

Тея вскочила на свою кобылу, мышцы ее слушались плохо.

– Ты невозможен, – сказала она, нагнав его.

Хоторн лишь приподнял бровь:

– Ты даже не представляешь насколько.

Глава 8

День, казалось, длился вечность, Тея наблюдала за своим сопровождающим все с тем же раздражением и восхищением. Два меча в ножнах у него за спиной были огромными. Как и все оружие Боевых Мечей, они были выкованы из наарванской стали. После падения Наарвы ни один воин не прошел Великий Обряд, следовательно, и нового оружия изготовлено не было. Вот почему Хоторн назвал ее кинжал священным?

Тея разглядывала, как он сидит в седле. Хоторн управлял лошадью, едва заметно двигая коленями, будто он и зверь – одно целое.

– Кто научил тебя ездить верхом? – спросила она, решив, что из всех вопросов, которые хотела бы задать, этот – самый безобидный.

Он по-настоящему прорычал.

– Всем будет легче, если ты перестанешь усложнять и просто ответишь.

– Я не обязан тебе отвечать, алхимик. Моя единственная задача – доставить тебя в Харент целой и невредимой. Хотя, учитывая, как усердно ты нарываешься, этого я обещать не могу.

– Это угроза?

– Это очередной вопрос?

Тея выругалась.

– Ты ругаешься как алхимик.

– А ты ведешь себя как придурок.

– Возможно, так и есть, – пробубнил он.

– В этом я не сомневаюсь.

На его челюсти дрогнул мускул.

– Как жаль разрушать твои иллюзии о легендарных Боевых Мечах.

– Тебе не жаль.

– Ты права, мне не жаль.

– Ты со всеми такой невыносимый? Или приберег всю свою спесь для меня?

– Невыносимый? – огрызнулся Хоторн. – Я подчиняюсь только Мастеру Гильдии. Вести с кем-либо беседы я не обязан, особенно с женщиной, завладевшей кинжалом и подвергшей опасности Срединные Королевства.

Настал ее черед издеваться.

– Я хожу с этим кинжалом уже шесть лет, – отрезала она. – И чего-то пока не вижу, чтобы на Тезмарр напала стая тенетворцев.

– Шесть лет?.. – задумчиво произнес он.

– Да. Шесть лет. – Тея осознала, что скрипит зубами. – Наверное, ты был прав. Будет лучше, если мы помолчим.

– Наконец-то мы договорились, – резко ответил Хоторн и рванул вперед на своем жеребце.

В этот раз она не стала его нагонять. Ей хотелось подышать свежим воздухом в одиночестве, без его раздражавшего присутствия.

* * *

Они проезжали по золотым и зеленым полям. Трудившиеся работники отвлекались от дел, чтобы посмотреть на них. Вернее, конечно, чтобы посмотреть на Хоторна – Руку Смерти. Тея подумала, что им, наверное, нечасто доводилось вживую встретить легендарных Боевых Мечей. Некоторые им даже кланялись, и такое почтение только раззадоривало любопытство Теи.

Когда он превратился из обычного человека в легенду? Был ли это конкретный момент? Сражение? Или он годами шел к своей кровавой репутации? Когда ее гнев утихал, ей хотелось спросить его что-нибудь, но он покачивал головой и во взгляде его читалось: «Не смей».

Они ехали уже несколько часов, когда Боевой Меч остановился рядом с полями, полными урожая.

– Лошадям нужно отдохнуть, – объяснил он.

После нескольких часов, проведенных в седле, Тея была рада возможности размять ноги. С вершины холма она рассматривала фермерские поля.

– Кто владеет ими? – спросила она, на мгновение забыв о своей компании.

К ее удивлению, Хоторн ответил:

– Король Артос.

– Он владеет всем?

– Семья Фэйрмур владеет всеми землями Харента. Поэтому люди и платят такие большие налоги.

– Ты когда-нибудь видел его? Короля Артоса.

– Много раз.

– И?

– Что – и?

– Какой он? Чего мне следует ожидать, когда я буду рассказывать ему и другим правителям о моем случае?

– Невозможно предсказать.

Тее хотелось, чтобы рядом оказалась Рен, и закатила глаза.

– Боги, ты ужасный собеседник.

– Я не обмениваюсь любезностями.

– Это я уже поняла, – выдохнула она. – Но для меня это не обмен любезностями. Это важно. Встреча с правителями значит для меня все.

Впервые за несколько часов Хоторн посмотрел на девушку по-настоящему.

– Короля Артоса сложно предугадать, – признался он. – Ты поймешь, что эта черта объединяет всех правителей Срединных Королевств.

Тея расхаживала по поляне, пытаясь прогнать нараставшее в груди беспокойство.

– Думаешь, я напрасно трачу время, да?

– Я этого не говорил.

– Но ты так думаешь.

– Неважно, что я думаю.

Тея резко остановилась:

– Неправда. Ты – Боевой Меч Тезмарра, тот, кем я стремлюсь стать. Как твое мнение может не быть важным?

Впервые с их первой встречи выражение Хоторна смягчилось. Черты его лица стали менее резкими, и он неуверенно улыбнулся.

– Если хочешь добиться успеха, тебе нужно стать более стойкой.

Его проявление доброты поразило ее. Мгновение она боролась с собой в попытке оторвать взгляд от мягкого изгиба его губ.

– Более стойкой, – выдавила она. – Понятно. Что-то еще?

– Постарайся не злить тех, кто стоит выше тебя.

Тея недоверчиво моргнула:

– Ты шутишь?

– Не понимаю, о чем ты.

Внезапно пронесся ледяной ветер, кусая ее щеки. Тея запахнула плащ плотнее, но он ситуацию не улучшил.

– Зимние ветры Авеума, – объяснил Хоторн. – Эта долина принимает основной удар, мы не успеем покинуть ее до заката. Нас ждет холодная ночь.

Когда Тея вновь забралась на лошадь, зубы ее уже стучали, а лучи солнца больше не грели.

– В этих землях всегда так?

– Нет. Ветры пришли раньше, чем ожидалось.

– Почему?

Хоторн посмотрел вдаль и поерзал в седле.

– Срединные Королевства отвечают на беспорядки.

* * *

С наступлением ночи ветер завыл еще сильнее, а укрыться от него было негде. Ледяные, острые как лезвие порывы проносились по долине. Выбора у них не было, и им пришлось разбить лагерь в пустом загоне для лошадей.

Тея и Хоторн попытались выполнить те же задачи, что и вчера, но при всем мастерстве развести огонь в таких условиях ей бы не удалось. Найти дичь тоже не вышло.

– Придется обойтись пайками, – заявил Хоторн и убрал лук к остальным вещам.

Тея лежала на земле, свернувшись калачиком. Она, дрожа, кивнула и замерзшими пальцами потянулась к своему мешку.

Хоторн все еще возвышался над ней.

– Если мы положим седла и сумки друг на друга, а сами ляжем за ними, то получится своеобразный барьер между ветром и нами, – сказал он, уже направляясь к своему жеребцу.

Хоть больше всего на свете Тее хотелось укутаться в одеяло, она заставила себя последовать его примеру. Ей не хотелось, чтобы он подумал, будто она слабая или ленивая. Вместе они соорудили самодельную стену, защищавшую от пробирающего до костей ветра, и, дрожа, устроились за ней бок о бок.

Тея взглянула на их руки, которые слегка касались друг друга. Хоторн был настолько крупным, что в таком ограниченном пространстве они бы неизбежно соприкоснулись. Он заметил ее взгляд.

– Если тебе некомфортно, я могу лечь в другом месте.

На мгновение Тея представила, как внушительный воин спит на открытом поле при пронизывающем насквозь ветре. Хоть она и опасалась этого грубияна, такой вариант ей не понравился. Она покачала головой.

– Все нормально, – ответила она, и тело ее затрепетало. – Думаю, стоит оставаться рядом и использовать все тепло по максимуму.

– Если ты уверена…

– Уверена.

В конце концов они не стали есть пайки и обсуждать завывавший ветер. Хоторн сидел, опираясь на седла, будто желая сохранить дистанцию между ними. Однако у Теи не было сил думать об этом. Она мечтала хотя бы немного поспать и, к счастью, свернувшись калачиком на своем спальном коврике, сразу уже уснула.

