Читать книгу: «Лучшая книга за три дня»
"Я бы хотел написать мегахит,
Пусть один на все времена.
Ведь мне очень поддержка нужна
В виде денег, ну а пока.."
Burito
Пролог
Люда мешала остатки капучино на дне чашки: можно было бы заказать и вторую, но это было бы расточительством, – сейчас она экономила на всем. Света сидела напротив и ювелирно чисто ела тирамису: казалось, что она не столько ест, сколько убирается в тарелке. Люда всегда поражалась Светкиному таланту оставлять чистую посуду. Вот сейчас она съест еще микрокусочек, затем мученически вздохнет и заявит, что больше не может. Так и вышло, послышался вздох, а затем на выдохе:
– Я больше не могу.
– Неудивительно, у тебя ж там желудочек, как у котенка! – Марина уже стрескала огромный бургер, прилагающуюся к нему картошку фри, «шлифанула» это все мороженым и снова пристреливась к меню. – Если что, я доем.
– Океей.
– В общем, резюмирую. – Люда продолжила свою печальную исповедь, во время которой девочки должны были ей сочувствовать. – Он уже вторую неделю живет у мамы, и видимо, человека все устраивает. Не звонит, только иногда в сообщениях стандартно про детей спрашивает.
– Так еще бы! Ты же с детьми крутишься. А он как ходил на работу, так и продолжает. Только после работы его еще и мамочка в лобик целует.
– А может, и не только мамочка. – добавила Света, откинувшись на спинку мягкого дивана.
– Вот как-то так. – Люда опять помешала воображаемый кофе. – Самое печальное, что он же прав. Я два с половиной года убила на своих «единорогов» и ничего, пусто, ноль, зеро. Просто время, потраченное впустую. Он так и сказал, что устал нас содержать. А я даже и понимаю это, но не хочу я бухгалтером идти работать, я ж вообще в этом не соображаю. Я сдачу в магазине у дома с трудом считаю. На старую работу тоже не вариант, я ушла в декрет с намерением не возвращаться в эту клоаку. Короче, тупик.
– Люда, ты меня конечно, извини. Но книжки про единорогов – это вообще не то.. Кто сейчас сказками интересуется. – Марина всегда мыслила максимально практично. – Сейчас этих фэнтези-шмэнтези навалом: девочки-подростки пишут, а у них фантазия огого. – Может, тебе свое писательское рвение направить в более приземленное русло: статьи на заказ писать, в СММ податься, аккаунты вести.
– Ну да, Люд. – Света высказывалась более деликатно. – В мире уже есть Роулинг и Толкин, их не переплюнешь.
– Девочки, ну не могу я эти статьи писать, я честно пробовала, аж тошно становится..
– Нет, ну тоже такая нежная. Тут я не могу, это не получается.. Скажите пожалуйста. – Марина скривила лицо. – Прижмет, пойдешь хоть кем.
– Вот в тебя сейчас будто мой муж вселился. Конечно пойду, если прижмет. Так уже прижимает. Так и проживу жизнь не там, и не с тем. И не тем занимаясь..
– Стоп, стоп, стоп, не хандри. – Марина махнула рукой. – Ты просто не то пишешь, а надо писать то. Про любовь, про страсть, про секс! Вон «пятьдесят оттенков» как залетело! А что там много таланта надо? Давай любовный роман! Чтоб тетки по всей стране плакали! Светка, не спи! Участвуй!
– Я не сплю. – Света зевнула. – Мне просто добавить нечего.
– Слушай, ну что ты предлагаешь. Мне вот это вот писать про «она облизнула губы» и «застонала от возбуждения»? Мне ж даже стыдно думать про такое, не то, что там в подробностях описывать. А сколько это времени займет.. А деньги нужны. Еще Сашка ушел. Устал поддерживать творческие начала.
– Вообще-то он до Сенькиных трех лет вас содержать обязан! – Светка приоткрыла глаз и изрекла мудрость.
– Обязан, но говорит, тоже хочет сидеть дома с детьми, и искать себя. Поэтому не против, если я выйду на работу и буду обеспечивать финансовую стабильность, желательно на прежнем уровне.
– Так. Не сходим с темы. Писать ты умеешь, а я тебе таких фантазий накидаю, мистер Грей покраснеет. А что там у Светки в ее дивной голове за порнуха происходит, так это нам с тобой записывать и записывать..
Света ответила подруге недовольной гримасой.
– Короче. – Маринка раскочегарилась не на шутку. – Мои все еще четыре дня будут на даче, значит хата лысая, Светка все равно бездетная, а значит, не важно какие у нее планы..
– Да ты издеваешься! – Света уже рассердилась по-серьезному.
– Сорян, неправильно выразилась. – подсбавила пыл Маринка. – Ты все равно на больничном скучаешь, так?
– Нет. Я никогда не скучаю. Если что. А еще мне алкоголь нельзя, я таблетки пью. А на трезвую голову я свои фантазии излагать не готова.
– Хата лысая! Ты где такого набралась, учительница младших классов? – Люда хохотнула.
– От них и набралась. От младших классов. От второго «Г» и третьего «В». В общем, пристраивай своих к маме, и завтра вечером ко мне. Закроемся на три дня и будем тебе бестселлер сочинять. Ты записываешь, у тебя вроде как нормально получается буквы в слова складывать, а мы помогаем сочинять. Ну тебе тоже так и быть можно вносить свои идеи на рассмотрение.
– Нет, девочки, я не готова участвовать в этом. У меня массаж и физиотерапия в субботу и понедельник. Без обид. В воскресенье йога в гамаках. А если я не высплюсь, я в гамаке усну. – Светка сделала виноватый вид и подозвала официанта.
– Предательница! Без тебя обойдемся. – поджала губы Марина.
День первый. Завязка
На следующий день Люда, терзаемая угрызениями совести за оставленных на трое суток у бабушки детей, подходила к Маринкиному дому. В руках у нее был ноутбук и сумки с двумя пижамами, косметикой, средствами гигиены на любой случай – все-таки в тридцать четыре уже не так-то просто покинуть дом более чем полдня.
– А я еще и ирригатор взяла с собой! – послышался сзади Светкин голос, Люда радостно обернулась.
– Светкин, приехала все-таки. Я так рада, что мы как раньше, втроем проведем время! А это у тебя ирригатор там булькает и бряцает в пакете?
– Это у меня там активатор фантазии!
– Тебе ж нельзя!
– А без этого я трое суток с вами в одном помещении не вывезу. К тому же, у меня драма. Личная. Неизвестно, какое лекарство мне более необходимо.
– Наконец-то с Игорем рассталась? – радостно выкрикнула Маринка, свесившись с балкона, поскольку квартира ее располагалась на втором этаже.
– А вот и не рассталась. Решили временно пожить отдельно. Иди к домофону давай, звонить будем сейчас.
Дома у Маринки было уютно, шумел закипающий чайник, на кухонном столе стояло блюдо с конфетами и печеньем. Дверь в комнату сына Артема она тут же закрыла, сообщив, что туда лучше не заходить: мол, страшный бардак.
– А то вы еще травму психологическую получите!
– Меня бардаком не испугаешь. – сказала Люда. – Это у Светки, вон, идеальный порядок и фонарики по квартире развешаны.
– Значит, правила такие. – Марина разливала чай в кружки. – Садимся сейчас за книгу, и пока не получим шедевр – прерываемся только на сон, еду, питье и туалет. Андестенд?
– Ага. – Света достала из пакета ряд бутылок. – Вот питье.
– Эх ты, алкашня. Порицаю. Хотя в данных условиях – на пользу.
– Только Свет, ты это, меру знай. – вклинилась Люда. – Чтоб не как тогда, в общаге. Ну на золотую середину. Когда ты яйца из холодильника достала, в рядок выставила, а затем каждому немецкое имя дала, и делала «тартатататататата», типа фашистов расстреливала.
– А потом хоронила их в братской могиле под березой! – заржала Маринка. – это было незабываемо.
– Да ну вас. – обиделась Света, – а то вы не чудили. Вспомните, как Маринка трусами в окне размахивала перед зачетом по философии!
– Да перед этим зачетом все махали! – оправдалась Маринка. – Продолжим. Готовить я не буду, еду будем заказывать.
– Блин, девочки. – Люда занервничала. – Я ж вообще без лишней копейки.
– Да ты не волнуйся, – замахали на нее руками подруги, – уж как-нибудь прокормим творческую личность.
– Спасибо, вы лучшие. – Люда умилённо обняла девочек. – Света, а что у вас с Игорем?
