Цитаты из книги «Уна & Сэлинджер», страница 8

«Жизнь – одиночная камера с зеркальными стенами».

Ни к чему терять время и тянуть с признанием в любви.

В той или иной стране, в ту или иную эпоху наступает такое время, когда люди как будто ждут судьбоносного и трагического события, которое разрешит все проблемы. Такие периоды обычно называют предвоенными.

И шум, несмолкаемый шум, свист реактивных снарядов, залпы батарей, в глазах песок, рвутся 350-миллиметровые снаряды и лопаются барабанные перепонки (не надо пристегивать каску, не то вибрация земли задушит, а то и сломает шею). Может кто-нибудь остановить этот хаос, ПОЖАЛУЙСТА? До самой смерти, тридцать лет или полвека спустя, еще просыпались по ночам, подле своих тихонько подвывающих в постели жен в бигуди, многие ветераны, оглохшие от несуществующей бомбежки, крича и умоляя прекратить этот грохот.

Здесь кто-нибудь вроде Сильвии Плат добавил бы светочувствительную фразу типа: «Рассветное солнце, такое простое, сияло сквозь зеленую листву растений в маленькой оранжерее, и цветочный узор на обитом ситчиком диване был наивным и розовым в утреннем свете». Люблю эти паузы, дающие читателю время передохнуть, выпить или сходить в туалет. Ах, если бы только я мог писать так. Но я скажу только, что первый луч солнца был фиалкового цвета и это было чертовски красиво.

Отныне мир населен страшно независимыми, закомплексованными, неудовлетворёнными существами; Влюблёнными, не способным любить, овцами, которые не желают быть овцами, однако щиплют травку, предаваясь фантазиям в сотороне от стада; короче, идеальными клиентами для Фрейда, Будды, Fashion TV и Facebook.

Или вы приспособитесь к среднестатистическому образу жизни, или кончите в желтом доме. С пятьдесят первого года перспективой свободных умов в капиталистической системе стала психиатрическая больница.

львиную долю времени в свою первую встречу они провели, по­тягивая маленькими глоточками мартини с водкой и внимательно вглядываясь в дно своих стаканов, словно искали там сокровище, или оливку, или немного храбрости.

Ведь отказ от общества — не обязательно осознанный выбор: это может быть душевным изъяном, социальной неприспособленностью, а может и расчетом, способом сделать свое присутствие еще заметнее, заставить людей думать о вас — или спасать свою душу, существовать, ощущать трепет жизни.

Старость – это когда уже есть время поинтересоваться названиями птиц.