* * *

Тею обнимали сильные руки, окутывая приятным теплом, а изгиб шеи щекотало глубокое дыхание. Открыв глаза, она увидела розовые и сиреневые облака. Казалось, будто никакой ветер ночью и не завывал. Спиной Тея ощущала биение сердца, и она осознала, кому оно принадлежало…

Хоторн прижимал ее к своей груди, прикасаясь к ней каждой частичкой своего тела. Его жар проникал сквозь тонкие слои ткани между ними.

«Когда это произошло? Как?» Боевой Меч держал ее в своих объятиях. И, главное, какой Боевой Меч. Пребывая в глубоком сне, он прижал ее еще ближе к себе. Их тела жарко соприкоснулись, и Тея, все еще сонная, инстинктивно выгнулась.

И ощутила его желание.

Ее дыхание перехватило, а между бедер сладко заныло. Она откинула голову назад и почувствовала опьяняющий аромат его мыла. По телу разливалось тепло.

Хоторн медленно пошевелился, и с каждым его движением Тея все более отчетливо понимала, какими именно частями тел они соприкасались.

Ее кожи коснулся низкий вздох удовольствия, как…

– Черт!

Контакт их тел прервался, и Тея ощутила холодный рассветный воздух.

Еще раз выругавшись, Хоторн вскочил на ноги, щеки его покрывал румянец.

– Прости, я… – пролепетал он, отворачиваясь и поправляя одежду.

Тея встала, скрестила руки на груди, пытаясь согреться и стереть воспоминания о его прикосновениях.

– Все в порядке, – произнесла она, но голос ее предательски дрожал.

Боги, она прижималась к нему, она жаждала его прикосновений…

Он провел рукой по волосам:

– Правда, алхимик, я не собирался этого делать… Должно быть… я во сне… неосознанно…

Она расслабилась, когда заметила его смущение и стыд, а собственная растерянность отступила.

У нее вырвался смешок.

– Тебе смешно? – скептически спросил он.

– Есть немного.

Она многозначительно посмотрела на его брюки, которые нисколько не скрывали выпуклость.

– Боги, – пробормотал он, снова одергивая рубашку. – Ты меня погубишь.

Он подхватил с земли свои мечи и ушел. Вскоре Тея услышала ругательство и отчетливый звук воды, льющейся на его голову.

Уайлдер Хоторн

– Черт, – снова пробормотал Хоторн, стараясь уйти как можно дальше от алхимика, что выводила его из себя.

Он ушел из лагеря, его щеки пылали. В его памяти отпечаталось воспоминание о том, как она прижималась к нему ягодицами и выгибалась в его объятиях.

– Да помогут мне Фурии, – простонал он, выливая на голову целую флягу воды в надежде, что она остудит пылающий внутри пожар.

Не вышло.

Все тело дрожало, жаждало прикосновений, разрядки и, вопреки здравому смыслу, ее.

Он мысленно сказал себе: «Я всего лишь пытался согреться ее теплом ночью. И только».

Уайлдер оглянулся на их лагерь и увидел, что она занимается лошадьми. Он признал: она уже двигалась как воин Тезмарра. Ее шаги легкие, а движения плавные и выверенные. Все ее так называемые тренировки приносили плоды.

Он старался не обращать внимание на ее округлую грудь, на то, как она покачивает бедрами и откидывает назад косу, занимаясь своими делами.

Уайлдер отскочил от нее как от прокаженной, но на самом деле если бы он этого не сделал, то не сдержался бы и притянул ее ближе. О Фурии, она ему так подходила.

Боги, ему нужно было срочно сделать что-то со своей эрекцией. Желание переполняло его, отдавалось пульсацией так сильно, что он был готов сделать все сам, избавиться от него, снять это невероятное напряжение.

Он вновь тихо выругался. Это вряд ли бы решило проблему. Наоборот, могло усугубить. Тогда Уайлдер сделал глубокий вдох через нос и обнажил мечи. Он яростно размахивал ими, наслаждаясь приятной тяжестью стали.

Он избавится от неудовлетворенности методом Боевых Мечей.

Уайлдер сбросил верхнюю одежду, широко расставил ноги и принялся выполнять привычные упражнения. Он наслаждался дыханием ветра и рассекал воздух своими мечами, пытаясь забыться физической нагрузкой. Тренироваться без брони было наслаждением. В особенности ему не нравился нагрудник, который натирал плечо. Броня – один из даров, которые получал Боевой Меч после прохождения Великого Обряда. Однако к тому времени, как Уайлдер его прошел, Дельмира – королевство, даровавшее броню, – уже пала. Таким образом, его броня были лишь посредственной копией тех, что носили Вернич и Тордж, златовласый воин получил последний экземпляр от известной оружейной. Уайлдер уже на протяжении многих лет пользовался тем, что имел, и смирился, но тем не менее броня его раздражала.

Хоторн расправил плечи и начал тренировать атаку, он молниеносно взмахивал мечами, нападал и отступал в танце, который исполнял множество раз. Но сколько бы он ни ранил своего воображаемого противника, мысли его постоянно возвращались к ней. Вскоре он почувствовал на себе ее взгляд.

Он был целиком погружен в процесс, тщетно пытаясь выпустить пар, и игнорировал ее. Однако его все равно тянуло к ней. Ее настойчивость, врожденная пытливость, то, как она изучала его движения, будто отпечатывая их в своей памяти. Неважно, чем закончится поездка в Харент, он был уверен: алхимик не сдастся, и невольно это его восхищало.

Уайлдер взмахнул двумя мечами, нанося воображаемому оппоненту смертельный удар, а затем, повернув бедрами, занес руки с оружием над головой и обезглавил врага.

И только после этого он поднял взгляд на алхимика, пристально наблюдавшей за происходящим.

Чем быстрее она добьется своего, тем быстрее он избавится от нее и вернется к охоте на монстров тьмы.

Глава 9

Тея остановилась на вершине холма. Прятаться было негде, и поэтому она сидела на влажной траве и наблюдала за Хоторном, он был как на ладони.

Перед тренировкой Боевой Меч сбросил верхнюю одежду, оставшись в нижней сорочке с короткими рукавами. Впоследствии она промокла от пота и открыла вид на крепкие мышцы. Черные линии татуировок на его правой руке тянулись вверх по предплечью и бицепсу, а затем скрывались под рукавом.

Он рассекал воздух своими мечами, поражая невидимых противников.

Тея никогда не видела, чтобы кто-то двигался так, как он. Каждый удар, отражение, финт – шаг в смертоносном танце. Каждое движение – сочетание невероятной грации, дисциплины и силы, непостижимых ее пониманию.

«Даже Эсиллт, Мастер Оружия, не может сражаться так». Тея снова задумалась о том, кто же обучил Хоторна искусству боя. Его движения действительно были искусством. Каким бы высокомерным Хоторн ни был, невозможно отрицать непревзойденное мастерство хищника. Отточить эти навыки помог явно кто-то могущественнее Мастера Оружия, а после прохождения Великого Обряда его наделили силой сами Фурии.

Тея в красках представила Хоторна в разгаре настоящего сражения: он облачен в черную броню, по его красивому лицу стекают капли крови, он сражает одного врага за другим…

– Думаешь, шпионить за Боевым Мечом – разумно, алхимик? – спросил он, не отвлекаясь от тренировки.

– А я-то думала, мы начали ладить, – ответила она, не сдерживая ухмылки при виде румянца на его щеках. – Более того, если я не прячусь, это не шпионаж. Может, научишь меня парочке упражнений?

– Нет, – рыкнул он. – Я не ясно выразился?

– А я? – возразила она. – Я хочу учиться, а кто научит меня лучше, чем ты?

– Я не предлагал.

– Что тебе терять?

– Помимо времени?

– Кажется, совсем недавно ты был не против провести со мной время.

Он со злостью посмотрел на нее:

– Заткнись.

Но его раздражение лишь развеселило Тею.

– Да ладно тебе, мы уже столько всего разделили вместе, – поддразнила она. – Почему бы тебе не поделиться со мной еще и несколькими приемами? К тому же раньше Боевые Мечи брали учеников…

– Вот именно. Раньше, – отрезал он. – К счастью, от этой традиции отказались.

Тея чувствовала, как напряжение исходит от него волнами, пока он выполнял очередную связку упражнений. Она старалась запомнить каждое движение мечом и жалела, что не взяла пергамент и перо, чтобы записать. То, что ей доводилось наблюдать, не было похоже ни на одну из тренировок, что она видела. Каждый удар, каждый шаг был плавным. Уайлдер был мастером во всех смыслах этого слова.

