Читать книгу: «Переплетено»

Name: Переплетено
Author: Девод

Шрифт:

Предисловие.

Тьма надвигается, она поглащает всех нас, входит в каждый дом и забирает наших близких. Никто не знает откуда появилась, но точно знает цель: истребить всех нормальных. Нормальные — это те, кто не заражены, те кто не могут управлять тенями, поглощать радость и уничтожать всё, к чему прикасаются.

" Дорогие граждане, чтобы спастись от страшного неизличимого заболевания, которое уничтажает нашу планету хуже чумы, сообщайте о любых симптомах (темная слизь из-за рта, непонятные пятна на кожи, потемнение волос и чёрные глаза) чистильщикам нашего города. Спасибо бравым воинам за спасения наших душ."

Эту фразу на потертой брошюре выучила наизусть в первый год эпидемии. Мой отец был бравым воином, защитником всего человечества, он всегда был готов прийти на помощь клану Белого Агата. Клану, который спасал нас от зла, помогал сохранить верность и неподаваться искушению. Каждую ночь перед сном папа доставал листочек и читал как молитву для меня и брата. Мы должны знать, что делать.

Но сегодня чтение было особенным. Оно проводилось в подвале нашего дома перед вечным сном для мамы и Габриэля. Половина нашей семьи заразилось чумой нашего столетия. Им повезло, что отец чистильщик нашего города. Он принесет им быструю смерть от пули.

— Пожалуйста, нет, только ни наш сын! Ему нет восемнадцати, он ребёнок! — Мать кричала, была привязана к стулу и не могла защитить своё дитя по-другому, из рта текла жидкость, похожая на болотную тину. Это первый симптом, у брата же русые волосы стали цвета угля. Ещё немного и Габриэль превратится полностью, и тогда будет сложно его остановить. Мы, семья послушников, это понимаем.

Когда пуля попадет в голову брату, зажмуриваю глаза и хватаюсь за белый камень, висящий на шее. Знак нашей преданности, нашей веры. Раздаётся второй выстрел, и не могу сдержать крик, происходит машинально, мне всего десять лет. Папа кладет руку на плечо осторожно и бережно.

— Сэм, мы поступили правильно. — Голос спокоен и руки не дрожат. Именно в тот день, моим разумом завледели сомнения.

1 глава

Трехлявый аппарат стучит и издаёт странные звуки, непонятно толи он сломан, толи на последнем издыхании. Ударяю кулаком, пытаясь справиться с техникой как истинный человек, хвала Агату, чудо происходит, коробка жужжит в прежнем темпе.

— Доброе утро, Сэм. — Оборачиваюсь, неужели уже пора на вылазку. Это один из бойцов нашего отряда, не помню его имени. Также как и я, ребёнок своего отца. — Как нога?

— Уже намного лучше, сегодня пойду с вами.—Четыре месяца назад на зачистке дома зараженных выпала из окна второго этажа, вышло случайно и нелепо. Неудивительно, что все знают об этом случае. Люди жертвуют жизнью ради великой миссии. А глупая девчонка валяется в госпитале с переломом голени, лишь потому что дочурка генерала.

— Радостно, люди нам нужны, сегодня какое-то слишком странное место...— Парень присел на корточки и закурил. Его рыжие волосы были такие же яркие как огонек сигареты. — Тебе бы поспать, выглядишь ужасно. Не бойся, я покараулю.

Эта старая рухлять, которая явно доживала свои послледние дни была очень важна. Её звук блокировал умбракинез, то есть силы наших врагов. Без них они были такие же как мы, обычные люди, правда, с черными глазами и бездуши. В нашем лагере несколько приборов, которые всегда включены. Они часто барахлят, но это наша единственная надежда. В бой мы берем только один.

Спать не хочется, но привести себя впорядок перед боевым заданием нужно. Приняв душ, пытаюсь завязать свои русые волосы в тугую косу, чтобы они не мешали при сражении. В зеркало на меня смотрит гадкий утёнок. Непослушные пряди выбиваются из прически, по всему лицу красуются то прыщики, то веснушки, а цвет глаз у меня какой-то болотной тины. Когда была совсем маленькой представляла, что буду красавицей в девятнадцать лет.

— Папина красавица. — Улыбается друг семьи Отто, когда захожу на общее собрание. Некоторые гордятся мной, будто я их родная дочь, потому что самая младшая в отряде. На задание меня берут с пятнадцати лет, будто может быть по-другому, когда твой отец генерал, а в мире идёт война.

