Читать книгу: «Выгорание Звездного Капитана»

Глава 1
Теплый континент Аурелии

День. Один только день на Аурелии длился примерно двое земных суток. Оттого и время казалось другим - тягучим, медовым, бесконечным.

Пляжи здесь тоже были бесконечными - песок, цвета тростникового сахара, и бирюзовый океан. Спокойный океан, не знающий бурь и штормов. Ласковая звезда Виола медленно двигалась по небосводу. В полдень - когда он все-таки наступал - песок пляжа слегка искрился, переливался, кое-где даже слепил глаза. Ближе к закату он становился матовым, а еще позже напоминал бархат.

Ночь. Ночь, в земном ее понимании, не наступала здесь никогда. Виола не успевала коснуться своим диском океана, как стремительно всходила Флоранс - огромная розовая луна Аурелии. За ней спешили две сестрички - горчичного цвета Жардин и малахитовая Зара. Они давали достаточно света - особенно Флоранс, для того, чтобы этот мир никогда не узнал, что такое тьма. Кромешная тьма.

Аурелия была лучшей планетой - курортом Земной Федерации. Поэтому ее шикарные пляжи и прекрасные отели уникальной архитектуры никогда не пустовали. Впрочем, отели здесь являлись данью привычке - селиться. Иметь крышу над головой. Укрываться. От дождя, непогоды, темноты и ветров. От всего того, чего никогда не бывало на Аурелии!

Жить можно было прямо на пляже, никуда не перемещаясь и не уходя. Чуть поодаль - за полосою песка - стояли столы, всегда ломившиеся от изобилия пищи. Здесь было все - и супы, их привозили в специальных емкостях. И второе - на выбор. Салаты, выпечка, напитки. Кофе и чай.

Отдельно, в плетеных корзинах, находились плоды Аурелии - местные фрукты и ягоды. Они были всех расцветок, форм и размеров. Все, без исключения, славились превосходным вкусом и ароматом. Плоды «поставляли» - это слово здесь не очень уместно, но пока подойдет - аборигены Аурелии. Разумная, но необычная и малоисследованная раса.

В принципе, они были антропоморфны. Голова, два глаза, худощавое телосложение. Стройные, гибкие, они передвигались на двух ногах. Но в ДНК этих существ был, странным образом, встроен код деревьев. Внешне это выражалось только в строении их рук, чем-то похожих на ветви. Рук было четыре. Две основные, устроенные так же, как у людей. И две дополнительные, которые «ответвлялись» чуть ниже локтя, и имели на своих кистях по три пальца. Один из которых походил на твердый роговой отросток. В переводе с языка Чану, как называл себя народ Аурелии, этот палец назывался «контрольный», или просто «контроль».

В повседневных делах Чану виртуозно использовали все четыре руки, но вот палец - контроль служил для иных целей. Чану могли, при помощи этого пальца, «заземляться». Для этого они становились на колени и опускали голову вниз. Затем втыкали «контрольные пальцы» в почву, и замирали - на неделю, на месяц, на год. Все это время они получали питание из почвы, перерабатывая его с помощью ласковых лучей Виолы.

Так, например, и уходили из этого мира старые Чану - заземлялись, и замирали навечно, постепенно превращаясь в нечто твердое, подобное камню.

Отношения колонистов - представителей Земной Федерации, и Аурельцев – Чану, можно было считать идеальными. Людей интересовала только прибрежная полоса и океан. Чану селились в джунглях и небольших долинах. Воду они не любили, кораблестроением и мореплаванием не занимались. Питались - в обычном состоянии - плодами. Мясо и рыбу не употребляли. При этом охотно пробовали все, чем угощали их люди, в том числе мясные и рыбные блюда. И плохо им не было.

Это была мудрая и совершенно не технологическая раса, способная вызывать эмпатию у окружающих. Жили они с людьми мирно, но никогда не навязывались, не стремились перенять прогресс и не нанимались на работу. Работа? Этого они не понимали. Но людям оказывали посильную помощь, просто так - приносили фрукты, всегда, бесперебойно. Словно это было их почетной обязанностью. Выводили из джунглей заблудившихся туристов - самоходов. Не раз спасали детей, по недосмотру ушедших с пляжа слишком далеко.

Но и люди платили им благодарностью - лечили тех, кто заболевал. Чану почему - то идеально подходили все земные медикаменты.

Таким был прекрасный и гармоничный мир Аурелии.

Но девушке, ничком лежащей на пляжном лежаке, все это было безразлично. Уже полтора бесконечно длинных Аурельских месяца она просто лежала, стеклянными глазами глядя в одну точку ... Не замечая, как ласковый свет Виолы сменяет нежно-розовое свечение Флоранс. Как танцуют в небе Жардин и Зара. Как смеются дети, купаясь в океане, как воркуют, проходя мимо, влюбленные парочки.

Она много спала. Просыпалась, брела к накрытым столам. Протягивала руку, брала первое попавшееся блюдо. Ела молча, не чувствуя вкуса, не получая удовольствия, не думая.