– Вернич тебя бы уже убил.

Хоторн сделал мощный выпад одним мечом, а затем нанес точный удар вторым.

Тею его слова не удивили. Вернич Кровопускатель… Имя говорило само за себя.

– Ты не Вернич.

– Хорошо, что ты заметила.

– А как насчет Торджа Грозы Медведей? Стал бы он меня терпеть?

– Только если бы захотел с тобой переспать.

– Такое, конечно, не одобряется? Разве нет каких-то правил?

Хоторн прорычал:

– Удивительно слышать это от тебя.

– Ну, он же Боевой Меч.

– Возможно, нарушать правила любят не только алхимики.

Хоторн провел заключительный выпад, с каждым вращением и блокировкой соперника его скорость нарастала.

– Какие они? Остальные, – продолжила напирать с вопросами Тея.

Боевой Меч наконец остановился и протер пот со лба куском ткани.

– Я только что тебе сказал, – ответил он, убирая мечи в ножны.

Воин прошел мимо нее по склону и направился к ближайшему ручью.

Тея не задумываясь пошла за ним.

Хоторн резко остановился, повернулся и впился в нее взглядом.

– Ты собираешься смотреть и на то, как я моюсь?

Щеки Теи вспыхнули, но, вспомнив, как он прижимался к ее ягодицам, она вздернула подбородок.

– Уверена, там ничего такого, чего бы я еще не видела.

Уголок его рта предательски дрогнул, позволяя увидеть ямочку на щеке.

– Сомневаюсь, алхимик. Очень сомневаюсь.

* * *

К полудню на горизонте показалась столица Хейлфорд и большой дворец – Сердце Харента. Даже издалека вид был невероятным, будто необычная тьма на границах Срединных Королевств не смела коснуться кристально чистой души Харента. Дворец располагался на вершине холма, под ним же раскинулся город. Он был окружен каменными стенами, здания выстроились аккуратными рядами, словно восторженные поклонники перед сценой.

Тея не заметила, как они оказались у высоких железных ворот, усеянных шипами. При этом внушительное сооружение было украшено знаменами и цветами к приезду гостей из соседних королевств.

Приблизившись к воротам, Хоторн притормозил жеребца и обратился к одному из вооруженных стражей:

– Значит, праздник в самом разгаре?

Стражник почтительно склонил голову и ответил:

– Да, сэр. Правители Твера и Авеума прибыли два дня назад. Главный пир начнется на закате.

Хоторн кивнул:

– Мы как раз вовремя. Спасибо.

Стражник вновь склонил голову и приложил к плечу три пальца – выразил высший знак почтения Боевому Мечу. Его товарищ, стоявший с противоположной стороны, повторил жест.

– Для нас принимать таких высочайших гостей, как вы, – всегда большая честь. Добро пожаловать в Хейлфорд.

Хоторн благодарно кивнул и направил лошадь к открытым воротам, Тея последовала за ним. Заметив, что ожидало ее за стенами ворот, Тея широко распахнула глаза в удивлении.

Ворота вели на мощеную площадь, в центре которой стоял невероятной красоты фонтан в виде горного дракона на скалистой вершине. Из шипов зверя лились струи воды, каждая деталь скульптуры была настолько проработана, что Тея могла разглядеть чешуйки. Но рассмотреть фонтан получше возможности не было – Хоторн пустился рысцой по главной улице.

Тея не знала, куда смотреть в первую очередь. Лавки были открыты, в некоторых товары продавали с небольших палаток прямо на улице, товары вываливались из корзин, торговцы зазывали желающих посмотреть на них. Улицы украшали еще больше цветов и знамен, крыши зданий были усеяны лепестками. В воздухе витал дух праздника, люди выпивали и веселились, во всем Харенте жизнь била ключом, королевство самозабвенно радовалось. Тея впитывала все, что видела, она мечтала спрыгнуть с лошади и праздновать вместе со всеми.

Внимание Теи привлек особенно красочный прилавок, и ей так захотелось, чтобы Рен увидела множество специй в маленьких каменных вазочках и различные травы, свисавшие с тонкой веревки, привязанной к углам стола. Наверняка за этим прилавком находился продавец, у которого можно было найти что угодно, и скорее всего, именно у него Фарисса и повар из крепости брали ингредиенты как для зелий, так и для рагу.

– Не отставай! – крикнул ей Хоторн.

Тея неохотно сжала ногами бока своей кобылы, ускоряясь.

Завидев могучего черного жеребца и его всадника, толпы на улицах расступались. Некоторые приветствовали Боевого Меча тремя пальцами.

Улица огибала подножие холма и шла под уклон, и чем ближе она вела к дворцу, тем больше празднества и роскоши встречалось на их пути. Одежда зевак становилась более яркой и дорогой. Вместо простых шерстяных платьев и кофт люди на мостовой были одеты в шелковые платья, дальше вдоль улиц шли люди в бархатных туниках, украшенных фамильными гербами и символами на груди.

Тея и Хоторн проезжали мимо лавок, таверн и оживленных прилавков, как вдруг она увидела покачивающуюся деревянную вывеску с выгравированными скрещенными топорами. Увидев ее, Тея буквально пробудилась. Перед ними была великая кузница Харента. Тея знала, что оружие тезмаррских воинов изготавливалось здесь. Это был подходящий повод для того, чтобы спросить об оружии из наарванской стали, о том, где его ковали, но она не решилась. Не стоит устраивать очередную словесную перепалку так близко к дворцу.

У Теи перехватило дыхание, а все внутри сжалось от волнения. Она начала осознавать, что среди такого великолепия она стоит одетая в поношенную грязную одежду. Свежая рубашка, в которую она переоделась утром, покрылась пылью и пропахла лошадью. Тея знала, что перед встречей с королем возможности привести себя в порядок у нее не будет, и эта несправедливость не давала ей покоя.

Ближе к дворцу им встречались лавки более узконаправленные: галереи, мастерские ювелирных украшений, шелка…

Полный мужчина в красной бархатной тунике махал Хоторну так активно, что Тее подумалось: его рука вот-вот оторвется. Он стоял среди больших дубовых бочек у входа в помещение, похожее на винную лавку.

– Хоторн, мой дорогой друг! – позвал торговец, продолжая размахивать рукой, на его лице расплылась широкая улыбка.

– Будто у тебя вообще есть друзья, – прошептал он.

Однако, к удивлению Теи, Боевой Меч замедлился. Увидев на губах искреннюю улыбку, когда тот повернулся к мужчине, Тея удивилась еще сильнее. Так Хоторн выглядел еще моложе.

– Здравствуй, Марис.

– Ты обязан зайти сегодня, – выпалил он. – Я получил несколько новых вин. Уверен, что одно из них тебе особенно понравится!

Тея еле удержалась, чтобы не уставиться на него с открытым ртом. «Хоторн любит изысканные выдержанные напитки?..» Боевой Меч и виноторговец… Необычная дружба. К тому же это доказывало, что Хоторну не были чужды манеры и дружба. Просто не по отношению к ней.

«Высокомерный ублюдок».

– Может, в другой раз, – ответил Хоторн. – У меня есть дело во дворце.

– Дела порой так изнуряют…

– Не отрицаю.

Марис повернул шею и, кажется, наконец заметил Тею. Он не пытался скрыть свое любопытство.

– А что это за яркое создание рядом с тобой? Новая подруга?

Хоторн искренне рассмеялся, в очередной раз поражая Тею.

– Нет.

Марис не обратил внимания на его грубость и помахал Тее.

– Должно быть, вы – то самое дело. Приятно познакомиться, милая леди.

Тея чуть не свалилась с седла. Никогда в жизни ее не называли леди. Но ведь он был виноторговцем, не так ли? Скорее всего, он был пьян. А еще он назвал ее ярким созданием, что бы это ни значило.

– Взаимно, сэр, – выдавила она.

– Сэр? – Он откинул голову и громко рассмеялся. – Называй меня Марис, как и твой друг, – он указал на Хоторна.

И Тея, и Хоторн проигнорировали его слова.

Удивленная энтузиазмом мужчины, она кивнула:

– Я Тея.

Марис просиял:

– Ты обязательно должна зайти и отведать вина, моя дорогая Тея!

