Читать книгу: «АнтоЖОЖ 2025»

Антология отборных рассказов жожекийских конкурсов за 2025 года (и несколько из 2024).

Жожекийское сообщество старалось, организовывая конкурсы прозы, собирая жюри и выдавая ценные призы. За что ему – большое спасибо.

Авторы старались, вкладывая в рассказы свои силы, чтобы порадовать читателей интересными, поучительными или просто захватывающими историями. За что им – большое спасибо.

Издательство «Суня» старалось, подгибая рассказы, редактируя их и вычитывая, подготавливая к публикации. За что ему – большое спасибо.

И мы все, авторы, издательство и жожекийское сообщество, просим тебя отдохнуть от повседневных дел и насладиться рассказами в этой антологии

Самое тихое лето

Дом, в котором Кристине Верховцевой предстояло жить три летних месяца, дышал на ладан: в одних окнах не хватало стёкол, в других прогнили рамы, крыша провалилась посередине, и всё здание задумчиво накренилось, угрожая одичавшему яблоневому саду. Тем не менее, дом был обитаем и имел владелицу.

– Я Наталья Дмитриевна! – маленькая щуплая старушка в выцветшем комбинезоне выскочила из сада навстречу Кристине. – Вы ведь Верховцева? Из отдела борьбы с духами?

– Всё верно, – ответила Кристина.

– Я вас старше представляла, – Наталья Дмитриевна сложила руки в замочек и склонила голову. – Документы при вас, деточка?

Кристина коротко кивнула и протянула старушке «корочку».

– Чудно, чудно! – Наталья Дмитриевна заулыбалась. – Пойдёмте, я провожу вас! Комнатка только угловая осталась, там немножко дует, ну да летом не страшно, кровать хорошая, мебель ещё дед мой делал, восемьдесят лет простояла и ещё столько же простоит, не то, что сейчас, из опилок. А вот ещё садик мой, да вы проходите, только не запнитесь, тут кирпичик!

Кристина запнулась. Наталья Дмитриевна журчала ручейком и двигалась так же ловко, обходя битые кирпичи, старые горшки, лопату, грабли и бог весть что ещё, наваленное на дорожке к дому. Экскурсия по саду продлилась полчаса, Кристине показали внука Яшу, робкого парня лет двадцати, пять яблонь и чахлую вишенку, забор, который ставил дядя Вася, ворота, которые ставил покойный дед… Когда девушка оказалась в своей комнате, ей захотелось просто упасть и заснуть.

– День первый, – пробормотала она, вдыхая запах чистого белья и старого дерева. – Знакомство.

Все жильцы, кроме Яши, были ещё на работе, и Кристина воспользовалась этим, чтобы разведать территорию. Её комната находилась на втором этаже, в тёмный коридор выходило ещё три двери. Незапертые, но Кристина не стала заглядывать. Вниз вела скрипучая деревянная лесенка, больше похожая на чердачную, а на первом этаже расположились столовая, комната Натальи Дмитриевны, кухня и совмещённый санузел со старомодным бачком с цепочкой. Кристина потянула за неё и отшатнулась, когда вода с утробным рёвом ринулась вниз.

– Мой брат ставил! Ещё при Сталине! Сантехник был от бога, земля ему пухом! – крикнула Наталья Дмитриевна из глубин дома.

– Мощная вещь! – отозвалась Кристина.

– Скажите, – в дом заглянул Яша. – Вы призраков ловите?

– Учитываю и при необходимости изгоняю, – поправила девушка.

– За нашим пришли? – тихо-тихо спросил Яша.

– Вообще-то, запрос в наш отдел поступил из администрации кладбища, – Кристина нахмурилась, – А что ещё за ваш?..

– Да показалось внучку, – Наталья Дмитриевна подкралась, как тать, и выросла, будто из стены. – В уборную ночью шёл, да со сна и придумал чертовщину!

– Не хочу опять с тобой спорить, бабуля, – вспыхнул Яша. – Но при сотруднике такого отдела сочинять права не имею!

– Так ты ж ещё на той неделе сочинил, – поддела Наталья Дмитриевна.