Красивая, голубоглазая - разве что волевой подбородок немного портил образ - она была настолько не от мира сего, что никто к ней не лез... Не подбегали дети. Не пытались ухаживать молодые люди. Не набивались в подружки веселые девчонки...

Еще и потому, что все знали - эта девушка - Звездный Капитан. Звездный капитан, которого постигла беда. Болезнь, которая приходит из глубин космоса. Происходит от бесконечности и необозримости его просторов. И пустоты, Великой пустоты.

Эта болезнь не затрагивала тело - только лишь душу. Она была сродни депрессии, только, пожалуй, хуже. Намного тяжелей и хуже. Называли эту напасть - выгорание, или - звездное выгорание.

Компания отправляла Капитанов, подвергшихся выгоранию, за свой счет на такие вот курорты. И это было единственным лечением, единственным шансом для них. Да и то, помогало не всем и не всегда. Лишь одна треть межгалактических странников возвращалась, потом, в строй. Остальные ... остальных приходилось списывать с кораблей. Комиссовать. Полностью. И судьба их была незавидна - Звездные Капитаны не живут долго без своих кораблей!

Все это понимала Эвелина, все! Иногда она стискивала зубы, считала до десяти - и клялась себе - встану! Встану, улыбнусь, и побегу купаться! Я не сломлена! Но ... руки висели плетьми, тело отказывалось подчиняться. И предательская мыслишка, как вирус, трепала мозг: спать ... еще немного посплю ... потом, потом ... еще не срок ...

А срок неумолимо приближался

Глава 2.
Эмма Харди

Звездные корпорации за все время своего существования скопили баснословные богатства - но они не желали тратить лишние средства на своих Капитанов, упавших в бездну выгорания. Поэтому был установлен определенный срок «лечения» заболевших, а попросту - пребывания, на фешенебельных курортах, подобных сказочной Аурелии.

Дельцы ссылались на медицинские трактаты, в которых, якобы, было обосновано, что после определенного срока все усилия будут бесполезны. Эти опусы, разумеется, были заказными, хорошо проплаченными. Ведь даже далекие от медицины люди понимают, что у каждого человека организм имеет свои особенности. У кого - то он восстанавливается быстро, у кого - то - медленнее.

Но эта глава, друзья, о человеческой природе. О том, что она не меняется - и не изменилась за тысячи лет. Меняются только технологии, а люди остаются прежними. Им свойственна жажда наживы и зависть, обычная человеческая зависть...

Когда наступало утро, следующее за последними сутками установленного срока - принимались радикальные меры. Разумеется, для тех Звездных Капитанов, которые так и не пришли в себя, не сумели выкарабкаться из цепких лап депрессии.

Человеку кололи лошадиную дозу специального коктейля, под названием «Астро – Ас», который резко приводил его в чувство. С виду - все приходило в норму, и Капитана отправляли домой. Вот только ... Звездным Капитаном ему не быть уже никогда!

Коктейль слегка нарушал координацию движений, сильно тормозил скорость реакции, вызывал некоторые дисфункции головного мозга. После такого вмешательства человек не смог бы сесть за руль обычного автомобиля. А не то, чтобы управлять кораблем межгалактического класса - а именно на них и бороздили просторы Вселенной Звездные Капитаны и их отважные экипажи.

«Списанным» после такого лечения Капитанам платили достойную пенсию, и они, вроде бы, начинали жить обычной жизнью. Ходили, улыбались, заводили семьи. Только вот жили недолго...

... Красивая блондинка самодовольно любовалась на себя в зеркало. Волосы такие золотые, что слепят глаза. Талия такая тонкая, что можно обхватить двумя ладонями. И все остальное тоже - выше всяческих похвал! А сколько средств потрачено на этот «тюнинг», о боже! Страшно помыслить. И не надо - Слава Богу, Эмма - дочь состоятельных родителей, и в деньгах не нуждается! Зато есть результат - никто не выглядит лучше нее на этой дурацкой Аурелии!

Белый халатик и аккуратная медицинская шапочка ничуть не скрывали этой красоты. Эмма Харди, врач, любовалась бы на себя вечно, но прозвучала мелодия - вызов по межгалактической связи. Прямо с Земли. Эмма нахмурилась:

- Не иначе Лукас! Будет просить насчет этой курицы, Эвелины!

Она не ошиблась.

Эмма невзлюбила Эвелину сразу. Как только увидела ее - сходящую с трапа орбитального челнока. Надо же, совершенно естественная красота! Ни грамма косметики. Идеальная кожа. Правильные черты лица. Пепельные волосы – длинные и густые. «И космическая радиация на нее не действует» - злобно подумала Эмма. «Была бы лысая, ну, или с ежиком на голове - еще куда ни шло. Не было бы так завидно и обидно. Тут только и делаешь, что втираешь в кожу кремы да лосьоны. Окраску волос в салоне делаешь ... денег, между прочим, немалых стоит. А этой все даром досталось»! - злобно думала Эмма.

Эмма завидовала, несмотря на то, что Эвелина Курц выглядела болезненно. Харди радовалась, что девушка не приходит в себя. Лежит целыми днями, ничего не ест, худеет. Потеря веса и мышечной массы у Эвелины была большой - это Эмма знала точно. Ведь пациентка должна была каждое утро проходить у нее медицинский осмотр, на случай появления положительной динамики.