– Я…

Люди на улице остановились, чтобы посмотреть на них, Тея ощущала пронзающие взгляды.

Марис заметил нежелательное внимание и, внезапно став серьезным, подошел к жеребцу Хоторна. Он торопливо прошептал:

– Скоро состоится Кровавая дегустация. Я отправлю информацию в крепость.

Тея замерла. «Кровавая дегустация? Звучит зловеще».

Боевой Меч склонил голову:

– Премного благодарен.

Они поехали дальше. Тея чувствовала, что ее нервы находятся на пределе, когда они проезжали мимо жилого района, в котором каждый дом выглядел величественнее предыдущего. Казалось, близость к богатству создает богатство.

Наконец перед ними появились стены дворца, и путники остановились у золотых ворот.

– Добро пожаловать, Боевой Меч, – произнес один из стражей, приложив к левому плечу три пальца.

– Спасибо, – ответил Хоторн и слез с лошади; однако он все равно возвышался над стражами. – Моя подопечная желает присутствовать на судебном заседании. У нас есть письмо от Мастера Гильдии Тезмарра.

Хоторн достал сложенный пергамент и протянул его мужчине.

Стражник бегло прочитал письмо и посмотрел на Тею с недоверием. Тем не менее он вернул Хоторну письмо и обратился к Тее:

– Заседание идет прямо сейчас. Полагаю, оно уже подходит к концу.

– Подходит к концу? – начала Тея, спрыгивая с кобылы. – Сейчас? Я думала, у нас еще есть время до…

– Правители и знать с нетерпением ждут начала пира и торжества, – сказал стражник. – Если вы хотите, чтобы ваше дело рассмотрели правители, нужно идти сейчас. И то вы, возможно, уже опоздали.

Кровь застучала у Теи в висках, каждую клеточку тела охватила паника.

– Но…

Хоторн повернулся к ней, кивнул в сторону главного входа во дворец и сунул в руки письмо Мастера Гильдии.

– Советую поторопиться.

– Ты не пойдешь?

– У меня есть другие дела.

Тея уставилась на него, разинув рот.

– Чего ты ждешь?

Ее сердце бешено билось, тело охватывало отчаяние. Тея развернулась на пятках, готовясь бежать к лестнице.

– Не беги, – буднично добавил он. – А то тебе в горло пустят стрелу.

Мысленно проклиная Боевого Меча, Тея так быстро, как могла, направилась к входу, перешагивая через две ступеньки. Ее никто не остановил и не запустил ей в горло стрелу. Дворец – самое великолепное место из всех, где она когда-либо бывала, но остановиться и полюбоваться этим величием она не могла. У ближайшего стражника она спросила дорогу к залу суда и бросилась туда, повторяя про себя его указания.

Тея забыла о том, что она грязная и растрепанная. Забыла о неприветливом Боевом Мече. Девушка думала только об одном: она должна стать щитоносцем, а затем легендой Тезмарра. Она мечтала об этом моменте всю жизнь. Эта возможность должна оправдать ее тренировки, слежку за щитоносцами и многие другие риски, на которые она шла.

Когда Тея подошла к украшенным золотой филигранью дверям, ее поприветствовал герольд.

– Боюсь, суд уже заканчивается, – произнес он, с отвращением осматривая ее поношенную дорожную одежду.

Все еще сжимая уже скомканное письмо Мастера Гильдии, Тея ощутила, как сердце ее замерло.

– Прошу вас, я проделала долгий путь.

Еще мгновение герольд разглядывал ее, а затем заметил в ее руках пергамент с сургучной печатью Мастера Гильдии.

– Минуту, – наконец сказал он и скрылся за дверью.

Сердце Теи норовило разорваться, ей казалось, что от волнения ее вот-вот вырвет прямо на идеально чистый мраморный пол.

Спустя минуту вернулся герольд.

– Вы как раз вовремя. – Прежнее отвращение исчезло с его лица, и теперь оно выражало сожаление. – Они готовы принять вас.

На шок и панику времени не было. Тея выпрямилась, насколько смогла, отряхнула одежду, а затем кивнула герольду.

Он открыл двери.

От увиденного у Теи перехватило дыхание.

Тронный зал.

Над ней возвышались сводчатые потолки, украшенные хрустальными люстрами, от которых по залу и толпе знати разлетались лучи света. Все взгляды устремились на Тею, но она смотрела вперед. Мраморный пол под ее грязными сапогами вел в конец зала, где на широком, покрытом коврами возвышении стояли три позолоченных трона, на каждом восседал правитель.

Никогда прежде Тея не ощущала на себе такое внимание. Но если суждено пройти этот путь, она пройдет его с высоко поднятой головой. Подойдя к возвышению, девушка остановилась перед правителями и низко поклонилась.

Тея ощутила, как к ней потянулось нечто странное, заполняющее все ее существо, играющее с противоречивыми чувствами в груди, и по ее затылку пробежались мурашки.

«Магия», – осознала она. Ее окружала магия, но не та, что закаленная силой Боевых Мечей, а та, что порождается правителями земель. Королевская магия.

Вот она, ее практически можно было увидеть, точно цветовой спектр.

– Поднимись, – произнес теплый, глубокий голос.

Тея выпрямилась и встретилась взглядом с королем Артосом Фэйрмуром, правителем Харента. Хоть девушка никогда не видела короля вживую, она была уверена, что это он, так как узнала его по рассказам о ярко-зеленых глазах и красивом лице. Справа от него восседал мужчина, на дублете которого был вышит вставший на дыбы жеребец. Это был Лейко Сталлард, король Твера. Слева же сидела красивая женщина в короне с драгоценными камнями – не кто иной, как Рейна Дюфор, королева Авеума. Позади нее стоял привлекательный мужчина в такой же короне, его рука лежала у нее на плече. Тея поняла, что это король Элкан.

Она не могла оторвать взгляда от могущественных людей перед собой.

Из уроков Тея знала, что семья Фэйрмур, предки короля Артоса, славились магией разума. Поколениями у них рождались заклинатели, властители снов и эмпаты. Король Артос относился к последним. Род Сталлардов веками заклинал огонь, хотя ходили слухи, что король Лейко обладал лишь частичкой силы своих предков. Авеумский род Дюфоров славился провидцами разной силы…

– Скажи нам, дитя Тезмарра, – обратился к ней король Артос, заставляя вернуться к реальности. – Что привело тебя к нам сегодня?

За спиной Теи прокатилась волна шепота.

Она ощутила ком в горле и попыталась его проглотить. Возможно, это было ее бешено колотящееся сердце. Тея вновь поклонилась, выигрывая еще каплю времени.

– Ваши величества, – наконец промолвила она хриплым голосом. – Я хочу попросить вас об уступке в законе о запрете использования оружия женщинами.

На этот раз шум толпы не смогли приглушить ни веера, ни шелковые перчатки. Шок невозможно было выразить тихими голосами или осторожными взглядами.

Рука короля Артоса лежала на подлокотнике трона. Он поднял один палец, и знать разом замолчала.

Тея встретилась с ярко-зеленым взглядом.

– У меня есть письмо от Мастера Гильдии, в нем изложена вся суть, ваша светлость.

Правитель Харента кивнул слуге, тот подошел к Тее, забрал из ее рук пергамент, а затем с низким поклоном протянул его королю.

Тея сложила руки перед собой, скрывая дрожь, и наблюдала за тем, как король изучает послание Осириса. Нахмурившись, он передал пергамент королеве Рейне.

– Ваши величества, всю свою жизнь я хотела лишь одного: владеть мечом, защищать Срединные Королевства и их жителей, – начала она. – Я была рождена, чтобы сражаться, чтобы учиться у лучших в нашей могущественной Гильдии, чтобы примкнуть к воинам Тезмарра и сдерживать надвигающуюся тьму. Я пришла сюда сегодня, чтобы попросить вас о шансе, о возможности защищать ваши королевства.

Королева Рейна взглянула в пергамент.

– Ты хочешь стать щитоносцем? Пройти испытание на посвящение через три месяца и стать стражем Срединных Королевств, верно?

Магия в тронном зале потрескивала, но не было ясно, кому она принадлежала и какую форму могла принять. Остальные придворные казались невозмутимыми, но, с другой стороны, должно быть, они уже к ней привыкли.

