Цитаты из книги «Реквием каравану PQ-17», страница 2

– Это еще ерунда, – говорили. – А вот на «К-22», где Котельников командует, там портрет Гитлера видели. – Где это они сподобились? – В море, конечно, где же еще? Большой был, говорят. И рама дубовая. Плавал встояка… Чтобы всем видно. И, как положено хорошему г…, не тонул…

Мне уже не снятся сны моей юности. Увы, не снятся.

Но стоит закрыть глаза, и я снова вижу их как наяву.

Корабли, как и люди, умирали по-разному…

Корабль умирает, но человек остается.

Новая Земля – целый мир, мир древний и притаившийся, загадки которого еще не разгаданы до конца. Материк – будто накидали камней одноглазые циклопы и, сильно устав, разошлись, не закончив работы.

По ночам в Атлантике, этой извечной колыбели флотов всего мира, жутко становилось иногда человеку…Ты встречал мертвецов с пропавших кораблей, и волна несла их на своем ликующем гребне, а мертвецы не тонули, раздутые, как и бушлаты на них, насыщенные капкой и воздухом.Ты слышал, как во мраке вдруг начинали работать дизеля, питая током опустошенные за день батареи подлодки, а вот и она сама – низкая длинная тень с бульбой рубки, которую заплескивает море.Ты видел, как проносилась растворенная в ночи теплая громада крейсера, а куда он идет – об этом зачастую не ведали даже те люди, что несли вахту на его мостиках.Ты невольно вбирал голову в плечи, когда из ночных туч, с воем поглощая пространство, падала тяжелая «каталина» на двух звенящих моторах, из фюзеляжа ее рушилось что-то похожее на бочку – это еще одна мина прибавилась в океане.И чаще всего погибал человек в Атлантике самой худшей из всех смертей, которая зовется безвестной. Это не та общедоступная смерть, когда тебя подберут, накроют шинелью и уложат в братскую могилу. У этой смерти нет даже могилы…Моряки предельно точны в своих докладах:– Срок автономности вышел… в эфир на связь с базою не выходит… позывные – без ответа!Ну, значит, конец.

Черчилль, по мнению Хамильтона, сознательно затягивает войну, нанося Англии вреда гораздо больше, нежели все немецкие подлодки, вместе взятые. Война – слишком жестокая вещь, и надо ее кончать скорее, а не заниматься бомбежками немецких детей и женщин…

скупа и деловита, но за ее кажущейся сухостью мы чувствуем

Встретившись с капитаном транспорта, Мазурук так и начал: – Поздравляю с прибытием