Александр Бушуев

товарный поезд. От яростного натиска ветра стволы раскачивались, скрипели и стонали. Мелкие ветки, шишки и льдинки

Отвлекшись ранее, она не заметила еще одну особенность гигантского кораллового дерева. Песок вокруг него выглядел лишенным всякой жизни. В нескольких метрах от изумрудно-зеленого гиганта не росли никакие другие кораллы. Ни одна рыба не проплыла вокруг. Ни один краб не юркнул под его ветви. Она вновь представила себе полипы, выбрасывающие щупальца.

иллюминатор, и для лучшего обзора Джет развернул само

Когда дела идут совсем паршиво, я просто говорю себе: «Не унывай, все могло быть и хуже!» И, конечно же, все становится еще хуже. Скив

он действительно приезжал к матери в Банбери и перед отъездом давал ей вечерние лекарства

что-то готовил, работал на компьютере, здесь общался с ходившей за ним хвостом Салимой, которой тоже нравилось часами болтать с

– Перемирие, – предложил он. – Угу, – ответил я. – Мы можем продолжить убивать друг друга после того, как справимся с крокодилом. – Договорились. А теперь, может, ты отвяжешь мою руку от головы? Я чувствую себя единорогом.