Тея склонила голову:

– Верно, ваше величество. Для меня стать защитником стало бы самой большой честью.

Правители трех королевств обменялись безмолвными взглядами. Ее судьба была в их руках. Именно от их решения зависело, как она проведет последние годы своей жизни… В качестве жалкого подобия алхимика или же воина Тезмарра.

Король Артос смотрел на нее сверху добрым взглядом:

– Я не сомневаюсь в твоем мужестве…

Сердце Теи замерло, ноги стали ватными.

– И в благородных намерениях, – продолжил он. – Однако прошлое указало нам путь. Двадцать лет назад настал мрачный день в нашей истории, он изменил направления всех королевств. Он доказал, что женщина с оружием – угроза миру в наших королевствах. Прозвучало пророчество, закон был изменен. И впредь так и должно быть.

Тея подавила всхлип.

Король приложил руку к сердцу.

– Я бы хотел позволить тебе стать щитоносцем, дитя. Но изменить закон – значит подвергнуть Срединные Королевства опасности. Нам потребовалось много времени, чтобы восстановить силы и могущество, сдержать тьму. Поэтому, боюсь, мой ответ – нет.

Тея открыла рот, но, увидев, как расширились глаза слуг, сразу же его закрыла.

Она не в Тезмарре. Спорить здесь не было смысла.

Казалось, ее судьба решена.

Глава 10

Король Артос излучал сочувствие и доброту, от которых Тее стало тошно. Его извинения были искренними, а обволакивающая ее магия согревала и успокаивала, но извинения – совсем не то, о чем она мечтала все эти годы. Она осознавала, что ее будущее рухнуло, и перед глазами у нее плыло.

– Я очень надеюсь, что после долгого путешествия ты останешься на пир, – произнес король. – Я буду рад видеть тебя за своим столом. Не думай, что твоя роль в Тезмарре не заслуживает уважения.

– Спасибо, – прохрипела она и, в последний раз поклонившись, выбежала из тронного зала.

На мгновение Тее показалось, что время замерло, и слова короля снова и снова звучали в ее голове.

«Женщина с оружием – угроза миру в наших королевствах. Прозвучало пророчество, закон был изменен. И впредь так и должно быть».

Тея смаргивала слезы, ее руки дрожали.

«И впредь так и должно быть».

Все, чего она хотела, – стать одной из них, придать последним годам своей жизни какую-то цель. Стать… кем-то большим. Она не была из тех, кто плачет, но… Она не могла представить, что существует что-то больнее этого.

– Ну?

Хоторн стоял за дверью, прислонившись к идеально чистой кафельной стене и скрестив руки на груди.

Она не позволила слезам пролиться.

– Что «ну»?

– Что они сказали? – наседал Боевой Меч.

– Они мне отказали, – ответила она холодным тоном. – Прямо как ты и мечтал.

Тея попыталась пройти мимо него. Боги, меньше всего ей сейчас хотелось находиться в компании Хоторна, терпеть его самодовольство и удовлетворение ее неудачей.

– Понятно.

– Понятно? Ничего тебе не понятно.

Ярость пульсировала внутри нее точно поток электрической энергии, она рвалась наружу и вот нашла, на кого обрушиться. Тея едва сдержалась, чтобы не выхватить свой кинжал у него из-за пояса и не приставить к его горлу.

– Как тебе вообще может быть понятно? Будто ты знаешь, что это для меня значит.

После стольких лет, что она скрывалась и грезила, ее мечты могли вот-вот осуществиться, но в итоге разбились о глупое пророчество и закон.

– Они сказали что-то еще?

Конечно, он не признаёт ее ярости и несправедливости ситуации.

– Нет.

– Ничего?

Тея сдержала ругательства.

– Только то, что мне следует остаться на пир. Что король Артос будет рад видеть меня за своим столом.

Хоторн моргнул:

– Значит, нам нужно найти, где переночевать.

– В смысле? Я не пойду. Последнее, чего я хочу, – ужинать за одним столом с людьми, которые…

– Если король пригласил тебя сесть за его стол, значит, ты сядешь.

Хоторн испепелял ее взглядом, давая понять, что не пойдет на компромисс.

Снова вспыхнув, Тея осознала, что он прав. Не принять приглашение короля – оскорбить его. Она осмотрела свою грязную одежду.

– Я не могу пойти так. Одно дело – обратиться к королю в грязной одежде, но обедать за одним столом со знатью, когда от тебя несет, как от потной лошади…

– Думаю, ты права.

Тея взмахнула руками.

– Так что же мне делать? Ты знаешь, где бы я могла… – Ей уже не хватило слов, чтобы выразить ту боль, что была у нее на душе, и она многозначительно махнула рукой на свою одежду.

Хоторн устало вздохнул:

– В паре улице отсюда есть одно место. Там ты сможешь привести себя в порядок.

* * *

В сырой уборной пансиона Тея активно терла кожу грубой тряпкой. Она наблюдала, как хозяйка строила Хоторну глазки и пыталась прикоснуться к его мускулистым рукам под любым предлогом, и Тее совершенно не хотелось знать, как он узнал об этом месте.

Обнаженная, она дрожала и поливала холодной водой волосы. Тея молилась, чтобы ее усилия окупились и она стала выглядеть хоть на каплю лучше.

В дверь постучали кулаком, и она подпрыгнула от испуга.

– Ты закончила? – послышался глубокий голос Хоторна.

– Нет! – почти выкрикнула она и схватила потрепанное полотенце, которое ей дала хозяйка.

Тея поспешила поскорее натянуть нижнее белье и брюки. Затем она увидела, в каком состоянии была ее рубашка, и поморщилась. Мягко говоря, она была грязной… слева на ней красовалось огромное пятно… «Откуда оно взялось?» Ее запасная рубашка выглядела еще хуже.

Дверь со скрипом открылась, и Тея с замиранием сердца прикрыла грудь руками.

В щель протиснулась татуированная рука, держащая чистую белую льняную рубашку.

– Возьми, – произнес приглушенный грубый голос Боевого Меча.

Дрожа то ли от холода, то ли от предвкушения, Тея взяла рубашку, и ее ледяные пальцы соприкоснулись с теплой рукой Хоторна. Прикосновение поразило ее точно удар молнии, и по обнаженной коже пробежала волна мурашек.

Жалость – вот что руководило им. После всех оскорблений и перепалок Боевой Меч испытывал к ней жалость.

Но кто она такая, чтобы жаловаться? Никто.

– Спасибо, – тихо произнесла она, и дверь закрылась.

Рубашка была отглаженной и чистой, после нескольких дней в мокрой и грязной одежде ощутить на себе свежую оказалось невероятным восторгом. Тея просунула руки в рукава и застегнула ее.

Рубашка была огромной.

И тут до Теи дошло: это его рубашка. Он дал ей свою последнюю чистую одежду…

Она приложила все усилия, чтобы заправить то и дело вылезавшие края рубашки за пояс, а затем быстро заплела волосы в косу, с кончика которой все еще капала вода. Тея запихнула грязную одежду в сумку и открыла дверь.

Хоторн стоял, скрестив руки на рельефной груди, и разглядывал Тею. Его взгляд задержался на дорожке из капель воды, стекавших с ее волос, и неисчислимых складках рубашки.

– Хм, – протянул он.

– Даже и слова не скажешь? Я выгляжу плохо?

К ее удивлению, Хоторн рассмеялся, смех его оказался глубоким.

– Подойди.

Он потянулся к ее рукавам.

Вопреки здравому смыслу, Тея наклонилась к нему.

Она наблюдала, как Боевой Меч склонился над ней и закатал ткань до локтя. Его пальцы слегка касались ее кожи, отчего по телу расходилось приятное тепло.

Прикусив губу, он сосредоточенно закрепил ткань, а затем отступил на шаг и осмотрел Тею с ног до головы еще раз. Наконец их взгляды встретились.

– Так-то лучше.

Тея выдохнула:

– Спасибо.

Боевой Меч пожал плечами:

– Ты представляешь Тезмарр, нельзя допустить, чтобы ты выглядела как…

Растущее внутри Теи тепло рассеялось.

– Как дерьмо? – уточнила она.

– Я собирался сказать не это.

Тея старалась говорить непринужденно:

– Неважно. Спасибо за рубашку.

Хоторн на мгновение стушевался, но затем повернулся в сторону выхода.

– Тебе пора возвращаться во дворец.