– Да собаку он захотел завести. А какая ему собака. Он же как маленький, у него то одно увлечение, то другое. Я представляю, что эта собака потом на мои плечи ляжет. А я не хочу вот это вот всё: гуляй, корми, вози к ветеринару. Вот и поругались. Мы же только ремонт в коридоре и спальне доделали, ну самое время.
– А ты не думала, что вам именно собака и нужна? Как раз, потренируете ответственность, новый уровень отношений: забота о ком-то, совместные обязанности.
– Слушай, Люд, они даже фикус боялись заводить. Какая собака? Да и вообще. – Марина не отличалась тактичностью. – После тридцати пяти не собаку уже пора заводить, а..
– Все, все, все. Эта тема не обсуждается. Мы не готовы. – замахала Света руками.
– Вы не готовы или Игорь не готов?
– Марин! – Люда ее одернула. – Ну хорош.
– Ладно, не цепляюсь! Но. Я всегда говорила, что с инфантильным мужиком жить – хуже некуда. Уехал жить отдельно, пусть и живет всегда отдельно. С твоей, Света, внешностью можно такого себе найти, что Игорь даже близко не стоял.
– Слушай! – взбесилась Светка – А ты уверена, что ты свою жизнь идеально выстроила? Ты Пашку своего видела? Косая сажень в плечах и такая же в пузе! Всю жизнь мужа и сына обхаживаешь, а они тебе сильно благодарны?
– Все, тихо, тихо! Брейк! Пишем. – Люда встала между ними. – У нас у всех все неидеально.
Она водрузила ноутбук посреди стола, включила, затем картинно размяла кисти рук и положила их на клавиатуру, как пианист на клавиши:
– Жгите! – выжидающе посмотрела она на подруг.
Те посмотрели на нее также.
– Ладно, – Люда стала размышлять вслух. – если это любовный роман, то нам нужна главная героиня, сюжет, и название, ну такое, желательно небанальное. Не «Испепеляющая любовь»..
– Тогда «Пепел любви», как вариант?
– Нет, ну подождите, – сказала Света, – сначала сюжет, а потом название, чтобы логично было. Вот у нас главная героиня, как всегда юная, дивной, чистой и одновременно с этим вызывающе-сексуальной красоты девушка..
– а еще сирота – вставила Маринка.
– и кандидат наук в сфере, к примеру, маркетинга, у нас же современный роман, да? – добавила Люда.
– Да. Именно так. Допустим, ей двадцать один год, и она устраивается на работу в пиар-агентство, и там у нее очень крутой и властный босс, которого все хотят, но он конечно же, сразу воспылал страстью к ГГ.
– К кому?
– Главной героине.
– Ну давайте уж девочке имя дадим, что-то как-то обидно за человека. Все-таки кандидат наук.
– Я считаю, – сказала Люда, – нужно что-то тонкое, на французский манер, типа Эжени, Мишель.. – она протянула, манерно подражая заморскому прононсу.
– Погоди, Люд, у нас же дело в России происходит! Она что будет Эжени Ложкина? Мишель Стародубова? Надо ей вот как нынче детей называют: Милана, Милена, Софья, там, опять же.. эта Кира..
– Ну нет, – вставила пять копеек Света, – нужно, чтобы романтично, но не затерто, не Милана, а .. Илана! Алана..
– О, все, все, я придумала! – Маринка обвела подруг взглядом, полным превосходства.
– Ну?!
– Милагрос!
Света с Людой переглянулись.
– Ну, Илана, так Илана. – Людка набрала первое слово в белоснежном документе.
Илана!
– Поехали по классике. Героиня смотрит в зеркало, даем описание.
– Ты имеешь в виду по штампам?
Илана придирчиво оглядела свое отражение в зеркале и осталась довольна
– Нет, нет! Чур, она не знает, что она красивая, такая вся из себя – наивный цветок. Занимается интеллектуальным развитием, а не вот этим вот всем – Светка начала входить в раж, пока Маринка принципиально молчала из-за Милагрос.
Илана мельком бросила взгляд на свое отражение: длинные светлые локоны ниспадали густой волной на плечи, выразительные глаза, обрамленные густыми ресницами, смотрели чуть наивно. Косметикой она никогда не пользовалась, лишь подчеркивала пухлые от природы губы капелькой бальзама..
– С витамином Е. – закончила диктовать Света.
– Капелькой бальзама. – Люда поставила точку. – Тут надо что-то про фигуру..
..Белая блузка сидела на девушке идеально, подчеркивая осиную талию и соблазнительно обтягивая высокую грудь. Илана спрятала под блузку медальон – единственное, что осталось у нее от матери, погибшей в автокатастрофе двадцать лет назад.
– То, что надо. – раздуплилась, наконец-то, Маринка. – А отца она своего не знала. В конце мы ввернем какого-нибудь олигарха, который окажется ее отцом и узнает ее по медальону.
– А дальше что?
– Пусть идет на собеседование.
Илана стояла перед огромным современным зданием: где-то там, на верхних этажах, располагалось крупное пиар-агентство Глобал Корпорайтэд Групп «Вавилон».
– Впиши еще Интертеймент, что бы это ни значило. – Света достала коробку бокалов с холодильника.
Илана стояла перед огромным современным зданием: где-то там, на верхних этажах, располагалось крупное пиар-агентство Глобал Корпорайтэд Интертеймент Групп «Вавилон»
– Так. Стоп. – Люда почесала нос.
– Налить? – Светка кивнула на бутылку белого сухого.
– Чуть-чуть. Если наш альфач-Босс сидит уже там, в агенстве и ждет Илану на собеседовании, то нужно, чтобы их первая встреча произошла заранее, ну чтоб Альфач не знал, что это она. А она не знала, что идет на собеседование к нему.
– Они такие пересеклись, она уронила на него кофе или сделала какую-то неловкость.. Может, книжки уронит? – Люда задумалась.
– Какие книги, она ж не по университету идет.
– Пиши. – сказала Маринка. – До здания. – она ткнула пальцем в монитор.
Илана вышла из метро и направилась к пешеходному переходу, аккуратно обходя лужицы, оставшиеся после недавнего летнего дождя. Как вдруг, черная тонированная Ауди выскочила прямо перед ней и резко окатила девушку грязью из лужи.
– Сраный мудак, чтоб ты сдох! – крикнула девушка вслед отдаляющемуся автомобилю.
– Не смей! Не смей это писать! – Света закрыла от Люды клавиатуру рукой. – Наша Иланочка так не выражается! И вообще, как она теперь на собеседование пойдет? В грязной блузке в Глобал Корпорайтэд Интертеймент не ходят! Что ты позоришь ее уже сразу?
Марина отмахнулась:
– «Людк, а Лююдк»! Припиши ей там в начале пиджачок. Она пиджак снимет и пойдет.
– Ооок. – Люда добавила в образ девушки светлый жакет.
– Муслиновый? – уточнила Марина.
– Крепдешиновый, блин! – передразнила Светка.
– Просто светлый. Без уточнений по ткани. – угомонила их подруга.
– Люда! – Светка переживала за Илану не на шутку. – Удали последнее. Пиши:
– Ах, ты подлец! Негодяй! – Илана в отчаянии закусила губу.
– Очень реалистично. – хмыкнула Маринка. – Пиши, Люд:
Окно автомобиля приоткрылось, оттуда выглянул стильно одетый мужчина с наглыми темными глазами. Он улыбнулся Илане и проводил ее насмешливым взглядом.
– А как ты поняла, что он стильно-одетый? Он что, по пояс высунулся? И то, ботинок же не видно? – оторвалась от клавиатуры Люда.
– Вы такие придиры. Ладно, пиши.
Окно автомобиля приоткрылось, оттуда выглянул стильно подстриженный мужчина с наглыми темными глазами. Он улыбнулся Илане и проводил ее насмешливым взглядом.
– Еще лучше! – засмеялась Светка. – Стильно подстриженный! Он кто? Газон? Или померанский шпиц?
Маринка не терпела критики, поэтому она нервно замахала руками и сказала:
– Пойду закажу шпиццу, фу, пиццу то есть! У меня от вашей критики голод проснулся! Пишите тут сами. – и гордо удалилась в другую комнату заказывать пиццу.
– Пфф.. Велика потеря. Пиши, Людусик.
Окно автомобиля приоткрылось, оттуда выглянул красивый мужчина с наглыми темными глазами. Он улыбнулся Илане и проводил ее насмешливым взглядом, не преминув оценивающе оглядеть девушку: от хорошенькой головки до соблазнительно-стройных ножек. Илану разозлил и взбудоражил этот взгляд человека, считающего себя властителем мира.