Динамика была отрицательной, и это радовало Эмму. «Ну, овощ, скоро ты совсем овощем станешь» - мысленно повторяла она. И завтра должно было наступить роковое для Эвелины утро.

Эмма уже заранее вытащила несколько ярких упаковок «Астро – аса» и

выставила их на видное место - это подняло ей настроение. С каким наслаждением завтра она вонзит шприц под лопатку Звездного Капитана! И, пожалуй, превысит дозу. А кто проверит?

Но Лукас ... куратору Звездной корпорации надо отвечать, и отвечать вежливо. Слишком мелкая сошка Эмма Харди, чтобы даже показать вид, что разговор ей неприятен ... а терять теплое - в буквальном и переносном смысле - место, ой, как нежелательно! Придется изображать полную лояльность перед этим надутым индюком!

Эмма нацепила дежурную улыбку и нажала кнопку: «Принять вызов». На экране появилось озабоченное лицо Лукаса - в старомодных очках и с венчиком жидких седых волос вокруг плеши на голове.

- Ну как она? - без предисловий поинтересовался куратор.

- Увы, не могу Вас ничем порадовать ... - скромно опустив очи долу, изобразив на миловидном личике искреннее сочувствие, прошелестела Эмма.

- Что - никакого улучшения, и даже намека на него?

- Боюсь, что ее состояние только ухудшается ... - и Эмма перешла к медицинским терминам, которые Лукас прекрасно понимал, будучи врачом корпорации.

Мужчина на экране нервно вытер лоб белоснежным носовым платком, и продолжал комкать эту материю в руках:

- Эмма ... послушайте ... она очень ценный Капитан ... Она из династии Звездных Капитанов! Вы же понимаете, что это значит? Мы не должны, не можем ее потерять!

Да, Эмма знала, что значит у этой касты династия. Дело в том, что теоретически Звездным Капитаном мог стать любой - независимо от того, кем трудятся его родители. Хоть поварами, хоть дворниками. Ограничений по этому вопросу не существовало - проявил способности, учился в летной, а потом в Звездной Академии достойно – можешь претендовать на штурвал «Межгалактики»!

А по факту все было иначе. Несколько поколений назад люди заметили, что дети Капитанов лучше и быстрее обучаются всем премудростям. Они чувствовали себя в космосе, как рыбы в воде. Ориентировались среди чужих созвездий так же легко, как велосипедист, рулящий по улицам родного города. Выполняли навигационные расчеты в уме быстрее корабельных искинов. Выполняли фигуры Высшего космического пилотажа без малейшего напряжения, даже если никогда этому не учились. Словно что-то встраивалось в генетическую память. Правда, от выгорания это их все-таки не спасало.

Этой «касте» принадлежала и Эвелина Курц. В свои двадцать восемь лет она уже совершила три самостоятельных рейса дальней разведки на корабле «Корсика».

Лукас, между тем, продолжал. Просил, умолял:

- Я договорился с руководством - мы даем ей еще неделю на восстановление, и все оплатим! Я ... я пришлю Вам записи ее последнего рейса - она вывела «Корсику» из такой гравитационной ямы ... она виртуоз! И сохранила весь экипаж! Вот и накрыло ... Прошу Вас, не колите ей коктейль! Не надо!

Эмма не смотрела прямо на Лукаса, она скосила глаза в сторону - не дай ему Бог увидеть в них хитринку. Мягко произнесла:

- Я, прежде всего, врач, поймите. И делаю то, что обязана ...

- Мы заплатим, заплатим Вам лично. Выпишем премию ... вот такую ...

И куратор приставил к экрану листок бумаги, на котором красовалось умопомрачительное число.

Эмма чуть не расхохоталась в голос: так смешно выглядела картинка - лицо Лукаса до самых глаз закрывает бумага, глаза сверху - круглые, испуганные, как у совы. К тому же, он знатно спалился - теперь все козыри у нее на руках!

- Воистину, от трагичного до смешного один шаг! - подумала девушка.

А сама нахмурилась, и включила Строгого Врача. Неподкупного:

- Вы предлагаете мне взятку, сэр? Не получится. Я на букве закона. Эвелина Курц завтра получит коктейль! На этом разговор считаю законченным. И молите Бога, чтобы я не донесла на Вас куда следует! - и она отключила связь.

Эмма не поленилась, и, закрыв медпункт, отправилась на берег океана - посмотреть и лично убедиться, что жертва ее зависти по-прежнему лежит без движения на своем полосатом лежаке.

Она шла и улыбалась. Мужчины - от мала до велика - сворачивали головы вслед этому золотому чуду, особенно прекрасному в розовом свете Флоранс. Помахивала крошечной белой сумочкой, тихо напевала современный мотив.

Дошла. Понаблюдала за спящей и неподвижной Эвелиной. Покачала головой:

- Овощ. И до завтрашнего утра уж точно ничего не изменится. Даже за длинную Аурельскую ночь!

Как же она ошибалась!