По возвращении в Сердце Харента Тее и Хоторну показали, где будет проходить пир. Большой зал был украшен яркими шелками, цветами и лентами, сотнями свечей, за длинными столами с тонкими скатертями сидело более двух сотен знатных людей. Тея шла глубже в зал, боль в груди и обжигающий щеки стыд не покидали ее. Ничего не изменится – она вернется в Тезмарр тем же алхимиком. Что же с ней будет дальше? Слежке за тренировками щитоносцев и тренировкам втайне пришел конец, и теперь она понимала, что этого ей мало. Особенно после того, как она провела столько времени в компании Боевого Меча, хоть он ее и раздражал. Неужели ей суждено смешивать зелья и измельчать травы, пока в двадцать семь лет ее не настигнет судьба?

Хоторн оторвался от нее и занял пост у дальней стены, чтобы наблюдать за празднеством словно ястреб. Боевой Меч вновь сопровождал ее. В груди защемило от мысли, что ей стать Боевым Мечом теперь не суждено. Хоторн – человек, который был против нее с самого начала этого чертового дела. Но… Он обнимал ее во сне… Дал ей свою рубашку… Может, он и был высокомерным ублюдком, но… кажется, в нем была капля человечности?

Спрятав камень судьбы под воротник объемной рубашки, Тея направилась к королевскому столу. Король Артос сидел рядом с королем Твера Лейко, а напротив него сидела королева Авеума. Их магия снова потянулась к ней, и Тее хотелось понять ее, увидеть, какие уникальные формы она могла принимать.

Но на данный момент этот вопрос был не самым главным. Боги, она проклинала свою неуверенность в знаниях этикета и борющиеся внутри эмоции. Неужели ей действительно нужно благодарить человека, который лишь несколькими фразами разрушил ее мечту, так еще и заставил ее прийти на совершенно безразличный ей праздник? Благодарна ли она за приглашение? Должна ли она вообще с ним разговаривать? В Тезмарре она знала свое место, знала, что от нее ожидают и какие правила она хочет нарушить, но здесь… Здесь все совершенно иначе.

Однако ей было не о чем беспокоиться, поскольку король Артос заметил ее и жестом попросил подойти. Ее охватило чувство благодарности, она не ожидала от правителя такой заботы.

– Ах, Алтея… – Он приветствовал ее широкой улыбкой. – Я рад, что ты приняла мое приглашение, – произнес он, улыбаясь.

– Конечно, сэр, – она поклонилась. – Это честь для меня.

– Ой, ну что ты, что ты, – ответил он. – Принцесса Джазира, моя дочь, очень хочет с тобой познакомиться. Твоя смелость сегодня очень ее впечатлила.

Он жестом велел слуге подготовить несколько мест напротив себя.

Тея не смогла найти слов, поэтому промолчала, стараясь не смотреть в сторону Боевого Меча.

– В письме Мастер Гильдии упомянул, что ты алхимик. Я подумал, ты бы могла рассказать моей дочери что-нибудь интересное. Ее всегда привлекали различные учения.

Щеки Теи залились краской.

– Я была бы очень рада пообщаться с ней, ваше величество.

И вот Тея оказалась за одним столом с наследной принцессой Харента. Девушка была ровесницей Рен или чуть младше, ее взгляд просиял, когда она посмотрела на Тею.

В ответ Тея склонила голову:

– Ваше высочество.

Принцесса усмехнулась:

– Я уверена, ты не ожидала оказаться здесь этим вечером.

Тея побледнела:

– Это большая че…

– Не переживай. – Принцесса Джазира отпила из своего кубка. – Если бы у меня был выбор, меня бы тоже здесь не было.

Слуга поставил перед Теей тарелку с огромным количеством еды. Тея пролепетала слова благодарности, но слуга уже исчез.

– Я бы спросила тебя о твоей работе в Гильдии, но, судя по прошению, полагаю, она тебя мало интересует? – спросила принцесса Джазира.

– Я бы с радостью обсудила с вами мою работу, ваше высочество.

– Надеюсь, ты не собираешься заниматься формальностями весь вечер. Пожалуйста, зови меня Джази, эти титулы мне так надоели.

Тея закусила внутреннюю сторону щеки, она не могла поверить, что общается с принцессой Харента.

– Хорошо… Джази.

Принцесса, казалось, была довольна.

– Расскажи о своей работе в Гильдии. Чем вы занимаетесь?

– В основном я работаю в алхимической мастерской, ваше… Джази, – поправила себя Тея. – Еще время от времени я занимаюсь переписью текстов.

– И тебе не нравится эта работа?

– Моя сестра – настоящий мастер алхимии, – призналась Тея, глядя на ожоги на своих руках. – Я занимаюсь тем же, чем и она, по ее настоянию. Хотя, подозреваю, она делает это для того, чтобы за мной приглядывать.

– Эти шрамы ты получила на работе? – проследив за взглядом Теи, поинтересовалась принцесса Джазира.

– Некоторые получила на работе. Но большинство – из-за собственной неосторожности.

К удивлению Теи, принцесса рассмеялась. Ее смех был красивым, легким.

– Значит, в отличие от тебя, твоя сестра не хочет быть щитоносцем?

Тея покачала головой, думая о том, что можно было спросить принцессу, не нарушив приличия.

Принцесса Джазира избавила ее от размышлений:

– Чем же вы, алхимики, занимаетесь?

– Мы готовим настойки для лекарей и зелья. Более опытные алхимики проводят различные эксперименты.

– Очень увлекательно.

– Говорите прямо как моя сестра, – рассмеялась Тея.

Джазира искренне улыбнулась:

– Сочту за комплимент.

– Конечно, ваше высо… Джази.

Тея взглянула на королей и королеву, чувствуя, как ее обволакивает пульсирующая вокруг магия.

– Невероятно, – пробормотала она, обращаясь скорее к себе, чем к принцессе.

Однако она услышала эти слова и нахмурила брови.

– Что именно?

– Их магия, – завороженно ответила Тея.

Джазира непонимающе посмотрела на нее.

– Прошу прощения, ваше высочество, – склонила голову Тея. – Я не уверена, что по этикету позволено говорить о таких вещах. Нам, наверное, не стоит обсуждать это.

Тее показалось, что принцесса умело скрыла свои эмоции за непроницаемым выражением лица.

– Все в порядке. Полагаю… я привыкла к магии и поэтому практически не замечаю ее.

– Получается, вы уже тоже владеете магией? Члены королевской семьи Фэйрмур ведь рождаются с ней?

– Верно, – осторожно произнесла Джазира. – Должна признать, мои способности пока что полностью не раскрылись. Отец говорит, они еще проявятся.

– Я уверена, что он прав, – ответила Тея.

Кто-кто, а король Артос уж точно разбирался в магии.

Принцесса перевела взгляд на правителей Срединных Королевств, и складка между ее бровями стала глубже.

– Значит, ты чувствуешь…

– Тост! – крикнул кто-то. – За покойную королеву Мейлин, да покоится она с миром в царстве Эновиуса!

Принцесса застыла на месте, и Тея ощутила к ней глубокое сочувствие. Она знала, что пир был устроен в честь окончания траура короля. Тея не могла вспомнить, как давно скончалась королева Харента, но вне зависимости от своего положения она была матерью Джазиры. Тея сильно сомневалась, что боль принцессы прекратилась, потому что того требовал праздник.

– За покойную королеву! – повторил зал.

Принцесса вздрогнула.

Не задумываясь и позабыв об этикете, Тея наклонилась ближе к Джазире и прошептала:

– Я сожалению о вашей матери.

Взгляд принцессы был прикован к королю, который отпивал вино.

– Спасибо.

Вино плескалось по кубку короля Артоса, когда тот крутил его в руках, с наслаждением вдыхая аромат.

– Я бы сказал, что в этом сорте чувствуются нотки сирени… Вы согласны, король Элкан?

Тея наблюдала за их разговором, и ее носа коснулся еще один аромат, витавший в воздухе… Зола? Запах не похож на каминную золу, он был тонкий, еле ощутимый, с капелькой сладости…

Король Элкан удивился тому, что к нему обратились, но послушно понюхал собственный кубок.

– Должно быть, мое обоняние плохо улавливает подобные ноты, Артос. Я чувствую только аромат вина.