Яша замахал руками и выбежал на улицу.

– Нервный какой, – покачала головой любящая бабушка. – Эзотерику читает дурацкую, лучше б учебник логики почитал! Раз уж в школе не научили… Как вам комнатка, деточка?

– Хорошая, – коротко сказала Кристина. – Светлая.

Наталья Дмитриевна радостно потёрла руки и снова исчезла, судя по звяканью – на кухню.

Кристина работала в отделе уже шесть лет и привыкла к тому, что людям очень часто чудятся призраки. Они чудились им в те времена, когда в призраков не верили, и продолжали чудиться, когда существование духов официально подтвердилось. Поэтому верить Яше на слово было нельзя.

– Посмотрим-поглядим, – нараспев произнесла Кристина и пошла уточнять у хозяйки, где находится кладбище.

***

Июнь к лицу любому городу, особенно такому крохотному, как Зареченск. Возвращаясь с местного кладбища, Кристина с удовольствием нюхала сирень, сфотографировала пару утопающих в яблоневом цвету домиков, сорвала одуванчик и сунула за ухо. К вечеру стало совсем тихо, только вскрикивали ласточки да журчала набираемая из колонки вода.

Дом Натальи Дмитриевны оживился тёплым светом окон и казался не такой уж и развалюхой. Кристина сфотографировала и его и хотела было войти, как дверь распахнулась.

– Привет, – Кристина неловко отскочила.

– Вечер добрый, бл.., – хмурый парень с сигаретой в зубах прошлёпал по крыльцу резиновыми тапками и свернул в сад.

– И вам не хворать, – едко срифмовала Кристина.

Столовая была полна народу. Щебет Натальи Дмитриевны доносился то из одного, то из другого угла, огромный парень с лицом растерянного ребёнка тащил самовар, Яша что-то втолковывал хрупкой девице с венком на голове, а другая девушка деловито расставляла приборы, смахивая салфеткой пылинки.

– Здравствуйте! – громко сказала Кристина.

– Деточка, вернулась! – умилилась старушка. – Ребятки, это ваша новая соседка, Кристиночка! Между прочим, служащая ОБД!

– Леонид, – крупный парень первым подал Кристине горячую от самовара руку – Можно Лелик.

– Тихона, – девушка, занятая приборами, лишь строго кивнула.

– Она же Тиша, – подсказал Яша.

– А я Валечка, – девица с венком подскочила к Кристине и заключила её во внезапные объятия. – Ах, от вас так вкусно пахнет цветами!

– Спасибо, – растерялась Кристина.

– Вы знаете, я чую людей, – прошептала Валечка. – От хороших и пахнет хорошо, будто цветы, булочки или что-то лесное…а вот плохие смердят. Поверьте, я не ошибаюсь.

Кристине захотелось закурить.

– Интересно, а чем пахнет тот грубиян, что только что вышел из дома? – не удержалась она.

– Процессор пахнет пивом, – гыгыкнул Яша.

– Это имя такое? – уточнила Кристина.

– Он Ярослав, но его со студенчества зовут Процессором, – Лелик развёл руками. – Он вам нахамил? Не берите в голову, он хамит даже своим тапкам. А так человек неплохой.

– Человек красен делом, а не словом, – наставительно добавила Валечка.

Кристина хмыкнула.

Процессор был не просто хам. Он был местами зануда, местами разгильдяй с россыпью вредных привычек. Вечером Кристина его не дождалась, ушла спать, а вот утром в столовой они познакомились как следует.

– Наталья Дмитриевна разрешает курить в доме? – спросила девушка, разглядывая Процессора. Тот смотрелся дивно: волосы рассыпались по спинке кресла, взор устремлён в окно, одна рука удерживала кружку с кофе, вторая – мятую беломорину. Ноги, задранные на стол, довершали образ.

– Я открыл окно, – не поворачивая головы, ответил Процессор.

Кристина пожала плечами и тоже достала сигареты.

– Ну и дрянь же ты куришь, – тут же сказал парень.

Кристина затянулась, выдохнула в окно и спросила:

– Давно здесь живёшь?

– Это имеет значение?

