Цитаты из книги «Джульетта», страница 5
– Я чуть не надорвалась, пока открыла ворота, – рассказывала сестрица. – Приржавело там всё одно к другому, а уж входная дверь!.. Можешь представить, что сюда никто двадцать лет не входил и не заявлял права на эту собственность?
– Это же Италия, – пожала я плечами. – Двадцать лет здесь не срок, сто лет – не проблема. Как может быть иначе, если каждый окружен бессмертными духами? Чистая удача, что нам позволили задержаться на этом свете, делая вид, что мы живые люди.
– Я до сих пор помню день, – добавил он, – когда мы узнали об аварии. Мне было тринадцать, но я глубоко переживал случившееся и особенно жалел малышку по имени Джульетта. Конечно, я всегда знал, что меня зовут Ромео, но никогда прежде не думал о Джульетте. А после этого случая я начал о ней думать и понял, что очень странно быть Ромео, когда в мире нет Джульетты. Странно и одиноко.
С самого детства Джульетта слышала истории о женщинах, убивших себя сонным зельем, после того как их оставили неверные возлюбленные. Мать старалась оградить дочерей от подобных историй, но в доме было полно служанок, которые с удовольствием пересказывали всякий вздор развесившим уши детям. Джульетта и Джианноцца много дней играли на своей секретной лужайке, заросшей маргаритками, по очереди умирая, тогда как другая изображала ужас людей, обнаруживших мёртвое тело и открытый пузырёк. Однажды Джульетта так долго лежала неподвижно и не отвечала, что Джианноцца поверила, что сестра умерла.
– Джи-джи! – повторяла она и тянула Джульетту за руку. – Перестань! Мне не смешно! Ну, пожалуйста!
В конце концов, Джианноцца начала плакать, и хотя Джульетта сразу же села, смеясь, на своём цветочном ложе, Джианноцца была безутешна. Она проплакала весь день и весь вечер и убежала из-за стола, отказавшись от ужина. С тех пор они больше не играли в эту игру.
– Какая хищная птица, – сказала я, показывая на фонтан. – Кто это, орёл?
– Да, орёл, по-итальянски «аквила». Этот фонтан – наш… ну как же это… – Малена закусила нижнюю губу, вспоминая слово. – Фонте баттесимале… крестильный фонтан, вот как! Сюда мы приносим наших младенцев, чтобы они стали аквилини, орлятами.
Но я не философ, а погода громко шептала, что в такой час лишь бешеные собаки и англичане рискуют находиться на солнцепёке.
– Мы приехали сюда искать защиты, – продолжил брат Лоренцо. – И рассказать мессиру Толомеи, что произошло.
– Мы приехали сюда в поисках мести, – поправила Джульетта. Её глаза расширились от ненависти, сжатые кулаки она прижала к груди, словно справляясь с искушением совершить акт возмездия. – Чтобы вспороть брюхо Салимбени и повесить это чудовище на его кишках…
– Кгхм, – решился вставить брат Лоренцо. – Как добрые христиане, мы, конечно, постараемся простить наших врагов…
Джульетта страстно кивнула, ничего вокруг не слыша:
– И скормить его же собственным собакам, кусок за куском!
– Пожалуй, изобразите её в виде Девы Марии, – сказал брат Лоренцо, нервно поглядывая на Ромео, который опустился перед гробом на колени, с восхищением глядя на мёртвое лицо. – С нашим Божественным Спасителем на руках, раз уж бесплатно.
– Ай-мэ! – воскликнул Ромео, не обращая внимания на предупреждающий жест монаха. – Как Господь мог быть таким жестоким?
– Нельзя! – крикнул брат Лоренцо, но поздно: юноша уже коснулся рукой щеки девушки.
– Такая красавица, – мягко сказал он, – не должна была умереть. Наверное, даже смерти противен её промысел. Смотрите, она ещё не похитила алость её губ…
– Будьте же благоразумны! – не своим голосом воззвал брат Лоренцо, пытаясь опустить крышку. – Вы не знаете, какую болезнь могут передать эти губы!
– Будь она моей, – продолжал Ромео, не давая монаху закрыть гроб и нимало не заботясь о своей безопасности, – я пошел бы за ней в рай и привел её назад. Или навеки остался с ней там.
– Да-да-да, – не выдержал брал Лоренцо, захлопнув крышку и чуть не отдавив Ромео пальцы. – Смерть превращает всех мужчин в идеальных возлюбленных. Куда только девается их пылкость, когда их дамы живы?
– Скажите, что мы справимся сами!
– С чем? – заинтересовался маэстро Амброджио.
– С гробом! – ответил кто-то другой. – С телом мёртвого звонаря! Смотрите сами!
– Боюсь, вы ошиблись домом, – сказал маэстро. – Я это не заказывал.
В тишине отчетливо послышался тихий скрип крышки гроба – его обладательница пыталась украдкой рассмотреть своего храброго спасителя. Брат Лоренцо поспешно уселся сверху, чтобы ей помешать. Чутье подсказывало ему, что эти двое молодых людей не должны знать друг друга.
Местный погост оказался уютным сонным оазисом, разительно отличавшимся от других кладбищ, где мне доводилось бывать. Это был лабиринт белых, отдельно стоящих стен без крыши, сверху донизу покрытых мозаикой ниш для захоронений. Сплошные имена, даты и фотографии упокоившихся за мраморными плитами и медные кольца, державшие вместо выбывшего из строя хозяина цветы, принесённые посетителями.
