Цитаты из книги «Убить пересмешника», страница 50

Джиму теперь было двенадцать. С ним стало трудно ладить — то он злился, то дулся, настроение у него менялось пятнадцать раз на день. Ел он так много и жадно, даже смотреть было страшно, и всё огрызался — не приставай ко мне! — так что я не выдержала и спросила Аттикуса:

— Может, в нём сидит солитёр?

Роза Эйлмер была дядина кошка. Она была рыжая и очень красивая; дядя говорил, она — одна из немногих особ женского пола, которых он в состоянии терпеть около себя сколько угодно времени. Он полез в карман и показал нам несколько фотокарточек. Карточки были замечательные.

— Она толстеет, — сказала я.

— Ничего удивительного. Она съедает пальцы и уши, которые я отрезаю в больнице.

— Чёрта с два, — сказала я.

— Простите, как вы сказали?

— Не обращай на неё внимания, Джек, — сказал Аттикус. — Это она тебя испытывает. Кэл говорит, она ругается без передышки уже целую неделю.

Дядя Джек поднял брови, но смолчал. Бранные слова мне нравились и сами по себе, а главное, я рассудила — Аттикус увидит, что в школе я научилась ругаться, и больше меня в школу не пошлёт.

Не обязательно выставлять напоказ всё, что знаешь. Женщине это и не к лицу. Людям вовсе не по вкусу, когда кто-то умней их. Они сердятся.

Хоть нас и побили ещё сто лет назад, всё равно сейчас надо снова воевать… — Аттикус.

-Ну вот и всё, - сказал дядя Джек. - Настоящей леди полагается на безымянном пальце носить обручальное кольцо, а у тебя останется шрам.

Просто есть такие люди, они… они чересчур много думают о том свете и потому никак не научатся жить на этом. Погляди на нашу улицу и увидишь, что из этого получается.

«...Странная у людей привычка — при самых удивительных обстоятельствах они ведут себя как ни в чём не бывало. И я, оказывается, тоже...»Harper Lee "To Kill a Mockingbird"

1960 год

“Jem’s growing up now and you are too,” she said to me. “We decided that it would be best for you to have some feminine influence. It won’t be many years, Jean Louise, before you become interested in clothes and boys—”

I could have made several answers to this: Cal’s a girl, it would be many years before I would be interested in boys, I would never be interested in clothes… but I kept quiet.

Поки я не боялася, що мені заборонять, я й не знала, що люблю читати. Хіба люблять дихати?

Нельзя по-настоящему понять человека, пока не встанешь на его точку зрения.