– Просто интересно, – Кристина представила, что перед ней не хамоватый сосед, а особо плотная духовная сущность. Надо её опросить, классифицировать и, по итогам взаимодействия, либо оставить в покое, либо… впрочем, Кристина надеялась, что Процессор не выведет её из себя настолько.

Сосед будто почуял угрозу и ответил почти мирно:

– Три года. С Леликом приехал, он мой старый друг.

– Ничего не беспокоит?

– Отопление полупечное, водопровод бузит, в дождь и снег с потолка капает, – мигом ответил Процессор. – Весь подвал забит банками, окна сто лет не мылись. Зато дёшево, и до города рукой подать, двадцать минут на маршрутке.

– И зелени больше, – поддакнула девушка.

– Я урбанист, – закатил глаза Процессор. – Но жизнь не щадит. Я аллергик, врачи рекомендовали больше времени проводить за городом…

Понаблюдав, как аллергик выкуривает подряд три папиросы, Кристина попрощалась и покинула затянутую сизым дымом столовую.

***

Кладбищенская работа не отнимала много сил. Кристина обошла все надгробия, помечая в блокноте те, около которых работники видели странных сущностей, внесла парочку подозрительных и скоротала остаток рабочего дня в архиве и с ноутбуком, выясняя данные о покойниках. Кладбище было старое, заросшее огромными деревьями, в кронах которых звенели птичьи трели. Кристина умиротворённо глядела на старинные памятники и потягивала чай. Не работа, а каникулы.

– Тишина у вас, – сказала она пожилому дворнику, севшему на крыльцо покурить.

– Благодать! – согласился он. – Да и сам город тихий…Однажды только парни приезжие напились, на кладбище пришли и в могилу провалились. Во-о-он в ту, с книгой, на окраине. Там ключ подземный, земля раскисает по весне. Но обошлось. Натоптали только и шуму наделали.

– Интересное надгробие.

– Там писатель-фантаст похоронен, такой человек был! – дворник покачал головой. – Я его застал, старым, правда, совсем, под сотню уже было. Он даже книгу мне подписал. Вот такой человек был!

Он развёл руками, будто стремясь объять необъятное.

Кристина подумала, что в её блокноте этой могилы нет, а значит, писатель не обиделся на пьяный молодняк, потревоживший его покой.

– А после той пьянки дух его пропал, – пригорюнился дворник, будто мысли подслушал. – Я иногда видел его, даже беседовал…Он жизнь-то какую прожил, при царе родился, в Гражданскую мальчишкой воевал. И фантазёр был знатный.

– Странно, – нахмурилась Кристина. – Не припоминаю таких случаев. Уверены, что пропал?

– Вот те крест! – дворник размашисто перекрестился, почему-то большим пальцем. – То я его каждую неделю встречал, а теперь хожу-хожу – нету! Развеялся, наверное.

Девушка побарабанила пальцами по чашке. В этом городе становилось всё интереснее.

***

Утро того самого дня началось с душераздирающего воя. Кристину подбросило на кровати; из комнаты она выбежала в полной уверенности, что кто-то из соседей умирает в мучениях.

В коридоре она столкнулась с безумным на вид Яшей.

– Что это?! – выкрикнули они одновременно.

Вой набрал силу. По спине Кристины побежали мурашки.

– С улицы кричат, – слабым голосом заметил Яша, и они одновременно рванулись к лестнице.

На дворе было прохладно, солнце ещё не успело нагреть землю. Вой плыл по спящей, будто вымершей, улице.

В доме с грохотом распахнулась дверь.

– Вашу ж мать! – заревел Процессор.

– Это всё собачка, собачка! – залепетала Наталья Дмитриевна, робко выходя из комнаты.

– Какая ещё собачка?!

– Сосед, Витя, собачку завёл. Она и орёт. Порода такая, лаять и не умеет почти. Он мне вчера рассказал.

– Да чтоб ему провалиться, вашему Вите и его поганой собаке! – Процессор прошлёпал босыми ногами в кухню.

Вой внезапно прекратился. Из дома напротив вышел худой мужчина с мохнатой хаски на поводке.