– И кто-то же встречается с такими самовлюбленными индюками! Никогда, никогда у меня не будет ничего общего с подобным типом. – в сердцах подумала она.
– О, вот и название! Само нас нашло. – Люда хлопнула в ладоши. – «Никогда не говори «никогда»!
– Название – супер! – поддакнула Света. – Только как будто где-то я уже слыхала. Маринк?
– А? Девки, я беру пепперони, сырную а в подарок с соусом том ям или Маргариту? – заглянула та, с телефоном у уха.
– Маргариту! – сообщила она в трубку. – Да, все верно, полтора часа? Хорошо. Спасибо. Что вы говорите? – спросила она, уже обращаясь к подругам.
– А мы уже название придумали. – хвастанула Светка. – «Никогда не говори «никогда». Круть?
– Ну и дуры. Плагиатчицы.
– Блин, я ж сразу и сказала, что было где-то..
– Так, ладно, название по ходу пьесы должно нарисоваться. В общем, потом она идет в корпорацию, там встречает секретаршу, ну допустим, глуповатую, но миловидную девицу, с которой будет дружить. – стала накидывать план Люда.
– Там еще должна работать умная и хищная стерва, с которой у Иланы будет конкуренция за Альфача. Епрст, еще же нужно придумать, как Альфача зовут. Это вообще невозможно. Сколько имен нужно придумать. Бедные писатели! – Света погладила Люду по голове. – Какой это тяжелый труд. Стерву будут звать.. Кира, Ева, Лиза ..Лера?
– Саша? – поддержала Марина. – а может, Божена? Польские корни у нее будут. Шляхтичные. Почти иностранный специалист. Короче, Божена там ее подставит, и Илану посадят в тюрьму.
– Ну это уже перебор с тюрьмой, ты что, мать.
– Ладно, не посадят, чуть не посадят. Но со скандалом уволят! Но зато ее будет допрашивать следователь с пристрастием! – она промурлыкала последнее слово, недвусмысленно подмигивая.
– Тогда нормально. – Света одобрила.
– Потом. – подхватила Света. – Из-за клеветы Божены, Альфач выгонит Илану с позором, ну, допустим, ее обвинят в чем.. в чем.. о, в плагиате. Она будет скитаться без работы, потому что Божена ославит ее во всех пиар-конторах города, и затем создаст свою компанию с нуля. Альфач осознает, как был не прав, и раскается.
– Кстати, – заметила Людка. – Альфачу нужен друг и правая рука. Он будет такой положительный, благородный, но слишком хороший. Ну, естественно, будет вожделеть Илану. И там будет стоять мучительный выбор: дружба или пылкая страсть.
– А может, это – протянула Маринка, – сделаем его с гнильцой? Ну немножечко.
– Не, не – перебила Люда. – Давайте с гнильцой мы сделаем другого? Пусть у них будет юрист с гнильцой. Такой противный мужичок, сухонький такой, знаете такой из серии «а моя мама варит борщ вкуснее» – прогундосила она.
– Боюсь, мы столько имен не придумаем..
– Пусть у него будет не имя, а фамилия. – сказала Людка. – Гнилозубов, к примеру. Юрист Гнилозубов тоже будет вожделеть Илану.
Альфач посмотрел на вошедшую в его кабинет в сопровождении руководителя эйчар-службы юную девушку и с удивлением узнал в ней ту незнакомку, которую утром окатил водой из лужи. «Неловко вышло. – подумал он – А девочка ничего: эти пухлые губы, ладная фигурка..»
– Елена Васильевна, – обратился он к сопровождающей. – Мне кажется, или мы с вами обсуждали кандидатуру, имеющую ученую степень в нашей сфере?
– Все так и есть Альфач Петрович, – подтвердила Елена. – У Иланы диплом пиарщика международного образца, и защищенная кандидатская по теме.. По какой теме? – уточнила она у девушки. Илана в волнении прошептала:
– «Особенности разработки стратегий пиар-кампании в объектах крупного и среднего бизнеса с применением цифровых медиакоммуникаций». – сказав это, она закусила губу, стараясь не смотреть прямо в лицо человеку, который совсем недавно нанес ей жгучее оскорбление. Начальник службы безопасности корпорации и правая рука Альфача, Дмитрий, оторвался от листания ленты в телефоне и с интересом посмотрел на девушку. Альфач же явно с сомнением заглянул Илане в глаза: на его памяти люди, чтобы работать в его компании нередко шли на обман. Ему в корпорацию нужен был хороший сотрудник, а не просто очередная смазливая мордашка.
– Ну хорошо. – протянул он. – Вот вам небольшое задание для импровизации. Одна крупная компания с названием «Ред» заказала нам разработку своего брендбука, помимо прочего наши дизайнеры сделали несколько вариантов логотипа на выбор. Какие из этих лого выбрали бы вы для того, чтобы представить их клиенту? – он прокатил через стол Илане папку с материалами по «Реду».
Илана дрожащими руками раскрыла папку.
В домофон позвонили.
– Ура! Пиццонька моя родная! – Маринка поскакала открывать. Она открыла дверь: на пороге стоял очень юный субтильный веснушчатый паренек в куртке несоразмерно большой в сравнении с худеньким телом и тонкими ножками, он сообщил ломающимся скрипучим голосом:
– Ваш заказ три пиццы: пеперони, сырная и маргарита. И чек. Приятного аппетита.
В папке лежали логотипы с использованием разных цветовых сочетаний. Илана, с выступившими пятнами на щеках, выбрала один, черно-желтый.
– Я вижу, вы определились. – Альфач обратился к эффектной брюнетке с ярко-накрашенными губами:
– Божена, покажи, какой логотип в итоге вы решили предложить «Реду»?
Хлопнула дверь и в квартиру вплыл сумасшедший аромат горячей пиццы.
– Пишем! Не отвлекаемся! – скомандовала Светка, когда Люда рванула навстречу Маринке.
Божена смерила смазливую девчонку презрительным взглядом и медленно вытащила наманикюренными ноготками логотип в виде ярко-красной птички с хвостом, огибающим кольцом собственное тело.
– Это же очевидно. – сказала она. – Рэд – красный, логично, что именно этого от нас ожидают заказчики.
– Теперь вы поясните свой выбор. – Альфач обратился к Илане.
– Ну.. – девушка подбирала слова. – Рэд – красный, но если бы они хотели себе столь очевидный логотип, они наверняка бы не обращались в самое именитое пиар-агентство. Наверняка, они ждут удивления, вау-эффекта. Поэтому красный – это последнее, чего они хотят от вас. При этом черный – по уровню страсти и драматичности не уступает красному, в некотором смысле черный – это новый красный. А золотой – подчеркнет статус, компании, ведь любая компания стремится к статусности.
– «Чертова гениальная девочка» – прошептала Елена Викторовна. Дмитрий хохотнул и хлопнул в ладоши: – Молодец!
Божена помрачнела и прошипела:
– что за бред?
Слово было за Альфачом.
– Пора бы уже и Альфачу имя дать. Он для нас уже значит больше, чем просто мимолетный знакомый. – Люда вопросительно посмотрела на девочек.
– А что тут думать. У меня уже готов для вас ответ. – Маринка положила на стол чек от пиццы, в и ткнула пальцем в мелкие буквы: «Ваш курьер Мирон К.».
Слово было за Мироном. Он выдержал паузу и коротко сообщил Илане:
– Вы нам подходите. Елена Викторовна, проводите девушку к рабочему месту.
Божена недовольно вышла из кабинета, громко стуча высокими каблуками. Илана затрепетала: работа в компании подобного уровня – это предел мечтаний любого специалиста в ее сфере.
Спустя еще пару часов Светка сердобольно массировала Люде затекшие плечи, а Маринка ворчала:
– Весь день пишем, когда они уже потрахаются? Ну сколько можно! У нас же есть задача, что они там ходят вокруг да около. Давай уже, спаривай их!
Мирон наклонился к Илане, всматриваясь в проект на ее мониторе. Дурманящий запах ее тела и волос мешал сосредоточиться. Ему хотелось прикрыть глаза и приникнуть губами к тонкой голубой жилке, бьющейся у девушки на шее. Илана чувствовала повисшее напряжение, кровь прилила к ее голове, и она закусила губу, чтобы не выдать своего желания отдаться ему прямо здесь, на рабочем месте. Ей хотелось, чтобы это мучительное мгновение закончилось и в то же время не заканчивалось никогда.