Король Артос рассмеялся:

– Да, да, разумеется. Но у каждой бочки вина свои особенности. – Он снова принюхался. – Да, я отчетливо чувствую нотки сирени…

По коже Теи пробежали мурашки, и она выпрямилась, выглядывая сопровождавшего ее Боевого Меча. Он стоял на том же месте в конце зала и наблюдал за происходящим своим проницательным хмурым взглядом.

С другого края стола кто-то заговорил, привлекая ее внимание.

– Торговец Марис говорит, что вино часто впитывает окружающие запахи. У вашего величества, определенно, очень острый нюх.

Что-то было не так. Тея знала, что в Харенте сирень не растет. Конечно, вино могли привезти откуда угодно, но… Странный аромат пепла заставил ее напрячься. Она оглядела стол, не понимая, что именно ищет.

Как вдруг увидела.

Возле личного графина короля она разглядела едва заметные следы голубого порошка.

Король Артос наконец поднес свой кубок к губам…

– Стойте!

Не задумываясь, Тея метнула свой нож.

Он летел в короля.

Сначала за столом, а потом по залу раздались крики.

Нож Теи прилетел в кубок, и тот с грохотом упал на пол. По мрамору, точно кровь, разлилось вино.

В одно мгновение рядом с ней оказались стражники, они схватили ее, оттащили с места и грубо заломили руки за спину.

– Вино отравлено! – закричала она, вырываясь из хватки стражников. – Оно бы убило короля.

Правитель поднялся на ноги и перевел потрясенный взгляд с пропитанного вином рукава на Тею, лицо его пылало.

– Ваше величество, прошу вас, – взмолилась она. – Вино отравлено.

Стражники принялись оттаскивать Тею, оставляя на ее теле синяки.

Сердце Теи билось с бешеной скоростью. Ее казнят прямо сейчас? Нет, это невозможно. Камень, покоившийся на ее вздымающейся груди, вселял в нее веру.

В ее голове эхом отозвались слова Одры: «Ты скоро поймешь, что бояться нужно не смерти, а жизни».

Тея ощутила горечь во рту. Она не умрет сегодня. Она умрет в двадцать семь лет, но… Ее могло ждать что-то похуже смерти. Годы пыток. Тюрьма… Боги, она метнула нож в короля. Все наверняка подумали, что она убийца. Но у нее не было времени, она сделала что могла, лишь бы спасти ему жизнь.

Стражники действовали жестко, они заломили ей руки с такой силой, что еще немного – и они бы вырвались из суставов…

– Ждать, – скомандовал король.

Стражники застыли, но хватку не ослабили.

Король жестом подозвал жилистого мужчину, который все время стоял у него за спиной около шторы.

– Ты пробовал вино? – спросил король невероятно мягким тором.

«Подчаший», – с удивлением осознала Тея. Она не задумывалась, что в зале может быть человек, который первым пробует его блюда и напитки. Она совершила ошибку.

– Конечно, ваше величество.

– Когда?

– Когда вино подали, ваша светлость.

Сердце Теи замерло. Судьба, которая сейчас ее настигнет, – совсем не та, что высечена на камне, но последствие ее безрассудства.

– Попробуй еще раз, – велел он твердым голосом.

– Сэр?

Подчаший моргнул и посмотрел на правителя широко раскрытыми глазами.

– Попробуй еще раз.

Тея напряглась, наблюдая, как подчаший потянулся к графину дрожащими руками.

– Из моего кубка, – приказал король.

Побледнев, подчаший наклонился, чтобы поднять кубок. Все взгляды были прикованы к нему, пока он наливал в кубок густую жидкость гранатового цвета. Его губы читали молитву. Он посмотрел на короля в последний раз.

Король Артос спокойно ждал.

Подчаший глубоко вздохнул, закрыл глаза и поднес кубок к губам. Он сделал большой глоток, как ему и велели.

Весь зал замер в изумлении и, позабыв о Тее, наблюдал за импровизированной сценой. Ее руки все еще пульсировали под хваткой стражников.

Подчаший опустил кубок, его плечи с облегчением опустились.

Безмолвный крик застрял в горле Теи, ее сердце сжалось – она поняла, что совершила ужасную ошибку, обрекла себя на…

Вдруг подчаший слегка закашлялся, в непонимании нахмурился и смущенно прикрыл рот рукой.

Тея не смела двинуться.

– Прошу прошения, мой король…

Он снова закашлял, издавая отрывистый скрипучий звук. Его повело, глаза вдруг покраснели.

Подчаший пошатнулся и схватился за скатерть. Он задыхался, в уголках распухшего рта выступила пена.

Его вырвало кровью, и он рухнул лицом на королевский стол.

К королю бросились еще несколько стражников и окружили его, другие оттащили подчашего от стола. Взглянув на него, они отшатнулись.

Его приоткрытые губы посинели.

Он был мертв.

Глава 11

На зал, точно слой пыли, опустилась тишина.

– Заприте двери! – крикнул кто-то. – Убийца все еще может быть среди нас!

Несколько стражников и слуг принялись исполнять приказ, личные стражи каждого правителя окружили своего хозяина.

Тея стояла все так же смирно, ее взгляд был прикован к королю Артосу, который, раскрыв рот в изумлении, смотрел на своего подчашего.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он взглянул на мужчин, державших Тею.

– Отпустить ее, – приказал он хриплым голосом.

Как только они ослабили хватку, Тея вырвалась из их тисков и поморщилась, потирая покрытые синяками руки.

– Как ты поняла? – спросил король Артос.

– Вы сказали, что вино пахло сиренью, ваша светлость. Затем я учуяла нечто похожее на пепел… Такое сочетание ароматов меня насторожило, потому что я знаю, что существует одна смесь, которая может оказать неблагоприятное воздействие. Рядом с вашим графином я увидела следы синего порошка… Я уже видела его прежде, сэр.

– Что это?

– Измельченная наарванская белладонна, ваше величество. С добавлением смертоносной смеси из сирени и вдовьего пепла.

– Откуда ты знаешь о таком яде?

Тея проглотила стоящий в горле ком:

– Алхимия – обширная и многогранная наука, сэр.

Тея умолчала о том, что странные травы и бурлящие зелья мало ее интересовали. Яды – вот что всегда ее привлекало.

Король кивнул. Волнение все еще ярко читалось в его глазах.

В зале царило напряжение, стражники контролировали все выходы и стояли вдоль столов. Хоторн наблюдал за происходящим со своего места у дальней стены с непроницаемым выражением лица.

Мысли Теи путались, и она осмелилась сделать шаг к королю Артосу, оглядывая устроенный подчашим беспорядок.

Стражник попытался ее остановить, но король поднял руку. Тогда Тея поняла, какая возможность ей предоставляется.

И вот она свободно продвигалась вдоль стола, внимательно изучая гостей. Одни смотрели на нее в ответ, не догадываясь о ее намерениях, другие бросали дерзкие или оскорбленные взгляды, а кто-то ерзал на своих стульях – они не замешаны в отравлении, но на уме у них были другие злодеяния.

Подойдя к концу стола, Тея замедлилась, наслаждаясь силой, которую ощущала.

– Один факт о наарванской белладонне, ваше величество, – произнесла она. – Она окрашивает кожу…

Король приоткрыл рот в удивлении.

Тея остановилась напротив одетого с иголочки мужчины, волосы которого были зачесаны назад с помощью масла, туника украшена золотой нитью. А на кончиках его пальцев виднелись едва заметные следы синего цвета.

– Это он, – заявила Тея.

Несколько человек громко ахнули.

Влиятельный человек, о котором шла речь, побледнел, но выдавил из себя смешок.

– Это всего лишь чернильные пятна, девчонка.

– Весьма необычно, что человек вашего положения, настолько высокого, чтобы сидеть за королевским столом, ведет документацию самостоятельно. У такого влиятельного человека, как вы, конечно же, есть писец?

В ответ тишина.

– И, конечно же, будь это чернильные пятна, вы бы обязательно хорошенько отмыли руки перед тем, как сесть за стол к королю? – настойчиво спросила Тея.

Мужчина вскочил с места, отчего его стул с грохотом отлетел назад. Он вскочил из-за стола и, уворачиваясь от рук стражников, бросился к выходу, который Тея не видела.

Девушка ринулась за ним, полная решимости не дать убийце сбежать.

Что-то просвистело в воздухе. Копье. Оно прилетело в преступника, пронзило его плащ и пригвоздило мужчину к помосту.

