Художник, когда-то бесконечно влюбленный в Идеал своей юности, мстит человеческому роду, чем может. Администрация маленького городка заживо покрывается трупными пятнами, в молодом следователе просыпается нянька для вороватых грузчиков, спившийся снайпер очаровывает саму Смерть, а если поскрести спящего в банановом шалаше бомжа, то под видавшим виды (и какие!) соломенным плащом окажется классик японской поэзии эпохи Гэнроку. «Три частушки могут обессмертить имя поэта, уверяет он своих учеников, четыре хороших частушки это уже великий мастер! И скорее я съем свою банановую хижину, чем начну писать стихи только для того, чтобы моя тыква горлинка не пустела до дна! Не иначе, окончу свой век в пути, как великие Сайге-хоси, Ли Бо и старик Ду Фу».