Цитаты из книги «Властелин Колец», страница 23
Странными бывают порой повороты судьбы! Часто случается, что ненависть сама себя ранит.
Я думал — герои в сказках ищут подвигов и совершают их потому что хотят, что им это интересно, — ну для развлечения, если вы понимаете, про что я толкую. Но в настоящих сказках, в тех, которые запоминаются, дело вовсе не в этом. Там герои просто попадают куда-нибудь, потому что таков их путь. Они ведь могут вернуться, как и мы, например, да только не возвращаются. Про тех, кто вернулся, сказок не складывают и песен не поют. Которые до конца шли, те — другое дело. А конец-то, знаете, не всегда бывает хорошим, для героев-то. Когда сказку слушаешь, может, по-другому кажется… Хотя можно всё-таки и домой вернуться. Пусть даже там всё будет по-старому, ан нет, всё по-другому, потому что ты уже другой.
"Но, конечно же, в конце концов чёрная неодолимая злоба опять взъярилась в нём, а целителя поблизости не было, - Гэндальф вздохнул. - Увы! Для него надежды мало. Но всё же есть - даже для него" (Гэндальф о Горлуме).
Теоден что-то крикнул своему коню, и он с места рванулся вперед. Позади билось на ветру знамя - белый конь мчался по зеленому полю. За ним лавиной двинулся передовой отряд. Но Король Рохана летел впереди всех, его никто не мог догнать. Словно древнее божество, словно сам Великий Оромэ в битве Валар на заре мира, неудержимо мчался Король Рохана. Он поднял щит, сверкнувший золотом в первых лучах солнца; трава под копытами его коня вспыхнула изумрудным ковром, потому что настало утро! Ветер с далекого Моря и солнце взяли верх, тьма отступила, полчища Мордора дрогнули в ужасе перед лавиной Всадников, катящейся на них, и побежали! А всадники Рохана пели боевую песнь, пели и убивали врагов. И эта песнь, прекрасная и грозная, была слышна за стенами Минас Тирита.
Но все-таки интересно, попадем ли мы когда-нибудь в песню или сказку? То есть, конечно, попасть-то мы в нее уже попали, но я хочу сказать, будет ли кто-нибудь через много-много лет рассказывать ее вечером у очага или читать в большой книге с черными и красными буквами?
Они неторопливо пошли рядом вдоль реки. Небо впереди светлело. Они болтали, как умеют одни лишь хоббиты, обо всем, что с ними приключилось. Ни один невольный слушатель не поверил бы, что эти двое только что чудом избежали пыток и мучительной смерти; и даже сейчас, как они хорошо понимали, им вряд ли удастся встретить друзей или избежать новых опасностей.
– Вы неплохо держались, доблестный Тук, - говорил Мерри, - вам отведут целую главу в книге Бильбо, если когда-нибудь мне доведется ему обо всем рассказать. Здорово ты обставил этого волосатого Гришнака, да еще в игру, которую он сам и затеял… Однако я не уверен, что кто-нибудь пойдет по той тропе и наткнется на твою застежку. Я бы ни за что не расстался со своей, но твоя, кажется, пропала навсегда. Ладно, вот причешу пятки, и сравняюсь с тобой, любезный Перегрин. Ручаюсь, ты плохо представляешь, где мы оказались. А я в Дольне даром времени не терял. Так вот: мы идем на Запад, вдоль реки Энтов, а впереди - отроги Мглистых Гор и Лес Фангорна.
Лес темнел прямо перед ними. Казалось, ночь уползала в него от надвигающегося рассвета.
– Ведите, уважаемый Мериадок! - сказал Пиппин. - Туда… или обратно. Нас предупреждали насчет Фангорна. Но столь сведущий проводник, конечно, и сам помнит об этом.
– Я помню, - кивнул Мерри, - но в лесу, по-моему, лучше, чем на поле боя.
Зло можно возвещать по-разному. Одни сеют зло сами, другие — истинные друзья — в дни мира и благополучия странствуют в далеких странах, а в черный день являются, чтобы протянуть руку помощи.
Волшебник никогда не опаздывает, Фродо Бэггинс. Как и не приходит рано. Он приходит именно тогда, когда нужно.
— Наверное, это наш конец.
— Конец? Нет. Наш путь не кончается смертью. Смерть — лишь продолжение пути, начертанное всем. Серая, как дождь, завеса этого мира отдёрнется, и откроется серебристое окно, и ты увидишь…
— Что? Что, Гэндальф? Что увижу?
— Белые берега. И за ними — далёкие зелёные холмы под восходящим солнцем.
"Слишком поздно! Прийти слишком поздно – хуже, чем никогда.""Похвала из уст того, кто сам достоин похвалы, – высшая награда.""Укрепись сердцем — лучшей помощи не будет у того, кто отчаялся.""Мудрый избегает говорить о том, чего не знает.
(Разумный говорит только о том, что знает.)""— Ты бы остерегся, Теоден, — вмешался Гэндальф. — Хоббитам только дай волю — они усядутся хоть на поле битвы и давай обсуждать кушанья и стряпню, а заодно порасскажут о деяньях своих отцов, дедов и прадедов, девятиюродных родичей с отцовской и материнской стороны.""Каждый сам вправе положить предел своему путешествию, ибо никто не знает, где граница его мужества и какие напасти подстерегают на пути.""Поспешные суждения редко бывают справедливы.""Наши дела так плохи, что нет смысла беспокоиться о завтрашнем дне, он, может, и вовсе не наступит.""Жили здесь и до вас, будут жить и после вас. Вокруг — мир. Можете не обращать на него внимания, но вы — в нем, а он — в вас.""Не всякому слуху верь.""Совет — это опасный подарок, даже совет мудрейшего из Мудрых.""— Если бы я! Если бы ты! — сказал он. — Пустые речи начинаются с «если»."
