Серпентарий

– Я буду трахать тебя, пока ты не устанешь. Но даже когда ты уже не сможешь терпеть, я все равно сделаю это опять. И опять. Пока ты не скажешь, кому принадлежишь. Кому ты принадлежишь, Пташка? – зашипел он. – Никому. – Неправильный ответ.

Я догоню тебя. Я найду тебя, где бы ты ни пряталась. Я убью любого, кто решит, что ты его, а затем трахну тебя в его крови, чтобы ты запомнила это.

то, как она разделась, как сладко звала его Змеем. Она – все, что ему было нужно. Его приз за все муки, через которые он проходил; его драгоценность, которая оплачивала любую

аренду. – И ты молчал? – Прости, Пташка, был занят твоей киской. – Ужасно звучит. – Твои варианты? – Не надо это вообще никак называть, ясно? Просто отвечай на мои вопросы и не отвлекайся на… – Секс?

думал отвечать. Нура снова вскинула руку, вжимая артефакт в грудь Уробороса и выкрикивая: – Facere! Сработавшая магия завибрировала в пространстве, а Змей пошатнулся. – Что ты сделал с Кеей? Дверь из серпентария в коридор распахнулась, являя крупного нага с пистолетом на изготовку. Дуло смотрело прямо на Нуру.