– Как красиво! – восхитилась Светка. – Я так рада за Иланочку. К успеху идет.
Наконец, Мирон одобрительно кивнул ее графикам на мониторе, и отправился в свой кабинет. Дверь была приоткрыта. На его кожаном кресле, приняв соблазнительную позу сидела Божена. Из всей одежды на ней был лишь Миронов пиджак и крошечные прозрачные трусики. Божена, подобно известной кинодиве, раскрыла длинные ноги, до этого скрещенные между собой и взглянула на Мирона в ожидании эффекта. Но тот лишь сухо сказал:
– Божен, не сегодня. Я что-то устал.
Божена была не из тех, кто быстро сдается. К тому же, она была сверхуверена в силе своей красоты и сексуальности. Она прильнула голой грудью к Мирону, потеревшись об его рубашку.
– Я знаю верный способ снять усталость. – промурлыкала она ему на ушко, попутно засовывая руку Мирона себе между ног.
– Алё, девчули. – занервничала Марина. – Нам Мирона с Иланой нужно скрестить, вы не в том направлении идете. Мне уже Божена кажется более соблазнительной.
– Ща все будет! – Людка сделала рукой знак «будь спокойна».
Мирон аккуратно, но настойчиво убрал руку Божены и отстранился от нее самой.
– Божена, иди работай. – устало вздохнул он.
– Хм, позволь узнать, причина твоей холодности уже не в этой ли сопливой выскочке? Как только она устроилась к нам, ты только на нее и смотришь. Нравятся глупые невинные овечки?
– Иди работай. – в голосе Мирона зазвенели металлические нотки. – Одежду не забудь.
Божена спешно оделась и вылетела пулей из кабинета босса. По дороге она увидела новенькую, болтающую с Дмитрием у кофейного аппарата, и как бы невзначай толкнула ее, проходя мимо. Илану обжег горячий напиток. Дмитрий спешно стал вытирать девушку салфетками..
– Вот сучка какая, а! – возмутилась Света.
– Да, мне тоже нравится, – согласилась Маринка.
У Люды романтичным треком заголосил телефон, на экране под надписью «муж» высветилось Сашкино фото. Подруги навострили уши, но Люда ушла в Маринкину спальню и закрыла за собой дверь.
– Некультурно закрываться в чужой спальне! – крикнула ей вслед Маринка, Света тем временем приказала умной колонке петь потише.
– Ругаются?
– Да вроде нет..
Людка вернулась.
– Ну что, ну что?
– Да-й, – махнула Людка рукой. – Он решил вернуться домой, обнаружил, что никого нет, ни детей, ни меня и устроил истерику, что мы его не ждем.
– Ну молодец какой. – хмыкнула Марина. – Вы ж как немецкие овчарки должны сидеть на привязи в ожидании светлого пришествия.
– И дальше что? – поинтересовалась Света.
– Дальше он сказал, что я или немедленно приезжаю и мы серьезно разговариваем, или он подает на развод.
– А ты?
– Светка, у тебя еще запас вина остался? –вместо ответа спросила Люда и посмотрела грустными глазами на подругу.
– Уже наливаю. – Светка забренчала бокалами.
– И мне! Алиса! Включай музыку! – гаркнула Маринка.
Колонка запела бодро: «Я бы хотел написать мегахит..»!
– Не иначе как шпионит! – пританцовывая сказала Маринка.
– Даешь вакханалию!!! – заорала Светка, которая уже успела к этому времени избавить мир от половины бутылки полусладкого, стягивая с себя футболку и, размахивая ей, как флагом. – Людка, крабика!
Людка махнула одним глотком бокал вина, подняла руки кверху, растопырила ноги, и изображая краба, ритмично засучила ножками и застучала «клешнями». Маринка выставила руки подобно древней египтянке и, качая головой, стала подтанцовывать ей. Светка схватила дурацкую дачную шляпу с Маринкиной вешалки, напялила ее на голову, затем привязала к плюшевой собачке с дивана пояс от халата.
– Дама с собачкой плясать желает! – ворвалась она на кухонный танцпол, таща собачку за собой.
– Ааа, каждый раз как в первый.. – повалилась Маринка на пол с хохотом. – Ради этого стоит жить.
Спустя полчаса Людка ревела за очередным бокалом, оплакивая свою неудавшуюся семейную жизнь. Маринка горько и печально вздыхала. Светка, которая бросила курить, – курила на балконе.
Спустя еще полчаса они, как безудержные львицы, танцевали под Лолиту.
Спустя еще полчаса, Людка, которая никогда не курила, судорожно кашляла дымом на балконе. Светка гуглила и сравнивала породы собак, выбирая наименее хлопотную. Маринка оплакивала свою неудавшуюся семейную жизнь.
Еще через полчаса Светка, стоя посреди комнаты, визгливо выкрикивала в расческу: «Ориентация – север! Я хочу, чтоб ты верил! Я хочу, чтоб ты ПЛАКАЛ!!!!»
По батареям застучали.
– Это точно не нам. – сказала Маринка. – Не обращаем внимания!
– Мы вообще тихонько сидим. – согласилась Люда.
«К единственному нежному! Бегу по полю снежному!»
В дверь постучали.
– Это точно к нам? – спросила Людка.
– Нет, думаю, это к соседям. – сказала Марина.
«Сквозь счастье и чего-то там тоскуя.. и тоскуяяяя!»
В дверь забарабанили настойчиво.
– А может, и к нам. – Маринка пошла открывать.
Людка аккуратно выглянула из-за угла:
– Жена детей укладывает, закон о тишине знаете? Я ща полицию вызову! – наезжал на Марину толстый мужик в полосатых трусах и выцветшей зеленой футболке с жирным пятном посреди груди.
– Все, все, все. Как мышки. – заверила Маринка.
Хлопнула дверь.
– Сосед, блин, Афанасий. Афоня. Задолбал, жалобщик. Ладно, девки! – хлопнула она в ладоши. – Кофе-брейк окончен. Пишем!
– Пишем. – эхом отозвались остальные.
– А я уже написала! – Светка помахала телефоном. – Я написала Игорьку! Я отправила ему фотку померанского шпица и сказала, что это мог бы быть наш сыночек!
– Что она несет? Людка, забери у нее бутылку, ей уже хватит, тут и до фашистов недалеко.
– Свет, а зачем ты ему это отправила? – Людка убрала бутылку подальше и аккуратно вынула из Светкиных рук бокал.
– потому что я хочу, чтоб ОН ПЛАКАЛ!!!! – опять заорала неугомонная Светка. Афанасий тут же застучал по батарее. Марина закрыла разбушевавшейся подруге рот ладонью. Людмила села к ноутбуку.
Юрист Афанасий Гнилозубов смотрел на бесчувственное тело Иланы, лежавшее на полу офиса. Звуки корпоратива доносились из-за закрытых дверей. Здесь же было пусто. Он склонился над беззащитной девушкой и вгляделся в это невинное и в то же время чувственное лицо. Декольте нарядного платья открывало соблазнительную грудь наполовину. Афанасий не удержался и потянул молнию, которая стала обнажать белую кожу все сильнее. Илана тихо застонала, начав приходить в себя.
– Тише, девочка! – прошипел Гнилозубов, прикрывая девушке рот. – Ну иди сюда, ко мне. Папочка не обидит. – Он хрипло выдохнул, предвкушая наслаждение юным телом.
– Что вы делаете? – слабо пробормотала Илана. – Не надо! – она пыталась протестовать, но тело плохо слушалось ее. Афанасий, стал расстегивать брюки, одновременно шаря потными ладонями по груди девушки!
– Да где там уже Мирон, выпускай его давай! – Светка запивала кусок пиццы черным кофе, несмотря на условности в виде первого часа ночи. – А то не успеет же!
У Иланы, наконец, получилось закричать. Афанасий ударил ее по лицу наотмашь. В офис ворвался Мирон, мгновенно оценив ситуацию, он отшвырнул Гнилозубова прямиком в кулер, выкрикнув:
-Пшёл вон отсюда! Ты уволен! – и склонился над дрожащей девушкой.
Гнилозубов метнулся к выходу, и размазывая по лицу кровь, вытекающую из носа, прошипел:
– Три года безупречной работы псу под хвост из-за какой-то девки? Да кем ты себя возомнил, молокосос? Ты еще вспомнишь обо мне, помяни мое слово. – он выскочил за дверь, как побитая собака.
