Сначала рука. Просто рука. Тёплая, с пятью пальцами, с морщинами на суставах, с мозолью на среднем от ручки. Рука, которая всю жизнь делала, брала, держала, писала, пожимала, гладила, сжимала в кулак, разжимала. Рука, которая знала, что она часть тела, а тело часть рода, а род часть вида, а вид часть потока, а поток часть того, чему имени нет.

А потом рука освободилась.

Раздался голос из тишины: — Алиса

— Я вздрогнула, осмотрелась вокруг, задремала передо был открыт файл с заметками.

Эта писанина скорее выделение, дефекация после банкета, где было много практических и теоретических вкусностей. Поток дерьма, после многолетнего запора, вырывающийся за пределы установленных и положенных зон для дефекации. Размышления, пережёванные, переваренные и выделенные как продукт размышлений, без прибавочной стоимости, в бесформенной массе творческого недержания, непрерывным извержением мыслительной диареи.