Кристина невольно засмеялась. Яша вторил ей, и скоро они хохотали в голос.

– Малахольные, – припечатал их Процессор. – И зачем я сюда из Питера вернулся? Тишины и покоя захотел, дурак!

Его не было в Зареченске две недели, и в столовой почти перестало пахнуть табаком.

– Шесть утра, чёрт его дери! – бубнил Процессор, ставя чайник. – Суббота! Я десять дней носился по всему городу в мыле, но мне всё равно не дают поспать!

– Иди да ляг обратно, – предложил Яша. Процессор посмотрел на него, как на идиота:

– Если я лягу, то просплю до полудня и буду плохо себя чувствовать!

Яша промолчал.

– Это кофе? – Процессор сунул нос в банку и расчихался.

– Растворимый.

– Вот гадость! – воскликнул Процессор. – Другого нет? Жаль. Придётся это пить…

– Ты налил воды на всех? – спросила Кристина.

– Я просто налил, – парень тёр виски и морщился. – Посмотри, если надо.

Кристина закатила глаза, но послушалась.

– Ярослав! – крикнула она. – Тут вообще нет воды!

– Что?!

Процессор прибежал и уставился в абсолютно пустой чайник.

– Я же помню, как наливал! – сказал он. – Ещё Тишкину страшную чашку в раковине задел.

Он схватил чайник и под Кристинин вопль «Он же горячий, не надо!» сунул под кран. Раздалось шипение и повалил густой пар, на миг скрывший парня.

– Идиот, – тихо сказал Яша.

Кашляя и протирая глаза, Процессор поставил полный чайник на конфорку и заявил:

– Всё за вас приходится делать!

– И как мы без тебя жили? – отбился Яша.

Процессор фыркнул, сел за стол и вытащил пачку «Беломора».

– Ах ты ж чёрт! – взвыл он.

Яша вскочил, опрокидывая стул. Из пустой пачки разбегались пауки, тёмными ручейками испещрив белую кружевную скатерть. Последним вылез огромный крестовик и побежал к Процессору.

Ругань и крики наконец разбудили остальных, в столовую вошла Тиша в пижаме.

– Процессор, ты совсем потерял совесть, да? – спросила она, подбоченившись.

– Здесь грёбанные пауки! – у Процессора дрожали руки.

– Подумаешь! – Тиша чеканным шагом подошла к столу, взяла крестовика и выпустила в окно. – Напугал бедняжек своими криками.

– Ни капли сочувствия, – Процессор жестом попросил у Кристины сигарету и закурил, ссутулившись у окна.

Надрывно засвистел чайник. Кристина несколько раз проверила – вода была на месте. Но подозрительное чувство её не отпускало.

– Ребята, мы с вами платим совсем немного за жильё, поэтому должны помогать Наталье Дмитриевне, – тоном строгой учительницы сказала Тиша, когда все кончили завтракать. – Предлагаю поделиться на несколько групп. Яша и Валя займутся садом…

– А где написано, что я должен? – подал голос Процессор.

– Захлопнись, – велела Тиша.

– Я крышей могу заняться. – застенчиво сказал Лелик.

– Новых дырок в ней наделаешь? – хихикнул Процессор и ловко увернулся от брошенной Тишей газеты.

– Я собираюсь мыть окна, кто из вас мне поможет? – свирепо спросила Тихона.

– Я помогу, – Кристина помахала рукой.

– Отлично. Процессор, на тебе подвал. Надо вынести хлам и разложить по категориям.

– То есть ты меня, человека с аллергией и уставшего, как собака, отправляешь таскать тяжести? – уточнил Процессор.

– Мы к тебе потом придём и поможем, – успокоила его Тиша. – Ты хотя бы начни.

Парень глянул угрюмо, но не посмел спорить.

Закипела работа. В саду Яша спиливал отмершие ветви, а Валя собирала раскиданные то тут, то там горшки, инструменты и прочие вещи. Лелик повозился на крыше, исписал полблокнота, позвонил кому-то, и через полчаса принял с подъехавшего грузовичка охапку досок. Процессор исчез в подвале.