— Сэм будет отвечат за прибор силы. — Холодно раздает задания так называемый папочка. Это означает, что не буду сражаться, а отсиживаться где-то за поворотом. Вижу на лицах многих солдат ухмылку, считают меня слабачкой.

— Но я хочу в бой, сэр. — Перебиваю утренюю планерку. Так неправильно, ещё болше показывая свою избалованность. Но молчать тоже не могу. Некоторым действительно нравлюсь, но большинство меня считают девочкой с золотой ложкой во рту. Меня никогда не кинут умирать и рядом со мной всегда опытные бойцы, будто охрана...

— Ты будешь замедлять. — Пренебрежительно отвечает отец, кивая на ногу.— У тебя будет рация, вторая у Макса.

Утренний собеседник дружелюбно махает мне рукой. Точно, его зовут Максим. Мне ничего не остается, не буду же продолжать перечить главнокомандующему.. И он прав, до сих пор хромаю. Но никогда раньше не находилась с прибором в бою, когда они вдруг начинают портачить в лагере это половина беды, ведь здесь есть другие. Но если он начнет кряхтеть там... Возьму с собой портативный. Да знаю, так делать нельзя, потому что их всего семь, и если кто-то узнает, то меня, наверное, придадут трибуналу... Но так мне будет спокойней. Никто не заметит пропажи, их пересчитывают раз в неделю.

Место действительно было странным, большое мрачное здание на окрайне города. Этакое пристанище зла из фильмов. Впервые мне стало жутковато, ведь на такой территории можно было спрятаться кучи нежити.

— Сэм, ты ведь знаешь, что бывает с теми, кто не уследил за аппаратом силы? — Такой вопрос в свете едиснтвенной лампчоки звучал слишком мрачно. Мы рассположили прибор недалеко от одного из выходов, но за углом, чтобы сразу не бросаться в глаза. Я кивнула, но, честно, не знаю, что делают в таком случае. Ничего хорошего, судя по напряженному телу отца. Мне вручили автомат, хотя смысла в этом нет, если существо окажется вблизи, то оно просто потеряет сознание от такого мощного воздействия.

— На связи, сестра.— Лис, имя которого даже не вспомнила с утра, аккуратно взял за плечи и бережно притянул к себе. Нахмурила брови от неожтданности, но некое тепло растеклось по всему телу. Меня никто не обимал после смерти матери, ну, или почти никто... Но о таком не вспоминают. — Не бойся, такого еще ни разу не случалось.

Следующие полчаса сидела, прижав оружие к груди, вслушивалась в жужжание развалюхи и звуки стрельбы в рации. Это было обочные дело, когда у демонов забирали силы, они возвращались к старым добрым людским изобретениям, такими как автомат Калашникова. К счастью, наши ребята были лучшеми стрелками, чем служители зла.

— Сэм, как ты? У тебя всё впорядке? — Раздается из рации слишком счастливый голос Максима, будто он находится в парке аттракционов. Хорошо, когда человек на своем месте.

— Да, всё работает.— Как только эти слова срываются с губ, железная кробка затихает. Застываю на месте, переставая дышать. Три секунды тишины... Это промедление... Это ошибка! Раздаются крики, тени предметов отходят от стен, меня накрывает жуткая тоска, хочется застрелиться прямо сейчас. Вытаскивая из кармана портативный прибор и жму на кнопку. Кажется будто прошла вечность, но от силы не больше пятнадцати секунд. Тени прилипают к стенам, вместо криков звучат автоматные очереди в рации, тоска сменяется на страх. Такое чувство, будто меня погрузили воду, пытаясь утопить, и резко вытащили обратно.

Со всей злости ударяю кулаком по железяки, которая вдруг внезапно перестала работать и подвела не только меня под трибунал, но возможно и десяток моих людей в мир смерти. Свист, чувство удара в районе препдлечье правой руки, слабость и внезапная боль. Пуля. Видимо портативный аппарат не обладает такой силой, чтобы заставить монстров упасть на пол и молить о пощаде. Раздаются выстрелы один за другим, хватаю работающий прибор, вместе с оружием, забывая рацию и забегаю в близжайшию комнату. Напоминает кабинета психолога: мягкий диван в центре, странные яркие картины на стенах. Нет времени размышлять, нужно защитить драгоценную вещь любой ценой, иначе страшно подумать, что со мной сделают по возвращению в лагерь, запрыгиваю за предмет мебели и начинаю стрелять в сторону входа. Распускать нюни некогда...