Читать книгу: «Хранитель Бездны»

ПРОЛОГ: ЗОВ ИЗ БЕЗДНЫ

Глава 0.1. Тысяча лет тишины

Сознание возвращалось медленно, тяжело, словно сквозь слой вязкой смолы.

Первым пришло ощущение холода. Не того живого холода, от которого стынет кожа, а мёртвого, глубинного, въевшегося в каждую клетку. Камен попытался пошевелить пальцами – они не отозвались. Тело было чужим, тяжёлым, словно налитым свинцом.

Потом – свет. Тусклый, аварийно-красный, пульсирующий где-то над головой в такт монотонному писку. Писк резал слух, вгрызался в мозг, заставляя вспоминать что-то важное, ускользающее.

Криокапсула. Система жизнеобеспечения. Аварийное пробуждение.

Слова приходили обрывками, будто из другого мира. Камен с трудом разлепил веки. Над ним нависал мутный колпак капсулы, покрытый изнутри инеем. Сквозь налёт проступали цифры: год, месяц, день… Они ничего не говорили ему. Тысяча с чем-то? Он не мог сосредоточиться.

Крышка капсулы отъехала с протяжным шипением, и в лицо ударил ледяной воздух. Камен закашлялся, лёгкие обожгло. Он попытался приподняться – и едва не рухнул обратно. Мышцы превратились в желе, руки дрожали мелкой дрожью. Тело, тысячу лет пролежавшее в анабиозе, отказывалось подчиняться.

– Медленно, – прошептал он сам себе, и собственный голос показался чужим. – Очень медленно.

Он сел, свесив ноги. Криокапсула стояла в центре небольшого зала, заваленного обломками. Вокруг громоздились остатки оборудования – древнего, незнакомого, покрытого толстым слоем пыли. Стены были испещрены трещинами, в нескольких местах зияли пробоины, за которыми угадывалась чернота космоса. Станция умирала.

Камен попытался вспомнить, что здесь произошло. Ничего. Пустота. Только обрывки: чьи-то лица, звёзды, голос, говорящий о равновесии… и брат. Брат, которого звали…

Имя ускользало.

Он заставил себя встать. Ноги подкосились, пришлось схватиться за край капсулы. Пальцы оставили на пыльной поверхности отчётливые следы. Камен посмотрел на свои руки – бледные, худые, почти прозрачные. На запястье тускло блеснул металлический браслет с едва заметными узорами.

Матрица.

Слово всплыло из глубин памяти. Да, матрица. Часть его. Часть того, кем он был.

Опираясь о стены, Камен побрёл по залу, перешагивая через обломки. Добрался до терминала – массивной панели, всё ещё тускло мерцающей индикаторами. Коснулся экрана. Тот отозвался рябью, затем высветил голографическую запись.

Женщина. Пожилая, с мудрыми глазами и строгим лицом. Её одежда была странной, непохожей на то, что Камен помнил (помнил ли он что-то вообще?). Она говорила на древнем наречии, но слова сами собой складывались в понятные фразы.

«Камен. Если ты видишь это, значит, ты проснулся. Равновесие нарушено. Твой брат пал. Ты должен восстановить баланс. Мир изменился. Мы оставили тебе матрицу и память, но знание придёт со временем. Берегись тех, кто захочет использовать тебя. И помни: ты не просто человек. Ты – Хранитель».

Запись оборвалась. Экран погас.

Камен стоял, глядя на пустоту. Брат. Равновесие. Хранитель. Слова эхом отдавались в голове, но не складывались в цельную картину. Он чувствовал только одно: нужно выбираться отсюда.

Он нашёл скафандр – старый, но, судя по индикаторам, рабочий. Надел, с трудом загерметизировал стыки. В шлюзе его ждал небольшой челнок – одноместный, видавший виды, но на ходу. Камен забрался в кабину, запустил двигатели. Системы ожили с неохотой, но всё же запустились.

Челнок отстыковался от станции. Камен обернулся, чтобы в последний раз взглянуть на «Обсидиан» – и замер.

Станция была огромна. Она висела в пустоте, мёртвая, израненная, но всё ещё величественная. Древняя архитектура Создателей – плавные линии, органичные формы, вплавленные в металл кристаллы. Она напоминала спящего зверя.