Кристина приволокла в комнату ведро. Окна были двойными, в пыли, паутине и с залежами дохлых мух между рамами. Как они туда попадали – оставалось лишь гадать, потому что щелей и дыр Кристина не увидела. Вода в ведре стала чёрной уже после первого окна, и девушка потащила его вниз.

Внезапно из подвала донёсся вопль, не уступающий утреннему.

– Эй, что случилось? – крикнул с крыши Лелик. Кристина уже нырнула в подвал, держа наготове походную мини-аптечку и перцовку – на всякий случай.

– Процессор, ты живой? – спросила она, осторожно обходя наваленные кучи хлама.

– Кто это? – сипло спросили откуда-то из темноты. – Крися?

– Чего орал-то? – Кристина включила фонарь и направила луч света в сторону Процессора. Тот сидел, скрючившись между корзинами и огромной бутылью.

– Меня кто-то схватил, – сказал он.

– Задел что-то, вот и показалось, – сердито предположила Кристина.

– Нет. Это были руки. По жопе шлёпнули, и в ухо кто-то как зашепчет… – Процессора передёрнуло. – Вытащи меня отсюда!

– А сам не можешь?

– Я застрял.

Кристина молча оттащила в сторону бутыль, и Процессор на четвереньках пополз к выходу.

– Я сюда ни ногой больше! – сказал он. – И Тиша меня не заставит!

– Тогда иди мой окно! – дверной проём перегородил Тишин силуэт.

– Да пожалуйста! – заорал Процессор. – Думаешь, не умею?

– Думаю, что ты редкое трепло, – Тиша помогла ему встать. – Почему ты весь в пыли?

Тот принялся жаловаться на неведомые руки, а Кристина обошла подвал, включив датчик призрачной активности. Он тихонько запищал, что означало: сейчас призрака тут нет, но ещё недавно был.

– Здесь кто-то умирал? – спросила она, заходя к Наталье Дмитриевне.

– Деточка, этому дому уже сто пятнадцать лет, – всплеснула руками Наталья Дмитриевна. – Три войны пережил! Кто тут только не мёр, я всех и не знаю.

Выйдя в сад, Кристина подошла к Яше, оседлавшему яблоню, и попросила:

– Расскажи мне о твоём призраке.

– Прямо сейчас? – Яша опустил пилу. – Ладно. Да и рассказывать-то нечего. Шёл в уборную ночью, и почувствовал, будто сзади кто-то идёт. Остановился, и тут меня кто-то ка-а-ак схватит за задницу! Извините. Я еле сдержался, чтоб не заорать, не хотел бабулю будить. Обернулся – никого.

– Когда это случилось?

– Где-то за неделю до вашего приезда.

– Хм, – сказала Кристина.

– Мне точно не показалось, – тихо сказал Яша. – Да и некому было такие шутки проворачивать.

– Даже Процессору? – подняла бровь Кристина.

– Он ложится поздно и спит как убитый. Вставать-то рано на работу.

Кристина задумалась. Вернувшись к мытью окон, она пришла к выводу, что либо Яше и Процессору надо лучше высыпаться, либо в доме завёлся не просто призрак, а материально-активный, то есть– способный воздействовать на предметы. С таким она сталкивалась лишь на пятом курсе во время практики, но с ней был куратор, быстро утихомиривший буйного духа. Видно, пришла пора ей стать чуточку опытней.

В час дня устроили перерыв на обед. Процессор отошёл от подвального ужаса и принял прежнюю хамскую ипостась, назвав сваренную Тишей гречку отравой.

– Ты её не промыла как следует!

– Я промыла её нор-маль-но, – сквозь зубы ответила Тиша. – Но можешь не есть, нам больше достанется.

Процессор гордо ушёл на кухню, а наработавшиеся за утро ребята набросились на гречку.

– Кто бы мог подумать, что простая каша такая вкусная! – воскликнула Валя, жмурясь от удовольствия. Очередной венок на её голове топорщился во все стороны листьями крапивы.

– Сделал работу, поешь в охоту, – Лелик степенно отправлял в рот ложку за ложкой. – Батя мой так говорит.

