Цитаты из книги «Убить пересмешника», страница 76

— Понимаешь, на них индейская голова… в общем они от индейцев. Они заколдованные, понимаешь, и приносят счастье. И не то что на обед вдруг будет жареная курица, а настоящее — чтоб долго жить, или, там, быть всегда здоровым, или не провалиться на контрольной — в общем вроде этого… и кому-то они очень нужны.

- Но в одном отношении в нашей стране все люди равны, есть у нас одно установление, один институт, перед которым все равны - нищий и Рокфеллер, тупица и Эйнштейн, невежда и ректор университета. Институт этот, джентльмены, не что иное как суд. Все равно, будь то верховный суд Соединенных Штатов, или самый скромный мировой суд где-нибудь в глуши, или вот этот достопочтенный суд, где Вы сейчас заседаете. У наших судов есть недостатки, как у всех человеческих установлений, но суд в нашей стране великий уравнитель, и перед ним поистине все люди равны.....

The one thing that doesn’t abide by majority rule is a person’s conscience.

Aunt Alexandra was fanatical on the subject of my attire. I could not possibly hope to be a lady if I wore breeches; when I said I could do nothing in a dress, she said I wasn’t supposed to be doing things that required pants. Aunt Alexandra’s vision of my deportment involved playing with small stoves, tea sets, and wearing the Add-A-Pearl necklace she gave me when I was born; furthermore, I should be a ray of sunshine in my father’s lonely life. I suggested that one could be a ray of sunshine in pants just as well, but Aunty said that one had to behave like a sunbeam, that I was born good but had grown progressively worse every year. She hurt my feelings and set my teeth permanently on edge, but when I asked Atticus about it, he said there were already enough sunbeams in the family and to go on about my business, he didn’t mind me much the way I was.

- Почему же он никогда не охотится? - удивилась я.

- Пожалуй, я могу тебе это объяснить, - сказала мисс Моди. - Что-что, а твой отец прежде всего благородная душа. Меткость - - тоже дар Божий, талант... Но, конечно, надо его совершенствовать, упражняться, а ведь стрелять в цель - не то что, к примеру, на фортепьяно играть. Я так думаю, в один прекрасный день он понял, что Бог дал ему несправедливое преимущество над живыми существами, и тогда он отложил ружьё. Наверно, решил - буду стрелять только в крайности; а вот сегодня была крайность - он и стрелял.

"Дилл опять замечтался. Он всегда придумывал необыкновенное. ... но больше любил какой-то свой туманенный мир, где младенцы спят и только ждут, чтобы их собирали как цветы, рано поутру."

I wanted you to see what real courage is, instead of getting the idea that courage is a man with a gun in his hand. It's when you know you're licked before you begin but you begin anyway and you see it through no matter what.

Я не могу дома быть одним человеком, а на людях другим.А мы, по-моему, можем. Мы, современные люди, привыкшие свои самые сокровенные мысли, желания, мнения держать при себе, а на людях выдавать образ более гладеньких презентабельных себя. Мы, кто либо вписывается в систему "большинства", либо тихонечко страдает и борется за ту жизнь, что ему больше по душе, стараясь избавиться от нелестных ярлыков и обсуждений в свой адрес.Но надо стараться жить по совести, в любом случае. Отличать доброе от злого, благородный поступок от гнусного, разумные вещи от нелепицы. Надо учиться быть дома и на людях одним и тем же человеком. Со своим характером и своими взглядами на жизнь. И не важно, кажитесь вы кому-то наивным или нет, или может кто-то не в восторге от вашей прямолинейности. Плевать. Вы, главное, считаете себя достойным, верите в свои принципы - и это главное. Какие бы уж идеалы вы себе не выбрали - это гораздо лучше двойственности, этих сделок с совестью, когда вы можете соврать себе или другим и быть совершенно разным людьми в разных условиях. Берем пример с Аттикуса Финча. Стараемся сделать так, чтобы то, что мы думаем, то, что мы говорим и то, что мы делаем, сливалось в гармонии.

– Надень пальто, - сказал Аттикус сонным голосом, и я решила не услышать.

Миссис Грейс Мерриуэзер придумала удивительно оригинальную живую картину под названием «Округ Мейкомб — ad astra per aspera», и я буду представлять окорок.