Камен перевёл взгляд на карту. Ближайшая обитаемая точка – станция «Кряква». Название ничего ему не говорило, но выбирать не приходилось.

– Кряква, – повторил он вслух. – Что за имя?

Челнок нырнул в варп-тоннель, оставляя позади тысячу лет тишины.

Глава 0.2. Новый мир

«Кряква» оказалась именно такой, как звучало: грязной, шумной и опасной.

Камен пристыковался в одном из дальних доков, заплатив за место последними кредитами, которые нашёл в тайнике челнока. Деньги здесь принимали странные – не монеты, а цифровые коды, перекидываемые с карты на карту. Хорошо, что система была универсальной.

Едва он вышел в главный коридор, как его накрыло волной запахов и звуков. Гул голосов, музыка из дешёвых динамиков, запах пережжённого масла, дешёвого алкоголя и чего-то ещё, кислого и тошнотворного. Везде сновали люди – точнее, существа, потому что многие были изменены до неузнаваемости. Кибер-импланты, генная модификация, странные причёски, одежда, больше похожая на лохмотья.

Камен шёл, стараясь не привлекать внимания, но его выдавало всё: неуклюжая походка (мышцы ещё не восстановились), растерянный взгляд, старомодный скафандр, который он так и не снял.

– Эй, красавчик, хочешь развлечься?

Девушка у входа в бар была почти голая – кусок блестящей ткани прикрывал только самое необходимое. Глаза подведены так густо, что казались чёрными дырами на бледном лице. Она улыбнулась, обнажив ровные, но какие-то неестественно белые зубы.

– Я… ищу информацию, – Камен попытался говорить уверенно. – Мне нужно знать, что случилось. Где я?

Девушка уставилась на него, потом расхохоталась.

– Слушай, ты с какой дыры вылез? Это «Кряква». Самое дно галактики. Если хочешь знать, что случилось – иди в бар, там все новости.

Она махнула рукой и отвернулась к следующему прохожему.

Камен зашёл в бар. Название «Утопленник» не предвещало ничего хорошего, и оно не обмануло. Внутри было накурено, шумно и тесно. На сцене извивались полуголые танцовщицы, в углах сидели мрачные типы с бластерами на поясах, за стойкой бармен лениво протирал стакан.

Камен сел у стойки, заказал воду (деньги таяли на глазах). Бармен хмыкнул, но налил.

– Ты тут впервые? – спросил он, разглядывая Камена. – Лица не местные.

– Я… да. Мне нужно узнать, что происходит в галактике. Кто главный? Какие законы?

Бармен расхохотался. Громко, хрипло.

– Законы? Слушай, парень, ты точно откуда-то с окраины. Законов тут нет. Есть «Кокон». Слышал про такое? Нет? Ну, скоро услышишь. Это синдикат. Они тут всё контролируют. Полиция, таможня, торговля – всё их. Хочешь жить – плати. Хочешь работать – плати. Хочешь дышать – тоже плати, и желательно вовремя.

– А если не платить?

Бармен посмотрел на него с жалостью.

– Тогда ты труп. Или раб. Или вообще исчезнешь так, что никто не вспомнит.

Камен допил воду и вышел. На душе стало ещё тяжелее.

Он брёл по коридорам, пытаясь осмыслить услышанное. Синдикат. Рабство. Коррупция. Мир, в котором он проснулся, оказался кошмаром. Где же равновесие? Где справедливость?

Внезапно его окликнули.

– Эй, чувак! Ты с какого корабля? Дай закурить!

Трое. Молодые, тощие, с безумными глазами. Один держал в руке нож – дешёвый, но острый. Камен понял: это грабители. Или хуже.

– У меня ничего нет, – сказал он, поднимая руки. – Я только прилетел.

– А скафандр у тебя ничего такой, – осклабился второй. – Снимай давай. И кредиты.

– Я сказал, у меня ничего нет.

Главный шагнул вперёд, замахнулся ножом. Камен отшатнулся, инстинктивно выставив руку.

И мир взорвался.

Из его ладони вырвался луч ослепительно-белого света. Ударил грабителя в грудь, отбросил его на стену. Тот закричал – недолго, потому что свет просто испарил его. Вспышка, дым, и на полу осталось только обугленное пятно.