– Придётся нам всем после обеда заняться подвалом, – озабоченно проговорила Тиша. – Процессор выбывает.

– А кто-нибудь из вас сталкивался в этом доме с чем-то необычным? – внезапно спросила Кристина. – Яша, можешь не отвечать.

– Нет, – ответила Тиша. Лелик порозовел, но покачал головой, а Валя сказала:

– Я порой чувствую чужой запах. Странный. Как будто в старую библиотеку зашёл, где никто никогда не делал уборку.

– По-моему, – буркнул Лелик, – тут всё так пахнет.

– Потому что прибираться надо! – Тиша подняла указательный палец.

– Ребят, откройте форточку, душновато стало! – ухмыляющийся Процессор заглянул в столовую. – Как дела, кашееды?

– Ты подобрел, – заметил Яша.

– Мясо жарю, – сказал Процессор. – Будет почти стейк.

Валя вдруг вскочила и тоненько закричала:

– Горит!

Процессор метнулся обратно на кухню. Из-за двери потянуло горелым, показались щупальца чёрного дыма.

– Огнетушитель где?!

– Процессор, идиот!

– Пропало мясо, – грустно сказала Валя и, как ни в чём не бывало, вернулась к каше.

Огнетушитель не понадобился. Громко матерящийся Процессор сунул полыхающую сковороду в тазик с замоченными носками, обвёл всех диким взглядом и прошипел:

– Чья идиотская шутка? Кто вывернул газ на полную?

– Не неси чушь, мы были в столовой, – возмутился Яша.

Процессор посмотрел на обугленный кусок мяса, плавающий среди носков, и воскликнул с горечью:

– Да что ж за день такой! Вокруг одни п…ры и полный хаос!

Схватив Кристинины сигареты, он выбежал прочь.

– Вот как так получается? – Тиша смотрела вслед Процессору и качала головой. – Сковородку сжёг он, а п…ры почему-то все остальные… А готовить теперь на чём?!

– Будем есть варёное, – Яша даже в самом паршивой ситуации видел луч света. – Так даже полезнее!

Во время послеобеденной работы в подвале никого не щипали и не хватали. Процессор так и не вышел из комнаты.

***

Поздно вечером Кристина, писавшая отчёт, вдруг заметила, что все разошлись спать. Осталась лишь Наталья Дмитриевна, которая сидела в старом кресле и увлечённо читала книгу.

Кристина потянулась, помолчала и спросила:

– Что вы читаете, Наталья Дмитриевна?

Старушка вздрогнула и широко улыбнулась:

– Это «Ночь с суккубом» Валерьяна Дикого. Скабрёзная местами, но захватывает!

– Не слышала о таком писателе.

– Это наш зареченский фантаст, – Наталья Дмитриевна подняла указательный палец. – Я его почти всю жизнь знала, у меня и книга с автографом… Посмотри, деточка!

Кристина посмотрела и прочитала:

– «Нежной кошечке Наташечке с любовью!»

Наталья Дмитриевна покраснела.

– Он так красиво ухаживал, дарил цветы, – она погладила книгу. – Но я держалась стойко! Я же была замужняя дама!

Старушка глянула на часы и ахнула:

– Деточка, как поздно! Пора баиньки, пора. Возьми книгу, почитай, она очень интересная! Пара игривых сцен тебя не смутит, ты девушка взрослая.

Наталья Дмитриевна лебёдушкой скользнула в комнату, мурлыкая под нос романсы. Кристина проводила её взглядом и отправилась к себе, зажав «Ночь с суккубом» подмышкой.

Насчёт пары игривых сцен Наталья Дмитриевна слукавила. Кристина, до этого видевшая лишь сладкие до тошноты постельные игрища в дамских романах и подростковую сопливую порнографию, была вынуждена открыть окно, потому что в комнате стало жарковато. Неизвестный ей Валерьян Дикий писал хорошо, местами очень чувственно.

Где-то на середине книги Кристину будто кольнуло. Суккуб – страстная леди невероятной красоты – оказалась ещё и озорницей. За отказ провести с ней очередную ночь она начала пугать любовника, хватая его в темноте за…

– Да не может быть, – пробормотала девушка.