Стражники бросились к нему, копье все еще покачивалось от силы, с которой его метнули. Тея пыталась проследить, откуда оно прилетело, но в ней уже закралась догадка. Уайлдер Хоторн стоял, прислонившись к колонне, с видом, будто не пошевелил и пальцем. Восторженные лица знати и меткость говорили сами за себя.

Хоторн задержал отравителя короля.

Чтобы вытащить копье, потребовалось пять человек.

Аристократ протестовал, выкрикивая проклятия в адрес Теи и вырываясь из хватки стражников. Наконец, взглянув на короля, он замолчал.

Тея указала на его руки.

– Видите синие пятна, господин? Под ногтями. Это следы наарванской белладонны. Именно этот человек пытался лишить вас жизни, именно он отнял жизнь вашего подчашего.

Король перевел взгляд с пятен на коже мужчины на его широко раскрытые глаза.

– Что ж, Аэмунд… Выбирай.

– Ваше величество, прошу вас…

– Смерть, – продолжил он. – Либо Алая Башня.

Все внутри Теи свернулось в тугой узел. Она слышала лишь слухи об Алой Башне – тюрьме, расположенной недалеко от Завесы, южнее земель, которые раньше занимало королевство Наарва. И уже от этих слухов кровь в ее жилах стыла. Туда отправляли худших: тех, кто совершил непростительные преступления; тех, что заслуживал худшего наказания, чем казнь; и тех, кто вершил заговоры против законных правителей. Всех загоняли на хлипкую лодку, которая везла их мимо Расколотых островов, Наарвы, к крошечному клочку земли – в самое худшее место во всех Срединных Королевствах.

– Ваше величество, нет, я…

Король пристально на него смотрел.

– Смерть или Алая Башня. Выбирай.

Однажды Тея увидела рисунок этого места: одинокую каменную башню на необитаемом острове.

– Смерть, – выдавил Аэмунд. – Я выбираю смерть.

Король Артос еще пару мгновений изучал мужчину, задерживая взгляд на синих пятнах, покрывших его пальцы. Затем провернулся к стражникам.

– Отведите его в темницу. Допросите. Нужно узнать, с кем он сотрудничает. Затем отправить его в Алую Башню.

– Нет! – завизжал мужчина. – Ваше величество, молю вас…

– Умолять поздно, Аэмунд.

На этих словах стражники потащили его прочь.

Взгляд короля Артоса вернулся к Тее.

– Я в большом долгу перед тобой, – произнес он.

Руки Теи задрожали, кровь в венах застыла.

– Для меня большая честь служить вам, ваше величество.

Однако король недовольно покачал головой.

– Обычно за такой поступок я дарую земли и рыцарское звание, – заговорил он, подходя к ней; с каждым шагом голос его становился все громче. – Но я понимаю, что для такой женщины, как ты, богатство не имеет значения.

– Мне не нужно вознаграждение, сэр, – настаивала Тея, клянясь. – Я лишь хотела бы попросить прощения за суету, поднявшуюся из-за моих действий.

Король внимательно посмотрел на Тею, перевел взгляд на остальных правителей и затем снова вернул его к ней.

– Я хочу пересмотреть твое прошение, Алтея Золтейр.

Тея замерла. «В смысле?»

– Похоже, я был слишком поспешен в своем решении. – Он повернулся к остальным королям и королеве. – Алтея хочет, чтобы в Тезмарре ее приняли в отряд щитоносцев. С вашего благословения, я бы хотел удовлетворить ее прошение.

Впервые после того, как Тея метнула нож, по залу разнесся гул голосов. Помещение наполнилось сотнями приглушенных голосов, которые словно забирались ей под кожу, а взгляды впивались в ее спину. Но Тея не двигалась, она не смела надеяться.

– Ты не можешь решать в одиночку, – заявил король Лейко, кладя руку на рукоять своего меча.

– Ты, безусловно, прав, – согласился король Артос. – Поэтому я и обращаюсь к вам, друзья. Мастер Гильдии, а теперь и я, король Харента, поддерживаем эту девушку во вступлении в ряды щитоносцев Тезмарра. Что вы скажете?

Король Лейко прочистил горло.

– Но же ты говорил еще недавно? О стабильности Тезмарра и его целях?

– Введенный двадцать лет назад закон запрещает женщинам владеть оружием, но если бы не владеющая оружием женщина, я бы сегодня лишился жизни, – разнесся голос короля Артоса по всему залу. – Если бы не эта женщина, королевство Харент потеряло бы правителя. Заговорщики заполучили бы власть, и огромная территория погрязла бы в хаосе и войне. Я убежден, эта девушка – исключение из закона, принятого в прошлом. Мужество и мастерство, которые проявила Алтея, спасая мою жизнь, – несомненное тому доказательство.

– Я не отрицаю храбрости этой девчонки…

«Девчонка. Девчонка». Слова отдавались в голове Теи постоянной головной болью, но она молчала.

– Однако, – продолжал король Лейко. – Ты не можешь поручиться за нее в одиночку. Это будет означать, что у тебя есть личные интересы в Тезмарре. А Тезмарр всегда был и будет независимым от Срединных Королевств.

Тея наблюдала, как в очередной раз говорят о ней, а не с ней. В очередной раз мужчины решали ее будущее. Она комкала рукав своей рубашки и вспомнила о ее хозяине… Боевой Меч стоял все там же – у двери в дальнем конце зала. Его рука лежала на рукояти ее кинжала, он наблюдал за происходящим, а на его суровом лице не было ни единой эмоции.

– Ты считаешь, что наградить женщину, которая спасла мне жизнь, – неразумно? – возразил Артос.

– Только если это не затронет интересы Тезмарра, – отрезал король Лейко.

Следом заговорила Рейна, королева Авеума. Она грациозно поднялась с кресла и повернулась к обоим правителям.

– Я поддерживаю короля Артоса. Девушка доказала, что достойна этого. Она станет достойным пополнением к новобранцам Гильдии.

Сердце Теи разрывалось от переполнявших ее чувств. Она едва осмеливалась перевести взгляд с одного правителя на другого. Тея была уверена, что услышанное – это плод ее отчаявшегося воображения.

– Поддерживаю, – раздался тихий голос ее мужа, короля Элкана.

Король Лейко, правитель Твера, взглянул на Тею. Пауза, казалось, длилась вечность, прежде чем он вновь заговорил:

– Да будет так.

Король Артос повернулся к Тее и лучезарно улыбнулся.

– Поздравляю, Алтея Золтейр! Ты только что стала новым щитоносцем Тезмарра.

Ноги Теи так подкосились, что ей пришлось опереться на спинку стула.

– Теперь ты обладаешь всеми правами щитоносца. Ты можешь тренироваться, носить оружие и попробовать пройти испытание на посвящение в стражи Срединных Королевств через три месяца.

Он начал медленно хлопать, и вскоре все многочисленные гости поднялись и зааплодировали ей. По жесту короля подали свежее вино и вышли новые подчашие. Убедившись, что напиток безопасен, король Артос поднял свой кубок за Тею. Сама она не заметила, как в ее руке тоже оказался кубок.

– За Алтею Золтейр! – провозгласил король.

Алтея не смогла сдержать расплывшейся по лицу улыбки. Никогда за свои двадцать четыре года она не могла и представить, что ее имя будет эхом раздаваться по королевскому залу. По ее телу разлилось тепло, сердце гулко билось. Ей хотелось, чтобы Рен и подруги оказались рядом и увидели это.

«Алтея-Девять-Жизней», – мысленно рассмеялась она, поднося кубок к губам.

Не успело вкуснейшее вино коснуться языка, как ей на плечо легла тяжелая рука. Сквозь ткань рубашки она ощутила тепло нежной, но при этом твердой хватки.

– Что ж, щитоносец, – прогрохотал около ее уха знакомый низкий голос. – Нам пора возвращаться в крепость.

– Сейчас? – Тея обернулась к Боевому Мечу. – Кажется, ты говорил, что мы переночуем в Хейлфорде.

– Это было до того.

– До того, как я стала щитоносцем Тезмарра? – усмехнулась Тея.

На лице Хоторна дрогнул мускул.

– Уайлдер! – поприветствовал Боевого Меча король Артос. – Прошу, присоединяйся к нам.

Бесплатный фрагмент закончился.