Двое других замерли, глядя на Камена с ужасом. Потом бросились наутёк, даже не оглядываясь.

Камен стоял, глядя на свою руку. Матрица пульсировала на запястье, узоры светились багровым. Он убил человека. Случайно. Инстинктивно. И не чувствовал ничего, кроме шока.

– Что… что я наделал? – прошептал он.

Никто не ответил. Только гул вентиляции и отдалённая музыка из бара.

Камен опёрся о стену, пытаясь отдышаться. Тело трясло. Перед глазами стояло лицо грабителя за мгновение до смерти – испуганное, злое, молодое. Он был почти мальчишкой.

– Прости, – прошептал Камен. – Я не хотел.

Но слова ничего не значили. Мальчишка был мёртв, а Камен остался стоять в грязном коридоре «Кряквы» с чувством, что его мир рухнул окончательно.

* * *

В тени, у поворота в другой коридор, стояла женщина. Она наблюдала за сценой от начала до конца, не вмешиваясь. Когда грабители разбежались, а Камен остался один, она достала маленький коммуникатор и набрала сообщение.

«Объект активирован. Матрица работает. Уровень силы – выше расчётного. Жду дальнейших указаний».

Ответ пришёл через минуту.

«Отлично. Следи за ним. Он нам нужен. И не вмешивайся – пусть учится сам. Скоро будет новое задание».

Женщина убрала коммуникатор и улыбнулась. В полумраке её лицо казалось вырезанным из мрамора – красивое, холодное, опасное.

– Что ж, Камен, – прошептала она. – Добро пожаловать в новый мир. Надеюсь, ты выживешь.

Она развернулась и исчезла в темноте, оставив Камена одного с его первой кровью и тысячей вопросов, на которые пока не было ответов.

ЧАСТЬ 1. ПЕРВЫЙ ЗАХОД: ОДИНОЧКА

Глава 1. Знакомство с Максом

После того, что случилось в коридоре, Камен долго не мог прийти в себя. Рука всё ещё дрожала, когда он поднёс её к глазам и уставился на браслет. Матрица успокоилась, узоры потускнели, превратившись в едва заметные линии на металле. Но ощущение чужой смерти висело на нём липкой паутиной.

Он брёл по «Крякве» без цели, пока не забрёл в сектор, где воздух стал ещё гуще от запахов дешёвой еды и технических масел. Здесь было меньше баров, больше мастерских и лотков с запчастями. Торговцы выкрикивали цены, покупатели торговались, дети в лохмотьях шныряли между ног.

Камен остановился у одного из прилавков, привлечённый странным механизмом, который показался ему смутно знакомым. Старая деталь гравитационного стабилизатора – откуда-то из глубин памяти всплыло название.

– Интересуешься? – Голос был хриплым, но добродушным. За прилавком стоял невысокий полный мужчина лет пятидесяти с редкими рыжеватыми волосами и хитрыми глазами. – Это с «Коршуна-класса», старые ещё, надёжные. Если у тебя есть такой же – могу взять в ремонт.

– Нет, – Камен покачал головой. – Просто… знакомо.

Мужчина прищурился, разглядывая его. Потом вдруг улыбнулся:

– Ты тот самый чокнутый, который сегодня парня испарил? Слухи уже разлетелись. Про тебя говорят, что ты из научной колонии, где все крышей поехали.

Камен напрягся, но торговец поднял руки:

– Эй, я не легавый. Меня Макс зовут. Макс Торренс. Торгую запчастями, иногда информацией. Вижу, ты тут чужой. И судя по роже, тебе помощь нужна.

Камен помедлил, но усталость и отчаяние взяли верх. Он кивнул.

– Мне нужно понять, что здесь происходит. Кто всем заправляет? Как вообще жить?

Макс хохотнул и махнул рукой, приглашая за прилавок.

– Садись. Разговор будет долгий.

Они устроились на ящиках позади лотка. Макс достал две банки дешёвого пива, протянул одну Камену.

– Слушай сюда, парень. Ты попал в самое пекло. Вся эта станция, и ещё сотни таких же, и планеты, и сектора – всё под «Коконом». Слыхал про такое? Ну, синдикат. Самая большая криминальная сеть в галактике. Они тут всем заправляют: от наркоты до оружия, от рабов до политиков.