Мирон взял Илану на руки и понес к лифту, она обвила его мощную шею руками, прошептав слабое «спасибо». Он чувствовал, что готов защитить эту девушку от всего мира, убить ради нее сотню Гнилозубовых, совершить тысячу подвигов только ради этого тихого «спасибо».
– Светка, да хорош ты плакать уже. – ободряюще погладила Марина всхлипывающую подругу по светлой голове.
– Мне никогда никто такого не говорил. – всхлипывала Света. – И никогда не скажет уже. Это так грустно.
– Света, если тебе станет легче, – вклинилась Люда. – никому из нас такого никто не говорил. Мужчины такое только в кино и книжках говорят.
– Если по-честному, то Мирон тоже этого не сказал, он же так только подумал. – Марина заступилась за мужчин. – Может быть, Игорек тоже смотрит такой на тебя и думает «ну с какой богиней я живу!», а его рот тем временем говорит что-то вроде «Есть что пожрать?».
– Ладно, ладно, – посмеялась Люда. – Я бы уже спать, если честно, пошла. Определи меня куда-нибудь, Марин.
Ночью Люду разбудила Маринка, и приложив палец к губам, повлекла за собой на кухню, откуда доносилось мягкое постукивание по клавиатуре. Сердце у Людки екнуло, когда она увидела сидящую за столом в отблесках голубоватого свечения монитора, мрачную фигуру в остроконечном капюшоне. С облегчением до нее дошло, что жутким ку-клус-клановцем оказалась Света в Маринином махровом халате. Людка тихонько заглянула через подругино плечо и стала читать:
– Шкипер ультрасуперзвездолета улучшенной версии «Асу-303118» Игорь Кудлатенко легко захлопнул за собой дверь и удобно устроился в кресле пилота, бодрым голосом он скомандовал:
– курс на созвздие Кассиопеи! Координаты 117:2018:20-20-15
Не успел звездолет набрать высоту, как радары засекли приближение вражеских звездных челноков.
– Чертовы фашисты! – выругался Игорь. – Опять они! Мало я вас покрошил..
Он нажал кнопку на пульте управления и из корпуса звездолета грозно выдвинулись космические лазерометы.. Трататататаа.. На приборной панели задрожала рамка с фотографией соблазнительной улыбающейся девушки.. «Моя Иланочка. Ради тебя я уничтожу тысячу фашистских космолетов» – погладил Игорь пальцем изображение невесты. Трататататата! Челноки один за другим растворялись в темном пространстве..
– Уже третью страницу пишет, – шепнула Маринка Люде, – лунатит, по ходу. – Сфотай, а то завтра не поверит.
– Надеюсь, она в окно не выйдет, а то вдруг ей приснится, что туда космолет подлетел и приглашает на борт. – шепнула Люда в ответ.
– Сама волнуюсь. Не знаю, что делать, и спать хочется. Дежурить надо. А будить страшно, а то дурочкой же останется.
Света торжественно захлопнула ноутбук, и, не замечая остальных, добрела до дивана в гостиной, который Маринка расстелила для них с Людой, и раскинув руки и ноги звездочкой, захрапела.
– Нормально. – оценила Люда.
День второй. Развитие сюжета
На следующий день они проснулись лишь к обеду. Марина, наплевав, на самой же придуманные правила о неготовке, готовила горячие бутерброды, бубня, что эдак они и повесть не напишут, не то, что роман. Люда со Светой настраивались на писательскую волну и уже сидели за нотбуком, вычищая куски с ночными опусами Светланы.
– Ну все, девчули. Пьем кофе и пишем!
– Пишем. – отзвались девчули.
Мирон прошелся губами по шее девушки, сделав воображаемую дорожку к соблазнительной ложбинке между грудями. Илана задрожала от возбуждения. Осторожно и в то же время настойчиво, Мирон снял с нее кофточку и спустил бретельку бюстгальтера, продолжая покрывать поцелуями все тело..
Маринка ушла болтать по телефону с мужем Костей. У остальных работа не шла.
– Может, для вдохновения чего-то на грудь принять? У меня там еще сидр есть, вкусненький. – подала идею Света.
– Нет! Мы уже вчера для вдохновения перебрали. Сегодня ищем вдохновение во внутренних ресурсах. – Люда легонько пнула ее по ноге. – Сиди думай.
Илана вдруг отстранилась от него и прошептала:
– Мирон, ты мне очень нравишься, но..
– Какие к черту «но»? – прорычал он, сходя сума, от нетерпения.
– Но я не могу так. – теряясь, объяснила девушка. – Дело в том, что это у меня в первый раз и.. и я хочу быть к этому готова, понимаешь?
Мирон на мгновение потерял дар речи: он никак не мог ожидать, что столь привлекательная девушка окажется невинной. Он с трудом взял себя в руки и сказал, застегивая рубашку:
– Хорошо, я буду ждать столько, сколько нужно. А пока хочу доставить тебе удовольствие. Вот моя платиновая карта, возьми ее и ни в чем себе не отказывай. Прогуляйся там по торговым центрам, сходи в спа, купи себя платья, что-то из ювелирки, что вы там еще, девчонки, любите? Я же знаю, что до зарплаты еще не так уж скоро..
– Господи! Это самый сексуальный момент во всем романе. Я аж возбудилась! – воскликнула вернувшаяся Маринка.
– Мирон, я не могу ее принять. Это слишком обязывает.
– Бери, дурёха, пока дают. – подсказывала Светка.
– Ты ничем не будешь мне обязана, глупая. – протягивал Мирон свою карту Илане.
– Нет. Я не такая! Если ты думаешь купить меня, как покупал до этого своих женщин, то спешу тебя разочаровать. – вспыхнула Илана, закусывая губу. – Я не вещь, у меня нет ценника. – И она выбежала из квартиры Мирона, спешно обуваясь и хватая сумочку.
– Ну так и знала, что дуру воспитаем. – констатировала Светка.
Люде снова позвонил Сашка, и она долго разговаривала с ним, меряя шагами Маринкину спальню.
– Ну что? – спросили ее девчонки, когда она, наконец, зашла на кухню.
– Сказал, что все обдумал. Что был не прав, когда уехал к маме. Предлагает все обсудить. Он даже предложил к семейному психологу сходить. – удивленно сказала Люда, ставя телефон на зарядку.
– А ты что?
– Я сказала, что подумаю.
– Ай да Людка, ай да молодец! – Марина хлопнула по столу ладошкой.
– Люд, так ты его переломила. – сказала Света. – В том смысле, что, когда ты вчера не сорвалась и не поехала к нему на разговор после угроз разводом, ты дала ему понять, что не боишься.
– Пусть он теперь боится нас потерять. – Люда вдруг успокоилась и поняла, что она больше не заискивающая девочка, которая должна прыгать выше головы, чтобы ее заметили и одобрили. – Ну что. Пишем? А потом, может, погуляем чуток? А то у меня уже квартирная клаустрофобия.
Спустя пару часов творческих мук Марина объявила, что готова «выпустить арестантов на прогулку». Они дошли до супермаркета, набрали разных вкусностей, на обратном пути повстречали Марининого соседа Афанасия, гулявшего с женой и детьми, с которым любезно поздоровались. Светка зачем-то еще добавила: «Заходите к нам почаще», чем вызвала убийственный взгляд супруги Афанасия в адрес своего благоверного. Давясь смехом, они подошли к дому:
– Слушай, Марин, а у Афони фамилия часом не Гнилозубов?
– Вроде Твердохлебов.
И они опять захохотали на той волне юмора, которая случается только между самыми близкими и в хорошем смысле одинаково сумасшедшими людьми.
Мирон не верил своим глазам. Его девочка, его Илана – предала не только самого Мирона, но и интересы всей компании!
– А я говорила! – хмыкнула Божена. – Она же с самого начала была засланным казачком. Это было очевидно.
Материалы с последними наработками по крупным клиентам были отправлены с электронной почты Иланы. Распечатки также обнаружились в ящике ее стола. Острый кинжал прошел через сердце Мирона, но он не подал вида, лишь крепко сжал челюсти. «Дурак», – бранил себя он – «Забыл, в каком мире живешь? Повелся на девчонку, как наивный идиот. Поверил в ее невинность, забыл, сколько раз тебя предавали и бросали свои?».
– Этого не может быть, – оправдывалась девушка. – Это какая-то ошибка. Меня подставили!
– У тебя минута, чтобы собрать свои вещи и уйти. Иначе тебя вышвырнет охрана. – процедил Мирон, вовсе не глядя на ту, на которую еще вчера не мог насмотреться. Он вышел, зло хлопнув дверью офиса.