В ночи раздался крик. Сначала дремлющая Кристина подумала на соседскую собаку, но к крику присоединился второй, потом третий. Лампочка в настольной лампе загудела, а потом взорвалась, усыпав «Ночь с суккубом» осколками.

– Ах ты ж чёрт, – пробормотала девушка. Из коридора донеслись похожие хлопки, а следом взвизг Тиши.

Кристина достала из шкафа призрачный глушитель, выставила на среднюю мощность и вышла из комнаты, хрустя осколками лампочек.

У крайней двери столпились соседи, освещаемые свечой. Лелик сосредоточенно выбивал дверь, из-за которой доносились вопли Процессора.

– Что с ним делают?! – охнула Тиша.

– Кажется, пытают, – сказал Яша и зевнул.

Тиша уронила свечу, а Лелик побледнел и вынес створку одним ударом. Войти ему не дала Кристина.

– Отойди, – коротко велела она, влетела в комнату, отметила краем глаза тёмную тень и нажала на гашетку.

Стены озарило синим призрачным светом, раздался возмущённый вскрик, и сквозь Кристину пронеслось полупрозрачное нечто, обдав запахом одеколона Шипр и коньяка.

– Свят, свят, свят! – запричитала позади Наталья Дмитриевна. Ребята скопом ворвались в комнату, едва не застряли в проходе и уставились на Процессора.

– Ярослав, ты как? – спросила Тиша слабым голосом.

– Жопой об косяк! – крикнул Процессор. – Чего вы встали, развяжите меня!

Его руки и ноги были крепко связаны бельевой верёвкой.

– Что оно с тобой сделало? – спросил Лелик.

Процессор передёрнулся:

– Меня щекотали! Щекотали! А вас где носило? Хороши друзья!

– Валя, а ты что здесь делаешь? – вдруг закричала Тиша. – Валя, ответь!

Застывшая возле кровати Валя с пёрышком в руках бессмысленно таращила голубые глаза.

Кристина убрала глушитель в карман и обратилась к Наталье Дмитриевне:

– У вас есть что-нибудь выпить?

– Какой крепости? – с готовностью уточнила старушка.

– Судя по состоянию потерпевшего, – Кристина изучила красное и потное лицо Процессора, – что-то покрепче. Рюмку, не больше.

– Сейчас коньячку принесу, – Наталья Дмитриевна убежала в темноту.

Освобождённого Процессора пришлось увести в столовую: остаться у себя он истерично отказался. Валя очнулась, расплакалась и клялась, что ничего не помнит, а потом забилась в кресло и замолчала. Тиша принесла свечи, и по стенам комнаты заколыхались причудливые тени. Собравшиеся за столом жильцы напоминали членов тайного общества, а выставленная Натальей Дмитриевной бутылка играла роль загадочного эликсира для избранных.

– Позвольте мне кое-что уточнить, – Кристина налила в стопку коньяку на два пальца, выпила и поморщилась. – Наталья Дмитриевна, Валерьян Дикий похоронен здесь, в Зареченске?

– Да, деточка, – ответила старушка. – У него могила интересная, надгробие в виде книги. Всем городом деньги собирали, чтоб установить.

– Ага, – Кристина обвела взглядом парней, подозрительно тихих. – Кладбищенский дворник рассказал мне, что именно эту могилу разгромили приезжие парни… у меня вопрос: приезжие ли? Яков, Леонид, Ярослав?

Яша закашлялся, Лелик побагровел, а Процессор взвился:

– Ты на что намекаешь, а?!

– Я, б…, не намекаю, я прямо спрашиваю! – рявкнула Кристина. – Это же были вы?

– Да, – Лелик тяжело вздохнул. – Это мы тогда отпраздновали окончание вуза.

– Девочек не позвали, чтобы не ругались, – еле слышно добавил Яша, косясь на Тишу.

– Хорошо отметили, молодцы, – подытожила Кристина. – А теперь мы имеем материально-активного и очень обиженного призрака и напуганного медиума.

