Цитаты из книги «Блаженные», страница 13

Очень много зависит, поучал меня Лемерль в наши парижские дни, от мастерского выбора положения нескольких предметов простейшего реквизита: лилия в волосах или жемчужные четки в руке подчеркивали невинность даже у самой разнузданной шлюхи; нарочито выставленный напоказ кричащий эфес шпаги у пояса отобьет охоту обидчика - пусть даже в ножнах вовсе шпаги нет. Люди видят то, что хотят увидеть.

Перетта - как птица, которую можно научить, но невозможно приручить; стоит на миг перчатке скользнуть с руки, она ударит клювом.

Латынь обладает властью, какой обычные языки, увы, лишены.

Часто женщины слышат то, что им хочется услышать, даже моя Гарпия, у которой есть все основания верить в худшее. Но полуправда нередко куда действенней, чем откровенная ложь.

Смерть не заразна, убеждала их я; это просто кончина.

Надеюсь… Надеюсь… Целый мир зиждется на одном слове, на трёх коротких слогах, похожих на безутешный крик чайки: на-де-юсь.

Мудрый человек сам даёт себе шансы, так же как ловкий картёжник хватает удачу за хвост.

- Какая трогательная забота! – восхитился я. – Но что за игра без риска?

- А без игр нельзя? – спросила она так серьёзно, что захотелось её расцеловать.

- Зачем тогда жить? – чуть слышно спросил я.

Эффектное появление, правда? Я ведь рождён для сцены или, если угодно, для виселицы, особой разницы не вижу. Обе участи – это цветы, люк под ногами, занавес в финале, ужимки и прыжки посредине. Даже тут есть своя романтика…

В Бога я никогда не верила. По крайней мере, в такого, который надменно взирает на шахматную доску и движет фигурки по своему разумению, уверенно улыбаясь оппоненту. Подлинно есть в Создателе глубокий изъян, раз Он упорно толкает детей Своих к погибели. Иначе зачем создал Он мир, удовольствий полный, но нарёк удовольствия грехом; зачем создал людей несовершенными и ждёт, что мы, отринув сомнение, устремимся к совершенству? Вот дьявол играет честно, его намерения понятны. Только и он, первый из лжецов, втайне служит Всемогущему. Каков господин, таков и слуга.