От несправедливости у Иланы на глаза навернулись слезы. Под торжествующим взглядом Божены, она сложила в коробку свои немногие вещи, и навсегда покинула Глобал Корпорайтэд Интертеймент Групп «Вавилон».
– Алло, Афанасий, я свою часть сделки выполнила. Не без удовольствия. – тихо произнесла Божена в телефон. – Теперь дело за тобой. Жду компромат на Мирона. Он должен расплатиться за то, что отверг меня. – Красные губы исказила злая ухмылка.
– Да! – ответила Света телефону. – Я занята, что хотел? Не скажу, чем. Не скажу, где.
– Так его, так. – злорадствовала Маринка. – Давай, Свет, как ты любишь: тратататата! – она расстреляла невидимого Игорька из невидимого пулемета.
– Все, мне некогда. – Света бросила телефон на стул, на который чуть не села вернувшаяся из туалета Люда. Маринка успела ловко выдернуть стул из-под Людмилиной попы.
– Ты что, сдурела? – возмутилась Люда, хватаясь за стол. – Сидите сами пишите. У меня руки устали.
После шумных препираний место за ноутбуком заняла Марина.
Илана в отчаянии брела с очередного собеседования: оставшихся у нее денег не хватало даже на оплату квартплаты. Уже в пятом по счету месте на нее смотрели, как на прокаженную: Илана смутно догадывалась, что попала в какой-то черный список, который поставил крест на ее карьере. На небе сгущались тучи, до метро было далеко, а денег на такси не было, как, впрочем, и на еду. Небо озарил разряд молнии, затем загрохотало. Темно-зеленая листва деревьев освежилась мелкими крапинками дождя. Ветер поднял клубы пыли.
– Слышь, Тютчев – сказала Света. – ты давай ближе к телу. Маринка подняла глаза к потолку:
– Черствая ты женщина, Светлана! Но будь по-твоему.
Рядом с Иланой остановился серый авто представительского класса. Юрист Афанасий Гнилозубов приоткрыл дверцу:
– Ну давай подвезу, что ль, по старой памяти.
Илана отшатнулась в ужасе и выдавила из себя:
– Нет, не надо! Я дойду пешком.
– Смотри, сейчас дождь хлынет. – он показал заскорузлым пальцем на тучи. – Да поехали, ты где живешь?
Как по заявке Гнилозубова небо разверзлось ливнем. Тонкое платье Иланы мгновенно промокло и облепило тело подобно второй коже. Гнилозубов плотоядно облизнулся, не скрывая наглого взгляда, шарящего по телу девушки.
– Ну не хочешь, как хочешь. Что, надоела своему молокососу? Если нужна работа, я могу помочь. Скажем так, в обмен на небольшую услугу. Это не займет много времени, всего пару часиков. Хехе. – он противно усмехнулся. – Жду звонка. Номер, так и быть, сам забронирую. – он бросил ей свою визитку. Илана отвернулась, не желая продолжать разговор.
– Да, и кстати. – Гнилозубов открыл портмоне.
– Вот тебе, сходи поешь нормально. – Он бросил к ногам Иланы солидную купюру, которая мгновенно вымокла, наполнившись грязью.
– А солидная купюра – это как? В пиджаке и цилиндре? – ковыряла Светка.
– Будешь придираться, сядешь на мое место. – пробормотала Марина.
«Если я сейчас подниму ее, то стану ничем не лучше грязной вымокшей бумажки» – подумала Илана и решительно закусила губу. Она оглянулась по сторонам и зашла в первое попавшееся здание.
– Вы хотите сказать, что, имея ученую степень, ищете работу обслуживающего персонала в нашей гостинице? – с удивлением воззрилась на нее девушка за стойкой. Илана кивнула, посчитав излишним объяснять мотивы своих поступков.
– Ну что ж, я позову менеджера, занимающегося подбором персонала. Кажется, у нас были вакансии горничных.
Уже на следующий день Илана везла тележку, наполненную чистящими средствами и уборочным инвентарем, по узкому коридору роскошного «Шпритц-Апероль Карлсона».
Она посмотрела на золоченый номер, расположенный на двери апартаментов, и нерешительно постучала. Ответа не последовало. Илана открыла дверь своей ключ-картой и прошла в просторную комнату, затененную шторами блэкаут. Быстро оглядевшись, она распахнула шторы и приступила к работе. На белоснежном пушистом ковре зияло коричневое пятно от кофе, испугавшись, что оно мгновенно въестся и оставит следы, Илана отыскала в тележке пятновыводитель и опустилась на колени.
– Ну давай, оттирайся же, дурацкое пятно! – ворчала она себе под нос, как вдруг ощутила, что в номере она не одна. Обернувшись, Илана вскрикнула от неожиданности. В дверях, отделяющих гостиную от ванной стоял смуглый молодой мужчина, который с любопытством смотрел на нее. Илана в ужасе вскочила: за то, что она начала уборку, не убедившись, что постояльцы покинули номер, ее могли уволить в тот же день.
– Простите, простите! Меня здесь не должно быть! Я сейчас же..
– Нет, что ты. – с заметным восточным акцентом сказал ей темноглазый незнакомец. – Останься. – Он подошел к ней и взял за руку, а затем продолжил. – Меня зовут Ибрагим, Ибрагим ибн-Саид аль Мактун. А тебя?
– А я Илана. – пролепетала девушка, закусывая губу. – Пожалуйста, не жалуйтесь на меня, мне очень нужна эта работа.
– О, что ты, что ты. Как я могу жаловаться на такую красавицу.
В номер резко постучали, Ибрагим что-то крикнул и в дверь вошел немолодой человек в белой одежде и арафатке. Они с Ибрагимом о чем-то эмоционально переговаривались на языке, из которого Илана ничего не разобрала, за исключением того, что гость то и дело обращался к Ибрагиму «принц, принц».
– Вот фартовая она у нас все-таки! Ну его, этого Мирона! Даешь арабского шейха. – хлопнула в ладоши довольная Светка.
– Конечно, фартовая, – отозвалась Марина – у нее три феи-крестные, которые из любой передряги вытащат.
– Правда, они же ее в эту передрягу и втащат. – спустила их на землю Люда. – Давайте, я попишу.
Спустя еще пару часов работы, когда Мирон узнал от секретарши Лизы, что Илана невиновна в краже документов, а истинная виновница всех бед корпорации Божена, в дверь позвонили. Маринка, зевая пошла открывать дверь.
– Свет, к тебе!
Света с недоумением на лице вышла в коридор. У открытой двери стоял Игорь, но не один. В руках он держал пушистое рыжее микросоздание, которое время от времени пыхтело и потявкивало.
– Как ты узнал, что я здесь? – спросила Светка ошалело. – А это кто? – брови ее немедленно сложились домиком и губы поползли вниз, издавая писклявое «уиииии».
– Ну догадаться было несложно, учитывая, что Марину по телефону слышно было не хуже, чем тебя. Собирайся, поехали домой. Это Босс, кстати. – Игорь придвинул к Свете руки с щенком, тот выставил маленький носик и стал обнюхивать Светкино лицо. – Померанский шпиц. Бося, зови мамку домой.
Босс понимающе тявкнул. Света, с глазами полными слез, повернулась к подругам и вопросительно на них посмотрела. Тем тоже не терпелось посмотреть на щенка, но они тактично ждали, выглядывая из-за угла кухни.
– Да справимся, мы без тебя, не переживай. – сказала улыбающаяся Маринка.
Люда ее подержала:
– У вас теперь обязанности. Езжайте, обустраивайте свое чудо.
– Кстати, – Светка забеспокоилась. – Ночь на дворе. Ему ж там корм нужен, лоток, шампунь? Что им вообще нужно? Мы где это все купим сейчас? Ты подумал?
– Успокойся, я все уже купил давным-давно. Давай быстрее. – поторопил Игорь.
Света собралась молниеносно, довольная, она расцеловала подруг, и исчезла за дверью вместе с Игорем и Босей.
– Ну вот, один хеппи-энд есть. – философски заметила Марина.
– Это да, – вздохнула Людка. – Пишем?
– Пишем. – Маринка протянула руку и щелкнула кнопкой чайника. Чайник уютно зашумел в ответ.
Мирон стоял у дома Иланы с огромным букетом свежих нежно-розовых пионов. «Какой же я был кретин! – не переставал он себя ругать. Наконец, послышались легкие шаги и из-за угла появилась она, такая родная, но недоступная Илана, в легком летящем желтом платье и сребристых туфельках. Она сделала вид, что не видит Мирона, и аккуратно обогнув огромную шапку цветов, направилась к двери. Мирон преградил дорогу.