– Это кто тут медиум? – не понял Лелик.

Кристина указала на Валю.

– Валька – медиум? Она ж просто блаженная, – нервно хохотнул Процессор.

– Даже материально-активное привидение не может связать человека верёвкой, это действие длительное, – пояснила Кристина. – Оно способно на импульс, что-то резкое и быстрое: повернуть ручку газа, шлёпнуть по…

Лелик покраснел ещё сильнее.

– Вызвать перегруз и взорвать лампочки оно тоже может, – продолжила Кристина. – Но, чтобы опустошить чайник или обездвижить Процессора, ему понадобилась помощь Вали.

– Предательница! – Процессор хлебнул коньяку и уставился на Валю, как на клопа. Та шмыгнула носом.

– Оставь её в покое! – велела Кристина. – Она не знала, что творит. Неопытный медиум уязвим, особенно перед призраком человека, прожившего почти сотню лет, да и к тому же редкого фантазёра. Я ознакомилась с его книгой…

– Ах, это мой любимый роман! – воскликнула Наталья Дмитриевна и тоже хлопнула рюмашку, заев овсяным печеньем.

– Так вот! Он исполняет свой же сюжет! Только в книге главного героя щиплет и щекочет суккуб.

– А нас – чокнутый дед, – Яша потянулся к бутылке.

– С дурацкими книжонками! – прошипел Процессор.

– Не ругайте его! – вдруг запищала Валечка. – Он всё слышит!

Миг – и все свечи погасли, погрузив столовую в кромешный мрак. По очереди закричали Процессор и Лелик, зазвенела подвесками старая люстра, а в уборной заревела вода.

Кристина вздохнула. Ненадолго хватило глушителя.

– Наталья Дмитриевна! – крикнула она.

– Да, деточка? – бабка была спокойна, как сфинкс.

– Как его по отчеству?

– Алексеевич.

– Валерьян Алексеевич, успокойтесь! – взревела Кристина, ударив кулаком по столу. – Вы же интеллигентный человек! И ваша книга мне понравилась!

Резко наступившая тишина оглушила.

– Парни, извиняйтесь, – Кристина нащупала свечу, зажгла её и подняла над головой.

– Извините нас, пожалуйста! – первым закричал Яша. – Честное слово, никогда в жизни больше пить не буду!

– Простите, Валерьян Алексеевич, – басом поддержал Лелик.

Под потолком задребезжал старческий смех, и Кристина готова была поклясться, что разглядела полупрозрачного деда, грозящего парням пальцем.

– Процессор тоже извиняется и будет ухаживать за вашей могилой! – сказала Тиша.

– Чего ж он сам не скажет? – хмыкнула Кристина.

– Так я его держу. И рот заткнула.

Призрак захохотал ещё громче, так, что у всех побежали мурашки. Потом Кристина ощутила на своём плече тёплое невесомое прикосновение.

– Посмотрим-поглядим! – прошептал призрак и исчез.

За окном завыла соседская хаски.

– Какая насыщенная событиями ночь! – воскликнула Наталья Дмитриевна. – Но не пора ли спать, деточки?

***

– Ты же понимаешь, Ярослав, что ты нам обязан? – спросила Кристина за поздним завтраком. – Валерьян Алексеевич, конечно, был человек добрый, но нервы бы он тебе изрядно помотал.

Процессор молча мешал ложечкой чай.

– Так что постарайся стать немного тактичнее, чем ты есть. Ты справишься, я верю.

Процессор закатил глаза и кивнул. Потом спросил:

– Наталья Дмитриевна, я могу закурить?

– Кури, мальчик мой, только в окошечко!

– Не забудь зайти на кладбище, – напомнила Тиша.

Процессор передёрнулся:

– Хорошо.

– Кристина, а, может, вы у нас останетесь? – спросил Яша. – Мало ли что… Валечке, опять же, помощь нужна.

– У меня командировка до конца августа, – улыбнулась Кристина. – Но мне здесь нравится, так что… Посмотрим-поглядим!

Впереди ждало тёплое и, возможно, самое тихое в её жизни лето.

Автор: Екатерина Никитина