– А власти? – спросил Камен. – Совет Миров?

Макс горько усмехнулся:

– Совет? Они сами там, наверху, в своих золотых дворцах. До нас им дела нет. А местные полицейские – у них своя доля. Берут взятки, закрывают глаза. Попробуй пожалуйся – сам окажешься виноватым.

Камен сжал банку так, что алюминий хрустнул.

– И никто не борется?

– Борется? – Макс покачал головой. – Пытались. Были смельчаки. Их находили в мусорных контейнерах или в космосе с дырой в голове. Система, парень. Она не любит, когда её трогают.

Камен замолчал. В голове крутились слова Создателей: «Равновесие нарушено». Вот оно, нарушение – этот грязный, прогнивший мир, где правят деньги и страх.

– Я буду бороться, – сказал он тихо, но твёрдо.

Макс уставился на него как на сумасшедшего.

– Ты один? Против всей системы? Да они тебя сотрут в порошок!

– Может быть, – Камен допил пиво. – Но я должен попробовать.

Он встал и, прежде чем уйти, спросил:

– Где здесь можно найти работу? Мне нужны кредиты.

– Работу? – Макс почесал затылок. – Ну, если хочешь умереть быстро – иди в грузчики в доки. Если хочешь умереть медленно – попросись в шахтёры. А если хочешь умереть с музыкой – в бар «Утопленник» нужны вышибалы. Только платят там копейки, и каждый второй норовит тебя зарезать.

Камен кивнул и пошёл в сторону «Утопленника». Макс смотрел ему вслед, качая головой.

– Чокнутый, – пробормотал он. – Но какой-то… настоящий.

Глава 2. Джина

«Утопленник» вечером оказался ещё более отвратительным, чем днём. Дым стоял коромыслом, музыка гремела так, что закладывало уши, а публика была подозрительно агрессивной. Камен устроился у стойки, попросил воды (бармен скривился, но налил) и наблюдал.

На сцене извивались танцовщицы. Одна из них – молодая, худая, с потухшим взглядом – двигалась механически, словно заводная кукла. Камен заметил, как какой-то тип в дорогой куртке подозвал хозяина, кивнул на неё и сунул в руку кредитный чип. Хозяин закивал и через минуту девушку увели за кулисы.

Камен хотел уже уйти, когда в зале началась драка. Трое здоровенных парней в бандитских нашивках набросились на ту самую девушку, которая танцевала. Она пыталась вырваться, но они тащили её к выходу, срывая с неё остатки одежды.

– Отпустите! – закричала она. – Я не пойду! Я не…

Один из бандитов ударил её по лицу. Девушка упала, из разбитой губы потекла кровь.

Никто в баре не шевельнулся. Только музыка продолжала греметь.

Камен встал. Внутри что-то оборвалось. Он шагнул вперёд, и матрица отозвалась мгновенно – узоры на запястье засветились.

– Эй, – сказал он громко, перекрывая музыку. – Отпустите её.

Бандиты обернулись. Главный – здоровый детина с металлической пластиной на скуле – усмехнулся.

– Ты кто, петух? Вали отсюда, пока цел.

Камен не двинулся с места.

– Я сказал: отпустите.

Детина шагнул к нему, выхватывая нож. Камен уже не думал – тело действовало само. Он выбросил руку вперёд, и энергия матрицы вырвалась наружу. Не убивая – просто сильным толчком. Детина отлетел к стене, сбив с ног своих приятелей.

В баре наступила тишина. Музыка резко оборвалась. Бандиты поднялись, но смотрели на Камена с ужасом.

– Убирайтесь, – тихо сказал Камен. И они убрались.

Девушка поднялась, вытирая кровь. Подошла к Камену, глядя на него с благоговением.

– Ты… ты кто?

– Меня зовут Камен. А ты?

– Джина, – она всхлипнула. – Спасибо. Они бы меня убили. Или хуже.

Камен провёл её к стойке, усадил. Бармен нехотя дал воды. Джина дрожащими руками взяла стакан.

– Они заставляют меня работать, – сказала она. – Хозяин взял у них кредит, а отдать не может. Теперь я вроде залога. А если откажусь – угрожают моей сестре. Ей десять лет.