– Илана, нам нужно поговорить.
– Кажется, не так давно ты не хотел со мной разговаривать и слушать мои оправдания. Что-то изменилось? – холодным тоном спросила девушка.
– Илана, я был таким ослом! Я пойму, если ты меня не простишь, но хотя бы выслушай. Теперь я знаю, что ты ни в чем не виновата, это все Божена. Она уже уволена.
– Ну что ж, я рада, что ты теперь знаешь правду. А теперь дай пройти! – Илана сделала шаг к двери, но Мирон снова ее оттеснил.
– Я буду кричать! – пригрозила Илана.
– Ну хорошо, – примиряюще сказал Мирон. – Я понимаю, ты злишься. Но цветы хотя бы возьми.
– Мне не нужны. Женщина, у которой я снимаю комнату, аллергик. А теперь извини. – Илана зашла в подъезд.
Мирон с досадой бросил букет на скамейку: нежные бутоны ударились о дерево, и потеряли часть лепестков. Он сел в машину, яростно хлопнув дверцей.
Как только Илана закрыла за собой дверь подъезда, к ней метнулась темная тень и приложила ко рту руку с платком, смоченным каким-то химическим раствором. Все перед глазами поплыло.
Мирон повернул ключ, и машина издала ровное урчание. Он уж было собрался разворачиваться, чтобы ехать в офис, как вдруг его внимание привлекло нечто странное: из подъезда Иланы вышло двое парней в темной одежде, тащивших что-то крупное в большом холщовом мешке. За парнями, оглядываясь по сторонам, вышел невысокий пожилой человек в белой просторной рубахе и арафатке. Вместе они погрузили мешок в черный микроавтобус, водитель которого тут же ударил по газам.
Мирон с ужасом обнаружил на земле серебряный медальон Иланы. Он помчался в погоню за микроавтобусом, попутно пытаясь набрать номер Дмитрия. Микроавтобус привел его за город к закрытой глухим забором территории. Автоматические ворота надежно скрыли от него Илану и ее похитителей.
– Дима, Дима, ты меня слышишь? Я скинул координаты, пробей, что здесь находится. Чертов забор! – Мирон с телефоном в руке отчаянно пнул двухметровые металлические ворота, за ними глухо залаяла собака, судя по тембру, ..
- породы померанский шпиц. – договорила Марина.
..судя по тембру, огромных размеров. Дима перезвонил спустя долгих пять минут, показавшихся Мирону вечностью.
– Это территория частного аэропорта, им пользуются только очень богатые люди, то есть я понимаю, что ты тоже не беден, но даже твоих связей будет недостаточно, чтобы туда проникнуть. Единственный шанс – искать другие ниточки, может быть там, где Илана работала, и пытаться выяснить личность похитителя.
– Черт! Черт! Черт! – Мирон ударил кулаком по забору.
– Ну что, может, и спать уже? – Спросила Марина, допивая чай.
– Да конечно, уж за завтра, я надеюсь, развязку осилим. – Люда сохранила файл.
День третий. Кульминация и развязка
Люду разбудил звук пришедшего на телефон уведомления. Раздраженная на себя за то, что не отключила звук накануне, она все же протянула руку к телефону: в почту нападала куча ненужных рассылок. Она выделила все одним скопом и нажала «пометить прочитанным». Затем еще раз пробежала глазами по письмам, сердце ёкнуло. Она открыла письмо: Издательство «Трын-трава».
Добрый день, Людмила! Мы ознакомились с вашей рукописью романа «Стеклянная гора серебряных единорогов»..
Люда прикрыла глаза (сейчас будет: "к сожалению, пока мы не готовы к сотрудничеству").
.. и предлагаем вам созвониться в удобном для вас мессенджере.. Что? Сообщить о подходящем времени просим по телефону.. Ваш менеджер Ирина Бирюлева. Что?
Не отказали, не отказали, рассмотрели! Готовы обсуждать! Люда соскочила с дивана и заходила по комнате.
– Когда приезжаете? Сегодня вечером? Ну конечно. – доносились из спальни обрывки разговора Марины с супругом.
У Люды в душе происходил такой ренессанс, что писать продолжение про приключения Иланы и Мирона совсем не хотелось. Хотелось перечитать своих «единорогов», и воображать, как они из электронной рукописи превратятся в настоящую книгу в красивой обложке. И как она, Люда, возьмет эту прекрасную книгу и вдохнет аромат свежеотпечатанных страниц, или будет стоять в книжном магазине и смотреть на свою, свою книгу, посреди других чудесных работ, а может, она даже оставит кому-то дарственную надпись от любезного автора, и эта надпись будет обязательно начинаться со слов «Дорогому другу».
– Людка, за работу! Солнце уже высоко! – Марине пока сообщать о своих перспективах и надеждах Люда не стала, по крайней мере, пока точно не утвердится в своих ожиданиях и не созвонится с редакцией «Трын-травы», поэтому усилием воли спустила себя с небес на землю и села за ноутбук. Диктовала Марина.
Илана пошевелила затекшими конечностями. Где это она? Девушка лежала на мягкой кровати в комнате, богато оформленной в восточном стиле. Во рту был странный медикаментозный привкус. Она с усилием села, оперевшись на подушки. Тотчас же, как по мановению волшебной палочки, резная дверь распахнулась и вошла молчаливая девушка с подносом в руках, полным лакомств и фруктов.
Илана стала задавать девушке вопросы, но та лишь молча кивала и улыбалась, оставляя на столе яства. В конце концов, Илана догадалась, что ее собеседница вовсе не понимает ни единого ее слова. Тогда она попыталась проскользнуть в дверь вслед за молчаливой служанкой, но там обнаружился охранник внушительных размеров. Он мягко втолкнул Илану назад, в комнату. Послышался звук поворачиваемого в замке ключа.
– Эй, выпустите меня, что происходит? – Илана забарабанила в дверь, но ответа не последовало. – Эй, кто-нибудь!
Спустя несколько часов одинокого пребывания, в течение которых Илана ощутила весь спектр эмоций от отчаяния до агрессии, от оцепенения ее пробудил щелчок замка. В открытую дверь зашел Ибрагим. Лицо его не выражало былой приветливости, наоборот, имело надменное выражение.
– Ибрагим! – воскликнула Илана, заламывая руки. – Что происходит? Я требую объяснений!
– Молчать. – Резко скомандовал мужчина. – Ты за тысячи километров от России, здесь, в моей стране, я почти Бог. Поэтому твоя жизнь полностью зависит от меня. Будешь себя хорошо вести, окружу роскошью, узнаешь, что такое красивая жизнь, а если плохо – то очень пожалеешь. – он сверкнул черными глазами и бросил девушке какую-то коробочку и ушел. – Вот тебе, подарок для начала. К вечеру будь готова, за тобой придут.
Из коробочки выпало золотое ожерелье с вставками из драгоценных камней. Илана ощупала свою шею: медальон матери пропал. Она разразилась потоком слез, упав на кровать без сил.
– Ну где там Мирон копается? Тут девчонку скоро шейх снасильничает, – ворчливо сказала Люда. – Давай уже сводить концы с концами, а то у нас бесконечное мыло выходит.
– Погоди, с мылом всегда так: чем дольше мылится, тем лучше.
Мирон находился в резиденции Ильи Витальевича Березовича, одного из самых влиятельных российских олигархов:
– Ну-с, молодой человек, – сказал старик, только что вышедший из бассейна, принимая из рук помощника большое пушистое полотенце, – с чем пожаловали? Помощь нужна какая? Я помню, что за мной есть небольшой должок, поэтому, чем смогу, чем смогу..
– Да, Илья Витальевич, спасибо, что приняли! Помощь мне нужна. Девушку мою похитили. Все, что от нее осталось, – Мирон вынул из кармана медальон.
Березович лишь взглянул на медальон, как тут же вырвал его из рук Мирона, вгляделся сильнее и схватился за сердце. Прислуга и охранники засуетились вокруг..
– Этого не может быть! – слабым голосом прошептал олигарх. – Этот медальон может принадлежать лишь одному человеку. – Моей дочери! Рассказывай немедленно все, что знаешь. Все мои ресурсы, частный самолет, бойцы личной армии, всё в твоем распоряжении.
