Цитаты из книги «Альтист Данилов», страница 11

Он знал, что музыка любит счет. Он жил этим. Он брал ноты и в каждой вещи первым делом видел свою арматуру, свои опорные балки, свои перекрытия и ложные своды. Но это его профессиональное знание тут же уходило куда-то далеко-далеко, было таким же естественным, как и умение пальцев Данилова иметь дело со смычком и струнами. Если бы вся математика была для него главным в музыке, Данилов давно бы разбил инструмент, не Альбани, конечно. Музыка была его любовь. Любовь он мог принять только по вдохновению, а не по расчету. И жизнь его была - любовь. Любовь же требует тайн, преувеличений, фантазий, удивления, считал Данилов, на кой ему нужна любовь холодного ума! Холодный ум чаще всего и обманывается. И уж, как правило, своего не получает. Что-то получает, но не свое.

Муки и сомнения одинаковы на всех дорогах художников.

Да и что за тоска была бы жить, зная наперед все!

Любовь изгняет страх... Боящийся не совершенен в любви.

Надежда эта и так уж трепетала последним осиновым листом.

Время стекало в глиняный кувшин и застывало в нём гречишным мёдом.

Чем больше открытий в науке, тем больше тайн.

Зло и добро. Они вечно в столкновении. Но ведь и от столкновений добра со злом бывает прок. И какой прок! Иногда, действительно, - скачки в развитии.

Мир - чёрт-те что, но только не гармония.

Данилов и еще немало напроказничал (это слово Валентин Сергеевич, видимо, произнес, не подумав). <...> Выказывая себя якобы объективным болельщиком, не помог «Спартаку» остаться в высшей лиге. («Как, а он разве вылетел?» – искренне удивился Данилов. Тут в разбирательстве произошла заминка. Выявилась временная путаница. И «Мертвые души», и «Спартак» должны были состояться лишь через несколько лет, и Данилову приписали будущие прегрешения.)