– Знаеф, – сказала Маринка, запихивая в рот бутерброд с сыром и ветчиной, и прихлебывая кофе, – Дафэ ефли не выгорит, то я все равно ни о чем не жалею. Было круто вот так вот провести время вместе, а? Как раньше, когда у нас не было семей, работ, а из забот – лишь только грядущая сессия или ветер, свистевший в карманах.
– Дааа.. – протянула Люда, поставив кружку. – Это лучшее, что могло со мной случиться за последнее время. Прям как перезагрузка. Марин, – она посмотрела на подругу. – спасибо тебе большое, ты настоящий друг, с вот таким вот – она широко развела руками – огромным сердцем!
– Ну все, все. Я вас сюда не плакать звала. – Маринка смахнула слезу. – Как-то там, интересно, наши молодые родители со своим четвероногим сыном поживают, надо Светку хоть набрать. Только потом, когда все будет готово.
Илана лежала на кровати в комнате, освещенной, казалось, тысячей свечей. На ней были тонкие полупрозрачные шаровары и украшенный сверкающими стразами лиф, обвивающий шею. Руки и ноги ее были привязаны к столбикам кровати, так распорядился Ибрагим – он опасался, что своенравная пленница будет вырываться слишком рьяно и испортит всю игру. Сам же принц стоял рядом с кроватью, обнаженный по пояс в легких белоснежных штанах, и смотрел на свою жертву, как паук мог бы смотреть на муху. Он взял с небольшого столика кинжал и стал водить очень близко к телу Иланы, наслаждаясь тем, как она содрогается от близости острия к своей коже.
Девушка дернулась – кинжал задел тонкую бретельку лифа, и ткань обнажила идеальную белоснежную сферу груди. Ибрагим криво улыбнулся. И уже намеренно провел кинжалом по шароварам Иланы. Ткань крыльями бабочки осела вокруг. Илана осталась в одних крошечных трусиках. Она закусила губу, и прокричала:
– Ты можешь взять мое тело! Но я не покорюсь тебе никогда, ты, грязный подлец!
Лицо Ибрагима исказила гримаса злости, он наотмашь ударил девушку по лицу.
– Тупая русская сука! Не зли меня! – он замахнулся кинжалом, но передумал бить. – Это было бы слишком просто. – остановил она сам себя. – У меня здесь на такой случай предусмотрено много интересного.
Он стянул еще с одного стола салфетку, под которой обнаружилась целая батарея различного инвентаря, о назначении которого Илана могла только догадываться. Ибрагим взял со стола продолговатый цилиндр, покрытый шипами..
– Маринка, а это точно не перебор? Что-то меня уже затошнило. – Людкин кофе давно остыл.
– Точно. Не дрейфь, все будет ок. Значит, продолговатый цилиндр, покрытый шипами..
Сердце Иланы сжалось, она зажмурила глаза. Ибрагим медленно подошел к ней и в тот момент, когда его рука уже почти коснулась ее трепещущего тела, раздался звон стекла и громкие крики.
Вокруг замелькали какие-то люди в военной форме, непонятно откуда перед глазами возник Мирон:
– Моя маленькая девочка! – приговаривал он, отвязывая ее от кровати. – Как хорошо, что он не успел ничего с тобой сделать! Не переживай, я всадил ему эту шипастую штуку, куда положено.
Он подхватил хрупкую Илану на руки, и она тут же потеряла сознание, закусив губу..
В апартаментах на тридцать третьем этаже была хорошая звукоизоляция. В обратном случае семья богатых англичан справа, и немецкий дипломат, расположившийся в номере на тридцать втором, обязательно были бы возмущены неприличным шумом по-соседству: ритмичным постукиваньем спинки кровати о стену и страстными женскими стонами, протяжность которых со временем лишь увеличивалась.
Мирон наслаждался телом любимой женщины, такой недоступной ранее, не спеша, обстоятельно и с запалом истинного исследователя. Он входил в нее раз за разом, как горячий нож, входит в теплое масло, и она медом растекалась под его горячим телом. Наконец, измаявшись от этой сладкой пытки, тело Иланы задрожало, спина выгнулась дугой и из её горла вырвался дикий первобытный крик. Множественные оргазмы накрыли ее с головой. Мирон же обессиленно упал на кровать, продолжая целовать это тело, подарившее ему столько наслаждения.
– С девственницами, обычно так и бывает. Множественные оргазмы они же только к девственницам и приходят. – хмыкнула Люда.
– Естественно! – Маринку вопросы художественной правды не особенно интересовали.
– Твоя навеки. – прошептала Илана.
– Навеки твой. – отозвался тихо Мирон, и зарылся в ее волосы, вдыхая дурманящий аромат своей любви.
– Всё! Второй хеппи-энд есть!
– Да я не верю. Боюсь перечитывать.
– Да зачем перечитывать, итак сойдет. Отправляй так! Редактор, если что отправит корректору и все такое.
– Марин, – Люда не хотела обижать подругу. – Мы написали крутой роман. Но это не мой роман. Прости, я не буду его отправлять. Пусть это будет наше совместное творчество, наша память. Когда-нибудь, мы перечитаем его все вместе и отлично проведем время. Ты не обижаешься?
Маринка надула губы.
– Конечно, обижаюсь. А хотя, да твоя жизнь, делай как хочешь.
У Люды брякнул телефон.
– Сашка приехал. Странно.
Она смотрела на телефон, который тут же разразился звонком – Сашка не дождался ответа, и звонил.
Люда помедлила, но взяла трубку:
– Выйди на балкон.
Люда высунулась в балконную створку: у подъезда стоял Сашка с новой стрижкой и букетом ее любимых роз.
Из квартиры вышел Афанасий, который громко и торжественно поздоровался с Людой.
Марина, после того как они обнялись и распрощались, закрыла за Людой дверь и устало сказала:
– Третий хеппи-энд.
Затем она включила свой компьютер, открыла электронку и нажала на письмо, присланное Людой. Файл с романом выгрузился.
Марина открыла документ, немного подумала и написала заголовок: «Навеки твоя. Навеки твой». Автор Милагрос Интертеймент.
Что бы это ни значило.
В коридоре послышался шум, шорох пакетов и голоса ее мужчин.
– А что тут было? Что за бардак? Жена?
– Маам?
– О, Маринка, ты чего не встречаешь. Давай, ставь на стол, что там приготовила. – Пашка поставил сумки на пол. – И там разбери с дачи пакеты.
– Ма, – протянул Артемка, заглянувший в свою комнату. – А ты что, мои вещи не убирала? Кофту не могла постирать за все время?
Маринка сделала глубокий вдох, медленный выдох и сказала:
– Семья, я вас очень люблю, но. Но. – она выделила это «но» слегка угрожающе. – Официально заявляю, что тебе – она ткнула пальцем супруга в живот, – я больше не кухарка. А что касается тебя, – переместила палец с мужа и ткнула им в худое тело сына, – то свою Свинарнию отныне ты разгребаешь сам. В конце концов, вход в Свинарнию взрослым тетенькам вроде меня вообще закрыт.
Затем, поцеловав каждого в лобик, отправилась искать подходящее издательство, достойное истории любви Иланы и Мирона.
Эпилог
Игорь проснулся от легкого стука клавиатуры. На кухне он обнаружил жену, сидящую на полу перед ноутбуком, в ее скрещенных по-турецки ногах, как в гнезде, сладко спал Бося. Он заглянул Свете через плечо и стал читать:
Высший вампир Афанасий Гнилозубов склонился над хрупким телом Светланы и вдохнул аромат ее кожи:
– Уууу.. – плотоядно облизнулся он. – Тридцать пять лет и невинна! Удивительное везение. Ну иди ко мне, сюда.. – с клыков его закапала слюна.
– Какой такой сюда! – проворчал проснувшийся неподалеку Темный оборотень Мирон. – Она моя! – рявкнул он, ощерив желтоватые клыки. – Это моя женщина!
Дверь в подвал с треском развалилась и обрушилась, и в помещение ворвался старший лейтенант Игорь Кудлатенко, откинув русую челку с глаз, он выкрикнул:
– А ну всем стоять!
Затем он выкатил из проема, бывшего ранее дверным, пулемет, заправленный серебряными пулями.
Тратататата та та! – застрочил пулемет, управляемый твердой рукой лейтенанта. Морды вампира Афанасия и оборотня Мирона зашипели, искажаясь и оплывая до тех пор, пока оба существа не превратились в две дурнопахнущие лужицы.
Игорь подхватил Светлану на руки и сказал:
– Ради тебя я готов уничтожить тысячу вампиров, и сто тысяч, нет.. миллион тысяч оборотней!
